Часть 19
12 мая 2022 г., 10:00
Лошадь быстро домчалась, звеня подковами по камешкам, до торговой столицы. Вайтран распахнул перед ними свои ворота. В самом же городе, не смотря на глубокую ночь, было довольно оживленно. Стоящие вокруг крепких стен лагеря Братьев Бури все что делали, это зализывали раны и хоронили усопших. Да, в этом городе жрецам Кинарет было работы больше, чем работнику кладбищ в Фолкрите. Раненых пока было больше, чем мертвых, но кажется, это было ненадолго. Лекарств на всех явно не хватало. Промчавшись до облачного района, девица спрыгнула на землю, и быстро побежала во дворец по каменным ступенькам. На секунду задержалась на последнем пролете перед зданием, пытаясь понять, идет ли в сторону города хоть кто-то. Видимо, мир узнает о том, что она хочет провернуть, только ближе к середине дня, а то и ближе к вечеру. Сейчас отсутствие связи было минусом — быстро никого не собрать.
Толкнув тяжелую деревянную дверь, Джейн пошла по залу, сняв капюшон с головы. Поправив волосы и одеяние, она остановилась у трона перед ярлом Вайтрана. Уставший от плохих новостей глава города сидел подперев голову рукой, и тяжело вздохнул, когда увидел ее на своем пороге снова опустившую голову.
— Добрый вечер, Балгруф. — Кратко поклонилась Джейн, и, осмотрев стоящих слуг, сказала, — Я пришла к вам снова с просьбой. Она будет довольно необычная, но я надеюсь, вы и в этот раз меня выручите.
— Что случилось на этот раз? Чего же Виндхельм хочет в этот раз?
— Мы с вами оба знаем, что я тут не особо-то мнение Виндхельма озвучиваю… Давайте начнем с начала. Во-первых, армия, которую ведет за собой Буревестник, сейчас недостаточно сильна, чтобы продолжить прямое наступление на Империю, с захватом подчинившихся городов. Их осталось не особо-то много. Всего два, не считая саму столицу. Так как поражение в любой из битв нам сейчас не нужно, у меня есть к вам предложение. Я хочу попытаться собрать Совет Ярлов. И как вы понимаете, ярл Балгруф, я к вам пришла не просто так. Я хочу провести его в вашем городе, если позволите, прямо тут.
— Она с ума сошла! — Воскликнул тут же управитель, схватившись за голову, — Вайтран же разменная монета! Нельзя нами торговать, как лошадьми на ярмарке.
— Вот как? — Удивился Балгруф, и поднялся с трона, — И как же ты себе это представляешь в самый разгар войны? Что все просто подчинятся, сядут за наш большой стол и просто договорятся, что мы мирно принимаем Буревестника в качестве Верховного короля и все закончится?
— Наивная девка, не знающая обычаев. — Хмыкнула Айрилет, скрестив руки на груди.
— Если Талос от меня еще не отвернулся, то да, может и такое случится. Но вот если нет, я буду готова на разговор.
— Туллий и Рикке не сунутся сюда, ведь мы на стороне Братьев Бури, если вы забыли, ярл Балгруф Старший! — Снова начал возникать управитель.
— Этот вопрос у меня тоже под контролем. — Джейн смотрела не отрываясь на сомневающегося ярла, говоря довольно четко и серьезно, — Я прикажу Ульфрику отвести войска от Вайтрана, дав коридор всем, кто захочет явится на Совет. Ваш город, при этом, не попадет под удар — оборона все еще будет на границах, и если Империя захочет воспользоваться открытостью ваших территорий — мы дадим им знать, что этого не получится. Вы в любом случае не пострадаете. Наше первое соглашение все еще в силе.
Они своей небольшой группкой подошли к карте.
— Думаешь, что все те ярлы, которые сейчас приняли сторону Братьев Бури, проголосуют «за»? — Балгруф хмыкнул, — Не думаю, что будет так легко. Войну все будут рады окончить, но не все готовы принять Буревестника в качестве единоличного начальника.
— Я бы тут скорее сказала, что в теории согласятся все, кроме одной стороны, которую нельзя забывать. Они этого не простят. — Тут же возразила хускарл ярла, — Талмору это не понравится. Скайрим уже один раз пострадал, когда без внимания Доминиона пытался договорится с мятежником. Тогда еще, при Маркарте. Империя сможет договорится с Ульфриком. Но вот только если Талморцам об этом опять никто не скажет, снова будет опасная ситуация, которая в истории может стать позорной страницей для Вайтрана. Нельзя этого допустить.
— А Буревестник не согласится садится за один стол с Эленвен. — Тихо дополнил Балгруф.
— Эту часть я возьму на себя. Если она решит заявиться, и как сторонний наблюдатель, и как советник генерала Туллия, я буду к этому готова.
— У тебя все слишком легко на словах. — Данмерша покачала недовольно головой, — В Скайриме все так легко не бывает. Что-то обязательно пойдет не по плану. Буревестник сам виноват в том, что не может дальше тянуть войну. Мое мнение в том, что мы не должны допустить этого совета на наших землях. Это плохо кончится.
— Судя по количеству народа вокруг наших владений, и обеспокоенным письмам из Фолкрита и Данстара, я могу понять почему он согласился сразу перескочить через несколько пунктов и собрать Совет. — Балгруф задумался, — Шанс выиграть есть, но его мало. Если они проиграют — все восстание рассорится и рассыплется. Сейчас опасно делать ошибки. Шанс избраться Верховным королем, при условии, что за него, из семи провинций — пять, кажется более вероятным, чем с небольшим войском победить на болотах Морфала или в горах Маркарта. В одном им не хватит сноровки, а во втором — людей. Джейн, каковы твои шаги если Совет не получится собрать?
— Это будем решать по-фактической обстановке. Но вообще, думаю остановить войну полностью. Либо оттащить фронтовые границы обратно, либо попытаться выторговать для Ульфрика либо сохранение позиций, либо потерю наименее значимых. Сразу скажу почему я не рассматриваю сторону Империи — они знают что наши дела плохи, но и у них самих дела не лучше. Своими силами они не смогут вытолкнуть Братьев из тех границ, которые они держат, а вот за помощью к Доминиону пока рано обращаться. Это уже на случай объявления военного положения.
— Которое может настать, если Буревестник станет нашим королем, и точно захочет Скайриму полной независимости. Мы же просто загнемся без Империи. — Снова влезла Айрилет, — Это очень опасно, Балгруф. Даже не смей раздумывать над этой мыслью.
— Я готов подумать над тем, чтобы у нас прошел Совет, если будут гарантии.
— Каких же вы хотите, ярл Балгруф? — Шепард оперлась спиной о карту, закрыв собой полностью и Рифтен и Виндхельм. — Сразу говорите об обоих вариантах. И в случае, если Совет окажется эффективным, и на случай, если карта дипломатии сгорит, а вот война останется.
— Если тебе придется делить территории, я хочу вернуть Вайтрану нейтралитет. А вот если Буревестник станет Верховным королем, он не должен вести такую линию власти, которую ведет в своем городе. Нельзя дать ему закрыть торговые и гражданские границы от всех. Нельзя позволить ему убивать всех тех, кто на нордов не похож.
—Если я все правильно поняла: он должен оставить Скайрим таким, какой он при Империи. Сейчас вроде именно такая ситуация, как вы просите. — Задумалась Шепард, осматривая стоящих напротив.
— Только будет несколько поправок: никакого Талмора, никакого Конкордата. Мы не будем убивать альтмеров, не будем трогать данмеров, аргониан и каджитов. Все будет так как есть. Просто в Скайриме не останется места Империи и не останется места Доминиону. — Балгруф кивнул, — Если же этого не получится — я, как ярл, выскажусь против него. Сейчас, пока его войска на моих землях — он мне не особо мешает. Но вот когда его сфера влияния расширится — это может выйти боком. Я хочу этого избежать.
— Я вас поняла. Да, я могу вам обещать такие условия. Могу ли я объявить что всех ярлов будут ждать в Драконьем пределе?
— Да, можешь.
Они пожали друг другу руки, под неодобрительные взгляды подчиненных. Шепард улыбнулась ярлу, и крепко его обняла. Балгруф же усмехнулся, прижавшись к ней, и погладил рукой по растрепанным волосам.
Сейчас, пока ярл готовит письма во все территории о собрании Совета Ярлов, Джейн подвернулась возможность посидеть и спокойно поужинать перед дорогой. Получив свой вариант письма, она лишь кратко кивнула, и сложила его во внутренний кармашек одеяния. Смотря на свое отражение в деревянной кружке с ароматным чаем, до нее дошло почему все происходит именно так. Потому что ее тут, по-факту, ничего не держит. Она знает, что скоро вернется в свой мир. Даже если Совет не состоится, а договорится по поводу территорий не получится — она поднимется, хлопнет дверью и уйдет к себе на корабль. При этом, ей не будет плохо морально от того, что она все бросила. Она пыталась что-то сделать. Она не должна сидеть и до последнего торговаться. Она пришла сюда за конкретным результатом — если она сделала все что могла, она всегда давала право уйти с проигрышной территории без камня на душе. Иначе Джокер бы разорился платить за перегруз на Нормандии, от того, сколько же камней висело бы на душе, и скелетов в шкафу бы хранилось. Она никому не должна. Она сделала все, что могла.
За столом слышались разговоры о предстоящем совете ярлов. И почти все за столом высказывали Балгруфу свои опасения, что ситуация не такая радостная, чтобы вписывать ее в историю Вайтрана. Открыв глаза, Шепард слабо улыбнулась ярлу, что сидел по правую руку от нее во главе стола.
— Если я ей верю, значит на это есть основания. И пока я глава в этом городе, это не обсуждается.
— Спасибо за доверие, уважаемый ярл. — Прошептала Джейн, повернув голову к нему.
— Что-то мне подсказывает в душе, что не я первый тебе доверяюсь. И не только Ульфрик и Рикке готовы с тобой торговаться. Есть в тебе, Джейн, что-то такое, чего нет во всех нас.
— У вас еще есть время узнать что это такое, и как это найти у себя. Но, думаю, его не сильно много.
Пока Шепард ужинала в Драконьем Пределе, гонцы с письмом бросились по владениям. Их пути пролегали через равнины и горы. Мимо сильнейших метелей и ветров на севере, и под знойной жарой на югах. Под черными небесами, освещаемой миллиардами звезд, уже на утро дойдут первые письма из Вайтрана. Как восстанет солнце, красочные письма с приглашениями откроют ярлы Морфала и Фолкрита. Чуть позже письмо дойдет до Буревестника. Ярл раскроет письмо сидя на своем каменном троне. Он готов отправится в путь. Повернув голову к Галмару, Буревестник отдаст приказ:
— Отводи людей от города. Будешь за всех головой отвечать. И поехали. Нас обоих ждут в Вайтране. Только тебя на подходах, а меня за столом переговоров.
Пока Шепард держала свой путь в самый дальний уголок Скайрима, мчась на Бергльёт по бесконечной дороге до Солитьюда с главным письмом, последние письма дошли до глав городов уже к обеду следующего дня. Ярлы Маркарта, Рифтена, Данстара и Винтерхолда раскрыли свои письма. У них два дня на принятие решения появятся ли они на этом Совете или нет, а так же на то, чтобы добраться до Вайтрана. Под палящим полуденным солнцем, стоя на балконе Драконьего Предела Балгруф наблюдал за тем, как огромная армия под синими флагами отходит от города, открывая одну из сторон почти полостью. Войска, судя по всему, перебрасывались до самых границ владения. Если Империя решит этим воспользоваться — они захватят Вайтран, это точно. У него, как у правителя, была одна надежда — что слово Джейн еще хоть что-то стоило. Взгляд стоящей рядом Айрилет прекрасно заметил и главнокомандующего восстания уже ближе к вечеру. Через несколько часов начинался Совет, но пока только одна и сторон была в наличии. И это очень тревожный звоночек, вариантов выхода с которого ни у кого не было, чего не упустила напомнить хускарл ярла.
Влетевший на балкончик запыхавшийся управитель громко сказал:
— Балгруф! Сторона Империи на подходе!
Вся свита спустилась вниз, в главный зал, где стало довольно шумно. Столы поставили максимально удобно для всех девяти ярлов, их хускарлов, и еще для нескольких необозначенных личностей, которых никто не хотел видеть, но все же подразумевалось, что они придут. Сейчас же за столами расселись все те, кто представлял «синих». Ярлы Винтерхолда, Рифтена, Фолкрита и Данстара шумно вели обсуждение о предстоящем собрании вместе со своими подручными. Буревестник же стоял в полном одиночестве сложив руки за спиной и смотрел на карту. Его сердце предвещало что-то очень не хорошее для его территории. Вставший рядом Балгруф кратко осмотрел стоящего, и, обратив взор на доску с картой, тихо сказал:
— Ты доверяешь Джейн?
— Больше, чем себе. — Ульфрик взял паузу на раздумья, прислушиваясь к фоновому шуму, — И видимо это проблема. Если она захочет меня обмануть, и разрушить мое восстание, у нее это легко получится.
— Не думал я, что такое даже теоретически подразумевается. — Почти шепотом сказал глава Вайтрана.
— Особенно, когда Джейн почти стала моей женой. — Улыбнулся ярл Виндхельма и развернулся к общему столу.
Через несколько секунд стража распахнула деревянные двери Драконьего предела. Шум прекратился: стихли разговоры, перестали ходить люди. Пропустив во дворец ледяной ветер, и открыв всем вид на ночной Вайтран и звездное небо, по деревянному полу пошли все те, кого уже не ожидали увидеть во дворце. Первой из большой вереницы гостей шла Элисиф Прекрасная. Следом за ней шли Генерал Туллий и легат Рикке. Еще дальше шли ярлы Маркарта и Морфала, а за ними их хускарлы. Ярлы встали все на самой верхней ступеньке перед большим круглым столом. Повисшая тишина стала очень угнетающей. Никто не начинал диалог. Балгруф кратко глянул на Ульфрика, который едва заметно побледнел, и закрыл рот, решив не договоравивать свою фразу. Хозяин дворца медленно подошел к середине стола. Но вот Элисиф опустила голову, и протянула руку куда-то в сторону. Через несколько секунд за нее взялась Джейн, встав рядом. По другую сторону от ярла Солитьюда встала Эленвен и Ондолемар.
— Не может быть. — Беззвучно прошептал Буревестник, осмотрев стоящих.
— Здравствуйте, уважаемые гости Вайтрана. — Растерялся Балгруф, даже не зная как отреагировать то, что Имперская нормада притянула за собой еще и Талмор. — Мы рады приветствовать всех вас на… этом Совете Ярлов. Прошу, занимайте места.
— Не думал я, что когда-нибудь по своей воле окажусь с Туллием в одной комнате. Особенно без оружия в руках. — Скрестив руки на груди сказал Буревестник.
— Так, спокойно. — Попросил Балгруф, и развел руками, — Уважаемая Джейн, прошу вас, как инициатора данного Совета, последить за порядком и взять дела в свои руки.
— Как скажете, уважаемый ярл. — Джейн с гордостью поклонилась, и пошла мимо ярлов, внимательно осматривая, и перечитывая всех, чтобы знать точно, что она никого не потеряла в дороге. — Уважаемые, нам придется разговаривать долго, поэтому, правда, лучше будет, если вы все сядете за столом переговоров.
— Я никогда в жизни не сяду за одним столом с эмиссаром Талмора. — Тут же высказался Буревестник, смотря недовольным взглядом на Эленвен, — Если Туллия я еще могу понять, на кой черт он здесь нужен, то вот Талморского отродья в этом месте и при столь важном собрании быть не должно. Мы будем решать внутренние вопросы, которые не требуют мнения загребущих ручонок эмиссаров.
— Я имею полное право здесь присутсвовать. — Спокойно парировала Эленвен гордо поправив свой воротничок, — Мне нужно убедиться, что принятые вами решения не противоречат Конкордату Белого Золота.
— Если хочешь сбежать отсюда, потому что побоялся эмиссара в одной комнате с тобой, с радостью окажу тебе честь и покажу короткий выход. — Тут же грозно сказал Туллий. — Она пришла в составе с нами, и если ты отказываешься от ее наблюдения, значит и договора с Империей у тебя не получится.
— Так, стоп. — Джейн встала около Балгруфа, — Если господа из Талморского Доминиона будут просто наблюдать, в этом не будет никакой проблемы. Уважаемый Буревестник, Эленвен пришла как помощница Элисиф Прекрасной, смирись с этим.
— У нас вроде бы не договор между Братьями Бури и Империей, — возник ярл Фолкрита, — О чем речь?
— Никто не знает, куда нас заведет этот Совет. — Сказал Балгруф.
— Так, раз все договорились о составе Совета, прошу садиться.
Через несколько минут, сторона Империи и Буревестник все же решили рассесться по своим местам. Шепард же молча за всем наблюдала, стоя около карты, и ее не покидала мысль о том, что она пытается примирить турианцев и кроганов. Борьба за вечное примерение тех, кто воюет слишком долго, ее главный навык. И тут даже дело в амулете Талоса, который висел у нее на шее, а дело в том, что она занимается этим все время, как заступила служить на Нормандию. И когда у нее появилось звание Спектра Совета эта обязанность вылезла на первый план. Она больше не могла просто стоять на стороне человечества. Она была обязана подумать про всех, и пойти и помирить тех, кто нужен был для выгоды или сохранности Совета. Или же пристрелить негодяя. Такое тоже разрешалось. Но все же сейчас это был не ее выбор — патронов всех перестреливать не хватит. Когда все расселись, пару минут ушло на перешептывания. Стоящая в качестве судьи на Совете Ярлов Джейн не имела ни малейшего понятия о том, что ей надо было делать. Даже инструкции никто не дал. Да даже если бы кто-то застал предыдущий Совет ярлов, спросить у него не было бы возможности — подобное сборище происходило слишком давно.
Рассадка за столом, к слову, была довольно интересной. Как-то так получилось, быть может специально, но ярлы и неназванные лица, уселись довольно символично. Все кто и раньше, до появления на поле боя карты непредсказуемости, были верны Ульфрику, так и остались сидеть по его сторону стола, когда сам ярл Виндхельма сидел в центре. А вот все те, кто были на стороне Империи, включая неназванных лиц в черных одеждах, сидели по другую сторону, возглавляемую, ярлом Солитьюда. Балгруф занял место по правую сторону от Буревестника, чем, кажется, был очень доволен. Ярлу Фолкрита все плохо сиделось на краю стола, и он решил нарушить тишину еще одной репликой:
— Слушайте, а почему Джейн возглавляет наш Совет, если такого в правилах не указано, да и к тому же она почти жена Буревестнику? Она же сейчас будет нечестно играть на стороне восставших.
— Потому что Джейн на стороне Империи. — Спокойно ответил Туллий.
— Потому что Джейн чтит Конкордат Белого Золота. — Дополнила Эленвен.
— Именно по этому. — С улыбкой развела руками Шепард, и вдруг за столом раздался громкий хохот, когда Буревестник, был шокирован настолько явным открытым сотрудничеством его будущей жены со всеми сторонами. — Я никому не наврежу. Я ничья, потому что всех и сразу. Еще вопросы по организации будут?
— Зачем мы сегодня тут все? Только ли за тем, чтобы выбрать нового Верховного Короля Скайрима? — Задумчиво спросил ярл Маркарта, сложив руки на столе, осматривая сидящих напротив.
— Врать не буду — если общего решения, которое всех устроит, не будет найдено, и мы не сможем выбрать Верховного короля, повестка собрания станет другой, но это будет озвучено позже. Надеюсь, до этого не дойдет. Если опять же, эта часть проблемы решена, считаю нужным озвучить, что вы все тут по одной причине — положить конец Гражданской Войне в Скайриме. Одним из вариантов решения данного вопроса был выбран Совет Ярлов, на котором вы сейчас все присутствуете. Уважаемые ярлы, прошу вас отнестись очень внимательно к тому, что будет озвучено мной далее. Так как провинция начала захлебываться войной, от которой обе стороны несут тяжелейшие потери, вариантов для будущего Верховного Короля всего два. Это представители одной из двух воющих сторон, которых вы знаете. На принятие решения о том, кто станет Верховным королем выдвигается две кандидатуры. Это вдова погибшего предыдущего Короля, ярл Солитьюда — Элисиф Прекрасная. Вторым же вариантом, будет для вас глава восстания, ярл Виндехельма — Ульфрик Буревестник. — Шепард сложила руки за спиной, смотря за тем, как подручные приносят каждому ярлу одинаковый листочек бумаги и письменные принадлежности, — Извещаю о том, как будет происходить голосование. Ярлы озвучивают свое краткое виденье о том, что будет с этим краем при их правлении, не больше пары минут, а затем всем остальным будет дано время на размышление, а затем и на принятие решения. Имя того, кого вы будете не против видеть в качестве Верховного короля Скайрима, запишите на бумаге, и отдадите мне. Я все пересчитаю и оглашу мнение большинства. Если возникнут споры, мы попробуем их сразу на месте решить. Все понятно?
— Вроде да… — Растерянно сказала ярл Рифтена, и подняла голову, — А если, опять же, будет ничья?
— Надеюсь, до этого не дойдет. Делайте выбор очень внимательно. Переговариваться нельзя, но спрашивать у любого из претендентов что-то не воспрещается, но будете задавать вопрос в слух. Обсуждение и осуждение озвученной позиции воспрещается. Но все же, считаю необходимым предупредить, что этот выбор коснется каждого из ярлов, а затем и каждого из ваших граждан. Все проблемы, говорю же, будем решать по дороге. — Она улыбнулась, остановившись за спиной у Балгруфа. — Итак, раз все все поняли, кто начнет?
Элисиф отрицательно покачала головой, откинувшись в довольно удобном кресле. Буревестник молча оглядел всех сидящих за столом. Почему-то сейчас его словно облили ледяной водой. Он всегда был уверен в том, куда ведет своих людей и какое будущее хочет видеть для своего родного края. Но сейчас было тяжело что-то сказать. Он поднялся из-за стола, встав к карте, и задумчиво посмотрел на представителей Талмора, которые беззвучно перешептывались друг с другом. Шепард же стояла подпирая несущую колонну, и перебирала в руке свои металлические жетоны, пытаясь не упустить момент, когда чувствительность в руках снова пропадет.
— Надеюсь все из вас понимают, почему сейчас был собран этот Совет, и зачем я начал эту войну. У Империи нет сил, чтобы защищать нас. Они позволили себе подписать Конкордат, не спросив нас. Унижая нас запретом веры в человеческого бога. Но зато у них остались силы, чтобы пропустить в наши края Талморский Доминион, разрешить им тут основаться, и начать убивать всех тех, кто против этого договора. Мое мнение с тех пор не изменилось. Я вел своих войнов по территориям воюя за свободу. И если мне дадут право стать Верховным Королем Скайрима, того великолепного края, в котором я вырос, и в котором живет и властвует мой род, я не дам его загубить. До меня донесли мнение многих жителей всех девяти регионов моего родного края, — Он перевел взгляд уже на Джейн, которая лишь кратко улыбнулась, опустив голову, — о том, что не всех устраивает моя позиция в управлением Виндехельмом. Но кто из вас бывал в моем городе последнее время? Никто из вас. Могу вас заверить о том, что моя политика изменилась. Наша глава Совета Ярлов хочет узнать что изменится в Скайриме после того, как один из нас придет к власти? Я точно знаю ответ что будет со Скайримом, если он примет меня в качестве Короля, и позволите по праву носить Зубчатую корону. — Он взял паузу, принимая решение на ходу о том, на что готов закрыть глаза как Верховный Король. — Я не буду прикидываться милым. Все и так знают на что я способен как ярл. Меня и мою фамилию знают по моим поступкам. Да, я отколю Скайрим от Империи, но я пойду по той дороге, по которой прошли те, у кого это получилось. Я даже не буду называть провинцию, которая успела увернутся от оков Конкордата, и сейчас вылезла из запустения. Я не допущу прекращения торговых путей через наш регион. Но я выгоню Империю и Талмор из края. Мой город купался в крови всех тех, кто на нордов не похож. Но сейчас это уже не так. Пару месяцев точно. Если ваш выбор падет на меня, как на будущего Короля, я могу гарантировать каждому из ваших людей спокойствие по ночам, не дадут мне ярлы Вайтрана и Фолкрита соврать — они перешли на мою сторону совсем недавно, но жить им стало легче. Мои люди оберегают всех жителей от патрулей Талмора и Империи. Никого я в обиду больше не дам. Имперцы, норды, альтмеры, и все остальные найдут свой тихий спокойный кров на наших краях. Я выгоню только тех, кто мешает нам жить, и обещаю приумножить благополучие всех граждан…
Пока Буревестник сыпал обещаниями, Шепард внимательно следила за послами Талмора, которые явно были не довольны самой позицией Буревестника о том, что он сам прекрасно справится и без Империи. Когда речь была окончена, наступила полнейшая тишина. Ярлы молча обдумывали все сказанное. Так как Элисиф не имела права голоса, задумчиво спросила:
— А что же ты собираешься сделать, когда отвернешься от помощи Империи, и на пороге появится Доминион? Как ты сказал, в одной из территорий, этот вопрос решили. У нас так уже не получится. И новой войны наш край не выдержит.
— Не думаю, что этот вариант стоит озвучивать при сидящих тут представителях Доминиона. — Моментально парировал Буревестник. Давая такой ответ, он прекрасно знал, что его заставят озвучить план, и просто выиграл этим немного времени на раздумья.
— А если на ушко нам сказать? — С улыбкой спросила глава Морфала, — Мы им не скажем. — Повернувшись к Ондолемару, женщина кивнула, — Дорогие, не подслушивайте.
За столом раздался хохот. Шепард в ужасе наблюдала за происходящим, боясь ответа Буревестника. Хотя, те, кто в данный момент занимаются обсуждением, не занимаются войной, а в нынешних условиях это большой плюс. Учитывая то, что все стороны собрались за общим столом все обсудить, дает гарантию того, что пока ярлы сидят и гадают на магическом шаре на будущее, за стенами Вайтрана не разразится война. Лишь бы ее война не потянула ее на свое поле дипломатии.
— Я договорюсь с Доминионом. — Тут же выдал Буревестник, из-за чего Эленвен подавилась водой, а Ондолемар опустил голову, постаравшись не засмеятся.
— Да, очень воодушевляющая реакция представителей Талмора на твои пожелания. — ярл Маркарта подпер голову рукой, — А еще варианты будут?
За столом снова раздался хохот, позволив и эмиссарам посмеяться от души. Но вот самому Ульфрику было не до смеха. Он молча наблюдал за всем, явно не довольный ситуацией. Ярл Рифтена задумчиво постучала ногтями по столу, и, когда все успокились, сказала:
— А я не вижу ничего странного. Такой вариант возможен. Это мы с вами все представители своих территорий, и точно знаем чего хотят наши люди, которых мы представляем. Уважаемые эмиссары Талмора всего лишь представители. Низшее звено. Это тоже учитывайте.
— Все же я точно знаю чего хотят те, чьи интересы я представляю, так же как и вы своих. — Эленвен осторожно отставила стакан подальше, и отрицательно покачала головой, моментально уменьшив своим осуждением впечатление от яркой речи мятежной стороны, — Буревестник, этого не будет. Если ты думаешь, что потом как-нибудь придумаешь, то нет, сейчас придумай. Потому что это реально плохой план, надо придумывать срочно новый. Этот не сработает.
— Так, обсуждение не допускается. — Очнулась Шепард, — Он вам ответил? Ответил. Все гадания оставим на потом.
— Позволь все-таки ответить на вопрос этой, жене Торуга. — Хмыкнул Буревестник, и, получив согласие от Шепард, довольно громко сказал, — Если Доминион не захочет мирно решить со мной вопрос, я встану в оборону. Если они нападут на наш край, это будет развязыванием войны. А с помощью против агрессора я смогу много к кому обратится. У Скайрима большое преимущество. — Он кивнул, — Территория, люди, богатства, все что захотите. Если Доминион захочет это все варварски разграбить, а вы боитесь, что мы не выдержим, есть очень много территорий, которые придут на наш зов. Пока не началась война — дипломатия всегда возможна. Если меня выберут как Верховного Короля, то значит каждый из вас выберет меня как того, на кого они могут положится. Того, кто защитит их в час отчаяния и нужды. Своего короля-протектора. Проверенного хускарла. И тогда они уже не задают вопросов, что за кровь течет в его жилах и чьи интересы он защищает. Первая столица Скайрима это Виндхельм. Пускай и несколько эр назад это было, но я все же считаю, что стоит забыть про Солитьюд, как столицу. А что на счет войны, то можете быть уверены — я найду способ не допустить войны с Доминионом. — Он кратко поклонился, — У меня все.
В его честь раздались аплодисменты. Он смог мастерски выкрутится с больного вопроса, и не растерять уважение от тех, кого терять вообще не стоило. По лицам многих ярлов было видно сомнение, которое охватило всех. Шепард так же поддалась философствованию, примерно прикидывая, поверила бы она его словам и встала бы на его сторону, или нет. Если бы она не знала всего того, что прячется под его тяжелой броней, и что тянет его на дно, она бы ему точно проверила. Но вот тот факт, что она знает гораздо больше, чем все остальные, уже не дает ей такой уверенности. Неизвестно, что сделает с Буревестником Талмор, когда тот придет к власти. Она до сих пор не знает, в каких они отношениях. Она знает сам факт того, кто кем был куплен когда-то давно. И быть уверенной в том, что если ярлы не отдадут власть Ульфрику, а значит отдадут власть Доминиону, она уже не может. Выбор из двух зол. Что так край будет куплен эльфами, что так. В борьбе Цербера против Альянса есть хоть какой-то смысл, и хоть какой-то мотив подумать. Там от выбора стороны зависела не только раскраска и эмблема на корпусе корабля, а и нечто большое. Подняв взгляд, Джейн осмотрела Элисиф Прекрасную, которая прошлась мимо длинного стола и встала к карте, сложив руки вместе. Когда все ярлы притихли, закончив обсуждение, и в главном зале наступила тишина, речь повела ярл Солитьюда:
— Конечно, Буревестник прав, говоря, что столицей Скайрима изначально был Виндхельм, но ведь не просто так ее перекинули в Солитьюд, и уже с начала Второй эры по настоящее время именно этот город столица. — Ее голос был довольно спокойным, и казался тихим после громкой речи представителя «Медведей» — Давайте сразу просто согласимся с тем, что придется выбрать одного короля. Нельзя допустить раскола, который был во второй эре, когда были Западное и Восточное королевство. И столица тоже должна быть одна. Особенно когда на начало войны карта расстановки сил была слишком опасно похожей на карту при расколе. Пускай у меня нет далекой истории правителей, но мой муж, которого, к слову убил Буревестник, был полноправным Королем, а значит я, как вдова, имею полные законные права на трон. Но, давайте пока опустим эти мелочи. Сейчас ведь мы собрались здесь, чтобы выбрать нового Верховного Короля и положить конец Гражданской войне. Из-за чего Буревестник вообще ее затеял, он вам сказал. А теперь, стоит и мне высказаться, как стороне Империи и лицу непосредственно небезразличному к судьбе Скайрима. Если опустить вопрос о том, что Буревестник хочет притянуть свой род обратно к власти, что же останется от Скайрима, если договориться с Доминионом не получится? Что же мы будем делать с теми, кто встанет у наших дверей? Кто придет разграблять наш край, а нас будет два человека, и несколько стариков с детьми, которые не умерли на фронте в оврагах защищая свои дома? Вы все сами понимаете. Моя же позиция остается на стороне Империи и я спокойно дам клятву нашему Императору, так как поддерживаю его действия. Да, мы лишились Талоса, но мы не лишились крова. Многие сыновья и дочери вернулись с фронта. Многие мужья и жены вернулись домой. Сейчас у нас было мирное небо под головой. Мы могли спокойно засыпать, зная, что проснемся, и проснемся в своем доме, а не на поле боя. У нас идет процветающая торговля с Сиродилом, — ярл прошлась мимо карты, показывая своей маленькой изящной ручкой на границы, — у нас налажены торговые пути. Мы точно знаем, что будет завтра и через год. И точно знаем, что если Альдмерский Доминион начнет новую войну мы сможем объединить силы, и дать им отпор. Я точно знаю того, чего хочет народ Скайрима. И знаю, почему не все готовы воевать на стороне Буревестника. Откол от Империи будет нашим последним словом в истории. Я же, если стану полноправной Верховной Королевой, могу обещать вам мирное небо, спокойствие и процветание, которое все прекрасно видят на территориях подконтрольных Империи. Плечом к плечу стоят со мной и генерал Туллий с легатом Рикке, которые прекрасно владеют ситуацией. Могу сказать, что со мной Скайрим обретет спокойствие, а это именно то, что нам всем надо.
Она мягко поклонилась, но вопросов к ней не было, и ярл заняла свое место. Шепард тяжело вздохнула, видя задумчивые лица среди представителей Совета ярлов, и, вынырнув из тени колонны, задала вопрос:
— Дать вам времени на раздумья, уважаемые ярлы?
— Да, хотя бы пол часика. — Попросил ярл Маркарта, кратко глянув на Ульфрика.
— Могу даже больше. — Джейн сложила руки на груди, — Прошу, час в вашем полном распоряжении. Только, повторяюсь, переговоры с другими такими же принимающими решение — не желательны.
Большинство ярлов поднялись, и разбрелись по дворцу. Шепард, прекрасно заметив двинувшихся в их сторону эмиссаров, попыталась улизнуть, но по какой-то невероятной причине этого не получилось. Эленвен тут же схватила девушку за воротник ее одеяния, и тут же вжала в стену, в небольшой каморце придворного мага, где было полностью безлюдно. Вставший по правую сторону от нее Ондолемар лишь кратко улыбнулся.
— И снова здравствуйте. — Прошипела Шепард, закинув голову, — Ай, не надо трепать мою последнюю одежду. Чем могу помочь госпожа посол?
— Ты понимаешь, что ты не могла собирать совет не спросив разрешения у меня.
— Один из ярлов был прав — вы тут и правда не особо-то нужны, но раз вы увязались за нами с Элисиф и теми двумя очаровательными ярлами, я не стала вас прогонять. — Она дернулась, почувствовав ледяную руку с острыми ногтями на своей шее, — Я же не Буревестник, я не против гостей, даже если они своим недовольным лицом портят праздник. Вас только на поминки звать, идеально впишетесь и нарядом и лицом. Даже менять ничего не надо.
Ондолемар на нее шикнул, давая понять что сейчас совершенно не до шуток. Но желание шутить по поводу и без передалось ей еще от Джокера словно чума, и отделаться от него очень непросто. Второй эмиссар мягко попросил старшего по званию убрать руку, и Эленвен на удивление сжалилась над безродной девицей. Шепард гордо поправила свои седые волосы, и развела руками, ожидая какого-то ответа.
— Ты отдаешь Ульфрику больше, чем он заслуживает. Если его выберут Верховным Королем, я лично отрублю тебе голову. — Эмиссар нахально улыбнулась, и, наклонившись чуть ближе, перешла на едва слышимый шепот, — Ну что, как самочувствие? Буревестника я была очень рада видеть в своем посольстве. Хочешь, чтобы я сейчас сказала об этом всем?
— А мне казалось, вам на руку то, что Буревестник станет королем. Вам же будет лучше, если такая мерзкая неподатливая территория отвернется от Империи. Вам же потом проще будет сожрать ее и не подавиться. Ваши же потом территории будут.
— Буревестник решил, что он дальше пойдет сам по себе. — Хмыкнул Ондолемар, — Мы не осуждаем. Это очень гордо, хоть и крайне глупо.
— Если он захочет власти хлебнуть, я с радостью наберу ему полный кувшин. — Эленвен провела острыми ноготками по мягкой ткани синего одеяния, и подняла взгляд, — Талмор спросит все с тебя.
— Буревестник еще живой, мне еще рано отвечать за его выходки.
— Это ненадолго. — Прошептала Эленвен, — Береги руки. Нечем будет взбираться на свою волшебную посудину. На небесах тебя такую не примут, а тут тебя ждет казнь вместе с твоим мятежником. Не боишься этого?
— Смертью меня не напугать. Меня бережет тот, вера в кого запрещена Конкордатом Белого Золота. — Она улыбнулась, и оттолкнула эмиссара от себя, — Я очень занята. Поговорим после Совета.
Шепард быстро прошла мимо колонн, и спряталась за спину Буревестника, который стоял в гордом одиночестве. Эмиссары лезть к нему прилюдно не стали. Джейн же вжалась в крепкую спину ярла Виндхельма, зажмурившись, и спросила:
— Не очень дружелюбные ребята. Я чего-то упустила, пока умирала?
— Совсем немного. Особенно с ними. Роли не играет, потом расскажу за стаканом меда. — Спокойно ответил ярл, опустив руку, и Джейн незаметно взялась за нее, почувствовав тепло, — Как ты думаешь, — он стоял и смотрел вперед себя, — У меня получится?
— На все воля Талоса.
— Ты права. Раз он все еще не забрал тебя от меня, значит нас ждет только победа. На любой из наших войн.
Шепард счастливо улыбнулась, и, открыв глаза, выдохнула. Именно поэтому она хочет быть с ним. Не амулет виноват. Не война за их спинами. Нечто иное.
— Почему ты прощал меня, когда я уходила куда-то против твоей воли?
— А почему же ты прощала меня всякий раз, как я тебя обманывал и говорил только половину правды?
— У меня на это свой повод. И будешь еще раз такой грубый с Элисиф Прекрасной, называя ее «жена Торуга» я тебе язык оторву.
— Так же как и у меня. Мы с тобой дома поговорим. Жена.
Джейн усмехнулась, и отпустив его руку, пошла дальше по Драконьему Пределу, спрятав свои руки в карманы. Ярлы всех регионов стояли и разговаривали со своими хускарлами, но кажется, почти все уже определись с выбором. Значит пора открыть инструкцию о ведении переговоров. Встав около ярла Вайтрана, девушка кратко попросила себе его внимания у его подручных, и решила поинтересоваться:
— Нам нужен выбор большинства или нужен полноценный ответ?
— Нам нужно чтобы было единогласное решение. Иначе той ситуации, которая сейчас происходит на территориях Скайрима, а именно трех регионов против шести было бы достаточно. Если хоть один будет против — нам придется придумать что-то еще.
— Черт, так и будет. — Она сложила руки на груди, — Какие же у нас варианты? Пока вариант торговаться за территории не рассматривается вообще.
Балгруф Старший задумался, и, услышав, что распахнулись двери дворца, тут же нахмурился, увидев гонца. Молодой парень, задыхаясь на бегу, побежал через зал с большой тяжелой сумкой. В зале повисла полная тишина. Мальчишка промчался мимо всех ярлов, и, остановился прямо перед Шепард. Протянув ей письмо, попросил наклонится. Когда она все же опустила голову, он прошептал:
— Письмо от Галмара лично вам. Там кто-то очень хочет прорваться через фронтовую границу и Галмар на грани, чтобы это прекратить.
Парень поклонился девушке, и тут же сбежал обратно в темную ночь. Все обсуждения тут же продолжились. Шепард хмыкнула, и все же раскрыла письмо. Половина записки была заляпана кровью. Но вот цвет ее жутко напугал. Такого цвета только кровь азари. На записке значилось краткое предложение «Тебя зовут небеса. Проваливай и забирай своих чудовищ» Тут же потерянно подняв взгляд, она встретилась взглядом с ярлом Вайтрана.
— Сколько у нас еще времени? — Дрожащим голосом спросила Шепард.
Ярл указал на песочные часы около карты. Они были заполнены почти на семьдесят процентов.
— Порядка сорока минут. Ты куда-то спешишь?
— Кажется теперь да. Я немного могу опоздать, так что сделайте вид, что к вам поступило предложение на еще подумать, и дайте мне еще ровно час. Я точно успею. А если же нет, то только после такого срока можете что-то уже делать без меня.
— А если же такого предложения не поступило? — Удивился ярл.
— Вы сами определились со стороной?
— Нет.
— Ну вот значит такое предложение уже поступило.
Она провела взглядом по залу. Все были заняты обсуждениями и раздумьями. Кто-то разговаривал с хускарлом, а кто-то бродил в раздумьях из стороны в сторону. За столом вели свои разговоры господа эмиссары Талмора. Только Буревестник стоял в полном одиночестве, сложив руки за спиной, и с надеждой посмотрел на Джейн. Ей было прекрасно понятно чем был обусловлен его взгляд. Сейчас решается вопрос о том, что будет с ним и с делом всей его жизни, и сейчас ему самому нужна поддержка. Но она не может ее дать. Явно не сейчас.
Сжав записку в руке, Джейн приподняла подол одеяния, и бросилась бежать из дворца. Буревестник же опустил голову, и услышал громкий хохот эмиссаров и Туллия явно в свой адрес. Выскочив на ледяной ветер, она ужаснулась происходящему на улицах. Пока во дворце стояло полное спокойствие, в городе и его окрестностях проходили громкие ссоры и драки. Стражники Вайтрана едва успевали разнимать и гасить всех спорящих. Город словно поделили на две стороны. По правую сторону стояли те, кто поддерживают Империю и своих ярлов, а по левую сторону стояли те, кто поддерживают Братьев Бури. В городе явно стояло военное положение. Захлопнув за собой двери, она побежала подняв подол одеяния ровно по небольшому коридорчику. Мимо цветущего Златолистника, чьи розовые лепестки устилали дорогу, под громкие крики недовольства с обеих сторон. Пронеслась мимо главных ворот и конюшни. Среди ровного строя Братьев бури и правда была небольшая прореха. Какая-то девица явно не была рада что ее не пускают в город. И судя по голосу это ее девица. Завидев правую руку Буревестника строй сам встал небольшим коридорчиком.
— Твою мать, Галмар, какого черта в городе происходит?
— О, ну ты же выгнала нас из Нашего Вайтрана, теперь это твоя забота. — Тут же парировал военачальник, и вытянул руку с секирой, грозно махнув ей в сторону незнакомки в капюшоне, — Забирай свое чудовище и съебывайте отсюда.
— И чего ты собрался тут один делать?! — Шепард пригрозила его ударить, от чего вся свита позади Галмара отшатнулась, — Успокойся и не рушь мир который едва стоит. Тебе же потом жить на этих землях. И не угрожай моим людям, а то я тебе голову откушу.
Галмар все же опустил секиру, и Шепард тут же крепко обняла незнакомку.
— Богиня… Я боялась что тебя уже убили. — Прошептала Лиара, крепко прижавшись к своему капитану, — Нормандия проснулась и очень хочет домой.
— Я не могу уйти домой. Не сейчас это точно. — Джейн покачала головой, и взяла ее за руку, отойдя в сторону от нескольких сотен свидетелей. Они уселись на камешках около ручья. — Ты мне сейчас хочешь сказать, что наш корабль который столько времени лежал мертвый вдруг именно сейчас очнулся?
— Не именно сейчас, а если Джокер ничего не упустил и не сломал, то уже как пару часов. — Она указала на ее правую руку, — Уже даже связь есть, капитан. Нас ждут дома. — Она аккуратно поправила капюшон, и искренне удивилась тому, что капитан совершенно не рада этой новости, — Ты с ума сошла?! Ты сейчас это серьезно?! Мы столько времени ждали этого, а ты мне сейчас говоришь нет? Ты же сама сказала, что пойдешь обратно как только тебя позовут. Нормандия едва дышит. Мы даже не уверены в том, хватит ли нам силы уйти дальше от этой планеты. Если Нормандия вернется туда, наверх, одна, то ты же понимаешь, что ты здесь будешь рисковать не только своей работой при Альянсе, но и своей жизнью. Ты так легко отпускаешь свой мир, наплевав на все те края, которые нам дороги? Которые дороги тебе? Это же твоя родная планета, Шепард, ты не можешь так поступить.
— Я не могу уйти прямо сейчас. — Прошептала Джейн, — Дай мне времени хотя бы до утра.
— У нас нет времени до утра. Нормандии нечем дышать. Я не могу дать тебе ни часа лишнего. Она может умереть окончательно. Сейчас ее системы под максимальной нагрузкой. Без Сузи корабль тяжело контролировать. Нам надо уходить прямо сейчас, Шепард.
— Значит идите без меня. Если захотите, потом вернетесь и заберете мое мертвое тело.
— Мы не можем уйти без тебя. Что если война уже на пороге твоей планеты? Мы же не знаем что произошло там наверху. Как сильно могла изменится ситуация за эти четыре месяца? Если ты примешь сейчас это решение, пути назад уже не будет. Джокер не поднимет в воздух Нормандию без тебя. — Лиара взяла ее за руки, — Этот мир, он того не стоит. Ты не можешь променять наш Млечный путь на эту планетку. — Она приподняла край своей темной шубки, и показала открытую рану на животе, — Кайден меня не готов видеть на корабле. И если я вернусь без тебя, он убьет и меня, и Тали, и Гарруса. И Джокера, если тот откажется поднимать корабль.
— Я видела челноки не так давно на небесах. — Она кивнула, — Уходи. Вам надо только вынырнуть. Вас спасут.
— Многие из нас не пойдут без тебя. Многих убьют без тебя. Ты реально готова сейчас все похоронить ради этих людей? Где твоя рациональность, Шепард?
— Либо дай мне времени до утра, и я вернусь к вам сама, либо уходи прямо сейчас, но без меня. — Она достала из кармана свои жетоны, и вложила их в руки Лиары, — Прямо сейчас я нужна там. Как только все решится, я вернусь домой. У тебя есть выбор подождать или уйти.
— Ты никогда не перекидывала ответственность на других. Ты никогда не была готова прожить в рабстве. И всегда боролась за свой дом.
— Я от этого не отказываюсь. — Шепард подняла свои серые глаза, и отрицательно покачала головой, — Но это мое решение. Ждали четыре месяца, подождем и до утра.
— А что если нет?! — Вскрикнула Лиара так громко, что все в строю обернулись, — Ты нас хоронишь ради них?!
— Проваливай, Джейн. — Громко сказал Галмар, — Ты тут лишняя.
Шепард зажмурилась, и, тяжело вздохнув, поднялась с камня. Закатав рукава своего одеяния, схватила Галмара за накидку, и прошипела:
— Не дождешься. — Оттолкнув его с такой силой, что военачальник свалился за землю, она жестом показала Лиаре уходить. Но вот Галмар глухо рассмеялся, уперев руки в землю.
— Твое тело извращено уродствами даэдра. Вся твоя команда погрязла в проклятиях. — Спокойно сказал военачальник, увидев, как таинственная незнакомка в капюшоне ушла с пустыми руками, — А что же ты, Джейн? Решаешь войны, а хотя сама уже давно потеряла всю человечность и уже не различаешь добра от зла. Да, ты своим своим существованием среди наших рядов позоришь нас, истинных сыновей и дочерей Скайрима. Истерзанный войной край обливается кровью, которые этой кровью и войной отчистит наши грехи перед Талосом, который бережет наши земли. Ты такая же как и Талмор, такая же как и Империя. Проваливай в свое болото, баба. В этой войне никто не поможет нам. — Взяв паузу, он тяжело отдышался, и вскрикнул, — И я не позволю продать наш край Империи или Талмору! Ни тебе, ни императору!
— Что же ты тогда валяешься под дождем в грязи и что-то шипишь там, как бешенный пес, кусая за ноги? — Она развела руками, осмотрев несколько тысяч войнов, наблюдая за их перепалкой, — Почему же Ульфрик не готов идти напролом как ты? Потому что ему еще жить в этих краях. Ему еще смотреть людям в глаза. Ему еще спать по ночам. Ты-то конечно, возложишь свою ношу на других. Отрубишь головы всем нечестивым. Не тебе меня упрекать в том, что я больше не человек. И не тебе мне говорить, кто позорит Братьев Бури своим существованием! Буревестнику тяжело принимать решения, которые будут с каждым твоим шагом хоронить несколько сотен человек. Он не готов вести свою армию на гибель, как ты. Это тебе хорошо и сладко спится под ночам. А вот Ульфрик не может выспаться, видя миллионы тех, кого он подвел. Они сейчас все в Совнгарде, но их нет среди этих рядов. Это потери, которые можно было избежать. И сейчас он стоит там, в одиночестве, — она указала черной рукой на Драконий Предел, — пока ты тут сидишь и рычишь как псина безродная. Что же ты только громко гремишь, как пустой шкаф, а он вынужден сейчас стоять один, среди чудовищ, и просто ждать. Его речи сильны. Его рука тверда. И я точно знаю, что я могу доверится ему. Я могу встать и уйти, зная, что он не похоронит свой край своей властью. Он уведет Скайрим от Империи и ее унизительного Конкордата. Да, в войне с Доминионом вы все можете проиграть. Но он сделает все, чтобы ее не стало. Он не станет хоронить все свои заслуги, лишь бы скорее унизить Империю. Ему доверяют. — Она оглядела пополнившиеся ряды. Среди Братьев Бури стояли и многие Имперцы, как и стражи Вайтрана, — Эти люди хотят мирного неба. Эти люди хотят спать по ночам без страха, что будет завтра и проснутся ли они завтра. И Буревестнику хватит силы души, чтобы защитить свою веру в Талоса. Он выгонит всех тех кто встанет на пороге с войной. Выгонит чудищ у подходов к Скайриму, что страшнее чем тролли, трупоеды, вампиры и волки-оборотни. Он удержит свой топор, не дав опозорить этот величественный край новым Конкордатом. И сделает все, чтобы смертей больше не было. Позор тебе, Галмар, раз ты не веришь в то, что у Буревестника это получится. Потому что все эти люди в синих одеждах, посмотри как их много! — Она улыбнулась, — Они верят ему. И я ему верю. И ему верят ярлы. Там наверху решается судьба всего Скайрима. Он принимает судьбу с гордо поднятой головой. И сделает все, чтобы исполнить все свои обещания перед своими людьми. Задумайся, Галмар, кому из нас стоит уйти из его окружения.
Она хмыкнула, и пошла в сторону города. Все собравшиеся расступались перед ней, пропуская до дворца. Джейн же едва сдерживалась, чтобы не расплакаться. Она сделала свой выбор. Пускай она обречена навечно жить в этой ловушке с петлей на шее. Сейчас она сделала такой выбор, потому что сейчас так будет лучше. Пускай Лиара принесет на корабль мрачные мысли. Но она знает, что даже если корабль уйдет без нее — хуже им явно не будет. Поднимаясь быстро, перешагивая через несколько ступенек сразу, Джейн поднялась обратно во дворец, где резко стало тихо. Она пошла к столу, где уже сидели все ярлы.
— Спасибо, что подождали. — Джейн хмыкнула, опуская рукава своего одеяния, пряча чернеющие руки от внимательных взглядов ярлов и их защитников. — Все точно уверены в своем выборе и готовы мне отдать бумагу с именем того, кто достоин стать Верховным Королем Скайрима?
Ярлы синхронно кивнули. Джейн хмыкнула, поняв, что не может сжать пальцы на руках, и нахмурилась, опустив голову. Вот только этого не хватало.
— Что такое, председатель? — не без издевки в голосе спросила Эленвен, — Помощь нужна?
— Нет. Справлюсь. А то еще придется писать дипломатический запрос в посольство… Вдруг еще поймут не правильно. Скажут, что я в сговоре с Талморцами, хотя попросила их листочки собрать.
Ее реплика всех рассмешила, чем разбавила атмосферу. Она поджала губы, и взяв протянутый управителем Балгруфа мешочек, пошла мимо каждого ярла, собирая записки. В воздухе висело полное молчание. Буревестник сложил руки ладонями внутрь, закрыв глаза, и опустил голову. Элисиф же с гордостью посмотрела на всех тех, кто сидел от нее по обе стороны, и улыбнулась. Шепард же собрав все мнения, встала отдельно от всех, и сжала листочки в руке. Она не хотела признавать того, что хочет искренне победы Буревестника. Но ее внутреннее чутье подсказывало, что договоров не получится избежать. Отложив все лишнее из рук, девушка начала все считать. Подчерк очень многих она узнала моментально. Видимо, последние двое неузнанных, это были именное те двое ярлов, до территорий которых она не добралась. Услышав тихие переговоры за столом, она уже хотела повторить, что разговаривать никому ни с кем нельзя, но вдруг остановилась в подсчетах.
— Неужели я была неправа? — Задумчиво спросила в слух Элисиф, смотря на Ульфрика.
— О чем же ты?
— О том, что Скайрим погибнет под твоей властью. — Она отрицательно покачала головой, — Я смотрю в глаза убийце своего мужа, но…
Она замолчала, отвернувшись от сидящего рядом эмиссара Талмора.
— Но? — Синхронно спросили все сидящие ярлы в округе.
— Но к тебе еще есть вопросы, Буревестник. — Сказала Рикке.
— Есть ли еще хоть что-то, чем ты хочешь с нами со всеми поделится, Буревестник? — Спросила ярл Морфала.
— Я думаю, такое обещание может сказать Джейн, — Ульфрик улыбнулся, — Правда?
— Обещаю, что не покину ваш край и буду еще очень долго в Виндхельме.
Элисиф задумалась, и посмотрела на Джейн.
— Значит тогда я была неправа.
Джейн опустила взгляд на раскрытые записки. Молчание начало напрягать. Все просчитав, Джейн побледнела, подняв взгляд обратно на всех тех, кто смотрел на нее раскрыв рты, в нетерпении результата.
— Тут единогласное решение, уважаемые ярлы. — Она медленно пошла мимо стола, сложив все записки в одну, а сама, взяла Зубчатую корону в руки. — Прошу вас, ярл Солитьюда, ярл Виндхельма, подойти ко мне. — Когда оба ярла встали по правую сторону от нее, Шепард тяжело вздохнула, прижав к себе корону. Буревестник же жестом попросил подругу подождать, и сказал рядом стоящей:
— Леди Элисиф, прошу при всех прощения, что не рассчитал силу и убил вашего мужа.
— Я принимаю твое прощение, Ульфрик. — Кивнула ярл, и мягко улыбнулась, когда он поцеловал ее руку.
— Так, если все, всех уже поблагодарили, — она осторожно пнула Ульфрика в сапог, и прошептала, — Я ее сейчас выроню, так что не тяни время, ярл Ульфрик. — Снова раздался хохот, и Джейн кивнула, — Я готова объявить единогласное решение сегодняшнего Совета Ярлов по вопросу об избрании нового Верховного Короля Скайрима.
