Божественный парень

      Розочка возмущенно оглянула парней и вновь что-то забормотала себе под нос. Что именно Тарталья не хотел даже знать. Сейчас его мысли заняты тем, что он мог поцеловать Божество. И нет, всё нормально. Парень уже целовался. И с парнями тоже, но только из любопытства. Процесс ему не так понравился, как с женщинами. Однако ничего из романтики не доставляло ему удовольствия. И симпатию к мужчинам он тоже испытывал. Всё это было чем-то странным для него. Он начинал беспокоиться по каждому поводу.       На Небесах он встретил его. Выше ростом, стройным, величественным. Что испытывает сейчас Архонт? Смущение или злость на себя за то, что хотел вовлечь человека в поцелуй?       На лице Чжун Ли уже нельзя было разглядеть эмоций. Строгое лицо, напряженные брови, злые глаза. Его обычное лицо, с которым он встретил Тарталью у Врат. Неужели ещё одна ошибка? — Мы пришли, — Розочка закатила глаза, — С вами было крайне неинтересно. Удачного пути! «Прямолинейно, однако».       Божество остановилось, как только островок поднялся в свое обычное положение. Перед ними показался ручеёк с невысоким водопадом. Вода была прозрачная, на дне виднелись разноцветные камушки и ракушки. Даже на Небесах есть некоторые богатства с Земли. Чжун Ли неожиданно для человека снял своё белое одеяние, оголяя спину. Она была крепкой и немного мускулистой. На лопатках были изображены жёлтые непонятные иероглифы, похожие на рисунки. — Что ты делаешь? — Сейчас стемнеет. На земле будет опасно, кто-то может напасть. В воде такого не случится, — Архонт посмотрел своим зловещими светящимися глазами через спину, — Тебе тоже лучше поторопиться.       Чайльд снял с себя чёрный плащ и спустился в прохладную воду, присев рядом с божеством. Он разглядел открытые ключицы и мускулистые руки, что были спрятаны под одеждой. Каштановые волосы, что были собраны в косу расплелись, прилипая к мокрому телу. Тарталья сам не заметил, что чересчур долго рассматривает божество и отвернулся в сторону, перебирая руками камни под водой. Архонт лишь улыбнулся. Чжун Ли поймал нежную руку под водой, и медленно развернул человека к себе лицом. «Сердце слишком быстро бьётся.» — успел услышать Архонт. — Это нормально, — Чжун Ли улыбнулся, показывая один клык, — С Божеством все себя чувствуют неловко. — Отпусти мою руку, я не хочу, чтобы ты слышал это, — Тарталья смотрел в золотые глаза, будто находясь под гипнозом. — Что слышал? «Почему ты не поцеловал меня?» — Мне нравится слушать как бешено стучит твоё и моё сердце, вот и не продолжил. Хочешь, я сделаю это сейчас? — сильные руки нежно приподняли голову за подбородок, притягивая к себе.       Пока Тарталья окончательно не закрыл глаза от удовольствия, что расплывалось по его телу. Их губы соприкоснулись и слились в поцелуе. Чайльд медленно приподнялся над Архонтом, не разрывая их связь, придерживаясь за татуированные плечи. Чжун Ли держал чужую талию, чтобы не дать человеку случайно запнуться об камни. Парень нежно промычал в поцелуй и качнулся в другую сторону, присаживаясь на бёдра божества. — С тобой интересно, — Тарталья немного отстранился, ухмыляясь, — Мне нравится.       Поцелуй был действительно нежным и не напористым, не смотря на то, какое напряжение стояло между этими двумя. Архонт уже хотел заканчивать с этими чересчур близкими действиями, однако человек не собирался слезать с него. Он прикусил губу, всматриваясь в горящие глаза напротив. — Это чем-то похоже на то, как ты не поцеловал меня на островах, — тихо и серьёзно проговорил он. — И чем же? — Тем, что ты это начал и сам же отталкиваешь, — Чайльд коснулся его подбородка, притягивая к себе, — Люди обычно злятся из-за такого. — Невероятно! — Архонт саркастично ухмыльнулся, — Ты говоришь о таких вещах и улыбаешься. Мне так нравится это выражение твоего лица.       Вдруг Тарталья перестал видеть, вокруг всё стало таким тёмным, что даже божество, которого он держал, не было видно. Парень вздрогнул из-за того, что кто-то коснулся его бедра. Рука плавно входила верх и вниз под водой. — Не пугайся так, — прошептал Архонт тому прямо на ухо, — Я же предупреждал, что скоро стемнеет. Поэтому и хотел закончить на этом. — Разве сейчас не будет интересней? — человек усмехнулся, перехватывая руку, водящую по его ноге, — Я не хотел бы останавливаться на этом.       Рыжеволосый приблизился к шее и поцеловал у самого кадыка, а затем и его тоже. Мокрой дорожкой поцелуев он спустился к ключицам. Его свободная рука уже спускалась под водой к члену Архонта.       Было темно, это немного раздражало парня. Он не сможет увидеть выражение лица Божества. Возможно, даже не услышит всхлипов или вздохов из-за того, что тот будет прикрывать рот рукой.       Тем не менее Тарталья продолжал водить круги по головке уже твёрдого члена. Чжун Ли свободной рукой забрался в рыжие волосы, немного надавливая на макушку. — Отпусти мою руку, — будто сдерживаясь проговорил он, парень выполнил его просьбу.       Архонт закрыл свой рот освободившейся рукой, которая была взята сильной хваткой человека. Тарталья направил взгляд чуть выше себя, он услышал легкие вдохи, которые тот пытался сдержать. — Не стоит, — парень снова перехватил его руку, — Будь тише и стони мне в ухо. — Почему вообще это должен делать я? — возмутился он, но тут же опрокинул голову назад, зажимая губы из-за того, что Чайльд внезапно начал двигать рукой, — Ах. — Правильно, — парень усмехнулся, — А теперь простони моё имя. — Тарталья, — протянул тот басистом голосом, хватаясь за чужие плечи, — Прошу, давай быстрее. — Ты нетерпелив, — парень водил рукой, пока Архонт не дошёл до предела.       Чайльд спустился с Чжун Ли и присел рядом. Вода стала чуть холоднее, но парень не чувствовал этого. Рядом с божеством ему было тепло, так тепло, что он был готов окунуться вместе с ним под воду и целоваться там, пока вода не заполнит лёгкие.       Архонт прикрыл рот кулаком, даже при том, что его всё равно не увидят, он нелепо улыбался своим мыслям. Ему показалось, что он знает этого человека или знал когда-то. Божеству понравилось то, как он подчинялся человеку. Как по его телу водили рукой и прижимали к камням. Как ему становилось тяжело дышать и сдерживать себя. Он хотел ещё раз простонать его имя. — Когда станет светло? Мне хочется увидеть твои глаза, — прервал тишину человек, — Жаль, что я не видел их во время процесса, ха.       Архонт вдруг развернулся к Тарталье всем телом и схватился одной рукой за его лицо, обхватывая щеки и приближая к себе. — Жаль, что я не видел, как ты отсасываешь мне. — Я не опытен в этом, может ты попробуешь? — усмехнулся человек.

***

      Спустя какое-то время, пока Тарталья сладко спал на плече у Архонта начала светать. Чжун Ли первый открыл глаза и снова увидел блестящую речку и разноцветные камни в ней. Повернув голову чуть в сторону, он заметил спящего на себе человека, что вчера пытался сдерживать свои стоны во время того, как Божество умело работал ртом под водой. Вспомнив это Чжун Ли немного дёрнулся. Он не знал, как теперь ему вести себя перед Чайльдом.       Какие у них отношения? С самого начала он просто провожал его до Бога, после этого собираясь взять его в свои спутники, если повезет, но сейчас, когда они уже стали «чуть» ближе…       Архонт внимательно разглядывал каждую частичку его тела. У него была подтянутая фигура, физическая форма достаточно спортивная. Ему хотелось провести пальцем по позвоночнику, чтобы тот прогнулся, но будить его не хотелось тоже. — Взглядом сейчас просверлишь, — Архонт не заметил, как парень уже проснулся, — Почему не разбудил? Нам стоило выйти пораньше. — Ты мило спал. — А ты мило постанывал моё имя вчера, — Тарталья вышел из реки, тут же надев одеяние, — Идём.       Архонт немного смутился от такого неожиданного ответа Чайльда, однако тоже оделся, снова закрывая свои татуированные плечи. Им нужно будет пройти ещё несколько «препятствий» перед тем, как придти к Всевышнему. И почему-то Чжун Ли очень боялся этого. Он понимал, что если всё-таки это была ошибка, которую могут исправить, то ему придётся распрощаться с человеком. Тарталья забудет всё, что происходило с ним здесь, на Небесах. Он забудет как добирался до Врат, как держал Архонта за руку, дул на одуванчик. И забудет всё, что было между ними с Божеством. А Чжун Ли будет помнить все эти моменты и будет мучиться от воспоминаний. Его голова будет заполнена этим странным человеком, с которым они знакомы всего ничего, но уже так сблизились.       По контракту ему все-таки придётся смириться с расставанием. Пока они будут добираться до Бога, им придётся побыть друг с другом ещё какое-то время. И наверняка между ними будут какие-то хорошие моменты, о которых Архонт захочет помнить всю свою жизнь. Станет ещё сложнее расставаться. Стоит ли сейчас игнорировать его и стараться держаться подальше? — И куда нам дальше, мой Господин? — оглядываясь спрашивает парень. — Чуть дальше будет Пещера Души, — Чжун Ли показал пальцем куда-то, — Это недалеко, пойдём, — Архонт взял того за запястье, но внезапно оттолкнул.       Покрутив головой, Божество всё-таки пошло вперёд, даже не оборачиваясь на растерянного Тарталью, который оставался на месте ещё какое-то время.       Они оказались у самого входа, откуда дул сильный ветер, готовый выбросить их на несколько метров. Чайльд попытался подойти чуть ближе, но его сдуло ветром прямо на Чжун Ли, который смог удержать человека, придерживая за талию. — Не торопись так, для начала нужно остановить поток, — Архонт закатил рукав на одной руке и выставил её напротив к входу.       С пальцев появилась белая лента, которая с неимоверной скоростью пробралась в самую глубь пещеры, где остановила поток быстрого ветра. Тарталья рассматривал руку Божества, как картину в музее, она была покрыта маленькими жёлтыми ленточками, которые соединялись в одну. Были видны вены из-за сильного напряжения, на лбу даже выступили капельки пота. Человек заволновался и тут же подошёл к Чжун Ли после того, как «магия» исчезла.       Он взял его руку, которая покрылась чёрными пятнами после использования силы. Архонт заметил, как у Чайльда тряслись пальцы. — Что это? — Не переживай по любому пустяку, — Чжун Ли опустил рукав, закрывая необычные огромные потемнения, — Поторопимся.       Парни зашли в пещеру, усыпанную драгоценностями разных цветов. Глаза бегали по стенам и потолку, чтобы быстрее ухватиться за каждый яркий камень. — Я должен предупредить тебя, что нас ждёт, — начал Архонт, — Не зря пещеру назвали Пещерой Души. У того, кто зайдёт сюда откроется его настоящая личность. Так что не удивляйся, если ты будешь говорить то, чего не хотел. И не пугайся меня. Поскольку я — Божество, моё тело немного изменится. И лучше сказать сейчас всё, что хочешь, а то будешь говорить против своей воли. Всё понял? — Да.       Они оказались уже у самого центра, где пол стал прозрачным, и под ними оказалась жидкость изумрудного цвета. Тарталья ухватился за чужую руку, чтобы не упасть. Но вдруг он почувствовал как Архонт будто бы испаряется.       Конечности Божества исчезли, а за место них отросли новые, совсем каменные, как будто из золота. На лице появились жёлтые полоски, соединяющиеся у правого глаза. На голове выросли небольшие чёрные рога, как у Малефисенты. Кончик каштановой косы изменил цвет на рыжий и засветился.       Человек ждал, пока тот что-то скажет, но Архонт лишь рассматривал Тарталью, будто видит в первый раз. — Не бойся, всё нормально, это я, — Чжун Ли улыбнулся.       Архонт вытянул тому руку, чтобы успокоить парня. Но вдруг у человека изменился взгляд на более уверенный и заигрывающий. Цвет глаз Тартальи поменялся на тёмно-синий, после чего на лице заиграла улыбка. — И вдруг ты решился протянуть мне руку помощи, — Чайльд обошёл Божество, с к верху приподнятой головой, — Помню, что только недавно ты оттолкнул меня. Будто бы я ничтожество, которое привязалось к тебе и не отлипает. Если я мешаюсь тебе спокойно жить почему не скажешь? Неужели для тебя слова — это так сложно? Я не умею читать твои мысли, как это делаешь ты. Для этого нам и нужен рот, чтобы разговаривать, или Божествам он дан не для этого, — парень прикоснулся к чужому подбородку со спины, чуть приподнимая его, — А? — Тебя так задело это? — Спрашиваешь! — Тарталья, разозлившись, схватил того за плечи и надавил на них, опуская Чжун Ли на колени. Он обошёл его и привел на корточки, — Мне не понравилось это. Разве Божество может позволить себе такое отношение к человеку? — Я просто не хотел, чтобы… — Тарталья, не дав закончить предложение, впился в чужие губы, нежно покусывая их, и запуская внутрь язык.       Архонт дёрнулся от неожиданного действия, но не сопротивлялся. Ему не стоило так поступать с ним, он должен был просто объяснить всё, а не молчать. Божество, решив что-то для себя, отвечает на поцелуй. — Мне нравится то, как ты сидишь, выглядит возбуждающе, — Тарталья поднялся на ноги, — Божество прямо перед моими ногами. Я чувствую себя особенным. А тебе, нравится? — Да. — Сделаешь мне приятно? — Мы не можем сейчас, — Чжун Ли собирался встать, но внезапно передумал, — Если только быстро.       Божество приблизилось к ногам человека и нервно начал стаскивать с него штаны. Тарталья продолжал смотреть на него сверху вниз, чувствуя свою доминантность над ним. Пальцы схватились за каштановые волосы. — Не хочешь присесть? Ты не сможешь устоять на ногах, — на что Тарталья отрицательно помогал головой и чуть наклонился вперёд, заглядывая в золотые глаза напротив. — Заставь меня стонать, как в прошлый раз. Архонт взял головку члена, медленно, будто выжидая чего-то, в рот. Он водил кругами, пока ноги, за которые тот держался, немного тряслись. Сильная рука сжала бёдра человека, заставив его пошатнутся. — Ах, — простонал парень, — Чжун Ли, тебе стоит ещё поучиться этому.       Чайльд начал двигать бёдрами, помогая тем самым себе. Губы Божества краснели сильнее с каждым толчком в рот. Человек чувствовал что-то очень странное. Такое мокрое и приятное ощущение, разливающееся по всему телу. Живот будто бы завязался в тугой узел, ему это очень нравилось. Архонт водил холодными руками по чужому животу, оставляя горячие прикосновения, которые обжигали белоснежную кожу. — Я сейчас, — парень прикрыл рот, — Ах. Семя оказалось на лице Архонта. Несколько капель было у самых губ, которые он успешно слизал, не отводя глаз от возвышающегося над ним парня. — Теперь нам пора, — Чжун Ли поднялся, вытирая лицо рукавом, — Надеюсь, ты больше не обижен на меня.