Незнакомец

— Это подойдёт? — Спросила Алисия, когда мы зашли в, относительно небольшую, но уютно обставленную комнату с небольшим столом, парой кресел и диванчиком. — Да, вполне. — Ответил я. Места, чтобы удобно сидеть, тут и правда хватает на всех, перекус (в основном для Хлои) уже принесли. А большего и не надо. Не помешает только закрыть единственное тут окно, что я и проделал, быстро сдвинув довольно плотные занавески и погружая комнату в полумрак. Когда в помещении стало достаточно темно и все расселись вокруг меня, я достал планшет и поставил его на стол перед нами. Пара нажатий, и не превышающий размерами смартфона, дисплей проецирует перед собой свою голографическую копию, увеличенную до габаритов неплохого монитора. Девушки, из числа тех, что ещё не видели моих технологичных штучек с Земли, глазели на всё это со смесью удивления и детского восторга, чем слегка вызвали легкую улыбку превосходства у Ольги и ироничный смешок Хлои. Я бы тоже, наверное, посмеялся с их реакции, если бы не то, что я собирался им показать. Ещё несколько касаний, теперь уже по висящим в воздухе иконкам, и на экране появляется изображение внутреннего отсека десантного челнока. Запись велась из моих глаз. Велась она, к слову, из моих глаз, которые, на тот момент, уже были искусственными, и демонстрировала зрителям металлическую стенку, она же борт челнока, вдоль которой тянутся сидения с креплениями. В них сидят люди, одетые в грязно-серую, составленную из гексагоновой формы ячеек, броню. Каждый из них был по-своему уникален, у всех разное выражение лица, причёска, цвет глаз, у кого-то шрамы. Но кое-что одно на всех общее — лицо. Моё лицо. Сейчас они застыли в разных позах, ожидая, когда я нажму на старт. Незаметно для меня самого, на лицо наползла теплая улыбка. — А-а… а почему они так похожи на вас? — Робко поинтересовалась Прим, умиляя своей детской непосредственностью. — Это мои братья. — Бровки девушки взлетели вверх, а ротик приоткрылся. Очень мило. — У меня была большая семья. — Была? — Спросила Майя, чем несколько меня удивила. С той самой перепалки, мы с ней почти не разговаривали, и большую часть времени находились далеко друг от друга. — Да, была… — Неуверенно ответил я. Нет никакой гарантии, что они ещё живы и до сих пор сражаются где-то там, на далекой Земле. Хотя очень хочется надеяться на это. Очень. — Простите… — Хотя столь бестактный вопрос и задала Майя, извинилась за него Прим, чем, в принципе, передала всеобщий настрой. Что хорошо умеют все, без исключения, девушки рядом со мной, так это сопереживать, даже мои тёмные эльфийки, правда, последние только со мной. — Когда ты говорил, что вы очень похожи, я и не думала, что настолько. — Немного разрядила атмосферу Ольга, внимательно разглядывая лица на записи, наверняка сравнивая со мной. — Хм, сюрприз. — Схохмил я, а потом мысленно дал себе затрещину за то, что отвлекся. — Должен предупредить. Особенно это касается вас, Прим, Селестина. — По очереди смотрю в глаза самым впечатлительным участницам нашей маленькой компании. — То, что вам предстоит увидеть, может вас шокировать, вплоть до ночных кошмаров. — Это я сказал не просто так, сам долгое время потом просыпался в холодном поту, хотя до этого вообще не видел сновидений. — Не говоря уже о том, что там будет много крови и смертей. В ответ получил только решительные кивки. Что же, я предупредил. — Ладно. — Кивнул я и ткнул пальцем в кнопку «Старт». — Тогда разделите со мной один из худших дней в моей жизни. Разговоры стихли, стоило только разойтись по комнате звуку из динамиков, а застывшей картинке ожить. — «Это в твоём мире, Носитель?» — «Да. А разве ты не знаешь?» — «Я не заглядывала в этот раздел. Посчитала, что данные оттуда — это что-то личное, и тебе будет неприятно, если я просмотрю их без спроса.» — «Спасибо.» Члены отряда «Фенрир» зашевелились, общаясь и перебрасываясь шутками. В отсеке стоял негромкий гул, состоящий из голосов, звука работы двигателей, и перестука ног и прикладов оружия по металлическому полу. — Вау! — Как живые… — Можно их потрогать? Девушки, как загипнотизированные, смотрели на запись, ловя глазами каждый блик на картинке. Даже тёмные эльфийки, хоть и держались лучше других. Я, конечно, уже показывал им изображения, да и от музыки, после первого раза, Хлою было практически не оторвать, я даже замечал её, тихо подпевающей некоторым, особенно понравившимся ей, композициям. Но, всё же, пение и рисунки — это одно, рисовать умеют и тут, а запись звука, хоть и удивительна, но терпима, а вот видео — это уже совсем другой уровень. Чувствую себя Моисеем, что раздвигает море силой мысли и призывает манну небесную. — «Пф-ф-ф… ничего особенного.» — А вот Марта была не впечатлена, что и неудивительно. — Кей! — Голос с другого конца отсека привлёк внимание того, от чьего лица велась запись. Картинка дернулась с поворотом головы, показывая говорившего. — Чего? — Отозвался оператор моим голосом. — Ой! Они разговаривают! — Вскрикнула Прим, и тут же пристыженно зажала рот ладошками. Впрочем, она была не одинока в своих эмоциях, все остальные тоже, с блестящими глазками, готовые с головой влезть по ту сторону экрана, дабы посмотреть, как там всё устроено изнутри, и только Гордость и Правила приличия, не позволили им этого сделать. С большой буквы, да. — Ты чего сидишь, как будто воды в рот набрал? — Спросил, тем временем, Ржавый. Из нас всех, он был самый добродушный и сердобольный. Всегда сверкающий лысиной и позитивной, белозубой улыбкой, что контрастирует с длинным шрамом через левый глаз, придающим ему гопнический вид. Сидел он с самого края, возле двери в пилотскую кабину, и, чтобы хорошо видеть меня, сильно наклонился вперёд, не выпадая из кресла только благодаря страховочным ремням. — А ты, собственно, с какой целью интересуешься? — На записи этого не видно, но я точно помню, что тогда улыбнулся. — Проверяю моральное состояние нашего лидера перед битвой, конечно же! Если ты чувствуешь себя плохо, не переживай, я всегда могу заменить тебя на столь ответственном посту! — Не-а! Ржавый, тебе не удастся стать командиром вместо Кея. — Задушил в корне надежду бедолаги один из парней, кажется, Арчи. Да, точно он — вон, его снайперская винтовка рядом с ним. — Тебя хотели сместить? — Нахмурив брови, спросила Ольга, толкнув меня плечом и выведя из лёгкого ностальгического транса. — С чего ты взяла? Это наши обычные шутки. Ничего серьёзного, никто из ребят не стал бы пытаться стать главным вместо меня. Да и не получилось бы, даже если бы кто-то захотел. — Судя по выражению лица, она беспокоится. Даже если гипотетическая опасность угрожала мне в прошлом. Приятно. — Ржавый вообще любил хорошо пошутить. Ну, по крайней мере, он искренне пытался это сделать. Получалось, правда, не очень. — Хм… — Ничего не ответила колдунья и повернулась обратно к экрану. — Эй! — На котором бедный Ржавый возмущался доле своей тяжкой. — Как это не смогу? Почему это? —Может потому, что ты мудак? Борт шаттла потонул в хохоте. — Мда? Хм… я как-то не подумал… — Изображая задумчивость, а на деле стараясь не заржать со всеми, Ржавый поскрёб пальцами подбородок. — Хорошая версия! Многое объясняет… — Тут он сделал одухотворенно-дебильную физиономию. — Но я не сдамся! И стану самым лучшим командиром, даттебайо! Новый приступ смеха эхом отразился от металлических стен. — Подходи, когда научишься играть в бильярд кубиками. — Смеясь, произнёс я. — Хотя, тебе тогда не командиром становиться можно будет, а сразу боженькой… Скосив взгляд на стайку женщин рядом с собой, отмечаю, как они с неугасающим интересом наблюдают за таким, казалось бы, примитивным действом. Для них я до сих пор был загадкой, и, наверняка, им всем очень льстит тот факт, что я приоткрыл для них часть своих тайн. Даже Майя недалеко ушла от остальных. — А что такое бильярд? И как умение играть в него кубиками может сделать тебя богом? — Прим, конечно же, не удержалась от вопроса. — Фольклор моей родины, не воспринимайте всерьёз. — Отмахнулся я, пожав плечами. Параллельно, события на экране развивались дальше. Внезапно, ожил динамик, связывающий грузовой отсек с кабиной пилота. — Господа, пакуйте вещи! Через две минуты будем у точки высадки. — Хрипловатым голосом, искажённым динамиком, оповестил отряд пилот. — Так, вы его слышали, шутки в сторону! Готовимся! — Утратив весёлые нотки, мой голос на записи стал строгим и сосредоточенным. Слитным движением, вызывая вздохи у зрительниц, поражённых синхронностью движений, а у меня прилив гордости, все члены отряда «Фенрир», включая моего цифрового двойника, достали из-под сидушек шлемы с глухим забралом. И так же одномоментно надели их на головы. На мгновение, изображение померкло, оставив перед нами сплошную черноту, но тут же пошло рябью и восстановилось. Так проходила синхронизация глазных имплантов с электроникой шлема. Кроме того, по углам появились символы, отображающие текущие данные, вроде дальномера, неактивного сейчас счетчика боеприпасов, индикаторов статуса отряда и состояния брони. Для девушек все эти символы остались непонятными, но ненадолго. — «Перевожу на Эостийский.» — Эхом отозвалась в голове Марта, и все надписи поменялись на знакомую, для обитателей этого мира, письменность. Кстати, забавный факт: Эостийский, по звучанию, почти неотличим от земного английского языка. Я, по крайней мере, спокойно общался на нём с момента своего появления в Башне. Мелкие различия создавали не больше трудностей в общении, чем для уроженцев британских островов разговор с жителями североамериканского материка. Другое дело — текст. В Эостийском существует целых пятьдесят шесть букв, ни одна из которых не имеет ничего общего с буквами английского алфавита. Я впервые столкнулся с этим, когда обшаривал бывший кабинет Биззли. Хорошо, что на помощь пришла Марта, накладывая синхронный перевод прямо поверх читаемого мной текста. Как получилось так, что два столь разных языка могут быть одновременно настолько похожи, я понять так и не смог. Да и не нужно оно мне, если быть откровенным. Крепления кресел отстегнулись, позволяя всем встать, что и проделал весь отряд. Закрепив оружие и снаряжение, все замерли в ожидании дальнейших команд. Кроме меня. Я быстрым шагом подошёл к аппарели, ведущей наружу, что должна была вот-вот опуститься. — Доложить о готовности! — Скомандовал я. — Фенрир-1 готов! — Фенрир-2 готов! — Фенрир-3… — …Фенрир-10 готов! — Закончил последний боец и очередь дошла до меня. — Фенрир-лидер. Отряд «Фенрир» готов к высадке. — Спокойно доложил я пилоту по внутренней связи. Не прошло и минуты, как мне ответили: — Мы на месте, господа. Give’em hell! — Пилот пожелал удачи и аппарель быстро поднялась, впуская внутрь порывы холодного ветра, вперемешку с рёвом двигателей. —Вперед! — Скомандовал я, приглушенным шлемом, голосом и парни, один за одним, пронеслись мимо меня, ныряя в пустоту. Я ненадолго от них отстал, так же сиганув вниз, навстречу виднеющейся, далеко внизу, земле. В тот раз я решил повыпендриваться и в прыжке сделал сальто назад, из-за чего в поле зрения, на секунду, попал несущий нас шаттл. Штурм базы фанатиков начался глубокой ночью, из-за чего разглядеть что-то невооруженным взглядом было сложно, но наша улучшенная физиология позволяла неплохо видеть в темноте, поэтому силуэт летательного аппарата был хорошо виден сквозь кромешную темноту. — Что это? — С неба?! — Богиня! Леди, вразнобой, начали выражать эмоции, стоило только им понять, с какой высоты велась съёмка. Могу их понять. Для человека, родом из средневековой культуры, невозможно даже представить, что человек способен подняться настолько высоко. Запись, конечно, не передаёт полный спектр ощущений, но даже того, что есть — достаточно, чтобы повергнуть их в глубокий шок. — И… многие у вас могут позволить себе… вот такое? — Первой пришла в себя Ольга, и, естественно, сразу же поспешила утолить любопытство. К тому же, вопрос был не совсем праздный. Как правитель, она наверняка допускала возможность того, что где появился один такой красивый я, там могут и другие, и сейчас, скорее всего, начала прикидывать, какие возможности предоставляет летательный аппарат. И поняла, что будет, если вдруг ей придётся столкнуться с теми, кто способен его построить и использовать. — Полёты были освоены лет сто пятьдесят назад, и сегодня это обыденность. — Не смог я удержаться от того, чтобы не не похвастаться. — Так что довольно многие. Правда, из-за войны, гражданские полёты практически прекратились… — Сто пятьдесят лет… — Прошептала Алисия. — Но ведь, если это случилось так давно, хоть раз, кто-то уже долетел бы сюда. Но никто никогда не видел таких штук в небе… — Тут она дёрнулась, как от удара током. — Как же далеко твой дом? — Так далеко, что нет никакой надежды туда вернуться. — Вздохнул я печально. — Если хотите, мы можем обсудить это потом. — Хорошо… Картинка ещё раз моргнула, покрасившись в зелёный цвет. Это включилось ночное видение, делая очертания земли под нами более отчётливыми. Там шла битва. Со склона горы, в плато перед ней, летели ракеты и трассеры. В обратную сторону вёлся ещё более интенсивный огонь наступающих войск. То тут, то там вспыхивали взрывы, яркость которых гасилась системами шлема, чтобы не ослепить оператора. Другой склон, в отличие от первого, был пуст. К нему-то и направлялся отряд. — Итак, слушаем сюда, ещё раз повторю цель нашего задания. Пока наша бравая мобильная пехота бьётся с ними лоб в лоб, отвлекая на себя большую часть внимания, мы с вами проберёмся в самый центр их логова, схватим за жопу их главаря, и так же тихо растворимся в ночи, прямо как ниндзя. — В уголке зрения выскочило изображение благообразного пожилого мужчины с волевым лицом, в монашеской рясе. — Вот он, голубчик. Зовут Кольо Святцев, 68 лет, родился в Болгарии. Основатель, идейный вдохновитель, и бессменный лидер радикального христианского террористического культа «Последний суд», где больше известен, как «Пастырь». Безумный, но невероятно хитрый ублюдок, так что, когда попадём внутрь, ведём себя максимально осторожно. — А нехилую они себе хату отгрохали. — Присвистнул один из парней. — Нашим внизу тяжко приходится. — До катаклизма, в этих горах была сеть пещер с полезными ископаемыми. Позже тут обосновалось одно горнодобывающее предприятие. Когда пришел большой пиздец, эта конторка, как и многие другие, канула в лету, но подземная инфраструктура никуда не делась. По ней-то эти ушлёпки и перебрасывают подкрепления. Оборонять узкие пространства довольно просто, так что, они тут могут до Рождества сидеть, если ничего не сделать. На наше счастье, старые схемы тоннелей сохранились. Ясное дело, что что-то может не совпасть, но примерно, куда двигаться, мы знаем. — Забились туда, как крысы, а нам теперь их выковыривать. — Прокомментировал еще кто-то. — Куда командование смотрело, пока они собирали тут свой шабаш? — Никому не было дела до крикливых идиотов, когда пришли моллюски. Никто просто не мог предсказать, что от слов, они перейдут к действиям, пока не стало поздно, и их блядский культ не охватил половину мира. — Добавил третий. — Ага, а на второй теперь живут грёбанные пришельцы. Мы с вами в интересные времена родились, скажу я вам. — Мы родились, чтобы помочь разгрести всё это дерьмо, так что прекращаем лишние разговоры и за работу. Земля уже близко. — Босс, ты иногда такой зануда… На этом разговоры закончилсь. На костюмах отряда активизировались тормозные модули — одноразовая навесная система, в которой применяется экспериментальный генератор антигравитации, снижающий скорость падения до безопасных, для приземления, скоростей. Стоит сказать, что безопасными они были только для таких, как мы, для обычных людей такой способ грозит серьёзными переломами, а то и смертью. Прозрачное марево окутало фигуры десантников и скорость падения стала стремительно уменьшаться. Почти у самой земли, в считанном десятке метров, она стала практически нулевой, но тут заряд батарей десантных модулей исчерпал себя и остаток пути группе пришлось провести в свободном падении. Столкнувшись ногами с землёй, оператор сделал кувырок, чтобы погасить инерцию и бодро вскочил на ноги. — Статус! — В интерфейсе итак отображается состояние бойцов, но лучше проверить голосом, потому что накладки случаются с завидной регулярностью. — Фенрир-1 в норме! — Фенрир-2 в норме! — Фенрир-3… В этот раз всё было в порядке. — Отлично. Вход под землю в этой точке. — На карте, что никуда не пропадала из уголка интерфейса, появилась метка. — Там раньше было что-то вроде канала сброса отходов, а сейчас чёрный ход. Охраны должно быть мало, даже с учётом нападения. Устраняем их, заходим, хватаем цель, и на выход. — Объяснил я план действий. — Вперёд, господа! Зашли и вышли, приключение на двадцать минут. — Стелс пихота за работой. — Ржавый, Блять! — Кто-нибудь, забаньте ему канал… — Провалить задание, умерев от кринжа… позор на наши головы. Со стороны могло показаться, что в одном месте собрались не сверхлюди, заточенные под убийство, а группа туристов, но это только для тех, кто мог бы услышать переговоры. На деле же, ни звука не проникло из-под шлемов наружу, а каждый из нас был напряжен и внимательно мониторил территорию вокруг себя, готовый незамедлительно отреагировать на любую угрозу. Стремительными рывками, от укрытия к укрытию, одиннадцать теней двигались под покровом ночи, приближаясь к своей цели. От места высадки до входа в пещеры было всего ничего, каких-то жалких пару километров. И даже пересечённая местность не была проблемой для сверхлюдей. Ловко обходя препятствия, парни поражали зрительниц, демонстрируя невероятные ловкость, скорость, и гибкость. За пару минут, отряд достиг узкой горной тропы, что вела к скрытому в скалах проходу под землю, и двинулся по ней цепью, смотря друг-другу в спину. Встреченный по пути патруль из двух культистов в плохонькой броне и с устаревшим оружием, был уничтожен ещё до того, как мог бы получить шанс поднять тревогу или открыть огонь. С ними расправились, даже не применяя дальнобойного оружия, пара бойцов просто смела их походя, потратив по одному удару ВЧ-клинков, спрятанных в наручах брони. Оператор в моём лице даже не принимал в этом участия лично, получив лишь голосовое уведомление от впереди идущих братьев об уничтожении двух единиц живой силы противника. Только мазнул взглядом по двум остывающим трупам, залитым кровью, когда пробегал мимо них. Зрелище, привычное для не раз бывавших в бою и видевших смерть людей, но таковыми среди наблюдателей были не все. Прим, увидев мертвецов, пусть даже и на экране, широко открыв глаза, отвернулась, наклонившись и глубокими глотками втягивая воздух в лёгкие. К счастью, рвотный позыв ей побороть удалось. На помощь девушке тут же пришла её сестра, соскочив со своего места и, наклонившись к голове, что-то нашептывала впечатлительной особе, успокаивающе гладя по спине. Селестина, в силу возраста, держалась лучше, но и её коленки дрожали, а пальцы, со скрипом, смяли обивку подлокотников кресла. — Это только начало. — Предупредил я, поставив проигрыватель на паузу. — Дальше будет хуже. Вы точно уверены, что хотите смотреть дальше? — Д-да… — Дрогнувшим голосом ответила светлая эльфийка. — Если я хочу понять вас, я должна пересилить себя… к тому же… как я буду помогать настоящим раненым во время битвы, если боюсь ненастоящей крови? Ольга, после этого, слегка удивлённо покосилась на свою венценосную коллегу, а потом удовлетворённо кивнула. Кажется, кто-то набирает всё больше очков в её глазах. — Прим? — В жрице я и не сомневался, но вот розоволосая девочка меня беспокоила по-настоящему. Слишком невинной она выглядела и мне было совестно окунать её головой в помои. Но, с другой стороны, пусть лучше это сделаю я, в виде захватывающей истории, чем кто-то другой, уже в реальности, и с куда более разрушительными последствиями для её психики. Чуть меньше меня беспокоила Майя, что не проронила до сих пор ни слова. Чёрт знает, что происходит в её голове. Вон, даже сейчас, мазнув по ней взглядом, даже с помощью своих усиленных чувств, я не смог разобрать, что у неё на уме. — Я буду смотреть. — Прим выпрямилась, снова ровно сев в кресле и мягко отвадив от себя сестру. Мелкая мимика её лица говорила о том, что она до сих пор сильно нервничает, но взгляд её голубых глазок был полон решимости. — Хорошо. — Удовлетворённый ответом, я протянул руку, чтобы возобновить воспроизведение. Тут сбоку что-то громко хрумкнуло. — Простите… — Сконфуженно спрятала глаза Хлоя, держа в руках хрустящий хлебец. Пара тарелок с, не настолько «громкой» едой рядом с ней, уже были пусты. — Хех… — Не удержала смешок наша королева, чем вогнала бедную девушку в краску ещё сильнее. Все остальные тоже слегка улыбнулись, отвлёкшись от не очень приятной сцены. Радует, что они тоже потихоньку сближаются друг с другом и могут улыбаться на вот такие маленькие конфузы, хотя ещё недавно считали друг-друга лютыми врагами. Общая беда сближает. Атмосфера разрядилась после этого забавного момента и мы продолжили просмотр. А на экране продолжалось действо. В считанные минуты, отряд достиг нужной точки, вырезав по пути ещё один патруль. Остановившись в некотором отдалении от уходящего вглубь породы тоннеля, мы залегли, чтобы разработать план действий. Вход охранялся хорошо. К концу тропа сильно расширялась, образовав плоскую каменную площадку, достаточно широкую, чтобы установить по бокам от входа два зенитно-ракетных комплекса, обложенные мешками с песком. Их вооружение может прикрыть как и от воздушной атаки, так и создать на узком пространстве горной тропы такую плотность огня, что любой, кто решится атаковать, за секунду будет превращён в труху. Висящие сверху прожектора на насколько десятков метров освещали пространство впереди, не давая возможности подойти незамеченным, а два десятка вооружённых людей, занявших позиции за укрытиями из таких же мешков с песком, либо патрулирующих площадку, делали укрепление окончательно неприступным. Но только не для нас. — Стандартная схема, работаем. — Услышав это, бойцы кивнули, и принялись за дело. Наше взаимодействие друг с другом давно отработано до автоматизма, каждый прекрасно знает, что ему делать. Пятеро остались на дороге. Остальные, разделившись на тройки, сошли с тропы, одни поднявшись по склону вверх, в их числе был и я, другие, наоборот, спустившись вниз. Рассредоточившись, мы медленно приблизились к краю освещённой прожекторами зоны. Интерфейс услужливо обозначил, кто какую цель себе выбрал. Удобная фишка, чтобы не тратить лишние боеприпасы на того, кто и так уже мёртв. Когда с этим было покончено, настало время действовать. — Арчи, гаси свет. — Два выстрела из снайперской винтовки разбили прожектора, погрузив площадку во тьму и переполошив защитников. Тут же следом, сверху и снизу, прямо под боевую технику, полетели ЭМИ-гранаты, ненадолго, но качественно вырубая электронику, что не позволит им быстро вступить в бой. Ну а дальше уже наша очередь. Ещё когда летели гранаты, выключенное, за ненадобностью, ночное зрение сменилось тепловым, прекрасно показывая укрывшихся за препятствиями врагов. Синхронно, как на репетиции, мы открыли огонь. Из-за глушителей, что прятали вспышки от выстрелов, беспомощные культисты даже не знали, откуда их убивают, нещадно паля во все стороны без шанса хоть куда-то попасть. Сами они, при этом, падали один за другим, сражённые точным выстрелом одного из братьев. Десять секунд, и два десятка человек отправились в могилу. Но ещё остались экипажи боевых машин. Совершив прыжок вниз со склона, я приземлился прямо на крышу одной из них, пока другой занялись поднявшиеся снизу по склону парни. ВЧ-клинок — смертоносное оружие ближнего боя, благодаря сверхбыстрым колебаниям лезвия, могущее резать бронированную сталь, как масло. Для того, чтобы вскрыть люк на броне, лучше ничего не придумаешь. Вставив лезвие в щель между крышкой и стенками люка, одним круговым движением срезаю штифты замков и шарниры, затем встаю и ногой отпихиваю его в сторону. Изнутри в меня уже смотрел ствол пистолета, но его владелец не успел выстрелить, поймав мою собственную пулю. Следом за его телом, упавшим на дно машины, отправилась граната, а я спрыгнул на землю. Изнутри кто-то закричал, но этот крик был прерван взрывом, превратившим экипаж в кровавые ошмётки. Спустя секунду, прозвучал ещё один взрыв. Вторая машина тоже уничтожена. На этом моменте, я решил сделать паузу и посмотреть на реакцию девушек и не остался разочарован. Глаза размером с пятак — это самое меньшее, что можно сказать. — Теперь я понимаю, что ты имел ввиду, когда говорил, что дальний бой важен. — В глазах Алисии застыло полное охренение. — Но я даже не догадывалась, что именно ты под этим подразумеваешь… На это я только усмехнулся. Другие девушки реагировали по-разному, но в пределах моих ожиданий. Прим и Селестина побледнели, но, стоит отдать им должное, держались. Хлоя явно была под впечатлением, но старалась держать марку. Майя… была собой, а вот Ольга удивила — она скривилась, словно съела целый лимон. Поймав мой вопросительный взгляд, монаршая особа вздохнула. — Реализовать что-то, хоть сколько-то похожее на увиденное, наши не смогут. Совершенно другой уровень. — Это и не требуется. Да и, честно говоря, у нас это тоже могли бы провернуть далеко не все. — Я вздохнул. — Наш отряд был особенным… Вход в подземелье представлял из себя тяжелую гермодверь, вмурованную в камень. Просто так, виброножами её было не прорезать — слишком толстая, и вскрытие её, таким образом, заняло бы много времени. Но был способ проще. — Глейв, неси «открывашку». — Коротко бросил я и отошёл в сторону, мимо меня к двери проскользнул боец, на ходу снимая с магнитного крепления прямоугольной формы устройство. В груди кольнуло. В воображении возник образ сидящего в луже собственной крови Глейва, зажимающего единственной рукой ужасную рану на животе. — «Иди… брат»… Тряхнув головой, отгоняю наваждение. Я сделал всё, что мог. И даже сам умер следом. Вот только сейчас я жив. А он.? Ещё раз выписываю себе мысленную оплеуху. Нечего ворошить прошлое. Не хватало ещё, чтобы остальные что-то заметили. Украдкой оглядываюсь, чтобы проверить. Не заметили. Поглощены просмотром «блокбастера». Или это снафф? Не важно. «Открывашка» — так мы, между собой, называли универсальное устройство для взлома всего, в чём есть сложная электроника, и на что не хватает стандартных средств, имеющихся в броне. Ограничен тем, что для использования требуется прямое подключение через кабель. Так надежнее, хотя и беспроводной вариант предусмотрен. — Готово. — Доложил Глейв, стоя рядом с приборной панелью, у которой была сорвана крышка, и из контактов торчал провод, тянущийся к «открывашке». Нажав что-то на голографическом дисплее, он запустил механизм гермодвери, и та с шипением отъехала в сторону, спрятавшись в углублении в скале. За ней глазам отряда, а вместе с ним и зрителей, открылся тоннель со следами сейчас снятых рельс на полу, и развешанными, на равном расстоянии, лампами. — И-и-и… вот так! — После этих слов Глейва свет, как по щёлчку, погас, оставляя перед глазами черноту. — Я добрался до их генератора. На ближайшие двадцать минут они теперь всё равно, что слепые котята, это точно. — Этого хватит. — Кивнул я и махнул рукой, указывая вперед. — Двигаем. Дальше для зрителей всё выглядело, как прохождение какого-нибудь ААА-шутера на ультра графике, если бы они конечно знали, с чем сравнивать. Отряд «Фенрир» двигался по базе культистов, как нож сквозь масло, безжалостно сметая любое сопротивление на своём пути. Яркие вспышки выстрелов, взрывы, грохот, кровь. Дезориентированные и напуганные фанатики не могли не то, что организовать внятную оборону, а даже просто разобраться, откуда именно их убьют в следующую секунду. И всё это под шутки и насмешки по внутренней связи, что только добавляло красок в картину тотального превосходства. Даже когда враги перезапустили генераторы и свет вернулся, ничего не изменилось, разве что небольшой элемент стелса исчез, уступив место еще большему драйву. Постепенно, по мере просмотра, я вспоминал все те чувства, что тогда испытывал. Мы были, как боги войны. Сражения — это то, чем мы жили, что умели лучше всего, и от чего получали искреннее удовольствие. Когда адреналин кипит в крови, а все чувства обострены до предела и жизнь висит на волоске — вот то, что делало нас по-настоящему живыми. Очередная пещера на пути отряда оказалась больше других и являла собой, скорее всего, склад. По крайней мере, на это намекало обилие стеллажей и ящиков, разбросанных, однако, без какого-либо порядка. Вперемешку с остатками шахтерского оборудования и прочим мусором, они составляли лабиринт, в котором копошились фанатики, пытаясь сообразить из этого безобразия подобие укреплений, чтобы встретить неожиданную атаку с тыла, пока их товарищи умирают, выигрывая время. Но они не успели. — Обожаю это. — Хохотнул наш подрывник, отправляя внутрь через проход целую стаю мин-лягушек, переключённых на режим свободного поиска. Через несколько секунд, с той стороны послышались выстрелы, а потом началась целая серия небольших взрывов, каждый из которых забирал чью-то жизнь. — Погнали. — Скомандовал я и отряд ворвался в пещеру и рассредоточился, ведя убийственно-точный огонь. — Держу пари, что нашего клиента здесь тоже нет. — Сказал кто-то из братьев. — И это странно. — Добавил второй. — Этих уродов тут много, а дальше будет ещё больше. Нас уже заметили и реагируют. — Он должен быть где-то недалеко. — Подбодрил я ребят, одновременно переворачивая пинком высокий стеллаж с металлоломом на головы двум засевшим за ним противникам, после чего добил каждого выстрелом в голову. — Да, вот только, такими темпами, мы с основными силами встретимся, чем его найдем. Громкий звук гидравлики вклинился в какофонию боя, а следом за ним последовал грохот автоматической пушки. На противоположном конце пещеры с пола поднялся, разбрасывая мусор, которым был прикрыт, четырёхметровый шагающий робот. Его покрывала толстая броня, неуязвимая для лёгкого оружия и осколков. Даже застеклённая кабина пилота была сделана из особого полимера, мало уступающего бронированной стали. ЭМИ против него не используешь — там попросту нечего сжигать. На правом манипуляторе у него висела 20-мм автопушка, из которой он поливал пространство перед собой, левый оказался пуст. И это была большая удача — обычно там крепится блок неуправляемых ракет. — Твою мать! — «Носорог»! — Под землёй?! Они ебанулись! Нам пришлось залечь, чтобы не попасть под раздачу. Какими крутыми мы бы не были, двадцать миллиметров порвёт нас на куски, как и любого другого. Противники не упустили возможности перейти в наступление и, под прикрытием бронированного гиганта, стали постепенно теснить нас назад. Вместе с ещё двумя парнями, я скрылся за толстой и широкой бронеплитой, по которой градом били вражеские пули и снаряды «Носорога». Каждое попадание автопушки заставляло укрытие содрогаться и откалывало куски, разлетающиеся во все стороны. — И как нам его убивать? У нас же тяжёлого оружия ноль! — Кто вообще додумался притащить сюда эту хрень? — Это ж фанатики! У них один Аллах в голове, а логика идёт по остаточному принципу… Ведя громкие переговоры, бойцы отступали, меняя укрытия, которые быстро превращались в труху под огнём робота. Прямых попаданий никто не получал, а от осколков спасла броня. Но это не могло длиться бесконечно. Рано или поздно, но нас выдавили бы обратно в тоннель, где уже ничто бы не помогло от шквального огня. Нужно было срочно что-то делать. «Носорог» — одна из первых шагающих боевых машин. Технологии тогда ещё не сделали качественный скачок вперёд, поэтому у него было много недостатков. Один из них — неповоротливость и ограниченный угол поворота главного калибра. Для дальних дистанций это не проблема, но вот вблизи можно найти достаточно пространства для манёвра и не попасть под огонь. Чем я и решил воспользоваться. — Так, у меня есть план! — Разговоры сразу стихли и члены отряда, не прекращая отстреливаться, обратились в слух. — Он не может накрыть сразу всех, поэтому… Глейв! Отвлеките его со своего фланга. Делай что хочешь, но он должен смотреть только на вас. — Принято. — Коротко отозвался Глейв. — Пока он будет занят, я обойду его вдоль дальней стены и поджарю ему задницу. Арчи, прикроешь меня, остальные займитесь мясом. Начали! В ту же секунду, под ноги гиганту полетели гранаты. Урона они никакого не нанесли, но заставили пилота обратить внимание на тех, кто их использовал, ведь до этого, никто из нас их не применял, довольствуясь винтовками. Глейв и ещё трое парней, специально на секунду, высунулись из-за укрытий и тут же рванули врассыпную, а в то место, где они были, тут же полетели снаряды. — Давай, босс! Получив сигнал, я тут же сорвался с места, обходя робота по широкой дуге. Первый вставший у меня на пути солдат схлопотал снайперскую пулю. — Арчи бдил и охранял меня. Затерявшись меж обломков, я нёсся на полной скорости к своей цели, уничтожая всех на своем пути. Вот, зазевавшийся фанатик не заметил меня и схлопотал пинок, отправивший его в полёт, что завершился у ближайшей стены. Ведущие по мне огонь из-за ящиков, двое культистов свалились с дырками в голове, а через секунду, я перемахнул через их укрытие и на полной скорости понёсся дальше. Мелькнувшая где-то спереди голова взорвалась кровавыми ошмётками от выстрела нашего снайпера, освобождая мне путь в тыл противника. Ребята хорошо постарались и оставшиеся враги не заметили, как я зашёл им за спину. Несколько культистов, увлечённо палящих в расположившихся на том конце братьев, были безжалостно расстреляны мной в спины, освобождая мне путь к брюху «Носорога», чей пилот всё ещё меня не видел. Два заряда магнитной взрывчатки, брошенные мной, прикрепляются к его ноге, а третий приземляется на манипулятор с пушкой. Рывок к укрытию. Нажать на детонатор. Взрыв. Обе ноги и руку робота, со скрежетом, сорвало с креплений и разбросало во все стороны ударной волной вместе с осколками помельче, превращая в фарш тех, кому не повезло. Туловище робота тоже откинуло в сторону, но недалеко, и оно осталось относительно целым, только броня помялась, да потрескалась кабина. После этого, добить оставшихся было делом техники, и вскоре, в большой пещере остался стоять только отряд «Фенрир». В полном составе. Всё прошло без потерь, только двое получили лёгкие ранения. Ничего, с чем бы мы не могли справиться. Когда вокруг не осталось врагов, я вернулся к останкам «Носорога». Через потрескавшееся стекло кабины на меня, с ужасом, взирал пилот. Когда я остановился прямо напротив него, он задёргался, путаясь в ремнях, и что-то крича. Достав ВЧ-нож, я аккуратно вырезал в стекле отверстие, убрал его обратно, а потом просунул внутрь ствол винтовки и пустил пилоту пулю прямо в череп. Бой был окончен. Следующие двадцать минут мы приводили себя в порядок. Как это обычно бывает, план быстро захватить лидера террористов провалился и превратился в обычную зачистку. И относительно лёгкая часть закончилась. Мы были достаточно громкими, чтобы враг обратил на нас внимание и выделил часть сил, противостоящих отвлекающему удару наших войск, который стал главным, после того, как мы не смогли отыскать нашу цель. Поэтому, заблокировав дверь, ведущую вглубь шахт, туда, где в крепкой обороне засела большая часть противников, наш отряд бродил по зачищенной нами пещере, собирая всё мало-мальски полезное для того, чтобы поучаствовать в большой битве. В особенности: взрывчатку и тяжёлое вооружение. Я как раз занимался тем, что подбирал из сваленного в кучу оружия себе автомат поприличнее, чтобы было, чем заменить свой, боеприпасы к которому уже подходили к концу, когда меня отвлёк один из братьев. — Кей, я тут кое-что нашёл. Можешь подойти? Голос звучал заинтересованно, поэтому я не стал медлить. — Сейчас буду. — Что тут такое? — Спросил я, зайдя в неприметный закуток, отгороженный загромождением ящиков. Сразу разглядеть находку не получилось, обзор загораживала широкая спина брата. — Вот. Было спрятано за обломками. — Услышав меня, боец тут же шагнул в сторону, освобождая проход. Перед нами оказалась крышка. Крышка в полу, полностью сделанная из бронированной стали, достаточного размера, чтобы туда спокойно могли спуститься два человека, при этом не мешая друг другу. — Люк? — Да. Я проверил сканером, и он показывает, что под ним есть пустоты и много металла. — Ответил солдат. — Закрытая секция? — Вслух произнёс я, скорее самому себе, чем окружающим, вместе с этим открыв карту, на которой под ними ничего не было. — На карте пусто. — Судя по всему, это появилось здесь уже после катаклизма. — Если бы я был главарём шайки террористов, я бы в такой и спрятался. — Из-за угла высунулась голова Ржавого. — А что? На доступных нам картах этого места нет. — Полностью вышел он к нам. Видок у него, кстати, был тот ещё: Тяжёлый пулемёт на ремне за спиной, две ленты патронов на груди крест-накрест, и револьверный гранатомёт, болтающийся у пояса. — Вход в укромном месте, да ещё и запаролен наверняка. Бьюсь об заклад, что там и источник энергии свой, отдельный, чтобы, если это место разнесут, там можно было отсидеться. Это же секретное логово внутри секретного логова! Выбор настоящих злыдней, зуб вам даю! — Знаешь, Ржавый, возможно ты не зря смотрел те супергеройские мультики. — Качнул я головой со смешком в голосе. — Будем проверять. Глейв! «Открывашка»! — Есть! Через несколько секунд Глейв был уже рядом с нами. Обойдя люк и осмотрев его со всех сторон, он хмыкнул, а затем присел на корточки рядом, достал нож и подцепил краешком крышку сервисного порта, куда после этого подсоединил контакты своего устройства. — Защита тут на порядок лучше. Но ничего непреодолимого. — Отвлёкся он на секунду, взглянув на меня и отвечая на немой вопрос. — Еще минутку… Получилось даже быстрее. В какой-то момент, внутри механизма что-то треснуло и крышка люка плавно опустилась вниз и уехала в сторону. — Всё. — Удовлетворённо произнес Глейв, встав с колен и убрав инструмент. — Можно работать. — Запускайте дрона. — Кивнув ему, сказал я бойцам. Один из них тут же снял с пояса небольшой контейнер с рукоятками по бокам. Резко дернув их в стороны, он подбросил его в воздух, где тот разложился, выпустив крылья с винтами и завис в воздухе, сверкнув бликом на объективе встроенной камеры. Поймав равновесие, машинка юркнула в люк, а секунду спустя интерфейс шлема отобразил транслируемую им картинку. Скрытая часть подземелья сильно отличалась от внешней: пространство перед дроном было больше похоже на лабораторию или недра космического корабля, как их изображают в фантастических фильмах. Покрытые металлом стены, тянущиеся вдоль них трубы, проводка, и тусклое освещение светодиодных ламп. Дрон медленно двигался вперёд по узкому коридору, тихо жужжа винтами, охватывая своим механическим взором. Всё было тихо. Никакого движения или других признаков активности. Ни души. Продолжалось так несколько минут. Разведчик летал по подземелью, не встречая ни препятствий, ни чего-нибудь интересного. И это было подозрительно. И тут нам улыбнулась удача. Свернув в очередной раз, дрон обнаружил за поворотом… нечто. В центре широкого помещения располагалась большая ёмкость кубической формы, чем-то отдалённо напоминавшая увеличенную во много раз капсулу, в которых нас вырастили. Стенки этой ёмкости были прозрачными, по полу и потолку к ней со всех сторон тянулись, переплетаясь, провода и трубки. Внутри была жидкость желтовато-бурого цвета. И тела. Много-много человеческих тел, как будто бы съеденных кислотой. — Вот же… блять! — Выругался я. Братья поддержали меня нестройным хором схожих по смыслу высказываний, а смотрящие за всем этим через экран девушки замерли в глубоком шоке. Вдруг, изображение с камер робота резко дернулось, закрутилось, а потом и вовсе погасло. Мы с братьями переглянулись. — Вы видели эту штуку? Скажите, что мне показалось, что там плавают люди? — Не показалось. — Мрачно произнёс я, беря в руки автомат. — Спускаемся. И глядим в оба. Кто бы ни был за это ответственен, он всё ещё там и сломал нашего разведчика. Значит, встречать нас он будет совсем не хлебом и солью. — Я этому пидору тоже не по-дружески руку пожать собираюсь… — Со злостью бросил кто-то в эфир. По одному, мы спрыгнули вниз и стали медленно продвигаться вперёд, тщательно проверяя каждый угол в поисках неизвестного противника. Очень скоро мы достигли комнаты с нашей жуткой находкой. Вблизи это выглядело ещё более отвратительно, чем на камерах дрона. Изъеденные останки людей растворялись в грязной, пузырящейся жиже и по трубам утекали в неизвестном направлении. Сбоку разразился плач. Бедная Прим не выдержала зрелища. Да и остальные были не сильно лучше. Даже Ольга, что имела наибольшую выдержку, больше не могла сохранять маску спокойствия. Майя отвернулась. Алисия застыла, полностью бледная, не в силах отвести взгляд или закрыть глаза. Селестина тоже плакала. А Хлоя пыталась подавить позывы желудка выплеснуть наружу то, что она только что съела. На наше счастье, успешно. Им очень повезло, что они видят это не вживую. Боюсь даже предположить, что случилось бы. — «Для чего такая жестокость к своему виду, Носитель? В чём причина?» — «Люди всегда придумают, за что убить друг друга. Ради выгоды, из-за обиды. Из-за мести. Им дай только повод.» — Подлокотник кресла хрустнул под пальцами, сбив меня с мысли. Чёрт… сам не заметил, как это случилось. Воспоминания о том дне до сих пор отдаются внутри меня жгучей яростью. — «Но в этот раз… в этот раз это просто безумие отдельно взятого ублюдка.» А кино продолжалось… С шипением, за нашими спинами опустилась перегородка, отрезая путь назад. Сразу после этого, с таким же звуком, в потолке открылось отверстие и оттуда, прямо перед нами, свалилось перемазанное такой же, как и то, что в «аквариуме» жиже, тело. Тело подняло голову, медленно начав вставать. Пропорции оно имело вполне человеческие: две руки, две ноги, голова — всё на месте. Вот только даже слепой не спутал бы такую тварь с человеком. Больше двух метров ростом, покрытое пластинами брони, очень напоминающими своим видом таковые у моллюсков, с видимой в просветах вполне человеческой кожей. Суставы ног направлены в другую сторону, а руки длинной достигают колен и заканчиваются острыми когтями на пальцах. Из предплечий растут лезвия, почти до локтей. Лысая голова, заключённая в подобие шлема, сросшегося с плотью. Заплывшие, мутные белые глаза. И тонкие полоски на месте рта, идущие крест-накрест, образуя таким образом, классический церковный крест. Выпрямившись в полный рост, это существо тут же уставилось на нас. Наклонило голову в один бок, потом в другой, а затем… Раскрыло свою пасть. Нижняя челюсть разделилась надвое и разошлась в стороны. С шипящим звуком, существо раскрыло эти «лепестки», а из его горла возникли три гибких, метровой длины, щупальца. Угрожающе шипя, урод двинулся на нас. Но тут же задёргался от попаданий из одиннадцати стволов. Он и шага ступить не успел, прежде чем превратиться в дуршлаг. Так он и упал, практически разорванный на куски нашими пулями. Мы стояли в тишине. — Это... Что за нахер? — Послышалось в эфире. Но никто ещё не успел ничего ответить, как сверху, один за одним, посыпались такие же уроды, как и первый, разбрызгивая вокруг себя вонючую жидкость. — Огонь! — Во все горло заорал я. Хотя это и не требовалось. Стрелять мы начали ещё до того, как первый из них коснулся пола. Твари оказались быстрыми. И очень сильными. Да ещё и крепкими, к тому же. Я успел убить только двоих, потратив на них остатки магазина, прежде чем третий протаранил меня и сбил с ног. Интерфейс же запиликал сообщениями о нарушении целостности брони и лёгких повреждениях ребер — настолько силён был удар. Оказавшись сверху, этот недомоллюск-недочеловек тут же нанёс удар когтистой лапой с широким замахом, но вовремя выскочивший из наруча ВЧ-нож остановил удар, проткнув твари предплечье. Враг, кажется, совсем не почувствовал боли, и раскрыл свою пасть, выстрелив мне в голову щупальцами. На пределе возможностей тела, я увернулся, успев убрать голову в сторону, а затем с силой рванул рукой с клинком, рассекая конечность врага и срезая его отростки из пальца. Это он уже почувствовал. Завизжал так, заливая меня тем, что заменяет ему кровь, что шумоподавление в шлеме перестало справляться, а картинка в глазах зарябила. Схватив дезориентированного врага свободной рукой за горло, скидываю его с себя и втыкаю головой в пол. А сверху добавляю клинком, пронзив его череп. Пихнув мертвого урода в сторону ногой, вскакиваю на ноги, на ходу извлекая из кобуры пистолет. И тут же всаживаю несколько пуль в голову ушлёпку, что завяз в борьбе с одним из братьев. Скинув с себя мёртвое тело, тот подхватил автомат и, прямо так, не вставая, всадил длинную очередь в брюхо еще одному. На этом всё и закончилось. Наступила тишина, нарушаемая только нашим громким дыханием в эфире, вперемешку с матами, да звуком текущей ручьями бурой жидкости, что сочилась из получившей множественные пулевые отверстия стенки резервуара с телами. Я тупо стоял и пялился на тушу одной из этих хреней, все ещё дергающуюся в конвульсиях. И не пришелец, и не человек. Совсем как мы. Только мы, всё же, гораздо ближе ко вторым. А эти к первым. Но далеко не такие опасные. После боя, их тут осталось лежать восемнадцать тел. Если бы мы столкнулись в столь тесном пространстве с таким же количеством настоящих моллюсков, то не отделались всего-лишь ранениями. Если вообще бы вышли победителями из схватки. — Они тут что, гибриды выводят? — Спросил кто-то очевидное в эфире. — Ага, и у них неплохо получается. Обычных людей они бы порвали, не запыхавшись. — Ответили ему. — Босс, путь назад отрезан. — Доложил Глейв. Первым делом, он проверил закрывшуюся за нашими спинами дверь. — Тот, кто её закрыл, подстраховался и спалил электронику. Теперь только резать. — Тогда идём вперёд. — Отдал я команду. Половина иконок бойцов отряда пожелтела, сигнализируя о лёгких повреждениях, включая мою, но мы были почти полностью боеспособны. Так что, ничто не мешало нам продолжить миссию. К тому же, нам всем очень хотелось узнать, кто угробил столько людских жизней, чтобы создать этих существ. И, самое главное, как именно он это сделал. Путь был недолгим. Отряд пересёк комнату, зашёл в новый коридор, и уже за вторым поворотом мы обнаружили ещё одно большое помещение. И то, что мы нашли там, нам не понравилось. Раненая, с трещиной в брюхе и без трёх из восьми конечностей, оплавленная и посечённая осколками. Но совершенно точно живая. Она лежала на широкой площадке, подключённая к, явно человеческого происхождения, оборудованию, включая пучок толстых прозрачных трубок, по которым в её тушу вливалась уже знакомая жидкость. Матка Пришельцев. А рядом с ней, спиной к нам, стоял тот, за кем мы изначально сюда пришли. Монашеская ряса с капюшоном, накинутым на голову, скрывала фигуру, но это точно был он. — Разве она не прекрасна? — С обожанием в голосе спросил он, разворачиваясь. Когда стало видно его лицо, мы смогли отчётливо разглядеть проступающие из-под кожи вены и белёсые глаза, как у гибридов, которых только что убили. На общую частоту атакующих эту базу сил, мгновенно ушло сообщение: «Код — Черный». Это означает критическую опасность. Живая матка моллюсков, да так близко от населённых людьми территорий — это штука намного более серьёзная, чем всё, что мы тут нашли. И уж тем более, чем наша первоначальная цель. — Убить. Тишину разорвал грохот автоматных выстрелов и на стоящего напротив нас ублюдка обрушился шквальный огонь всего отряда «Фенрир». Но тот не шелохнулся, ведь пулям не суждено было достичь его тела и разорвать то в клочья. На их пути возник полупрозрачный энергетический барьер, разделяющий помещение пополам и надёжно защитивший сектанта от нашего гнева. Раненая тварь оказалась всё ещё способна на это. Её энергетический щит — одно из её главных преимуществ. Его не пробить ничем, что калибром меньше крылатой ракеты. — Отставить. — Прорычал я приказ голосом, полным бессильной злобы. — Это бесполезно. — Чего и требовалось ожидать от дьявольских отродий. — Гад напротив лишь усмехнулся, довольно скалясь видоизменённой челюстью. — Вы просто не в состоянии оценить истинную красоту Творений Его. У вас не будет шанса на спасение. — Спасение?! — Заорал Ржавый. — Стать жидким дерьмом, которое сожрёт эта тварь — это спасение?! — Истинно так! — Глава сектантов довольно энергично закивал головой. — Лишь пройдя через чистилище, можно обрести покой и стать ближе к Господу. И я смиренно помог этим заблудшим душам. Показал путь. — Путь? Что ты имеешь в виду? — Решив потянуть время и получить немного никогда не лишней информации, я дал ребятам знак доложить о том, что мы тут нашли и готовиться потихоньку делать ноги. Инструкции недвусмысленно давали понять, что при встрече с маткой моллюсков, не имея под рукой тяжёлой техники, способной пробить щит, нужно немедленно делать ноги. Иначе смерть. Но не только огромная туша в центре привлекла наше внимание. Ещё были капсулы. Такие же, как та, что мы нашли в предыдущем помещении. И их было много. Они тянулись вдоль стен, висели под потолком, стояли на полу за спиной матки. Сотни, возможно тысячи людей, медленно переваривались, чтобы стать материалом для создания гибридов. Это было невозможно. Матки всегда воспроизводят только моллюсков. Рабочих, воинов, и иные разновидности. И ничего ещё. Как и никогда не подпускают к себе людей. Видимо, конкретно эта тварь была повреждена настолько, что в её уродливой башке что-то сломалось, и она, каким-то образом, приняла этого придурка за своего и начала воспроизводить уродцев из поставляемых им людей. Девушки рядом со мной дружно ахнули. Их тоже очень впечатлило увиденное. Как и слова фанатика: — Переродиться! — Он как будто ждал этого вопроса. И, торжественно подняв руки кверху, воскликнул, как только тот прозвучал. — И подобно духу и силе Илия воспарить к Творцу. Увидеть конец сущего и восстановить всё, ибо так было сказано! Ибо все предстанут перед последним судом! — Да ты просто ёбнутый! — А-а-ха-ха-ха-ха… — Смех старика, дребезжащий, словно ведро с болтами, отражался от стен, разносясь каркающим эхом. — Не-е-ет… я не безумен. Не вам, плодам страшного греха, обвинять меня в безумии! Созданные из плоти и крови верных слуг Его, вы служите иудам, возомнившим себя равными Ему! Вы воспротивились воли Его! Его гневу! Пути Его неисповедимы! — Нельзя быть равным тому, кого не существует. — Фанатик даже не заметил этой шпильки, распаляясь всё сильнее и сильнее. — Вы поколениями развращались во тьме! Все семь смертных грехов, и даже сверх этого! — Казалось, словно этот псих сейчас забрызжет пеной, так сильно бегали его расширеные зрачки. — Поддавшись искушению, люди отвернулись от света Его! Сладкие речи дьявола так глубоко проникли в их души, что они вознамерились встать вровень с Творцом! Мыслимо ли?! Сотворить жизнь по своему образу и подобию! Богохульники! — Сказав это, старик начал тыкать в наш отряд пальцем, обильно плюясь слюной. — Но никогда не станет человек равным Ему. И переполнена чаша терпения Его! Гнев Его разольется манной небесной и очистит всех согрешивших, ибо он милостлив. — И что теперь, новый потоп из этой гадости? — Ржавый пнул лужицу бурой жижи. Ноль внимания. — И как истинно верующего, мой долг помочь этим овцам, ведомым пороками. Более того! Я видел Его и слышал. Миссия моя стать проводником. Мессией! — Он осенил себя святым знаком, а его лицо приобрело до коликов одухотворённое выражение. — И принести миру мир, спасение через самопожертвование. — Твой воображаемый друг если и существует, то никакого отношения к этой куче дерьма не имеет. — Я указал на матку, на что фанатик, наконец, среагировал, надувшись, словно индюк. — Ты говоришь о греховности и невежестве, но и сам увяз в них по уши. Никакой ты не праведник. И они, — Очередной кивок в сторону матки. — Никакой не гнев божий. Это всего-лишь пришельцы, агрессивная инопланетная форма жизни, что хочет истребить нас. Не ради каких-то возвышенных целей, а просто потому, что они так устроены. А ты предатель и псих, что помогает им, выдавая желаемое за действительное. Разговаривать можно было до посинения, но нам нужно было убираться оттуда. Коммуникатор внутри шлема оповестил, что сигнал принят и вместе с этим, передал приказ об отступлении. У нас было сорок пять минут до подлёта ракет. Но никто не собирался нам их давать. Частота основных сил вдруг взорвалась сообщениями об атаках пришельцев по всей площади базы культистов. Пока мы тут общались, детища этого урода наводнили подземелье и начали убивать всех, не разбирая, кто перед ними. Что было ещё хуже, так это то, что среди них были замечены настоящие пришельцы. — Дитя порока, что не может узреть истину. — Старик враз переменился. Его голос стал ниже, а взгляд похолодел. — Мне жаль тебя. Но ты всё равно принесешь пользу, когда Ангел Господень вернёт назад свою плоть, что ты украл у него. А я буду молиться за спасение твоей души. — Он брезгливо поморщился. — Если она у тебя, конечно, есть. В стенах, между контейнерами с жутким варевом, начали открываться ниши, из которых в пещеру хлынули гибриды, быстро заполняя пространство вокруг нас, а платформа с маткой и культистом с шипением начала опускаться вниз, ещё глубже под землю. — К сожалению, я не могу остаться и посмотреть, как дети Сатаны будут преданы священной казни, наше время тут вышло и настала пора отправиться в Храм Господень. — Медленно опускаясь, попрощался он со мной. — Но вот вы уже никуда не уйдёте. — Ты… — Я мог только наблюдать, как он спокойно уходит, скрипя зубами от бессилия. — Однажды я найду тебя, и вытряхну душу из твоего поганого тельца. — Пообещал я ему и переключил внимание на свой отряд. — Парни, к бою! Будем прорываться! Как только голова матки скрылась под полом, пустота, оставшаяся на её месте, закрылась плитой, выехавшей на место ушедшей платформы. И это было, как сигнал, для окруживших нас врагов. Издавая нечленораздельные звуки, напоминающие смесь стрёкота моллюсков и человеческих гортанных выкриков, они сорвались с места, готовые лавиной обрушиться на наш маленький отряд. К счастью, пока мы болтали, парни заминировали дверь, и, как только гибриды пошли в атаку, взорвали её, прикончив нескольких врагов, тем самым, облегчая нам путь к отступлению. А дальше всё снова было, как в драйвовом шутере. Только теперь уже с элементами хоррора. Мы бежали, стреляли, взрывали, били и резали, спасаясь от преследующей нас орды. Поганый сектант успел «возвысить» тысячи людей, и вся эта масса бесновалась внутри подземелий, устраивая настоящий хаос. Масла в огонь добавляли и моллюски — настоящие машины смерти, рвущие людей на куски, как куклы. Фоном шли переговоры и панические крики союзников, попавших в ловушку, и так же, как и мы, пытающихся выйти на поверхность, чтобы убраться из этого проклятого места. Некоторых мы встречали по пути. Но, к сожалению, большая часть из них погибла. Они были простыми людьми, и им приходилось во сто крат тяжелее, чем нам. Но мы, всё же, выбрались. Одними из последних добрались до летающего транспорта. Правда, не все. Трое братьев всё-таки проиграли гонку со смертью. Один напоролся на моллюска, столкнувшись с ним в упор и насадившись на его лезвия. Тварь мы сразу прикончили, но отнятую ей жизнь было уже не вернуть. Второй поймал в шлем бронебойную пулю, выпущенную неизвестно даже, кем и откуда. Шальной выстрел, роковая случайность, от которой не застрахован никто. Последний повредил ногу и упал, тут же оказавшись погребённым под кучей гибридов. Мы просто не успели ему помочь. Остальным тоже досталось. Целым не ушёл никто. Индикатор здоровья отряда пестрил жёлтым и оранжевым. Хотя, это было всё же лучше, чем три полностью серых человеческих фигурки. У меня самого была сломана рука, три ребра, а на забрале шлема красовалась огромная трещина, сквозь которую, с борта конвертоплана я наблюдал, как заходят на цель четыре крылатых ракеты. Запись закончилась тем, что гора, в которой было расположено логово религиозного культа, утонула в ослепительной вспышке взрыва. — Вот как-то так всё и было. — Выдохнул я, откинувшись на спинку кресла и прикрыв на секунду глаза. Планшет погас и остался лежать на столе, погрузив комнату в полумрак. В воздухе повисла тягучая тишина, разбиваемая только дыханием присутствующих. Девушки не спешили ничего говорить, пытаясь уложить в голове и осознать то, что только что посмотрели. Я же просто сидел и молча ждал вопросов, которые обязательно должны были последовать. — Это… это просто не может быть правдой… — Первой очнулась Майя. — Такие вещи просто не могут остаться незамеченными! Все эти летающие штуки, монстры, подобных которым никто никогда не видел. А эта вспышка в конце? Да не узнать о таком, хотя бы на уровне слухов, просто невозможно! И вопросы, наконец, последовали, правда далеко не те, которые я ожидал. Ну конечно же! Не сложить дважды два теперь просто невозможно. На секунду я замялся, лихорадочно думая, как исправить прокол таких масштабов. — Я вынуждена согласиться. — Не отставая ни на секунду, вторила ей Алисия. Девушка находилась под сильным впечатлением, и говорила тихо и медленно, растягивая слова. — Если бы где-то существовало государство людей, обладающее такими… возможностями, оно давно бы захватило мир. Они полностью правы. Наш мир. Он на голову выше этого, даже с учётом их магии. Чёрт. Мой взгляд упал на венценосную пару. В своих руках, принцесса держала трясущуюся ладошку сестры. Бедную Прим заметно трясло, а её глазки были опухшими от слёз. Для неподготовленной психики девочки, просмотренная запись оказалась настоящим шоком. Не только вы были не готовы к тому, что произошло… не только вы. — Я… я слышала, как в-ваши люди обмолвились, что это… происходит повсюду. — Но, все же, она сохранила достаточно рассудка, чтобы запомнить некоторые моменты и задавать вопросы. Насколько логичные, настолько же и неприятные. — А ещё вы говорили, что прибыли издалека и не можете вернуться… Скажите, это ведь... — Прим оглянулась на окружавших её девушек, словно ища поддержки перед прыжком в омут. — …вы не из этого мира, да? Изначально, мы с Ольгой договорились сохранять моё иномирное происхождение в тайне, но, узнав про выкрутасы местной церкви, я разозлился. И, поддавшись эмоциям, допустил ошибку и сделал то, что делать было не нужно — раскрыл один из тех секретов, который даже союзникам доверять надо с большой осторожностью. Чёрт. Сейчас нагонять туман уже нет никакого смысла. Девушки тут сидят неглупые. Они сразу поняли, что события на экране разворачивались явно не в булочной по соседству. И, похоже, чтобы сохранить доверие, которое у нас начало зарождаться, придётся быть честным. Встретившись глазами со своей Королевой, я прочитал в её взгляде немой укор. Но вместе с ним — понимание и участие. С высоты своего жизненного опыта она легко прочитала то, что творится у меня на душе, и сколь много для меня значит слово «священник». Сколько негатива я связываю с этим понятием. Получив от неё кивок, означающий: «раз уж начал песню, так заканчивай», я начал подбирать слова. — Название планеты, которую вы только что видели — Земля. — Вздохнув, сказал я. — Там я и родился. — Земля? — Удивилась Майя. — Что за странное название? Как почва, что ли? — Какое есть. — С улыбкой ответил я. — И-и-и… как там? — Неуверенно спросила Алисия. Глупый вопрос, но я не стал обращать на это внимание. Вместо этого, просто хмыкнул и указал рукой на планшет. — Сами же только что видели. — Ну… да. — Блондинка отвернулась, видимо, осознав несуразность своих слов. — Ну а здесь? — Майя же демонстрировала чудеса коммуникации, поглядывая на меня и пребывая в смешанных чувствах. Там было и сочувствие, и недоверие, и страх, и что-то ещё непонятное, но, вроде как, положительное. Что достаточно удивительно, учитывая то, как у нас с ней всё не задалось с первого же дня знакомства. — Как ты оказался здесь? — Призыв. — Ответила вместо меня Дискордия. — Я призвала его. Ловко. Сказать, что вместо Башни, она сама перенесла меня сюда. Пожалуй, эту тайну уж точно стоит оставить нераскрытой. Второй раз я так не проколюсь. — Призыв? Что это значит? — Это давно утерянная практика. — Пустилась в разъяснения тёмная эльфийка. — Её использовали, ещё когда стояла Империя. С помощью специального ритуала, в наш мир притягивались разумные, наделённые определёнными талантами. Какими именно, зависит от настройки ритуала. Этим занимались, в основном, люди. Хотя и мой народ иногда прибегал к этому методу. Особенно сильно во время войны с монстрами. — Припомнив события, которыми была свидетельницей, она никак не выдала своего сожаления, кроме совсем чуть-чуть опустившихся на долю секунды ушек. — Правда, это не помогло. — …это просто в голове не укладывается. — Простонала Майя, закрыв рукой глаза. Алисия согласно кивнула. — И-и вы сделали это с С-сэром Кеем? Без его согласия забрали его из родного дома? — Как ни странно, больше всех это не понравилось розоволосой принцессе. Хоть голосок её всё ещё дрожал, но звучал куда увереннее, чем минуту назад. Нахмуренные бровки и сжатые в кулачки руки создавали впечатление нахохлившегося воробушка, что смотрелось до крайности милым. — А какой у нас был выбор? — Вступилась за свою госпожу Хлоя. — Мы хотели выжить. И если бы не Кей, уже давно были бы в руках у шайки Волта. Возможно, уже в компании кого-то из вас! — Спасибо за заботу, Прим, но я в порядке. — Тепло улыбнулся девушке, покачав головой. Заодно не дав кому-то вставить ещё слово, чтобы не начался конфликт. — И вы совсем не скучаете? — Продолжала беспокоиться девочка. — Скучаю, конечно. Но сейчас я нужен тут. А там справятся и без меня. — Должны справиться, я в это верю. *Хвать* Тоненькая ручка схватила меня за рукав, а её хозяйка, покраснев лицом, прятала глазки. — Е-если вам будет грустно, вы можете поговорить со мной… — Прим… — Удивлённо выдохнула Алисия, уставившись на сестру. Видимо, по местным понятиям знати, та сейчас делает что-то, не принятое на людях. Блондинка ведь тоже принцесса. И совсем недавно обнимала меня, заливая слезами плечо. Хотя, там она была не в себе, да и находилась со мной наедине, так что это, наверное, не считается. — О… — Я даже не нашёлся с ответом в первую секунду. — Спасибо. Я запомню. — Кажется, теперь я стала лучше понимать вас, Кей. — Напомнила о себе последняя участница нашей группки. — На вашу долю выпали такие ужасные испытания… — Она обращалась ко мне своим тихим и мягким голосом. — Но вы всё равно способны сопереживать и помогать нуждающимся. Даже оказавшись вдали от дома, рядом с теми, кому ничем не обязаны. А уж после вашего знакомства с религией… — На секунду, девушка отвела взгляд, подбирая слова. — Должна признать, что вы были удивительно сдержаны со мной. — Я не дурак, Селестина, и могу отделить зёрна от плевел. — Ответил я. — У меня и правда были большие сомнения на ваш счёт, но вы оказались намного лучше. Вы — то самое исключение, которое, к сожалению, подтверждает правило. — Спасибо. — Кивнула эльфийка. — Хоть я и не согласна с вашим утверждением, сейчас, как бы мне не было стыдно, вы будете правы. — Девушка приняла виноватый вид, опустив голову и плечи. — Несправедливость очень долго ускользала от моих глаз и ушей. Больше я не намерена допускать таких ошибок. Богиня Ларенция говорит нам нести свет и милосердие народу, и я сделаю всё, чтобы это было так на самом деле. А эти ужасные вещи, что вы нам показали, эта… вопиющая жестокость… Голос Селестины дрогнул, и она сбилась с речи. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Но, когда это случилось, она стала выглядеть намного увереннее. Изменилось всё: голос стал твёрже, как и взгляд, осанка выпрямилась, а плечи расправились. Перед нами была женщина, которая твёрдо знает, чего хочет, и будет твёрдо идти к своей цели. Общение с Ольгой явно пошло ей на пользу. — …Никогда больше не повторилась! И тогда… — Её глаза прямо-таки загорелись решимостью. — Я докажу вам, что исключением является именно ваш пример! Тот человек станет примером для нас всех. Примером того, как те, кто должны помогать и направлять, оступаются и ведут свой народ во тьму. Если вам будет несложно, не могли бы вы поведать мне о веровании, которому следовал тот падший человек? Я хочу понять, что могло сподвигнуть его на то, что он сотворил, и превратить эти знания в опыт, который поможет нам стать лучше. — Конечно, расскажу всё, что знаю. — Согласился я без особых раздумий. — Возможно однажды, вы сможете меня удивить. — Наши взгляды встретились. — С нетерпением буду ждать этого момента.

***

Я стоял на балконе, облокотившись о перила, и смотрел, как засыпает город. Редкие огни всё ещё освещали улочки, но, постепенно, один за одним, гасли, погружая Фео во тьму. Ещё всего-лишь пару дней, и жители уже не смогут вот так спокойно заснуть, укрывшись в своих домах. Скоро сюда придёт война. Она преследует меня везде, где бы я ни был. Рожден для неё на Земле, и буду вынужден участвовать в ней и здесь. Есть в этом какая-то ирония судьбы, что-ли… злой рок, провидение, называйте, как хотите. Но от правды не уйдёшь. Недолго осталось до того момента, как это место начнёт пылать. И я хотел насладиться остатками спокойного времени. Вдохнуть свежий, не загаженный отходами ночной воздух, посмотреть на ночное небо. Можно было бы и музыку послушать, но Хлоя опять утащила плеер. Впрочем, для неё не жалко, пусть развлекается. — О чем думаешь? — Прозвучал голос позади, а через пару секунд мне в спину упёрлись два массивных полушария, и чьи-то руки соединились на животе. — Ни о чём важном, моя Королева. — Вяло отозвался я, наслаждаясь её прикосновениями. Особенно в районе спины. — Просто дышу свежим воздухом. — Люблю, когда ты меня так называешь. — Мурлыкнула Ольга, прижавшись еще плотнее и положив подбородок на моё плечо. — Но мне кажется, ты не совсем честен со мной. Я раньше не замечала, чтобы ты предавался праздному созерцанию. А сейчас стоишь и задумчиво смотришь в даль. Чуть ослабив объятия, она развернула меня к себе лицом и с беспокойством заглянула в глаза. Я тут же обнял её за талию в ответ. — Тебя что-то беспокоит, я же вижу. Поделись со мной. Мы стояли и смотрели друг на друга, обдуваемые прохладным ночным ветерком. Взгляд её золотых глаз терпеливо изучал моё лицо в ожидании ответа. — Мы так и не смогли его поймать. Он исчез в тот день и больше ни разу нигде не объявлялся лично. — Почему-то вспомнил я того сраного проповедника. — Зато другими способами напоминал о своём присутствии с завидной регулярностью. — Считаешь, что это твоя вина? — Нет. — Мотнул я головой. — Просто обидно за нас, людей. Нашу тупость и невежество, как оказалось, не искоренить, даже когда мы стоим на пороге гибели, как вид. — С эльфами та же проблема. — Ольга положила голову мне на грудь и прикрыла глаза, а я стал гладить её по волосам и вдыхать их восхитительный запах. — Но знаешь, что я поняла за свою долгую жизнь? — Что? — Что мы не можем сделать всех одинаково правильными. И поэтому, должны своими действиями показывать хорошую сторону наших народов. — Интересная мысль. Хоть и довольно филосовская. — В ответ она усмехнулась. — Я знаю, но уж поверь моему опыту. — Хмыкнула королева. — И прямо сейчас он мне подсказывает, что, как хорошая женщина, я должна выгнать плохие мысли из головы своего мужчины… — А эта мысль… — Коварно улыбнулся я и плавно опустил вторую руку с талии на ягодицу девушки и сжал. — Ещё интереснее! — А? — Пискнула девушка, подняв голову. Наши взгляды встретились, и в её отразилось сначала удивление, потом понимание, а затем и паника. — П-прямо здесь?! — Ага. — Не прекращая улыбаться, я принялся наминать её попку, поддерживая второй рукой за спину. Как бы, невзначай, один из моих пальцев коснулся складок её бутончика сквозь ткань трусиков. — А-а-ах! — Реакция была мгновенной. Руки эльфийки толкнули меня в грудь, но как-то уж очень слабенько. — Р-развратник! — Это я-то? — Спросил я, уже не скрываясь, поглаживая то место и собирая на пальцы первые капельки влаги, в то время, как моя вторая рука переместилась на грудь, тут же проникнув под одежду и нащупав уже твердый сосок. — Напомни-ка мне, кто каждую ночь охотится за мной, чтобы затащить в своё логово? — Это разные вещ-м-м-хм! — Ответ мне был не интересен, поэтому ротик эльфики был заткнут поцелуем. Пробив слабенькое сопротивление, мой язык ворвался в рот Ольги и начал там хозяйничать. Пару минут мы целовались и ласкали друг друга. Тело королевы с каждой секундой всё охотнее и охотнее отзывалось на мои действия. Вскоре, она уже сама шевелила тазом, скользя по моим пальцам, а руки её вовсю скользили у меня под одеждой, ощупывая стальные мышцы. Оторвавшись от сладких губ, я немного отстранился, рассматривая лицо эльфийки. Её ротик был приоткрыт, а грудь колыхалась в такт тяжелому, прерывистому дыханию. А глаза, казалось, светились в ночи от наполнявшего их желания. — Нас… заметят… — Попыталась она возразить, но, скорее, не от того, что не хочет продолжить, а от стыда, что мы занимаемся такими делами за пределами покоев. — Не заметят. — Ум-м-м… — Простонала мне в рот Ольга, когда мы слились в новом поцелуе. Промокшая ткань трусиков теперь только мешалась, поэтому я сдвинул её в сторону, и проник пальцем в её разгорячённое лоно. Эта их развратная одежда очень удобна в такие моменты… Ответом мне был её один стон, куда сильнее предыдущего. Отталкиваюсь спиной от перил и толкаю девушку вперёд, прижимая её к стене, как раз между окном и дверью на балкон. В таком положении у меня появилось гораздо больше простора для действий с её сладострастным телом. Оторвавшись от губ, я поцеловал её в шею, потом прошёлся языком по щеке прямо к дрожащему ушку, которое втянул в рот и принялся посасывать, как леденец, в то время как мои пальцы вовсю проникали в её влажную киску. Такого Ольга уже не смогла терпеть. — Кей… — С придыханием позвала меня женщина. — Возьми меня… — Что? — Отстранившись, сделал я вид, что не расслышал. — Возьми меня! — Чуть громче, чем следовало, повторила просьбу Ольга, наливаясь краской. — Не… не заставляй меня повторять такие развратные слова ещё раз… сделай это! — Как будет угодно моей Королеве… — Я и сам был двумя руками за то, чтобы приступить к главному. Ольга — настолько сексуальная женщина, что даже у импотента в штанах бы зашевелилось, про меня и говорить нечего. Расстегнув штаны, я выпустил на волю своего змея, что тут же спружинил и с влажным шлепком стукнулся о горячий бутон эльфийки. — Ах! — Вскрикнула от неожиданности девушка, сжав бёдра и стиснув между ними мой ствол, отчего уже из моего рта выскочил возбуждённый вздох. — Такой твердый… — Это твоя заслуга. — Сказал я, двинув бёдрами назад, а потом вперёд, плавно войдя внутрь до упора. Стенки влагалища Ольги плотно обволокли мой ствол, погрузив его во влажную пульсирующую плоть. — А-а-а-х… Кей! — Сквозь сжатые зубы, чтобы, ненароком, никто не услышал, протяжно ахнула девушка, прижимаясь ко мне всем телом, и содрогаясь от микрооргазма. Постояв немного, дав нам обоим насладиться ощущениями, я просунул руки под бедра любовницы и поднял их вверх. Она сразу же скрестила ноги у меня за спиной. Так, удерживая её на весу за попку и уперев спиной в стену, я начал двигаться, растягивая тесное нутро королевы и постепенно ускоряясь. — Кей… Кей! — Девушка выкрикивала мое имя, каждый раз, когда я доставал до её матки, а в остальное время стонала сквозь плотно сжатые губы. Возбуждение было столь велико, что я не мог остановиться, без устали размахивая тазом и перемешивая внутренности Ольги. Очень скоро стенки её влагалища сжались вокруг моего члена и стали пульсировать, а сама эльфийка впилась зубами мне в плечо, чтобы хоть как-то погасить громкость крика, который была не в силах сдержать. Через несколько секунд, её догнал и я, выпустив тугую струю семени в глубины её лона. Когда я поставил королеву на пол, мне пришлось придерживать её, чтобы не дать упасть. Ноги совсем не держали её после бурного оргазма. Повиснув на мне, девушка глубоко дышала, приходя в себя. Приподняв её за подбородок, я нежно поцеловал её в губы и спросил: — Продолжим в покоях? — Да… — Улыбнулась она мне, и я, подхватив на руки, понес её в нашу комнату.

***

Когда Кей говорил, что их не заметят, он не соврал. Ему точно было известно, что в этой части замка сейчас никого нет: ни слуг, ни стражи. Поэтому и был уверен, что они с любимой им женщиной могут позволить себе развлечься. Кроме того, даже в процессе он не забывал следить, чтобы никто им точно не помешал. О чём он не догадался в порыве страсти, так это проверить, что происходит наверху. А там, этажом выше, чуть в стороне, был ещё один балкон, который кое-кто тоже решил использовать, чтобы полюбоваться ночным Фео. И, конечно же, все происходящее внизу было хорошо слышно и, отчасти, видно оттуда. Ночь принцессы Алисии Арктурус точно не будет спокойной.