Система героической смерти

Шань Ке, подойдя к лисятам, увидел, что те уткнулись друг в друга, на их маленьких грязных мордочках сияли большие, полные страха, глаза. Одежда на них была очень старой и выглядела так, будто ее давно не стирали. И малыши держали… кусок сырого мяса? Шань Ке присел на корточки, взял их за руки и внимательно посмотрел, чтобы убедиться, что не ошибся. Это действительно было сырое мясо, на котором виднелись следы от укусов. Неужели Келлона заставляла своих детей есть сырое мясо? Хотя в зверолюдях оставалось что-то дикое, они не ели сырое мясо, в котором много паразитов. Поэтому для детей, чей организм от природы слабее, чем у взрослых, это очень вредно. Шань Ке выбросил сырое мясо. Затем лис направился в сторону кухонки. Здесь все выглядело заброшенным, без следов использования. Еда, которую им выдавали в последние два дня, бесследно испарилась. — Вы что, только это и едите? — спросил один из зашедших в дом малышей. — А где ваша мама? Разве она не готовит вам еду? Два лисенка украдкой взглянули на взрослого лиса, но из-за страха не осмелились заговорить. Шань Ке зачерпнул немного воды и умыл малышей, а затем достал приготовленный ранее перекус и разделил его. Один из лисят взял еще не остывший пирожок, вдохнул насыщенный аромат и осторожно откусил. Его глаза заблестели, и он быстро все съел, одновременно наблюдая за окружающей обстановкой. На лице лисенка постепенно появилась довольная улыбка. Муту прислонился к дверному проему, внимательно наблюдая за происходящим, в то время как его уши были настороже, прислушиваясь к любому движению снаружи. Шань Ке поиграл с детьми и ушел, когда они устали. Было уже очень поздно, но Келлона так и не вернулась. После того, как Муту и Яну отправили остальных детей по домам, лев внезапно сказал: — Келлона скорее всего дома у Апея. Апей — высокий и широкоплечий лев, но бабник, по которому сходили с ума большинство женщин племени. Во времена прежнего вождя Апей не осмеливался открыто с кем-то встречаться. Теперь же все опасения льва пропали, и его непостоянная натура расцвела. Было ясно, чем может заниматься Келлона с Апеем. Муту и Шань Ке подошли к дому Апея как раз вовремя, чтобы услышать кокетливый стон и мужской крик, особенно отчетливо звучащие в тихой ночи. Шань Ке давно привык к открытости зверолюдей, но ситуация с Келлоной была иной. Если бы она делала это ради своих детей, никто бы ее не осудил. Но женщина была сосредоточена только на собственном счастье, совсем не заботясь о детях. Пока лисята ели сырое мясо в холодном доме и испуганно жались друг к другу, она развлекалась с мужчиной. Как мать, она вела себя бесстыдно. Шань Ке начал сомневаться в том, были ли лисята ее детьми? Пока он погружался в свои гневные мысли, на его голову опустилась большая рука, и раздался голос Муту: — Не думай об этом. В будущем мы просто будем внимательнее к лисятам. Это не было долгосрочным планом. Учитывая характер Келлоны, она бы потребовала больше, как только получила бы желаемое. На следующий день Шань Ке увидел, как Келлона прогуливается с детьми по племени. Хотя ее одежда все еще была потрепанной, женщина выглядела румяной. Время от времени она даже кокетливо поглядывала на некоторых мужчин. Шань Ке не собирался тратить на женщину свои силы, у него было много дел. Одно из которых — основать школу. Естественно, не настоящую современную школу, а скорее что-то вроде интерната, где дети могли бы, полагаясь на собственное усердие, заработать еду. Когда зверолюдям исполнялось двенадцать лет, они вместе со взрослым отправлялись на охоту. Таким образом, целевой возраст для школы Шань Ке — от пяти лет и старше, но не более двенадцати. Новая сельскохозяйственная земля, на которой он трудился, идеально подошла бы для экспериментального интерната. Дети могут выращивать урожай и разводить животных, за что получат право первыми выбирать награды. В то же время Шань Ке будет предлагать два бесплатных приема пищи. По составленному лису расписанию: два дня занятий и один выходной, а в конце месяца выставление оценок и получение награды. Сопротивления открытию школы почти не было. Детям в целом нечем заняться, так что если они будут работать и сами обеспечивать себя едой - это прекрасно для их родителей. Детям Келлоны в этом году по пять лет, как раз подходящий возраст для поступления в школу. Под присмотром Шань Ке им не придется беспокоиться о том, что они будут голодать или замерзнут. Пока племя готовилось к открытию школы, начал формироваться первый отряд на ездовых быках. Другие животные также постепенно приручались и одомашнивались. Шань Ке не прекращал исследовать дикую природу. Каждый раз, когда они выходили на охоту, он искал новые виды. С другой стороны, Муту со своим отрядом на быках патрулировали гору и убивали всех увиденных авани. Слава отряда всадников быстро распространилась по окрестным поселениям. Многие изгнанники-зверолюди и некоторые слабые поселения выразили свое желание присоединиться к ним. После совещания с Шань Ке Муту решил выборочно присоединять эти племена. По мере стремительного развития племени львов им требовалось все больше и больше рабочей силы. У Муту не было опыта в развитии племени, но он оказался осторожен и гибок. Под руководством Шань Ке лев постепенно приобретал мышление и поведение лидера. Часто он уже мог сам справиться со внутренними беспорядками. Под его руководством племя стало процветать. Шань Ке был очень доволен этим ростом. Он быстро приближался к цели своей миссии. — Лис, что ты делаешь? — Муту стоял у забора и с беспокойством смотрел на летающих пчел. Пару дней назад Шань Ке принес два пчелиных улья и повесил их рядом со своими цветами. Тысячи пчел быстро привыкли к новому месту, так что пейзаж наполнился летающими и жужжащими насекомыми. Пчелы могут жалить до смерти! Если кто-то окажется в их окружении, ему негде будет спрятаться. Так зачем же лис принес домой что-то настолько опасное?! Шань Ке не обращал внимания на Муту, пока ставил самодельный улей рядом с клумбой. Он так старался, естественно, ради меда. Зверолюди, похоже, не знали, что такое мед. Шань Ке так долго жил в этом мире, но никогда не видел, чтобы кто-то собирал мед. Зверолюди держались на безопасном расстоянии от ульев, чтобы не провоцировать пчел. Так что они никак не могли бы его попробовать. Действия Шань Ке, несомненно, были непостижимы в глазах других зверолюдей. — Лис, поторопись. Будь осторожен, чтобы тебя не ужалили. — Все тело Муту напряглось, он был готов в любой момент броситься вперед и спасти своего возлюбленного. После того как подготовительные работы были завершены, Шань Ке неторопливо прошел мимо клумбы, где беспорядочно кружились пчелы, и остановился перед Муту. — Лис, ты собираешься их оставить здесь? — Муту вытянул руку, чтобы увести возлюбленного подальше от цветов. Шань Ке кивнул и умиротворяюще посмотрел на льва, говоря, чтобы тот не волновался. Но как Муту мог не волноваться? Как человек, которого уже жалили пчелы, он прекрасно понимал, какую боль это может причинить. Но он знал, что у его лиса всегда есть план, поэтому, раз тот считал, что так нужно, то лев пока просто будет наблюдать. Если рой пчел осмелится хоть раз ужалить его лиса, он немедленно подожжет их всех!

***

Шань Ке вышел на передний двор, где уже собрались десятки детей, чтобы приступить к занятиям. Но, оглянувшись, лис увидел, что не хватает двух лисят. Тогда он указал на каменный блок с именами и взглядом спросил о них. Один из детей ответил: — Я видел, как Келлона запирала их дома. Шань Ке нахмурился. Несколько дней назад он заметил, что лисята аккуратно заворачивали еду и уносили домой, говоря, что мама попросила их об этом. Шань Ке подумал, что женщина хотела попробовать его еду, и не придал этому значения. Но после этого лисята каждый раз забирали еду домой, пока однажды один из них не схватился за живот, закричав от боли. Тогда Шань Ке узнал, что всю еду съедала Келлона. Лисята могли есть только один раз в день. Завтрак для них не готовили в школе, а ужин ела Келлона. После этого Шань Ке запретил лисятам относить еду домой. Но он не ожидал, что Келлона запрет их. Шань Ке был в ярости! Независимо от того, была она их матерью или нет, даже взрослый человек, не состоящий с ними в родстве, не стал бы воровать еду у детей! Шань Ке внезапно осознал, что в племени следует установить соответствующие меры наказания. За кражу, убийство, продажу информации о племени, уничтожение и порчу имущества, жестокое обращение с пожилыми людьми, детьми, женщинами и т. д. должны быть назначены различные наказания. Через некоторое время законопроект Шань Ке был принят Муту и старейшинами. Келлона стала первым человеком, на котором опробовали новые законы, отправив в пещеры добывать глину. Ей нужно было накопать 600 ведер глины, прежде чем она могла вернуться. Для ленивой Келлоны это было лучшим наказанием, которое только можно было придумать. Пока женщина отбывала наказание, о лисятах заботился Шань Ке. Поначалу дети чувствовали себя немного не в своей тарелке. Но взрослый лис купал их, расчесывал им шерсть, готовил для них вкусную еду и каждый день играл с ними. Он также обучал. Яну постепенно избавил их от вреда, который причинила им Келлона. Позже Шань Ке узнал из обрывочных сведений, что Келлона не была их матерью. Судя по размытым детским воспоминаниям, их мать и отец были убиты авани два года назад. После этого их воспитала Келлона. Они не ненавидели ее, а искренне относились к ней как к матери. Хотя женщина была не слишком добра и часто использовала их, чтобы вызвать сочувствие у зверолюдей, она растила их два года. Когда Келлона наконец закончила свое наказание, оба лисенка были красиво одеты и радостно приветствовали ее возвращение. Несмотря на то, что она была вся в грязи, они бросились к ней со слезами счастья на глазах. После полумесяца тяжелой работы Келлона сильно похудела. Когда она увидела, что к ней подбегают лисята, на ее лице промелькнуло негодование, но женщина сдержалась и равнодушно взяла их на руки. В тот вечер Шань Ке приготовил медовые лепешки, медовые цукаты и медовый фруктовый сок из только что собранного меда. Он дал немного лепешек лисятам и попросил отнести их домой, чтобы они могли поесть вместе с матерью. Отправив их прочь, лис увидел, прибежавшего на сладкий запах Муту. Он жадно облизывался и вилял хвостом. На кухонной плите стояла миска с медом. Золотистая жидкость отливала красивым блеском. Шань Ке собрал палочками для еды немного меда. Он положил его в рот Муту, который мгновенно растаял от сладости. Лев тут же обнял Шань Ке и поцеловал его, делясь сладостью. Сладость может сделать людей счастливыми. Таким образом, Муту решил, что сегодня вечером он выложится по полной! В то время как это место было наполнено медовой сладостью, дом лисят казался холодным и унылым. Келлона считала, что ее вынудили работать из-за детей. Поэтому, пока они были на виду у всех, она вела себя мягко, но как только они возвращались домой, женщина холодно смотрела на них или вообще не обращала внимания. Малыши посмотрели на остывшие десерты на столе и беззвучно всхлипнули. Время, проведенное у взрослого лиса, было самым счастливым в их жизни. Но даже несмотря на это, они все равно хотели быть со своей матерью. Однако они впервые ясно поняли, что мама их совсем не любит.