Этра: Кровь Андрогинов

Ворон был молчалив и мрачен, как грозовая туча. Эрик невольно старался казаться меньше, но потом дышал и расправлял плечи. Перед ним стояла корзина с заготовками под амулеты - средней длины цепочки, на которых были закреплены полудрагоценные камни разной формы и цвета. Он запускал ладони в россыпь камней и перебирал их, привыкая к ощущениям, надеясь, что какой-то из них откликнется сильнее остальных. Но мысли его были далеко. Он понимал, что происходит с Вороном. Дэйн-полукровка когда-то был его лучшим учеником, и пусть оэн не отплатил учителю добром, сейчас Ворон своими руками отдал его... на смерть? Эрик боялся задавать прямые вопросы. Он бездумно перебирал в руках камни, те издавали приятный шум. Ворон не торопил ученика, оэн смотрел в свое заколдованное окно, за которым падали неизменные красные листья осени. Казалось, обоим было проще молчать. - Вот этот, - сказал, наконец, Эрик, стараясь, чтобы его голос не прозвучал слишком глухо. В его ладони был прозрачный кристалл кварца, сколотый на конце. Ворон обернулся. - Хорошо, теперь ищи к нему пару. - Волосы закрывали его лицо почти полностью, Эрик скорее угадывал шевеление тонких губ и внимательный взгляд. Только нос учителя казался еще больше похожим на клюв. Эрик поёжился и подождал, пока Ворон снова отвернётся. Его присутствие, его взгляд были слишком ощутимыми, и на этот раз - тяжёлыми, как свинцовое ноябрьское небо. Парный кристалл нашелся довольно быстро - неровный осколок обсидиана, меняющий цвет от густого чёрного до прозрачно-серого, как тёмные морские воды. Эрик сжал камни в ладони и поднял взгляд на Ворона. - Каким оэн был? - спросил юноша внезапно. Ворон как будто не удивился вопросу. Оэн повернулся и повёл в воздухе рукой. Перед взором Эрика соткалась картина - молодой маг, моложе него, выбрасывает вперёд заклятие. Обжигающие чёрные глаза - страсть к жизни, ярость и решимость; растрёпанные, разлетевшиеся смоляные волосы, солнечные блики на оливковой коже, слегка заострённые уши. Эрик выдохнул, как будто его ударили в живот; видение начало таять. Он уже видел эти глаза... но почему-то не хотел сообщать Ворону. Вместо этого он спросил: - Как ты думаешь, могло ли сложиться иначе? Ворон помолчал. - Вероятности бесчисленны, Эрик. Но смерть обрывает их все. Эрик молча положил камни перед собой. - Я выбрал, что теперь делать? - Хорошо, - голос Ворона был обволакивающим и успокаивал. - Возьми в каждую руку по кристаллу и сосредоточься на том, что между ними необходимо создать связь. В принципе, этого достаточно. Но чтобы магия была сильнее, намерение нужно обратить в слова. Ты можешь сделать это на своем языке, формулируя точно и кратко. Однако есть язык, на котором магия творилась веками, - и он впитал в себя эту силу, как земля впитывает дождь. Слушай и повторяй за мной. И Ворон заговорил. Звуки его речи напоминали ветер, перебирающий травы; хрустальные капли, ложащиеся на камень, и далёкий крик птиц. Резким движением головы оэн отбросил волосы с лица, посмотрел на Эрика пристально, вовлекая его в свое пространство, и повторил ещё раз. Эрику вдруг показалось, что он очень хорошо понимает, что говорит Ворон, не зная слов. Его заклинание рассказывало о том, как сплетены дороги земли и неба, как между травинкой и пером птицы, каплей дождя и дуновением ветра протянуты незримые нити связей, соединяющих мир в единое целое. И в то же время это был приказ, точный и неотразимый, как стрела, уверенно легшая на тетиву и сорвавшаяся в полет. Зачарованный, Эрик повторил заклятие так легко, как будто это был его родной язык. Потом сосредоточился на камнях, ощутил кожей их холод и повторил приказ. Он почувствовал жар в ладонях, почувствовал, как нагреваются камни, и какое-то время сидел, сохраняя концентрацию, позволяя волшебству течь. А потом вдруг пришло знание, что всё, сработало. Он поднял взгляд на Ворона, тот кивнул с легкой улыбкой. - Хорошо. Очень хорошо. Оставь их себе - пригодятся. Эрик широко улыбнулся. - С тобой всё получается легко. - У тебя хорошая эмпатия и способности к магии, - парировал Ворон. "Как у него?" - хотел спросить Эрик, но промолчал.