Длительная миссия

             Первая стадия экспертизы вещества подошла к концу. Годайме Хокаге задокументировала каждую составляющую вещества: оно представляло кристаллизированную смесь синтетически выведенных ядов. Вещество легко растворялось в воде, чуть хуже в этиловом спирте, сравнительно легко плавилось, и имело прочие физические свойства. Один момент смущал ее — неизвестное вещество имело в своем строении участок молекулы, схожий с производными опиума.        «Откуда у Шикамару Нара оказалась эта гремучая смесь?» — задавалась она вопросом. Остальные подробности ей предстояло выяснить на втором этапе экспертизы.       Второй этап был экспериментальный, здесь требовалось испытать вещество на добровольцах или же на лабораторных животных. Первые точно бы отказались, предполагала Цунаде. А вот вторых, к сожалению, спрашивать не нужно было. Она приготовила водный раствор и ввела нескольким белым мышам. На этом можно было закончить работу на сегодня. Маленьких подопытных она передала под наблюдение ведущему лаборанту со строгим наказом — сообщать ей о любых изменениях.       Выйдя из лаборатории, направилась в сторону крыши Резиденции Хокаге. Поднялась наверх и сделала долгожданный глоток свежего воздуха. Невозможно сидеть круглыми сутками в кабинете в ожидании неизвестно чего. Вернее, Цунаде знала, чего опасалась: в любой момент за ней мог прийти специальный отряд АНБУ. Протокол задержания Хокаге в случае его измены она сама разработала и подписала, еще в те далекие времена, когда только заступила на должность. Теперь же, ее проект мог сыграть против нее, после того, как она открыто пошла против Совета Старейшин.        Над деревней Листа недавно прошел дождь, в воздухе витал свежий запах озона и мокрой земли. Солнце просвечивало сквозь рваные грозовые облака, которые ветер гнал прочь по небосклону. Яркие блики солнечных лучей были везде: на смоченных дождем зеленых листьях деревьев, на крышах домов, в лужах, что стояли на улицах.       Ее наметанное чутье подсказывало, что с исследуемым веществом что-то нечисто: для яда оно было слишком слабым — чтобы отравить человека, этого порошка потребуется не меньше двухсот граммов. Если присутствуют свойства опиума, скорее всего, это лекарство…       Глава деревни Листа уже собиралась обратно, как сзади послышались шаги, осторожно оглянулась — Шикамару Нара. Ее незаменимый советник, щелкнул зажигалкой и с наслаждением затянулся сигаретой.       — Ну, как сегодня день прошел? — поинтересовалась Цунаде у своего заместителя.       — Ничего нового, изучал материалы дела Хатаке и Харуно. — Бросил мимолетный взгляд на Пятую и выдохнул табачный дым.       — Есть какие-нибудь соображения? — Она очень надеялась, что этот умище разглядит что-нибудь такое, что она могла упустить.       — Госпожа Цунаде, — осторожно начал он. — Еще рано делать выводы. У меня есть, конечно, кое-какие мысли, однако без доказательств я не могу утверждать.       — Какие ты хочешь видеть доказательства? — Прищурилась и развернулась к нему Хокаге.       — У меня сложилось такое впечатление. — Шикамару с наслаждением выдохнул дым. — Что исчезновение Какаши с Сакурой, имеет политическую подоплеку.       — Что ты имеешь в виду? — Всем своим видом оживилась Цунаде и сверкнула глазами.       — На мой взгляд, эта игра намного крупнее, чем нам с вами кажется, — прищурился Нара.       — Что я могу им дать в ответ?       Неприятное липкое ощущение беспомощности охватило Пятую, только что ее самые худшие опасения подтвердил Шикамару. Советник докурил сигарету и ловким движением пальцев выбросил окурок на улицу.       — Нара! Если я тебе разрешила курить на крыше, это не значит, что я тебе разрешила свинячить вокруг себя, — раздраженно окрикнула Цунаде. Опыт управленца ей тут же подсказал, что неплохо бы поднять в деревне штрафы за сор на улице.       — В архиве есть два незакрытых дела, где фигурируют наши почтенные старейшины. Сроки давности уже практически на исходе, однако, если мы начнем работать над ними, — задумчиво произнес Шикамару и подкурил следующую сигарету. — То можно прийти к истине.        — Шикамару, ты опять говоришь загадками? — В раздумьях она засунула руки в карманы темно-зеленой накидки.       — Мы можем возобновить расследование резни в клане Учих, с учетом вновь открывшихся свидетельств после Четвертой Мировой войны. Кроме того, по делу о нападении Девятихвостого Лиса, шестнадцать лет назад, до сих пор нет конечного результата, — сообщил Нара.        — Что может быть неясного в деле Девятихвостого? — с непониманием обратилась Цунаде.       — Многое, Госпожа, если пожелаете, пройдемте в архив.       Несмотря на свою уверенность в этом, его не покидало чувство, будто он ходит по зыбучему песку. Однако такой ход сейчас казался более-менее реальным, чтобы потянуть время и унять пыл старейшин.       — Шикамару, чтобы я без тебя делала, — слегка улыбнулась Цунаде и устало пошла за ним.       

***

      Госпожа Утатане Кохару прибыла из деревни Листа в столицу страны Огня через три дня — ровно столько она и рассчитывала провести в пути. В свои почтенные годы ее навыки шиноби ничуть не изменились.       Пожилая женщина бодро шагала по многолюдной столичной улице, едва удерживая в себе желание, оглядываться по сторонам и раскрывать рот от удивления. Пребывание в столице всегда было маленькой радостью для госпожи Утатане. Со всех сторон доносилась разноязыкая речь — в столицу всегда стекались люди со всех сторон Какурезато. Роскошные дворцы и не менее вычурные особняки стали еще красивее за те два года, которые она отсутствовала в столице. Шумные столичные улицы с бесчисленным количеством магазинов, рынков и мелких лавочек, которые ломились от различных товаров, ничуть не изменились с довоенного времени. Возможно, даже стали богаче. Пышные аллеи богато украшенных парков с фонтанами и изысканными заморскими растениями создавали резкий контраст с аскетичной и полуразрушенной после войны деревней шиноби Листа.       Особняк ее старшего сына Утатане Иоичи был расположен чуть поодаль от главной улицы города, которая вела к дворцу дайме. В многолюдном особняке, помимо Иоичи с женой, проживали три молодые наложницы со своими детьми, а также эконом с семьей и прочая прислуга. Почтенная гостья скромно остановилась в одном из флигелей богатой усадьбы. Она обследовала свое будущее жилище на предмет скрытых ловушек и печатей: ее интуиция и богатый жизненный опыт всегда подсказывал ей доверять, но проверять. Возможно, только по этой причине она дожила до столь почтенного возраста. Прислуга подняла настоящую суматоху: все старались выслужиться перед уважаемой госпожой. Кохару за три дня пути так не устала, как за полтора часа пребывания в стенах особняка — ей порядком надоела возня, которая возникла по причине ее прибытия.       Госпожа Кохару надела серебряное кольцо с маленьким осколком темно-зеленой яшмы. Это невзрачное колечко было одним из реликвий рода Утатане, которое она собиралась передать своему двадцатишестилетнему внуку Утатане Ютака.       Невысокий зеленоглазый брюнет, поджарого телосложения глубоко поклонился баа-чан и направился с ней в кабинет.       — Рассказывай, Ютака, чем живешь? Говорят, ты хочешь отправиться в кругосветное путешествие? — Добродушно улыбнулась Кохару.       — Баа-чан, я в этом месяце закончил работу над картированием Узушиогакуре. Хочешь покажу? — Глаза молодого человека зажглись огоньком воодушевления. Ютака подошел к книжному стеллажу, и достал объемный свиток. Проворно убрал со стола свитки и документы, и развернул собственноручно сделанную карту Страны Водоворотов.       — Самостоятельно со своей командой проводил изыскания, и выяснилось, что у нас в Хи-но-Куни, уровень моря отсчитывается неверно, — увлеченно пояснял Ютака. — Нам пришлось полностью пересчитать систему координат и только после этого мы приступили к картированию территории. Он еще долго рассказывал об особенностях исчисления координат, и от чего зависят эти величины. Потом плавно перешел на обсуждение своей команды, а под его началом было около тридцати человек.       — Сколько времени ты затратил? — поинтересовалась Кохару, мысленно прикидывая, — «Если под его началом работают люди, и он вместе с ними добивается поставленного результата, это уже очень хорошо. Может ли этот юноша стать во главе деревни шиноби? Насколько лояльным он будет к власти дайме, если займет место Хокаге?»       — Около трех лет, баа-чан. — Добродушно улыбнулся брюнет. — Около года мы провели в полевых исследованиях и почти два провели за камеральной работой. Сейчас мы работаем над подготовкой базы для проведения подобной работы для Страны Огня.       — Мой мальчик, ты такой большой! — Она протянула к нему свои морщинистые руки в желании обнять.       

***

      Весьма довольная успехами своего внука, почтенная баа-чан отправилась в город. Почти летнее солнце уже склонилось к западу, утопая в размытых вечерних облаках. Освещение на столичных улицах еще не включили, благодаря чему, тени от домов стали выше и темнее. Проходя в саду мимо арки, утопающей в светло-сиреневом пышном цвету ипомеи, Кохару-сан сорвала один цветок. Покручивая его в двух пальцах, неспешно отправилась дальше.       В квартале Рисовых ростков была небольшая чайная, где можно было побеседовать вдали от любопытных глаз и ушей. Уже заранее подготовленная комната приготовлена для четверых гостей. Посередине стоял невысокий столик, над ним, на длинной цепи низко висел масляный светильник, от него тянулась еле заметная полоса копоти к потолку. Трое присутствующих уже заняли свои места.       Их лица скрывали треугольные соломенные шляпы, наподобие тех, которые носили члены организации Акацуки. Сидевший во главе стола мужчина средних лет закурил трубку, от чего тесное помещение наполнилось сладковатым сизым дымом. Сделал несколько затяжек и опустился на подлокотник.       — Задерживается наша шиноби, — заговорил мужчина, сидящий по левую сторону от курящего.       Створка седзе отъехала в сторону и у входа в комнату появилась гостья из Листа.       — Теряешь хватку, Кохару, — отозвался, тот, который сидел во главе стола.       — Барьер уже установлен? — прищурилась последняя, и небрежно мазнула взглядом по сидящим за столом.       Четверо сидящих по очереди сложили каждый свою последовательность печатей, и внутри комнаты над столом и сидящими за ним возник прозрачный покров чакры. Сквозь покров невозможно ничего увидеть, а также он не позволял ни малейшему звуку пробраться наружу. Услышанное в этой комнате никак не должно было стать достоянием чужих умов.       — Ты отлично работаешь, однако слишком активно начала, госпожа, — отозвался тот, который сидел справа.       Сидящий с левой стороны, будто вторил своему соседу: «С чего ты решила, что следующий Хокаге обязан плясать под твою дудку?»       Кохару продолжала покручивать цветок в руке. От тепла рук некогда упругий стебель начал постепенно вянуть.       — Наша работа должна быть слаженной, но сейчас мы часто не поспеваем за ходом твоих действий, — сообщил ей сидящий во главе стола и выпустил очередную порцию табачного дыма.       Кохару-сан в смятении поджала в ровную линию и без того тонкие губы. По сути, весь этот путь пожилая женщина проделала только ради того, чтобы обменяться своими мыслями по поводу власти в деревне Листа. Никто из присутствующих в комнате чайной, не оценил ее широких взглядов о следующем Хокаге. Единственное, что ее обрадовало, это старший внук Ютака, за этим малым был большой потенциал, однако сейчас Кохару не была уверена даже в этом. Ее внук весьма увлечен своим любимым делом и вряд ли ему будут интересны политические интриги.       Придется ей на время смириться с Цуной и играть роль преданной шиноби своей деревни. Замусоленный в руках цветок ипомеи упал в мутную воду ливневого канала.