Рудимент

      Глава 2. Мне было плохо. Выгоревшие каналы жгли тело изнутри. Я давно смирился с болью, ставшей неизбежной спутницей магии, привык к ней настолько, насколько вообще можно привыкнуть к подобному. Но сейчас не мог её ничем заглушить, более того, жуткое похмелье только усугубляло ситуацию и в первый день поездки я чуть не заблевал нутро возка, в котором мы ехали. В глазах своих неожиданных спутников, по крайней мере у двоих из троих, я видел лишь презрение. Хотя чему тут удивляться, если даже я презирал самого себя. Да, я был жалок, но вместе с тем мне было плевать на мнение окружающих. Кто они такие, чтобы судить меня? Жизнь резко отучила меня пытаться соответствовать чужим чаяньям.       Только на второй день пути моя голова начала соображать. Не сказать, чтобы хорошо, но достаточно, чтобы начать задавать вопросы. А вопросов было много, ведь всё, что я запомнил, это существование некого эксперимента, в результате которого есть шанс меня вылечить. Даже сам не знаю, почему в тот момент я согласился на это, потому что звучит-то не слишком обнадеживающе. Да и в чудеса я больше не верил. Видимо тут сказалась старая память о Яне Тайберге, которого в своей прошлой жизни я уважал.       Я слепо ухватился за эту надежду, но теперь начинал понимать, что так просто ничего не бывает. С чего бы это столичному светилу вспоминать обо мне спустя столько времени и ехать на окраину Империи? Туда ведь больше недели добираться. И это при наличии достойного транспорта, обычными дилижансами и за две не уложишься. Так зачем я понадобился? Уж точно не ради помощи по доброте душевной. Тут должна быть вполне реальная причина.       - Зачем я вам? – вечером того дня, спросил я.       Мы как раз остановились на ночевку в небольшом городишке, и ужинали в станционной столовой. Ну как ужинали… лично мне есть совсем не хотелось, так что я в основном пил. Морс. А в тарелке с каким-то то ли рагу, то ли просто безымянной смеси овощей и редких кусочков мяса, ковырялся скорее для вида.       Профессор не стал торопиться с ответом. Посмотрел на меня… кажется с толикой удивления. То ли от того, что я только теперь решил поинтересоваться, то ли от самого факта вопроса. В любом случае он сначала тщательно пережевал пищу, положил приборы и только тогда заговорил:       - Ты подходящий кандидат.       И всё? Даже мне было понятно, что этого просто не могло быть. Не ищут подходящих кандидатов так далеко. Очевидно, по какой-то причине был нужен именно я, но озвучивать её не спешили. Понятное дело, меня это совсем не устраивало.       Так что я сразу возразил:       - Подходящих наверняка сотни. В чем подвох?       - Подвох? – а вот теперь он точно был удивлён, это даже мне было очевидно, - да, ты действительно изменился, голубчик. Подвох в том, что первые добровольцы, скажем так, не выдержали. Сама метаморфоза прошла успешно, но вот последствия… Люди становились агрессивными, бросались на сотрудников. Случились жертвы.       - Причина известна? – хмуро уточнил я.       Опрометчиво принятое решение резко стало выглядеть совсем нехорошо. Впрочем, я всегда могу отказать и вернуться… к чему? Появление людей из моей прошлой жизни поднимало болезненные воспоминания о тех временах, когда я не задумывался о том, зачем вообще существую. Тогда всё было так просто и понятно.       - Причина в изменении самой основы жизни, - Тайберг заговорил без особой охоты, как о чем-то не слишком приятном, - человек начинает напрямую нуждаться в магической энергии для поддержании жизни. Пацие… ладно, к чему эти вихляния… подопытные утверждали, что постоянно чувствуют зверский голод. Видимо это связано с тем, что телу требуется больше магической энергии, чем оно генерирует. Внешние источники лишь кратковременно снимали остроту, при этом, сам понимаешь, пределов насыщения никто не отменял. В итоге это приводило к помутнению рассудка и агрессии. Мы… не смогли им помочь.       - И причем тут я? – мне не осталось ничего иного, кроме как вернуться к изначальному вопросу. Потому что откровения профессора на него не отвечали.       - Учитель считает, что это вопрос силы воли, - в разговор встрял ученик Тайберга, Мартин, которого я помнил, но с которым, считай, не общался. Что тогда, что сейчас, - если выдержать первые недели, то получится адаптироваться. В вас он видит человека, который с этим справится. По мне так – зря.       - Мартин! – осуждающе воскликнул профессор.       - Что? Хотите сказать, я не прав? – фыркнул парень.       - Во-первых, ты поспешен в своих суждениях. Разве этому я тебя учил? Во-вторых, это попросту невежливо, - высказал своему ученику Тайберг.       Мне было всё равно, кем он меня считает, поэтому я даже не подумал как-то отвечать. Думал в первую очередь об осмысленной части его фразы. Перетерпеть и адаптироваться, да? Если и искать что-то хорошее в том, во что я превратился, так это умение терпеть. Но поможет ли это? А с другой стороны, что я теряю? Сказать, чтобы я ценил свою жизнь, было бы преувеличением. Правда, о том, чтобы свести с ней счёты я тоже не думал. Несмотря ни на что это претило всей моей сути. Тому, что от неё осталось.       - Поспешен? Я бы так не… - начал было отвечать Мартин.       - Я согласен рискнуть, - перебил его я и тут же собрал на себя взгляды остальных. Моё согласие изрядно их удивило. Кажется.       За прошедшее время я смог привыкнуть вновь пользоваться глазами, а не чувствам. Но вот доверять им было сложно. Былой уверенности в понимании чужих чувств не осталось. И вряд ли она когда-то вернётся, ведь люди лживы по своей натуре. Не все, но очень многие. К слову, это стало одной из причин моего согласия. Я помнил, как Тайберг относился к своей работе и потому знал, что он может умолчать о каких-то деталях или бояться возможной ошибки, но искренне постарается меня вылечить.       - Ты уверен? – осторожно уточнил Тайберг. Похоже он всерьёз опасался, что услышав детали я могу уйти в отказ. Вполне разумное опасение в общем-то. Многие ли захотят рискнуть, зная, как закончили предшественники?       - А что мне терять? – просто ответил я.       - Многие бы сказали, что жизнь, - заявил доселе молчавший новый ученик, на что я равнодушно пожал плечами. Тот же с непонятным мне триумфом глянул на своего учителя и соученика.       - Хорошо, Алан, очень хорошо. Уверен, на этот раз всё получится, - подвёл итог профессор, - а пока… может расскажешь, как ты вообще сюда забрался?       Вот уж о чем я не горел желания рассказывать, тем более в тот момент мне и так было достаточно хреново. Но за последующие дни дороги Тайберг всё-таки смог вытянуть из меня, как я оказался в “Воронках”. Рассказывать там было в общем-то не о чем, но вот вспоминать об этом совершенно не хотелось. И всё же пришлось. Когда меня вышвырнули из Белой Длани я просто не знал, что делать. Вообще. Для меня жизни вне культа попросту не существовало, но реальность почему-то не спешила спрашивать моего мнения. Я оказался никому не нужен и совершенно один. Куда идти, что делать? Ответа на эти вопросы у меня не было. Хотя вру, в тот момент я об этом почти не задумывался. Слишком уж был шокирован. Вопросы появились уже позже.       Почему я отправился именно на север? Да случайно, в общем-то. В тот момент мне лишь хотелось оказаться подальше от Растина, а каких-то конкретных предпочтений и желаний попросту не было. Я не знал, куда еду и что буду там делать. Просто ехал, потому что ничего другого не оставалось. Всю сознательную жизнь я либо лечил, либо учился лечить, либо занимался бытовыми вопросами в храме. Иными словами, служил Куратису как мог. И лишившись этого, я потерял какие-либо жизненные ориентиры.       Более того, в тот момент я винил лишь себя, что только добавляло в горечи. Я ведь стал убийцей, а причины содеянного вроде как бы и не важны. Сейчас-то я иначе считаю, но вот тогда… В общем даже удивительно, что в тот момент я просто уехал, а не сотворил что-нибудь эдакое. А дальше я просто нигде не задерживался, пока не кончились деньги. Честно говоря я даже сейчас не знал, сколько их точно было и действительно ли я их потратил или их попросту украли. Сначала ехал от города к городу, потом шел, в какой-то момент не осталось даже еды. Тогда-то меня и приютила в той деревеньке одна сердобольная старушка, у которой и без меня проблем хватало. Хозяйство в запустении, внучка в лихорадке, а сын в городе на заработках. Я просто не мог не попытаться ей помочь. И ведь получилось! Да, было больно, но оно того стоило.       Впоследствии так и повелось. Ко мне стали приходить сначала местные жители, а потом и с округи. Мне решительно не хватало как знаний, так и возможностей, поэтому помочь в сложных случаях я мог не всегда, но старался как мог. И несмотря на ошибки, мне удалось завоевать подобие уважения со стороны жителей этого сурового края. В жизни сразу появился хоть какой-то смысл. А это, как я теперь понимал, уже немало. Жить без какой-либо цели вообще очень сложно. Не сказать, чтобы она у меня появилась, но хоть какой-то смысл лучше, чем никакого.       Собственно, на этом мой рассказ и завершился, а следом поднялась не менее неприятная для меня тема: - А ведь ты даже ни с кем прощаться не стал. - Как пришел, так и ушел. Они знали, что так случится, - пожал плечами я. Никаких обязательств перед местными у меня не было. Как и у них передо мной.       - Без твоего участия кто-то может умереть, - глядя мне в глаза, отметил Тайберг, - или планируешь потом вернуться?       - Нет, - кажется я вновь удивил его своим спокойным ответом, - без меня они потеряют возможность экономить на вызове лекаря, не более того. Серьёзные болезни я вылечить всё равно не мог.       - Цинично.       - Зато правдиво, - мрачно буркнул я. Не нравилась мне эта тема, потому что мыслишка о том, что я должен остаться, у меня нет-нет да мелькала. Наверное, в былые годы я бы именно так и поступил. Но не сейчас. Сейчас я никому ничего не должен. Давно пора начать хоть немного думать о себе.       - М-да… - протянул профессор и ненадолго замолчал, что-то обдумывая, — значит возвращаться не планируешь. А что тогда?       - Имеете в виду, если я не помру в процессе? – равнодушно уточнил я и заметил, как тот поморщился, - тогда всё просто – я хочу научиться делать всё своими силами, а не зависеть от чужой благосклонности.       Да, именно так. К такому выводу я пришел, как только смог всё обдумать. И видимо за него же зацепился с первого мгновения, когда ещё толком не соображал. Шанс на исцеление не цель, а лишь средство, чтобы… много чего. Стать сами собой, получиться возможность заниматься тем, что я по-прежнему считаю важным, доказать, что я сам по себе чего-то стою. Наверное, именно этого я тайно желал эти полтора года, только возможности воплотить желаемое в жизнь не видел. Теперь же она появилась, и я собирался пойти до конца, вне зависимости от того, какие препоны возникнут. Лучше рискнуть, что продолжить бессмысленно существовать.       - Хочешь стать полноценным магом значит. Набрать долги, выполнять чужие прихоти и так далее? – хитро улыбнувшись, спросил Тайберг. Кажется, что-то такое мы с ним уже обсуждали. Да, точно, было такой разговор.       - Это мелочи, - уверенно произнёс я.       - Рад твоей решимости, она тебе понадобится. Мы обязательно поставим тебя на ноги, - удовлетворенно констатировал профессор.       - Учитель, вы не можете этого обещать, - тут же влез старший из его учеников.        - А вот и могу!       - Но…       - И даже не спорь, - отрезал профессор и, через секунду, негромко рассмеялся. Похоже у него было отличное настроение.       ***       Четыре дня мы добирались до Велиграда, неофициальной северной столицы Империи, и там остановились на целые сутки. Профессор с учениками хотели передохнуть от постоянного сидения в тесном транспорте, походить, поразмять ноги и заодно посмотреть знаковые места древнего города, в котором ранее они бывали только проездом. Я был не против. Немногим ранее я бы сказал, что мне было всё равно, но теперь именно “не против”. Если честно я вообще не помнил этот город, хотя должен был через него проезжать, так что некоторое любопытство у меня имелось. Не сказать, чтобы сильное, но и не полное безразличие. Возникшая надежда и планы меняли даже взгляд на окружающий мир.       Но долго задерживаться мы не стали и вновь вернулись к дороге. Ещё неделя понадобилась, чтобы добраться уже до настоящей столицы, Виерна. Причем последние три дня этого отрезка пути мы ехали куда быстрее и комфортнее, сменив тесный возок на карету, запряженную сразу четвёркой лошадей. Дороги здесь это уже позволяли. А вот саму столицу увидеть мне довелось только издалека. Огромный город, у которого даже стен не было. Говорят, слишком быстро он разрастается, чтобы строить подобные сооружения. Да и эффективность их в наши времена не слишком велика. Ещё говорят, что в нём даже ночью не затихает жизнь, чему способствуют установленные на улицах лампы. Маготехническое чудо, которое мне видеть не доводилось.       Не попали в Виерн мы по той причине, что лаборатория, где проводились эксперименты, находилась за городской чертой, да ещё как раз с северной стороны. Так что приехали мы сразу туда. Собственно это место никак не ассоциировалось со словом “лаборатория”. На вид обычное частное поместье. Старое двухэтажное здание, несколько хозяйственных пристроек, включая конюшни, и… запустение? Конечно, на улице была зима, что не могло не сказаться на внешнем виде территории, но даже в деревне стараются расчищать дороги, а тут подобного не наблюдалось. Да и человек обнаружился только один – старик-смотритель, который нас встретил.       - Мэтр, вы всё-таки вернулись, - поприветствовал он Тайберга.       - Как видишь, Томаш. Всё спокойно?       - Как на кладбище, - мрачно пошутил смотритель, - никто больше не приезжал, да и лихих гостей тоже не наблюдалось. Хотя я внутрь не ходок. Сами знаете – не велено.       - Да-да, всё правильно, - отстранённо покивал Тайберг, которому явно не терпелось перейти к делу. Ну или как минимум тратить время на этого Томаша он точно не собирался.       Когда мы вошли в здание и попали в вестибюль, из которого можно было попасть как в крылья здания, так и на второй этаж, никто нас не встретил. Внутри оказалось темно, холодно почти как на улице и совершенно пусто. И это было явно не тем, что я ожидал увидеть.       - Линас, займись котельной, пока мы тут не околели. Мартин, на тебе лаборатория, - Тайберг явно не удивился тому, что его никто не собирается встречать, и сразу начал раздавать указания.       - Какой триумфальный взлёт от второго ученичества, до карьеры кочегара… - проворчал младший из учеников, но послушно поплёлся куда-то вглубь здания.       - Хочешь, чтобы этим занялся учитель? – двинув следом, хмыкнул на этот демарш старший.       - Нет конечно, как можно?! – Линас, не оборачиваясь и не останавливаясь, в патетичном жесте всплеснул руками над головой.       Пока они переговаривались, я продолжал осматриваться, подмечая тот факт, что зал, в котором мы оказались, пустуют уже пару недель. Слой пыли об этом явственно говорил. Он же давал понять, что место пустует отнюдь не годами. Это наводило на вполне конкретные мысли.       - Здесь никого кроме нас, - констатировал я, - ваше исследование свернули?       - Ещё до моего отъезда, - со вздохом признал Тайберг, - нет результата, нет финансирования. Всё как всегда. Но у нас хватит ресурсов на ещё одну попытку.       - Похоже не только я готов ухватиться за любую надежду.       - Я уверен, что всё получится.       - Да, вы уже говорили, - кивнул я.       Мне было не интересно, кого он пытается убедить своими словами, меня или самого себя. И даже неважно, сколько ещё мне “забыли” сказать, когда зазывали в свой эксперимент. Для себя я уже всё решил и собирался идти до конца, невзирая на шансы и условия. Так что тот факт, что меня не стали посвящать во все детали, меня совершенно не смущал. Главное результат. Точнее сама по себе возможность его достигнуть.       Тем временем профессор не стал впустую ждать и принялся зажигать масляные лампы на этаже, что было очень кстати, ведь в это время года темнеет очень рано. Само собой я предпочел ему помочь. Иначе пришлось бы вообще стоять без дела. Потом помог перетащить брошенный у входа багаж наверх, где были жилые комнаты, и мы занялись уже ими. А там и ученики освободились, присоединившись к процессу обживания особняка.        По всему выходило, что мы здесь надолго и никто никуда не торопился. Но момент, ради которого я сюда ехал, был уже близок. И я не видел причин, почему бы не попытаться приблизить его ещё немного.       - Когда приступим? – не выдержав, спросил я.       - Ты так спешишь рискнуть своей шкурой? – хмыкнув, задал ответный вопрос Мартин.       - А чего тянуть? – в ответ я пожал плечами.       - В принципе, мы можем начать хоть сейчас, - неторопливо озвучил Тайберг, - нужно только убедиться, что вместе с персоналом не пропало что-нибудь важное. А то знаю я этих… Проверьте, — это он уже бросил своим ученикам, и те, не споря, поспешили в сторону лестницы на первый этаж.       Профессор же, показав мне следовать за ним, неспешно направился в ту же сторону. На ходу он продолжил говорить:       - Думаю, нет смысла напоминать о рисках. Но кое-что упомянуть я всё-таки обязан. Процесс займёт не меньше двух недель. С полной командой ровно две недели и надо, но теперь могут быть небольшие проволочки. Хотя в плане достижения самого результата никаких осложнений не предвидится, тут можешь не волноваться. Но что особенно важно, начав, прерваться в процессе мы уже не сможем.       - Почему так долго? – сложности меня сейчас точно не пугали. Другое дело вопрос времени.       - О, тут всё непросто, - профессор с заметным энтузиазмом пустился в пояснения, - мы проведём ряд операций, вживляя в твоё тело специальные хранилища, одновременно интегрируя их в твой энергетический каркас. Это очень щепетильная задача, не терпящая спешки. Дальше мы будем помогать твоему телу принять эти изменения. Но если с телом всё решаемо, то с разумом всё куда сложнее. Тут все будет зависеть только от тебя и твоей воли.       - Раз две недели – значит две недели, – вздохнул я. Понятное дело, приятного в озвученные промежуток времени будет очень мало. Но какой у меня выбор? Правильно – никакого.       - Похвальная решимость.       Поскольку далеко в глубины особняка мы не уходили, то по ходу этого короткого разговора мы уже успели спуститься на первый этаж, и именно так, как оказалось, располагалась основная часть лаборатории. Комната, в которую мы пришли, в общих чертах напоминала операционную. Только операционный стол был необычным, его ложе крепилось под солидным углом. В остальном же всё как обычно, шкафчики с препаратами и инструментами, пара лёгких столиков, а также тара для телесных жидкостей. В целом, достаточно привычное зрелище, разве что теперь я выступал в совсем иной роли.       Там уже вовсю суетились ученики Тайберга, и старший при нашем появлении произнёс: - Нужно проверить кладовые, но на первый взгляд всё на месте, учитель. - Прекрасно, просто прекрасно. Тогда… - протянул профессор и вопросительно глянул в мою сторону. Я же кивнул на этот незаданный вопрос, - тогда не будем откладывать. Впереди много работы.