Глава 1
27 сентября 2021 г., 11:25
* * *
Когда они спустились с самолёта, их встретил Камилл. Ольга, едва сбежав с трапа, бросилась ему на шею. — С прибытием в Лес, — тихо сказал он — то ли ей одной, то ли им всем. — А где Альберт с Артуром? — Нелли была слегка разочарована. — Я думала, они нас встретят… Камилл улыбнулся. — Они заняты, Нелли. Но вы скоро их увидите. Идёмте. И юноша повёл девочек… совсем не во дворец. Они спустились с площадки и приближались к тёмным деревьям. — Куда мы идём? — обеспокоенно спросила Лена. — Разве не во дворец? — Нет, — он снова улыбнулся. — Я думаю, теперь вы не будете бывать во дворце так часто, как в последние три года. Подруги молчали. Они были немного обеспокоены. Во-первых, братья не пришли к самолёту, и во-вторых, Камилл вместо привычного дворца вёл их в неизвестном направлении. Они шли по широкой тропе, настороженно поглядывая по сторонам. Не смотря на ночь, не было темно: дорогу освещали факелы, вделанные в стволы деревьев. Их спутник был спокоен, и его спокойствие передалось девочкам. Он спросил у Ольги — удалось ли им в последний раз ускользнуть незамеченными из Школы? И те поведали, что белые шарики ви́слы свалили наповал возможных соглядатаев. «Инга даже похрапывала», — добавила Нелли. — Завтра ваши учителя сойдут с ума, — заметил Камилл, искоса поглядывая на девчонок. — Вы точно не передумаете? — Никогда! — Ольга крепко стиснула его руку. Ещё некоторое время они шли молча, потом Лена всё-таки спросила: — Камилл, а куда ты нас ведёшь? — К женщине по имени Марта, — отозвался он. И, предвосхищая их вопросы, добавил: — Она объяснит вам всё остальное. — А я надеялась, что мы идём к Альберту, — вздохнула Нелли. Камилл загадочно промолчал. Они миновали несколько деревьев и… взглянув вперёд, Ольга ещё крепче вцепилась в руку своего белокурого друга. Шагах в тридцати от них под деревом с очередным факелом на скамейке сидел незнакомый юноша. Когда они к нему приблизились, он закинул ногу на ногу, изучающе глядя на путников. Камилл поздоровался с ним и тот осведомился: — К Марте? — Да. — А это и есть твоя отчаянная? — кивнул он на Ольгу. Она растерянно поглядела на Камилла, потом на незнакомца. Взгляд у него был немного исподлобья и, кажется, насмешливый. — Отчаянная, — согласился Камилл. — И именно поэтому она здесь. — Уже мечтаете о совместном Годе? — иронично спросил юноша. — Они ещё не знают, что такое Год! — в голосе их спутника сквозило раздражение. — Ну, так скоро узнают, — миролюбиво заметил незнакомец. — Скоро, скоро. Спокойного дежурства, — и Камилл двинулся дальше, потянув за собой девочек. Когда они отошли на приличное расстояние, Ольга, оглянувшись, спросила шёпотом: — Камилл, кто это был? — Да просто дежурный. — Дежурный? А что он делает? — Ну, как что? Следит за порядком на своём посту, за тем, чтобы никто не бродил ночью просто так, и поддерживает огонь в факелах на своём участке. — Всю ночь? — поинтересовалась Лена. — Да, с тех пор, как стемнеет, и до светла. — А он тут один дежурит? — Нелли обуяло любопытство: этот юноша был первым (после братьев и Камилла) лесным жителем, которого они встретили. — Нет, по этой тропе впереди ещё три поста. И так во всём Лесу, — объяснил Камилл. А Ольга, вдруг вспомнив, что он сказал о ней, спросила: — А почему он назвал меня отчаянной? — Ты что, обиделась? — Да нет, — дёрнула она плечом. — Ну, почему? Юноша улыбнулся и чуть виновато объяснил: — Ольга, вы три года занимались во дворце — неужели думаете, что о вас здесь никто не знает? У нас в Лесу вообще трудно что-либо сохранить в тайне. История с твоими визитами ко мне стала известна после того, как всё открылось. — Значит, о нас тут все знают? — почти в один голос удивились девчонки. — Да, конечно. К вам, бывшим ученицам Школы, здесь — большой интерес. — А что такое Год? — спохватилась Нелли. — Об этом вам тоже расскажет Марта. — А остальные три поста? — не унималась она. — Мы скоро пройдём мимо них? — Нет, — рассмеялся Камилл. — Дом Марты ближе. И он указал им на поворот, где метров через сто они действительно увидели небольшой домик. — Избушка на курьих ножках… — дохнула Ольга Нелли в ухо, и ты прыснула. В окнах «избушки» приветливо горел свет. Камилл толкнул мягко подавшуюся дверь и пропустил девочек вперёд. Из маленькой прихожей они попали в просторную комнату. На столе горела лампа. Сидевшая за столом женщина обернулась при их появлении и, отложив книгу, которую читала до этого, встала. — Ах, вот и вы, наконец, — она приветливо улыбнулась, пока девочки с любопытством её разглядывали. Невысокого роста, чуть полноватая, пышные светлые волосы, лицо, искрящееся доброжелательностью. Они поздоровались с ней и Марта спросила у Камилла: — Ты им ничего не рассказывал ещё? — Нет, и они жаждут всё узнать. — Я представляю себе… Ну ладно, ты можешь идти. Иди-иди, думаешь, без тебя не справлюсь? — Справишься, справишься, — успокоил он её. — Ну ладно, оставляю вас. Я ещё загляну — может быть, завтра. Странно, когда Камилл вышел, девочки не почувствовали себя неловко перед Мартой. Она была словно специально создана для дружеской беседы. Женщина стояла у окна и весело щурилась, потом вдруг подавила зевок и рассмеялась: — Я, конечно, извиняюсь, но время такое позднее! Вы-то уже, наверное, привыкли за три года бодрствовать по ночам… Я предложила бы вам рассказать обо всём завтра, но понимаю, что вы не уснёте спокойно, пока не узнаете всё сейчас же. — Это точно, — согласилась Нелли. — Ну, давайте знакомиться? — предложила Марта. Она запахнула свой яркий, расшитый какими-то птицами халат и села на стул, указав своим гостьям на диван. Девочки, поблагодарив, устроились там и представились хозяйке. — Ну что ж, — сказала она, положив руки на стол и переплетя пальцы. — Теперь послушайте меня. Я здесь для того, чтобы подготовить вас к Году. Что это такое — сейчас объясню. Вы решили остаться здесь, жить в Лесу, и вам разрешили это. Но вы совсем не знаете наших законов, правил, обычаев. Так вот, одного Года вам с лихвой хватит, чтобы заполнить этот пробел и стать полноправными жителями Леса. Кстати, Год — это просто сложившееся название, он не имеет отношения к астрономическому году и длится всего шесть месяцев. — Нас будете учить вы? — уточнила Ольга. — Нет, — Марта улыбнулась. — И я должна поправить тебя — никому здесь не говори: «Вы». У нас нет такой формы обращения, как на Большой земле, разве ты ещё не поняла? Со всеми — только по имени и на «ты», а уважение должно быть просто в твоём голосе… А теперь отвечу на твой вопрос. Не я буду учить вас законам. Это могут сделать только Старшие. — Старше тебя? — спросила Нелли. — Нет, Старший — это звание. Так у нас в Лесу называют юношей, достигших семнадцати лет, в совершенстве изучивших Закон и способных научить ему других. Но Старшим может стать далеко не каждый. Кроме знания Закона необходим ещё твёрдый характер, терпение, трудолюбие и доброжелательность… словом, тот, кого называют Старшим, должен обладать очень многими качествами. — Эти Старшие… Они нас будут учить в школе? — спросила Лена. — О нет, девочки. Вас будут учить во фриа́ле. — Где-где? — переспросила Ольга. И Марта рассказала. Фриал — это место, где уединяются на Год Старший и младший. Младшими называют в Лесу тех девочек и мальчиков, которые ещё не прошли через фриал, не изучили законов. Девочки идут во фриал в одиннадцать-двенадцать лет, мальчики попозже — в четырнадцать-пятнадцать. Им троим по одиннадцать, самый подходящий возраст для фриала… После выхода оттуда их уже никто не назовёт младшими. Девочек будут звать нимфами, мальчиков — сатирами. В течение Года младший познаёт Закон Леса как бы в оторванности от всего мира, видя перед собой только Старшего и не имея права покидать территорию фриала. Так же, как никто из лесных жителей не имеет права входить в течение Года на эту территорию. — Кошмар, — вздохнула Нелли. — Полгода сидеть взаперти. — Конечно, фриал — это нелёгкое испытание, — согласилась Марта. — Но, поверьте мне, не такое уж и страшное, если вам удастся установить хорошие взаимоотношения со своими Старшими. Продолжу, не вдаваясь в подробности — через три дня, в полнолуние, будет Праздник Клятвы. Если вы решили жить в Лесу, то должны будете принести Клятву, что готовы подчиняться всем требованиям и во фриале, и после выхода из него. На этом Празднике каждая из вас найдёт своего Старшего, вернее, каждый Старший выберет себе младшего, и вместе вы отправитесь во фриал. — Марта, — вкрадчиво спросила Ольга. — А… Камилл может быть Старшим? — Он и так Старший, — улыбнулась Марта. — Тот, с кем он пойдёт во фриал… я ему просто позавидую, потому что Камилл — очень добрый юноша. Ольга вся так и заискрилась от радости. А Нелли, надувшись, спросила: — А Артур с Альбертом? Они позвали нас сюда, а сами не пришли. Когда мы их увидим? Они придут к нам завтра? — Нет, я думаю, вы встретитесь с ними на Празднике.* * *
И вот девочки вместе с Мартой стали готовиться к Празднику. Без конца репетировали Голубой танец — им предстояло исполнять его вместе с другими младшими перед Клятвой. Это был ритуал. Теперь-то они поняли, почему братья так настойчиво заставляли их учить этот танец. Марта играла им на клавесине, а на Празднике, сказала — будут играть лиры. Девочки старались изо всех сил, обеспокоенные — смогут ли они танцевать также хорошо в парах с незнакомыми лесными жительницами? Потом они расходились по дому и учили Клятву. Марта сказала, что вслух её произносят только на Празднике, и поэтому написала слова на листочках. Девочки учили её про себя. — Не старайтесь говорить Клятву с выражением, — советовала им женщина, — главное — искренность. Слова должны словно исходить из сердца. Заставьте Старших поверить вам! Днём зашёл Камилл, поинтересовался их настроением и успехами в изучении Клятвы. Нелли ужасно обижалась, что Альберт не идёт её навестить. Но, когда она приставала с этим к Марте или Камиллу, те неизменно улыбались и переводили разговор на другое, в очередной раз обещая ей встречу с Альбертом на Празднике. Вскоре Камилл ушёл, ссылаясь на занятость и сказал, что зайдёт завтра вечером, попозже. Он и вправду зашёл вечером, около восьми и предложил девочкам небольшую прогулку. Нелли из гордости отказалась, обиженная на равнодушных братьев и вообще на весь белый свет. Лена тоже не пошла из солидарности; к тому же она хотела деликатно оставить Ольгу наедине с Камиллом. Когда они вышли из дома, Камилл остановился и тихо притянул к себе Ольгу. Она доверчиво прильнула к нему. — Камилка, будешь моим Старшим? — Тебе не стыдно напрашиваться? — улыбнулся юноша. — Стыдно, — соврала она. — Но мне так хочется быть с тобой рядом… — Я постараюсь, Оля. Он погладил её по плечу и вдруг осторожно отстранился: — Ты не обижаешься? Что я с тобой вот так? Почти бесцеремонно? Ольга взяла его за руку и прижалась к ней щекой… Они не спеша шли вдоль тропинки. — Только до первого поста — и обратно, — предупредил Камилл. — Почему? — Не нужно, чтобы тебя видело слишком много народа. В дни подготовки к Клятве младшему предписывается сидеть дома. С этого как бы начинается твой настрой на фриал. — А… мне ничего не скажут, если увидят, что я гуляю? — опасливо спросила она. — Да нет. Ты же, в конце концов, не жительница Леса, и я не хочу лишать тебя последних прогулок перед заточением во фриале. — Из него совсем-совсем нельзя выходить? — Нет, фриал — это не только дом, но и территория вокруг него. Нельзя выходить за эту территорию. — А, вон оно что, — облегчённо сказала Ольга. Впереди они увидели пост. Старший-дежурный (девочка уже знала, что за порядком в Лесу следят те же Старшие) заправлял какой-то жидкостью угасающий факел. Когда они подошли, он как раз управился и закручивал крышку обширного сосуда, похожего на кувшин. — Лаур? — удивлённо проговорил Камилл. — Разве ты дежуришь ночью? Старший неторопливо обернулся, и Ольга сразу узнала его, хотя видела до этого только мельком. Это он встретился им, когда они шли к Марте два дня назад. Сейчас она разглядела его получше. Высокий, широкоплечий. Чёрные, прямые, откинутые назад волосы, сравнительно длинные, почти до плеч. Открытое лицо с высоким лбом, чёрные стрелки бровей, глубоко сидящие тёмные глаза с яркими белками, от взгляда которых ей стало неуютно. Из-под его распахнутой лёгкой куртки светлела белоснежная рубашка. Ольга вдруг почувствовала к нему непонятную неприязнь, даже почти враждебность. За его насмешливое: «Уже мечтаете о совместном Годе?» Теперь-то она понимала, что он имел в виду. А какое, спрашивается, его дело? — Я заменяю Георга, — спокойно ответил Лаур. — До двенадцати, он меня попросил. — Понятно, — протянул Камилл. — Прохлаждаетесь? — дежурный скрестил руки на груди. — Согреваемся, — возразил Ольгин спутник с вызовом. — Согреваться лучше всего дома, — заметил Лаур. — Особенно за день до Праздника Клятвы. — А я думаю, тебя это не касается, — сухо сказал Ольгин спутник. — Ну ладно, — усмехнулся дежурный. — Прохлаждайтесь дальше… только не на моём участке. А я вас в случае чего не видел. — Ты очень любезен. Развернувшись, белокурый юноша повёл девочку обратно. Теперь она точно ненавидела этого Лаура. — Камилл, он всегда такой вредный? — спросила девочка неприязненно. Тот вынужденно улыбнулся: — Не стоит обращать внимания, Оль. Видишь ли, формально он всё-таки был прав. — Всё равно противный! Какое счастье, что ты у меня не такой. Да, она явно уже считала его своей собственностью…
