Сборник по Геншину

Почему Хальф так горько плакал, было совершенно очевидно: Кримхильда напугала. Ей было почти двенадцать, старший брат — совсем взрослый, наследник, — с ней не играл, и она переключилась на малышню. Сказки у Хильды получались что надо: жуткие, мрачные, как шутил ее брат — «источник описанных постелей детей королевского двора». Что правда, то правда: дети ее слушали. Потом рыдали, но все равно слушали. Семилетний Хальфдан мечтал стать гвардейцем и отчаянно сражался со страхами. Дайн пару раз брал его с собой на нижние уровни смотреть на глубоководных рыб и хорошо помнил, как тот без писка, но крепко вцеплялся ему в ладонь. — Чего она тебе сказала? — спросил Дайн, растрепав светлые волосы. — Что женится на твоем брате и украдет его во дворец? Шутка немного развеселила Хальфа; он громко шмыгнул носом, старательно его вытер и сообщил: — Не, Зигфрид на ней точно не женится, ей мама не разрешит. Она мне рассказала про псов. Дайн, а псы сюда точно не проберутся? — Что еще за псы? Вишапы? Они не псы — раз, и они не проберутся — два. — Не. Другие. Они появляются во тьме, потому что мрак разъедает стены. Они сжирают душу и дез-ин-те-гривырувают сердца. И Хильда сказала, что если я им с Зигфридом буду мешать, они откусят мне... — Голову? — Нет, зад. Ну, все понятно. Кримхильда напросилась с ее величеством в лаборатории и чего-то там насмотрелась. Напридумывала новые кошмары и скорее пошла рассказывать. — Хальф, гвардейцы не боятся псов, гвардейцы с ними дружат. А зад они откусят архонтам, а не тебе. — Честное слово? — Ветвью клянусь, — торжественно сказал Дайн. Хальф забавно нахмурился, оттопырив нижнюю губу. Ему явно очень хотелось не бояться, но Кримхильда была убедительнее Дайна и на полтора года старше. И принцесса. Против такого авторитета не попрешь. — Ну... Ну ладно. Если с тобой — я тогда не боюсь. И темноту, и псов. Честное гвардейское.