А ему как раз!

      — Илай, можете рассказать мне — почему вы вечно бежите от своих проблем? Это ведь их не решит, — между деревьев летел фантом войны. Издевающийся попутчик экс-кхорнита пребывал в расслаблено-сидячем положении, на звериной маске, искаженной серьёзным выражением, красовались скучные стариковские очки в роговой оправе, а в металлических перчатках находились блокнот и карандаш. — Это берёт корни из детства? Ваш отец избивал вас? А может вы не хотите других девушек, потому что вы желали, чтобы ваша матушка вам отсо-…       — Заткнись, заткнись! Заткнись! — астартес орал на вездесущего варп-паразита, не сбавляя темпа бега.       Тот со вздохом буквально провалился под землю, но лишь затем, чтобы вынырнуть уже впереди, с вытянутой в сторону рукой. Илай не успел полностью затормозить и конечность его уже не совсем призрачного двойника сыграла роль шлагбаума. Воин распластался на земле, упав на спину.       — Ну? Ты успокоился?       — Ух-р-р, — зарычал хаосит. — Ещё один такой фокус, ублюдок, и я…       — Что «ты»? — грубо перебил призрак оригинал. — Испугаешь меня аквилой? Обрызгаешь святой водой? В твоих интересах сейчас лишь одно — меня слушать. Как-никак, я — единственный твой союзник здесь.       — Союзник?! Ага, хороший союзник. Ты кинул меня сразу, как только те две кобылы замаячили на горизонте!       — Мне нужно было обдумать стратегию! Я же мозг нашего дуэта, помнишь, громила? — двойник развёл руками по сторонам. — Хотя кому я это говорю, твой бывший хозяин само слово "стратегия" оскорблением считал! Ну, а от этих баб ты явно пока оторвался. Можешь пока отдохнуть и почитать уже ту книженцию, которую мы прихватили?       — Ох, ладно. Только ты следи, чтобы внезапно тут не появилась прямо из кустов какая-нибудь новая грёбаная мутантка. Ну например, не знаю… женщина-голубь? Что может быть хуже? Ненавижу голубей, вечно портят кровь на моей броне.       — Да читай ты уже, сколько ещё ждать?!        Илай хотел отвлечься и извлёк из маленького мешка, не желая продолжать перебранку. Он открыл первую страницу:       «Для тех кто будет это читать. Мы с вами не знакомы и вряд ли встретимся, так что не вижу смысла представляться. Просто знайте, что это лишь незаконченная работа. Я вообще частенько теряю черновики с эскизами и заметки к своему ещё неизданному тому, так что не особо переживаю касательно этого. Но зато у тебя, дорогой читатель, может разыграться твой читательский интерес. В принципе, ты можешь и не доверять этой книжке, тем более я больше иллюстратор, а не Ученый. Даже не знаю откуда это прозвище закрепилось. Это вообще пропаганда демонов а меня купили за булочку и спички, дабы оклеветать священное и чистое имя Ордена (прошу заметить, что я отзываюсь о моей родине в положительном ключе, хоть и не согласен с частью её политики). Короче, не обращай внимание, дорогой читатель — я лишь просто жалуюсь, поскольку имел неудобства знакомства с фанатиком шутом. Короче, мне не хочется дальше тратить чернила на тебя, дружок, так что разберись сам».       — Хм, — многозначительно прокомментировал прочитанное Илай. Предисловие было весьма многословным и велеречивым.       — Ну, отметая лишнее, тут уже можно подметить то, что здесь существуют некий «Орден» и «демоны», — отозвалось его отражение. — Не похоже, чтобы здесь отметились лоялисты-астартес или значимый прорыв демонов в варпе. В противном случае, я бы смог ощутить эманации. Предположу, что тут может иметься в виду страна и раса каких-нибудь ксеносов. Хотя учитывая местный Имматериум… Разберёмся с этим позже. Продолжай.       Дальше по тексту находилась пара так называемых «профилей». Это были вырванные и сильно измятые листы, на которых были зарисовки девушек-мутантов, именуемых также монстрами или «мамоно». Там же было и их текстовое описание — где они живут, чем питаются, какой имеют архетип и тому подобное. Главной же и общей чертой была одна — все они были крайне, крайне похотливы и почти что помешаны на сексе.       — То есть они действительно хотели меня, — Илай запнулся, кровь раскалилась словно двигатель демонического танка, и обожгла настолько, что даже те самые мысли еле сдерживали своего хозяина от превращения в дикого зверя. — Они хотели сделать меня, воина, воплощение ужаса — МУЖЕНЬКОМ ДЛЯ НЕПРЕРЫВНОЙ ЕБЛИ?!       — Успокойся, идиот, весь лес разбудишь, — Илай-из-Варпа на сей раз расположился в воздухе весьма причудливым образом, а именно головой вниз, ногами упираясь в основатие самой толстой из ветвей дерева. — Ты точно всё понял? — когда Илай с озадаченным повернулся к нему, демон простонал. — Во-первых, следуя из того, что мы видели, эти существа не полностью тупы и способны создавать и содержать достаточно развитые поселения. Некоторым из имперских планет до таких далеко, прямо скажем. Это уже говорит, что заняты они размножением явно не круглосуточно.       — А тебе они не напомнили орков… Ну, наших родных зеленокожих? Если подумать, то они, считай что, в некотором роде тоже больше живое оружие с искусственно возведённой в доминанту основополагающей чертой у всего вида?       — Я бы согласился бы с этим, если бы не успел немного узнать эту реальность. А реальность нам прямо с тобой показывает, что мутантки-волчицы могут быть стеснительными барышнями, а мутантки-лошади — оседлыми владельцами постоялых дворов, а не искателями приключений на своё седло.       — Слушай… А тебя между делом так…не начали, эм, посещать… странные идеи?       — Мой многолетний дебил, для начала стань демон-принцем, чтобы меня упрекать в плотских слабостях, а уже затем пойми, что я просто умный тактик. Если они ведут себя как люди, а не орки, нам же лучше: людьми легче манипулировать и мериться силами им хочется меньше.       — Я продолжу всё-таки читать.       Далее, после части о разных видах мамоно текст начал излагать о том, что мамоно способны с помощью некой «демонической энергии» превращать человеческих женщин в себе подобных.       — В точности, как генокрады?       — В точности, как генокрады.       Двойник ухитрился моргнуть окулярами линз призрачного шлема, словно они были настоящими глазами и немного замялся, прежде чем вновь перевести взгляд на оригинального Илая.       — Хотя… Нет, это знаешь, как, ну… сравнить стекло и лёд. Вроде внешне издалека похожи, но устроены совершенно по принципу. Да и замени тираниды этими дамочками своих мозгососов, то, думаю, Империум бы пал… Даже при ходячем Импи.       — Ты их не переоцениваешь? — оригинальный Илай стал уже думать о том, как бы избавиться от надоедливого попутчика.       — Ладно, я драматизирую. Но все равно, если будет возможность, нам стоит прихватить парочку на обратном пути и, кто знает, может и сколотить первую варп-банду в мою честь? Это как минимум будет забавно. Главное найти тех, который первым делом не набросятся на тебя.       Дальше шло описание так называемых «инкубов». Этим словом обозначались человеческие мужчины, подвергшиеся процессу «инкубизации», который являлся следствием долгого проживания вместе с монстром. Этому разделу преобразовавшийся космодесантник уделил особое внимание, обильно перемежая цитаты своими комментариями:        — «После инкубизации разум мужчины изменяется… — Хм, прямое свидетельство изменения мышления, то есть фразеологическое значение фразы «промывка мозгов». —…То его ценности становятся похожи на ценности мамоно… Но сохраняются и человеческие моральные критерии…— Ага, то есть указание на то, что критерии — предпочтения или качества с точки зрения личности остаются, но уходят на второй план, перестают быть принципами.— Однако ценности и мысли…— Человек перестаёт быть способным воспринимать прежнего себя и управлять собственым разумом… —Инкуба, существа, очарованного монстродевой настолько, что изменились его тело и разум… — Да что ж такое, опять заявление об изменении разума! — …Преображаются так, что инкуб начинает желать побольше миловаться со своей возлюбленной-монстром, его похоть взлетит до небес… — Снова прямое указание на появление сексуальной озабоченности. —…А отвращение к девушкам-монстрам и сексу с ними… —А вот и прямое указание на изменение восприятия. —…Также, будучи полностью очарованным красотой своей жены-монстродевы, инкуб станет считать гротескные нечеловеческие или звериные части тела своей жены-монстра привлекательными… — Изменение отношения и вкусов — есть —…У мужчины-инкуба меняются чувство восприятия времени и важности работы и отдыха…— Ещё раз указанное изменение приоритетов — присутствует. —…Что делает жизнь с девушкой-монстром ещё удобнее…»       —… Илай, — призрак вздохнул, помолчал и продолжил. — Вот скажи честно, ты вбил себе новые, невидимые гвозди на место старых, пока я не видел?       — Чего-о? Ты это о чем?       — Читал-то ты нормально, но вот твои «комментарии», кхм, — двойник интонацией выделил ироничные кавычки. — Что это за воспаленный бред подульевого наркомана?       — В чем проблема-то?!       — Проблема в том, что с такой логикой можешь прямо следовать к Неделимому. Ох, во имя меня, зачем я вообще решил за тобой лезть?.. — зрелище призрака в громоздких доспехах, растирающего виски шлема словно в борьбе с мигренью, выглядело сюрреалистично. — Во-первых, твоему словоблудию позавидует планетарный губернатор, которой объясняет почему десятина не уплачена и откуда у него новый дворец. Во-вторых, твой мозг, вероятно, поражён гнилью Нургла, иначе не объяснить почему ты изменение восприятия приравниваешь к изменению вкусовых предпочтений — и это только начало. В-третьих… Слушай, ты вроде не автор, чтобы дописывать за него.       — Хм, раз уж мы всё равно тут отдыхаем, то можешь назвать хотя бы раз, когда я такое делал, а, уважаемый защитник каждого здешнего ксеноса?       — Пожалуйста, заступник "альтернативного ума". Всего за полминуты у меня уже набрался целый список, — двойник достал откуда-то из-за спины блокнотик, открыл и, демонстративно кашлянув, начал читать по пунктам. — Первое, цитирую тебя дословно — «указание на то, что критерии — предпочтения или качества с точки зрения личности остаются, но уходят на второй план, перестают быть принципами». Где ты там увидел что-то подобное? Где сказано про «второй план»? Дальше, ты говоришь, что «человек перестаёт быть способным воспринимать прежнего себя и управлять собственным разумом». Почему же? Каким таким образом, а? Идём дальше, ты говоришь, что секс с монстром, согласно тексту, «перекрывает все остальные приоритеты» и что-то про «появление сексуальной озабоченности». Где ты там это увидел? Ну, я имею в виду «перекрывает все остальное»? И это только начало. Тебя вообще должны по всем правилам логики избить веником, обоссаным лично Мортарионом. И если ты собираешься обвинять меня в «ереси», то лучше даже не открывай свой рот. Меня интересует более-менее реальное положение дел, а не агитация Ордо Ксенос, которую в твоём исполнении слушать будет нереально уморительно.       Экс-кхорнит не удосужил призрака ответом, продолжив читать, просто отметив своё «превосходство в споре». Из многообразия видов мамоно его внимание привлекли три разновидности: лилим, тараканиха и альп. Первая дала знания о примерном политическом устройстве этого мира и о некой «Повелителнице»; вторая всём своим видом дала понять, что Илаю не стоит пытаться примерить удел Гвардии Смерти; а третья же… Третья была необычной. Не то чтобы на просторах бесконечной галактики среди людей не находились мужчины, которые хотели ощутить себя женщиной, но смущало другое. Согласно описанию перед обращением в этот вид монстров следовала хоть и быстро проходящая, но стадия инкуба. Бывший кхорнит напряг мозги и вспомнил, что лилим могут обращать в любой вид мамоно, а мужчин в инкубов. А учитывая, что в своём разуме уже появились мысли, которые он сам мог охарактеризовать, как «похотливые»… Астартес остолбенел, сложив в уме два и два и неожиданно для себя осознавая свои возросшие риски.       — Человек… Я знаю о чем ты думаешь. Не надо. Просто не надо, — фантом медленно стал приближаться к сверхчеловеку, стараясь не спугнуть его.       — Они могут… — Илай медленно шептал эти трудные для сознания слова.       — Стой, нет, не говори этого, — на поверхности шлема призрачного двойника даже каким-то образом появились капли влаги — точь-в-точь проступивший на лбу пот от нервного перенапряжения.       —… Превратить меня…       —… Прошу, — фантом неожиданно для себя опустился даже до такой низости, как мольба смертного о пощаде, лишь бы не дослушивать умозаключения.       —… В тараканиху.       —…       — Эм, ты это как-то прокомен… — астартес не успел закончить свою мысль, как его прервал громкий звук удара, одновременно глухого и лязгнувшего, словно плоть со всей силы столкнулась с металлической поверхностью. Несостоявшийся бог войны, исполнил жест «рука-лицо» буквально со скоростью молнии. А затем окрестности поразила настоящая звуковая волна:

БЛЯАААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА!!!

Даже усиленный сверхчеловеческим слухом уши не справлялись со звуковой волной такой силы и Илай чувствовал бешеный звон в голове. Его же глазам предстало зрелище того, как его объятая пламенем копия начала трескаться, а их всех щелей доспехов призрака бил яркий свет. Спустя полминуты чистого хаоса, симфония агонии дошла до апогея и закончилась лишь тихим хлопком и слабой вспышкой, после которой вновь наступила гармония. Прошло немного времени, прежде чем воин смог встать, все ещё пытаясь привести разум в порядок.       — Мда… Я ожидал как минимум фейерверка, — он огладелся по сторонам, но так и не обнаружил нигде своего единственного более-менее хорошего знакомого. — Эй, а ты где?       Никто не откликнулся. Стояла тишина. Не было слышно даже зверей и птиц, хотя они могли и не пережить чудовищную ударную волну в ближайших окрестностях.       — Слушай, я это… ляпнул не подумав, просто… Слишком просто выходит, тут обязательно какой-нибудь подвох, — сверхчеловек уже начал проверять кусты и верхушки деревьев. Всё безрезультатно. — Другой «я»? Варп-глист? Двойник? Фраг, да как тебя называть? Ты где?       На поиски было потрачено несколько часов, но никаких признаков летающего клона найдено не было.       — Ну…хотя бы он перестанет под руку лезть. Только бы знать куда теперь идти?..

***

      — Джэ’Имс, когда ты уже выведешь нас к дороге, суккубы тебя раздери?!       — Джэ’Си, вот не отвлекай и тогда я найду её.       Небольшая компания продолжала блуждать по лесу и два её остроухих члена продолжали перебранку. Выглядела она крайне неординарно. Издалека можно было бы подумать, что это молодая человеческая парочка выгуливает очень большую и странную кошку, а рядом летит синий шарик с криво намалеванной рожицей. Мало кто мог знать, что это — невероятно опасная и сильная команда борцов с нечистью. Знаменитая (в крайне узких кругах) команда L.       Незаменимым дуэтом и основой команды была пара эльфов: Джэ’Имс и Джэ’Си. Внешность эльфийской парочки заставляла усомниться в их принадлежности к "светлой" ветви своих сородичей — уж больно их дерзкий гардероб и стиль напоминал таковые у тёмных эльфов. Штаны с новомодным ремнём и необычно короткая для целомудренных жителей лесов юбка и рубашка с V-образным разрезом снизу у обоих сделана из белой ткани с красной L на груди. Чёрные, облегающие футболки и резиновые перчатки с ботинками — подарки тёмных остроухих кузенов в качестве извинения за недостаточно шумную оргию. Стадвадцатилетний парень покрасил свои волосы в бледно-голубой — цвет удачи, как он сам верил. Его же спутница и ровесница решила нарушить многовековые традиции своего народа и выкрасила свою роскошную, лихую гриву, затянутую в косу, в фиолетово-красный.       Эту парочку сопровождали ещё двое нестандартных для этих мест разумных. Очень большая и странная «кошка» при ближайшем рассмотрении отказывалась простой юной девчонкой-эльфиечкой в песочной пижаме с прикреплённые хвостом и капюшоном с ушками. А рядом привязанная к воздушному шарику, беззаботно плыла по воздуху фея вдохновения. Она использовала свою кисть, как пропеллер, раскручивая её перед собой, чтобы перемещаться в пространстве.       — Фея вдохновения! — мелкая мамоно-художница протягивала название вида с гордостью, по совместительству своё имя, словно визитную карточку.       — Да, нам надо было взять карту, — девочка без проблем поняла смысл выкрика. Быть может из-за детской проницательности, быть может из-за магии, а быть может из-за того, что она сама все выдумывала — ответ никто никогда не узнает.       — Слушай, вот зачем мы вообще взяли с собой твою сестру? — шёпотом спросил Джэ’Имс у своей спутницы.       — Пойми, я не могла оставить Мяути одну, она же от скуки просто задохнулась бы, — тихо ответила аловласая эльфийка. — Ну да, она чутка… кхем, особенная, это бывает.       — Чутка? Дже’Си, она же считает себя кайт-ши!       — Но ей же только пятьдесят, она ещё почти ребенок малый. Кто из нас не чудил в таком возрасте? Кажется, на Зипангу это даже своё название имеет, как же его там… Чунибье, кажется, или как-то так. Я уверена, что ты в её возрасте отмачивал что-нибудь ещё более странное, а уж про повадки наших «темных» родичей я вообще молчу. Так что Мяути славная девочка. Плюс, она наш талисман, а какая команда может быть без талисмана?       — Ладно-ладно, — махнул рукой Дже’Имс, вероятно не горевший желанием вспоминать собственные подростковые увлечения. — А феечка нам на кой тогда?       — Вижу ты забыл, что у неё нюх на редких мамоно. Она незаменимый член команды.        — Забыл, конечно, ага. Забудешь такое. Настолько хороший нюх, что мы пару раз попадали в ловушки! Демоны, да я до сих пор не могу отодрать всю эту проклятую паутину от одежды!       — Джэ’Имс, не будь трусом, перед нами открыты все горизонты!       —… Сорок тысяч способов скор-раптиться, в ближайшем тёмном будущем кому-то всё понр-равится…- остроухая «кошкодевочка» промурлыкала навязчивый мотивчик, явно желая подколоть мрачного товарища.       — Нам просто нужно для начала найти цель попроще, — раздраженная женщина проигнорировала дурачившуюся родственницу. — Может более мелкую волкодлаку поймаем?       — Тебе нашего сотрудничества с «Собирателями хвостов» до этого не хватило? — со скепсисом возразил эльф.

***

      «Собиратели хвостов» были одними из самых храбрых и сильных воинов людей, с которыми могли потягатся только герои Верховной Богини. Некогда они были крайне организованы и их ячейки были даже в самых глухих деревушках. «Собирателем хвостов» мог стать только охотник со стажем, владеющий навыками рукопашного боя, поскольку лучники в большинстве своём, оказывались недостаточно быстрыми, чтобы всадить в адскую тварь несколько десятков стрел менее чем за десяток секунд до их незавидной кончины. Особо ценились те, кто использовал в бою особые кастеты с лезвиями-когтями. Их мастера могли убить с их помощью с одного-двух ударов, да так, чтобы затем снять непорченую шкуру. На финальном испытании «молодая кровь» должна была в одиночку на особой арене, имитирующей дикий лес, убить монстра. На арене были только схваченные живьём зверолюди, учитывая что демонов и нежить необходимо сразу было убивать на месте, как особо тяжкое оскорбление Богини и особо трудные в содержании монстры. Самыми распространенными, разумеется были оборотни-волки, как самые относительно лёгкие для поимки, но при этом являющиеся достаточно сильными тварями, иной раз гибнущими только после десятка убитых новобранцев. Поскольку охотники любили красоваться добытым на арене трофеем и стараться выследить именно эту разновидность монстров, то за ними закрепилось прозвище «собиратели хвостов».       Получив конкретный охотничий удел, собиратели начинали бродить по нему, согласно картам и заметкам своих предшественников. Но сколько бы они не ловили оборотней в одной деревне, сколько бы не перерезали глоток соным верзилам-минотаврам в пещерах и сколько бы не громили набег и, а затем логова орков, история повторялась снова и снова; оборотни вновь кусали и заражали людей, монстры-быки вновь возвращались порой в те же пещеры, а плодовитые свинолюды буквально старались закидать мясом. С другой стороны, собиратели не собирались сдаваться — они были всегда и везде востребованы. В качестве приятного бонуса, они могли делать волчьи шубы, порошок из рогов, как средство «решения мужских проблем», а то и котлеты из свежей орчатины также оставались весьма популярным товаром. Надо было лишь местному лорду и родной организации процент подати отдать.       Но после конца эпохи старых владык монстров всё изменилось. Оборотни предпочитали мигрировать в лес, подальше от шумных соседей, минотавры не забывали установить пару растяжек с пустыми бутылками, как сигнализацию, а орки начали пользоваться более хитрыми тактиками, как «окружить-разбить», «налететь-отскочить» и самую коварную — «снять-всунуть». Монстры развивались, становясь умнее. Массовое изменение в поведении монстров, вызвало уменьшение успешных охот, а как следствие — колоссальные убытки. Многие феодалы, которые жили за счёт доли с продаж трофеев, вмиг прогорели и уступили место тем аристократам, которые спонсировали рост городов ремесленников и распашку земель. И их кровь вскипала праведной яростью, когда до них доходили слухи, что некоторых из нелюдей удавалось укротить и даже приручить, заставив работать в полях, тем самым создав новый источник крайне выносливой рабочей силы. Тогда руководство «собирателей хвостов» пошло на отчаянный шаг и созвало все свои силы для решительного боя с демонами и прочими монстрами. Они собрали всех кого только могли, начиная от верховного духовенства, заканчивая авантюрными феодалами, они сконцентрировали свои силы и пошли вперёд, на демонические земли. Так началась новая война, вошедшую в историю, как Война на Заре.       Поначалу кампания складывалась в пользу людей; все ещё приходящие в себя от неожиданных изменений в сознании монстры предпочитали отступать, не имея возможности и мотивации оказать организованное сопротивление. Это лишь сильнее злило «собирателей», поскольку те надеялись на быстрый и хороший улов. Но даже удачная добыча вызывали странные последствия. Вместо звериной ярости, загнанного в угла животного, у новых монстров, принявших почти человеческий облик, в глазах виднелись признаки человеческого ума — от осознанного гнева и презрения к пленителям до ужаса, апатии и смирения с судьбой. О товарах с монстров тоже не приходилось говорить — уже не могло быть речи о продуктах из мяса «новых» монстров или шубах из их шкур, поскольку они не весили как прежде, а густой мех сменила обнажённая кожа. Прочее же тоже быстро сошло на нет — порошки и лекарства из рогов, копыт и когтей быстро исчезли с рынка после ряда крайне неприятных инцидентов. Люди применявшие их по прямому предназначению либо сходили с ума, либо сами обращались в монстров. Орден и Церковь Верховной Богини не могли закрыть на это глаза и отказались распространять скверну на святых землях, покинув общие войска. Основная мотивация этого похода исчезла, сменившись лишь многократно возросшим риском, а вслед за ней исчезала решительность армии. Часть генералов также приказали своим солдатам вернуться домой, пытаясь приспособиться к изменениям, которые рано или поздно до них дойдут. Другая группа решила дезертировать и отправится в странствия по новому миру, некоторые из которых осели на покинутых территориях, создав свои независимые государства. Были и такие люди, которые отвергли свет Верховной и вовсе переметнулись на сторону новых монстров, помогая им сбегать. Но были и те, кто остался и продолжил свой путь борца с угрозой человечеству: кто-то из принципа, кто-то из отчаянного желания получить хоть что-то.       Но спустя несколько недель, когда они уже вплотную подошли к замку Повелителя Демонов, ситуация на фронте резко поменялось и мамоно (как они себя теперь называли) нанесли ответный удар. Как оказалось демоны не сидели, сложа руки, а создавали демоническое серебро — метал, ранящий не тело, но душу, лишая жертву всяких сил для борьбы. Также благодаря открытию магического направления наук, так называемой «эромантии» или «нимфомантии», нелюди смогли преподнести неприятный сюрприз и дать достойный отпор «собирателям», привыкшими иметь дело с небольшими примитивными группами. Хоть и с трудом, но мамоно смогли сломить и обратить в бегство людей. После ряда контратак, они дошли до территорий недавно основанных королевств, и вопреки надеждам и страхам анти-демонической армии, монстры не стали нападать на страны, державшие нейтралитет. Как оказалось нелюди поняли такую концепцию, как «дипломатия» и решили взаимодействоватьс людьми на более тонком уровне. Так Война на Заре и закончилась, хотя были и те кто старался взять реванш, как со стороны мамоно, так и со стороны людей.       Тем не менее, мало кто из человеческих государств хотел иметь дело с потерявшими своё влияние «собирателями хвостов». Мало того, что они уже не приносили прежней прибыли, так ещё к тому же «собиратели» часто становились целью, а порой и причиной новых набегов монстров на окрестные деревни. Таким образом это некогда уважаемое призвание стало меткой "парии", отчужденного из общества. Тем не менее, оно продолжило жить в виде полулегальных ловцов редких мамоно. Да, расчленять на ингредиенты их по понятным причинам уже нельзя… но в качестве живых невольниц дикие монстродевы ценились гораздо дороже. И как ни странно, часть мамоно по непонятным причинам на свой манер даже симпатизировала «собирателям», ведущим за ними охоту. Но разумеется, родственники жертв просили объясниться за качество и источник "товара".       Команда эльфов и неизвестно что забывшая среди них феечка как раз днем ранее столкнулись с разгневанными «потенциальными покупателями». Как следствие, они были вынуждены бросить старое место работы и искать новый источник честного пропитания.

***

      — Джэ’Имс, ты сам виноват в том, что ты не засунул ей в рот кляп, и она нас всех выдала!       — Я скорее свои уши отрежу и съем, чем притронусь к тому мерзкому, красному шарику! Я даже не хочу знать, куда эти тёмные потаскухи его совали. Да мне даже думать об этом мерзко!       — Фея вдохновения! — неожиданно выкрикнула маленькая художница, указав своей кистью на молодое деревце.       — Да, красивое деревце, но меня больше интересует эта красная броня, которая за ним прячется, — почесав подобородок, высказалась Мяути.

***

      «Всё же заметили,» — неутешительно вздохнул про себя Илай, выходя из укрытия. Он просто собирался проследить за путниками и подслушать их разговор, дабы узнать, по возможности, что-нибудь ценное. Но, как выяснилось, двухметровую фигуру в красных доспехах очень легко заметить среди молодого леса.       — Джэ’Имс, ты думаешь о том же что и я? — самка с непонятным оттенком волос на голове тихо обратилось к своему спутнику, но Илай всё расслышал.       «Двое взрослых. По виду — странная помесь эльдар и человека. Но все же от высокомерного корма для Голодной Суки у них разве что уши, а во всем остальном они очень уж похожи на людей… Хм, а насколько человечны были те "люди" из деревни?..».       — Эм, то есть нам нужно сейчас убегать? — переспросил свою спутницу синеволосый.       «…Остальные выглядят ещё более нелепо, чем приспешники Цеогораха. Детёныш в шерстяном костюме, и… Что это вообще такое? Бабочка-переросток? Кажется здесь это называют феями, если верить той книжонке. Варп, только бы она не захотела играть со мной или попробовать поискать у меня сладости!».       — Да нет, балда, это же живой доспех! Нам дадут кучу золота за неё! Хотя какая-то странная она, здоровенная слишком, я таких раньше не видела…       — Точно. Слушай у меня есть идея. Давай отдадим её королеве эльфов! Она у нас сильная и устоит перед совращением! — с самодовольной ухмылкой ответил ксенос-мужчина.       — Ага, и представь как она будет рада новой силе и как будет горда нами! «Какая отличная броня! Команда L теперь мои самые лучшие слуги!», — нелюдь изменила свой голос, явно передразнивая кого-то. — Нам дадут целый замок!       — И ещё вековой запас кошачьей мяты! — радостно поддержала энтузиазм товарищей девчонка в кошачьем костюме.       — Фея вдохновения!       — Решено, берём её!       Группа внезапно предприняла самый неожиданный шаг… а именно — встала в позы, которые были больше уместны для агитационных голо-картин имперцев с «нестандартным сюжетом». Синеволосый щёлкнул пальцами и феечка завертела кистью, создавая колдовской туман, быстро скрывший группу от посторонних глаз. В следующий миг из того места, где стояли ксеносы, забил яркий разноцветный свет и заиграла бодрая, пафосная музыка. Из дымовой завесы вновь показалась взрослая эльфийская парочка, на сей раз — с розами в руках.       — Проблем хотите?.. — начала аловласая эльфийка.       — Вдвойне получите!.. — подхватил синеволосый остроухий.       — Чтобы эльфов спасти от развращения!       — И сплотить всё наше поколение!       — Демонский разврат навек изжить!       — В мире вершин достичь!       — В бой идём мы!       — Команда «L» на службе добра!       — Выбор твой: сдавайся или же сражайся!       — Мяу, и это факт! — между ними вклинилась «кошкодевочка».       — Фея вдохновения! — после салюта феечки за их спиной вспыхнула огромная красная буква «L».       «…Да, они точно самые нелепые из приспешников Шута, которых когда-либо видела Вселенная…»       — Эм, кажется она не впечатлена, — после минуты молчания пессимистично подметила малявка в пижаме. — Ну вот, месяцы репетиций насмарку.       — Неважно, — ответила женщина и обратилась к хаоситу. — Эй ты, живой доспех! Подними руки наверх и мы пощадим тебя.       — Я не живой доспех! — «Что ж, пора попробовать эту штуку под названием переговоры. Может на это раз повезёт».       — Ага, так мы и поверили, — возразила синеволосая пародия на эльдар. — Любой здравомыслящий человек при виде тебя поймёт, что ты ходячее зло. Какой хороший парень будет носить такой шлем?       Астартес не стал спорить и просто снял шлем, явив миру свое лицо. Пожалуй стоило даже порадоваться той трансформации, которую с ним проделал этот мир — с его предыдущей физиономией никакая дипломатия бы не помогла. Да и задумался ли бы он вообще о таком варианте? Сейчас же незнакомцы, именовавшие себя «Командой L» лишь застыли в недоумении.       — Эм… Мда, кажется мы ошиблись. Хотя-я, — призадумалась кошечка. — Снимай штаны!       — Что?! — хором выдали все, кроме феи, которая не изменила себе и своей коронной фразе, даже обхватив руками лицо.       — Ну я слышала, что они могут имитировать человеческую внешность, ну голову например и все такое, — неуверенно стала оправдываться фанатка кошачьего косплея. — Хэй! Вы о чем вообще подумали? Мне и ста нет!       — Это уже слишком, — процедил Илай. — Чего вам от меня надо?       — Мы собираемся тебя поймать и отдать нашей королеве за хорошую награду! — воодушевлённо ответила «не достигшая столетия» малявка в кошачьем костюме.       — То есть вы работорговцы?       — Ты что, с ума сошёл?! Нет! — чуть ли не хором возопила вся компания. — Эм, мы называем это… Тренерство, да! Это совсем не варварская работорговля, как у этих тёмных дикарок-извращенок!       «Тёмные? Да уж, просто замечательно, теперь стоит ожидать и встречи с местными друкхари».       — Всё хватит разговоров! — эльфийка с фиолетово-красными волосами подняла свой меч. — Ты будешь нашей! Десятиликая путана!       «Это самый нелепый клич, который мне доводилось слышать. Даже жаль что в этом мире нет слаанешитов».       Эльфийка оказалась куда проворнее, чем можно было предполагать из-за её нелепого поведения. Использовав замешательство человека, она приблизились к нему и пару неуклюжих сделала выпадов мечом. Но тот оказался ещё быстрее и отскочил в сторону. Илай уже точно не хотел отступать — его охватил начавший притупляться инстинкт боя. Он швырнул шлем на землю, схватил нелюдь за запястье, провернул её вокруг собственной оси, а затем выбил оружие из руки. Клинок подхватила свободная рука воина и он занесён его над спиной бывшей хозяйки. Удар, короткий вскрик и тишина. Все это произошло меньше чем за секунду, но все замерли, едва ли не разинув рты.       — Дж-Джэ’си!       — Сестра!       — Фея вдохновения!       Хор голосов вывел Илая из транса и он сделал пару шагов назад, сам поражённый произошедшим.       «Я…я сделал это… Наконец-то, как же долго этого мне не хватало…».       Его лицо исказилось жуткой гримасой тёмного удовлетворения. Остывшая и, казалось, ушедшая радость от отнятия чужой жизни теперь вернулась! Неудивительно, что после долгого времени без крови он был счастлив больше, чем когда убил варбосса орков голыми руками или засунул в самую глубь глотки карнифекса цепной топор. Разрушение и смерть — это его жизнь, его суть, он сам. Слабость и сожаления — удел слабаков и ничтожеств, недостойных звания врага и даже добычи, лишь участи жертв. Илай взглянул на собравшихся вокруг тела эльфийки разумных. Они плакали и молили её не покидать их.       — Джэ’Си, я… Мне жаль, Джэ, я ведь даже не говорил…       — Сестрёнка, пожалуйста вставай, я не хочу больше играть без тебя! Пожалуйста…       — Ф… Фе…       «Жалкое и ничтожное зрелище. Вместо того, чтобы бросить слабое звено и продолжить бой, они цепляются за него, подставляясь под удар. Отвратительно».       Астартес подходил к ним нарочито медленно, издеваясь словно кот над мышкой с сломанными лапками. Грозный и зловещий вид убийцы их напарницы почти парализовал их сердца ужасом и они едва нашли в себе силы податься назад.       — Посмотрите на себя! Вы, мелкие тараканы, хотите сбежать от меня? Где же ваша прежняя смелость, а? Где ваше желание накинуть на меня цепи? — перешагнув через останки их подруги, хаосит надменно обратился к своей добыче. — Ты, синеволосый хлыщ! Ты выглядишь как самый сильный… по меркам этих козявок, конечно. Давай, вставай и сражайся, как подобает воину!       Человек остановился, ожидая ответа. Синеволосый эльф замерший было в шоке начал приходить в себя — слова Илая произвели эффект. Поняв, что чудовищный враг настолько не воспринимает их всерьёз, что даже не хочет нападать первым, он быстро зашептал прижавшейся к нему испуганной и плачущей эльфийки в кошачьем костюмчике       — Мяути, слушай внимательно. Как только я встану, ты с феей побежишь отсюда со всех ног. Бегом отсюда и это не обсуждается. Не смотри назад и не оборачивайся. И не волнуйся обо мне и сестре, лес позаботится о нас.       — П-подожди, Дж-… — девочка не успела закончить, потому что эльф резко вскочил с земли и бросился на хаосита.       — Команда «L», вперёд!       — Хе-хе-хе.... Кровь кровавому мне!