Божественный парень

      Архонт отворил огромную дверь, пропуская вперёд человека. Чёрная пелена, что он видел, пока добирался сюда, исчезла. За Вратами было огромное одуванчиковое поле. Оно напомнило Чайльду о весёлом и беззаботном детстве, когда он всё своё время проводил где-то в ромашковых полях деревни Чу Ньи. Эти воспоминания моментально улетучились, он даже сам не понял почему. Он совсем забыл, что он делал там целыми днями. Можно ли вспомнить это всё? — Тебе напоминает это что-то, так? — спросил Чжун Ли, — Кто заходит за Врата видит здесь то, что он видел когда-то. Мне непривычно от этого. Я — Архонт, а потому для меня все покрыто мглой. — Но Вы же сказали, что смертные не могут попасть сюда. Откуда вы узнали, что здесь могут появиться воспоминания? — Некоторым Архонтам приходится спускаться на Землю. Заходя сюда, местность меняется. Я повидал много чего именно за этими Вратами, но сам на Землю не спускался никогда, — Чжун Ли сорвал цветок, — Что это? — Одуванчик. Если дуть на него, то семена разлетятся, — парень перехватил растение и дунул прямо на Архонта. На его одеяниях остались пушинки, — Вот. — Удивительно. Земля так прекрасна, — золотые глаза забегали по чужому лицу, стараясь избегать зрительного контакта. — Нам нужно пройти это поле? — Если бы всё было так просто, то все смогли бы добраться до Бога, — он снова взял человека за руку, — Для меня просто. Для тебя — нет. Местность меняется под то, что тебе нравилось. Однако мысли и воспоминания теряются, всё путается. И получается так, что твоё познание додумывает всё само, но с плохим сюжетом. Это не физическая пытка. Справишься? — Почему Вы так помогаете мне? — Тарталья взглянул на соединённые руки, — Для чего Вы хотите, чтобы я вам служил? Здесь это что-то значит? — В нашем мире, — медленно начал Чжун Ли, — Очень сложно найти спутника по жизни. Обычно все божества живут одни. Мы видим друг друга только при решениях каких-то очень серьезных проблем. Можно взять смертного, как своего спутника. Однако это не так просто. Человек попадает в Рай или Ад у Черных Судей. Никто из Архонтов не может встретить их до этого момента. Таких случаев, как с тобой ещё никогда не было. — Спутники? Это как жена или муж? — У нас такого нет. Нам некогда заводить семьи и отношения. Но такое не запрещается. Мы тоже можем влюбиться или чувствовать что-то к кому-то. Просто «жена» и «муж» не так ответственно для нас, как «спутник». Любовь может пройти. А спутник, которого ты избрал, останется с тобой навсегда. — Навсегда? — переспросил парень, — Вы не умираете? — Нет, конечно. Сейчас мне около шести тысяч лет. Здесь божеств убить нельзя, — Архонт запнулся, — Однако… Ах, забудь. Нам лучше поторопиться!       Чжун Ли шагнул вперёд, ведя за собой Тарталью. Человеческая рука немного дрожала от предстоящей борьбы в его разуме, но вдруг послышалось тихо: «Просто держи меня за руку.» На душе стало чуть спокойнее.       Чайльд думал, что в этом мире служить кому-то — это жить, словно в Аду. Несмотря на это, он согласился на контракт с Архонтом. На самом же деле оказалось, что божествам одиноко сидеть здесь, в пустоте. Они видят цветы впервые, удивляются им и радуются, как новорожденные дети. Ко всему прочему, им более многих тысяч лет. Стать спутником — это быть рядом, когда одиноко, это быть чем-то в его жизни. Чужая рука держала его ещё сильнее, по пальцам поплыла волна тепла и мурашек. «А если он впервые разговаривает с кем-то за долгое время. Может он так часто касался меня, потому что хотел на дольше оставить кого-то рядом?» — эти мысли разъедали Чайльда изнутри. — Неужели я тебе так интересен, что ты думаешь обо мне сейчас? — басистый голос вытащил человека из раздумий. — Вы читать мысли умеете? — Тарталья испуганно отдёрнул руку. — Когда держим кого-то за руку, — он обернулся и улыбнулся, — Тебе не стоит смущаться. Я понимаю, что для тебя это ново. Ты, всё-таки, человек, который попал в чужой мир. Я должен был взять тебя за руку, чтобы как-то помочь в ситуации, когда тебе станет плохо. — Простите, — Чайльд вложил свою руку в чужую и направился вперёд, — Но вам стоило рассказать об этом.       И каждый шаг давался ему тяжелее, чем прошлые. Голова была готова расколоться от мыслей, что лезли. Повсюду были не знакомые ему голоса. Архонт мог лишь наблюдать за тем, как чужое тело становится совсем тяжёлым и постепенно падает на тёплую землю, что согрело Солнце. Парень одной рукой держался за голову, другой за Чжун Ли, который пытался помочь тому встать. — «Только свою семью позоришь, сдохни лучше.» — «Пожалей свою мать, она на трёх работах пашет ради тебя, ничтожество!» — «Прости, на этой площадке могут играть только японцы.» — «Тарталья.» — «Умри, пожалуйста, умри!» — «Хватит тут свою рожу показывать. Ты никому никогда не понравишься. Прекрати.» — «Я здесь, с тобой.» — «Лучше бы я тебя не рожала…»       С щеки Чайльда стекали слёзы. Он не мог контролировать то, что происходило у него в душе. Красные глаза пытались открыться, пытались найти Архонта, который был рядом, который держал его крепче и крепче. Ему лишь нужно увидеть его и пойти дальше по этому полю. Выяснить у Бога причину его прибывания в этом месте.       Но разве ему не говорили, чтобы он умер?.. Тогда зачем ему возвращаться? Зачем он терпит эту колющую в груди боль? Желание его знакомых и родных — это его смерть. Так почему бы и не остаться здесь навсегда, как они и мечтали? «Для чего я делаю это?» — Нет-нет-нет! — закричал Архонт, — Это всё неправда, слышишь? — Чжун Ли схватил юношу за щёки, — Ты должен справиться. Ты нужен всем на Земле. Не дай себя запутать! Тарталья! «Чжун Ли?» — Да, это я! Ты не можешь сдаться. Ты должен идти. «Как мне это сделать? Я чувствую, что умираю» — Держись за мою шею, хорошо? Я понесу тебя, — Архонт взял человека на руки и посмотрел в закрытые заплаканные глаза, — Думай обо мне. Не слушай чужие голоса. Пожалуйста. «У Архонта Чжун Ли холодное тело. Я думал, что у божеств они тёплые. Ты сильный» — Пусть это будет чем-то глупым. Просто думай обо мне, хорошо? — всё таким же строгим голосом проговорил тот.       Божество собрало все силы в руки и направилось прямиком к концу одуванчикового поля. Там их поджидали небольшие острова, парящие в воздухе. Тело человека было не таким тяжёлым, как он ожидал. Как и ощущал Тарталья, Архонт был холодным, а Чайльд тёплым, несмотря на то, что тот умер. Чжун Ли слышал каждый тяжёлый вздох человека, каждый голос, что хотел его смерти, и каждую мысль парня о себе. Успокаивало то, что он не сдавался и пытался думать о всякой чепухе больше. «Не думал, что меня будут нести на руках. Тем более божество»       Архонт улыбнулся. «Если тебе действительно одиноко здесь, я мог бы остаться с тобой. Я не думаю, что ты сделаешь мне больно. Ты сказал, чтобы я не сдавался. Но не лучше ли для тебя, если я возьму и забуду обо всём том мире? Или ты весь такой правильный, следуешь своему глупому контракту? Или ты правда хочешь, чтобы и я добился того, чего желаю?» — Ты можешь думать о таких сложных вещах? Ты не должен сейчас трезво оценивать ситуацию. Это место делает тебя более уязвимым в вопросах эмоций и чувств. «Это не так. Я серьёзен. Абсолютно. Так ты не ответишь на мой вопрос?» — Не отвечу.       Архонт аккуратно поставил человека на землю, придерживая его за талию, чтобы, если что, поймать ещё не пришедшего в себя Тарталью. Рыжеволосый мучительно потянулся к голове, пытаясь будто бы проснуться от долгого страшного сна. Наконец открыв голубые глаза, парень увидел перед собой обеспокоенного Чжун Ли. — Ты в порядке? Ничего не болит? — тут же завалил его вопросами он, — Ты отлично справлялся. Ты силён для человека. — Вы так и не ответили. Зачем Вы хотите, чтобы я вернулся обратно? — переспросил Чайльд, только уже вслух. — Я просто увидел, что ты можешь потерять, если останешься здесь. Поля, растения, цветы… Всё это из-за ошибки божеств. Несправедливо. Я бы старался сделать всё, чтобы вернуться в такие места, как то, что я видел. — Божества тоже ищут выгоду, но и за справедливость они борются, — парень засмеялся, — Что это тут? Летающие острова? — Сложного здесь ничего нет. Феи помогут нам пройти на каждую землю. Но нельзя заговаривать с ними, а не то они могут столкнуть нас в Бездну Уныния. Главное не поддавайся эмоциями и старайся не слушать их нелепые монологи, — посоветовал Архонт. — Хорошо.       Вдруг возле них закружилась маленькая розовая фея, она была размером с мизинец, но в ту же секунду выросла по целую руку и стала похожа на ребёнка. Кудрявые малиновые волосы стали ещё пушистее, а крылья были будто бы стеклянные. По мимо этого Тарталья заметил, что у неё не было носа, лишь маленькая нарисованная точка. Вместо обычных чёрных зрачков, как у людей, было белое сердечко. Фея перестала порхать, и маленькое существо приземлилось рядом с ними. — Я провожу вас на другую сторону, следуйте за мной, — она развернулась к ним спиной и неожиданно запела, — Камушек-камушек, спустись к нам. Вниз-вниз-вниз, да-да-да!       Человек дёрнулся от звонкого голоса, которого он не ожидал услышать. Остров остановился прямо у их ног. Тарталья вступил первый, за ним и Архонт, а фея перелетела сама. Чжун Ли выглядел каким-то взволнованным, это настораживало парня. Он хотел взять того за руку, чтобы спросить всё ли с ним в порядке. Но не смог из-за надоедливой феи, которая начала расспрашивать обо всём, что могла придумать. — Так, значит, ты человек, да? А почему ты оказался здесь? И зачем переходишь через мои камушки? — она летела впереди и хохотала. «Что с тобой? Выглядишь не очень»       Чайльд всё-таки смог коснуться его, однако ответа он получить сможет только тогда, когда фея отлетит на некоторое расстояние, чтобы не услышать их голосов.       Розочка — так называлось летающее существо — всё же отлучилась от парней в погоне за каким-то неизвестным для Тартальи насекомым. — Нам нужно успеть добраться до другой стороны, пока не стемнело, — тут же прошептал Архонт, — Ночь здесь проходит так, что мы не можем видеть. И это опасно, особенно если мы находимся рядом с феей. Она может воспользоваться такой возможностью и столкнуть нас. — Вперёд! — человек сжал чужую руку крепче и побежал за розовой девочкой, которая уже призывала следущий камушек, но уже другой песней, более грустной. — Камень-камень, ты усни и нас ты донеси, пока ночь не настала, пока живые остались, — пропела та мрачным голосом, от этого стало не по себе даже Божеству, что помогало человеку.       Такую маленькую боится даже Архонт. И для чего же такой малышке сталкивать пришедших в Бездну. И что в этой Бездне Уныния вообще есть? Это что-то на подобии Ада? Или может быть хуже, чем Ад? Тарталья обязательно расспросит своего попутчика об этом позже, как только выберутся.       А фея всё пыталась вывести этих двоих на разговор, не прерывая свой длинный и скучный монолог. Иногда она злилась, из-за чего на лице появлялись красные, словно огонь, веснушки. «Нам нельзя держаться за руки рядом с ней? Это может быть чем-то странным? Не удивительно, ведь если на Земле увидят двух парней, держащихся за руки… Может этим схожи наши миры? Здесь тоже нельзя выражать подобные чувства? Стоп! Зачем я думаю об этом? Мне совершенно всё равно на такие отношения. Это меня вообще не касается. Да, Архонт Чжун Ли привлекателен. Даже очень… » - человек посмотрел вверх, на профиль божества. «Невероятно красивый. Если бы я был девушкой, мне было бы неловко рядом с ним. Да и он кажется очень добрым. Если бы он жил на Земле, мы бы точно поладили… »       Архонт неожиданно взял руку Тартальи в свою, фея это заметила. — Ох, кажется, вы хотели бы побыть наедине, — она хихикнула, — Но, к сожалению, мы не можем останавливаться. Не знала, что Архонтам могут нравиться люди. А ты что думаешь, человек? Тебе он тоже нравится, да? Из вас бы получилась отличная пара!       Розочка заметила, как Чайльд засмущался. Она хотела совсем других эмоций. Ей нужно вывести человека из себя, чтобы тот заговорил с ней. — Больно было умирать? — фея засмеялась, — Какого это чувствовать невыносимую боль? Как думаешь, какого сейчас твоим родным и друзьям? Наверное, они страдают. Но это ничего. Видишь, любовь себе нашёл. Можно и не возвращаться вовсе. Оставайся здесь. «Она смеётся над смертью? Она никогда с этим не сталкивалась, да и не столкнётся, ведь так? Тогда почему она так легко говорит нечто подобное?» Архонт лишь глазами повёл, успокаивая парня. — И на это тебе всё равно? Я тут уже давно пытаюсь разозлить тебя, а ты?! Я думала, что люди легкомысленны и верят в любую чепуху. Что за бред! Как я должна сделать это?! — фея не на шутку рассердилась.       Внезапно сердечки устремили взор на Архонта, на маленьком лице заиграла улыбка: - Ох, уж эти люди, да? Такие непредсказуемые. У них есть всё, что они пожелают: природные богатства, друзья, семья, любовь, развитие, самопознание, возможности. Нам, Божествам, такого не дано. Мы должны ограничиваться тем, что осталось после низших. Справедливо ли это? — Розочка пролетела у спины Чжун Ли, медленно приговаривая слова. «Не думай об этом. Ты же знаешь, что это не так. Если бы не вы, человечества не существовало. Вы защищаете нас и направляете после подаренной нам жизни» — Если бы не люди, всё это принадлежало бы нам… Магические существа, что обитают в нашем тесном мире жили бы там. Бродили по просторным полям. Мы бы могли заводить семьи. Мы могли бы жить для себя, а не для работы и людей, — она говорила всё тише, чтобы только он это услышал.       Ярко-жёлтые глаза вдруг вспыхнули огнём от злости. Руку Тартальи сильно сжали. Архонт закусил губу до крови. Это действительно волновало его. То, что он всю вечность отдаёт человечеству, а не себе. Рыжеволосый перехватил чужое лицо, и закрыл уши Божества руками, выискивая в золотых глазах смирение. «Не слушай её. Думай обо мне. Даже самое глупое, но только не обращай внимания»       Архонт улыбнулся, заглядывая в небесно-чистые глаза напротив. Он аккуратно и медленно перехватил немного худощавые руки, что держали его лицо, и наклонился совсем близко к губам Чайльда. И через мгновение, которые, как казалось Тарталье, длилось вечно, Чжун Ли отстранился после осознания того, что он хотел или пытался сделать. «Хотел поцеловать меня или просто на эмоциях так получилось?»