Ботаник

Игорь, несмотря на свою ботаническую слабость, обожал физкультуру. Да, в слишком контактных видах спорта от него обычно толка было мало, да и практически во всем, требующем силы. Да, его зачастую толкали и откровенно отшвыривали со своего пути верзилы, то есть минимум треть класса. Но метание, швыряние, пинание и кидание всего и вся, весом до половины килограмма… Здесь Игорь был на высоте. Любой предмет, посылаемый рукой или ногой очкарика, бил точно в цель из порой практически нереальных позиций. Магия какая-то, но Игорю это нравилось. Нравилось, что когда он брал в руки баскетбольный мяч, противоположная команда блокировала его, не смея недооценивать возможность трехочкового броска. Нравилось, что на физкультуре его хвалили, одобрительно хлопали по плечу и улыбались, говорили, что им нужна удивительная меткость Игоря. Удивительной меткости не мешало даже то, что на физкультуру Игорь очки снимал. Впрочем, на нем всегда были линзы, о чем никто не знал. Но физкультуру Игорь любил не только за это. На физкультуре он обожал делать физические упражнения. Звучит это странно, но причина проста — он не уставал. Да, сердце колотилось как бешеное, а мышцы болели. Но подросток давно заметил, что не потеет, а чем сильнее у него будет что-то болеть, тем эффективнее будут его действия. Он чувствовал, что может двигаться быстрее и сильнее, но что-то ограничивает его. И эти ограничения отступали перед болью. — Кто за волейбол, встаньте за мной, кто за баскетбол — за Алексеем. Их физрук, не то, чтобы старый, но уже пожилой мужчина, любил устраивать подобные состязания. Сначала разминка, потом какое-то состязание, призом в котором станет игра в конце урока. Учитель отлучился на несколько секунд и принес две короткие палки разных цветов. Игорь вздохнул — эстафета, что для него невозможное испытание. Бегает он нормально, но когда весь класс сдает бег на значок ГТО, это «нормально» превращается в «быстрее, четырехглазый, беги, иначе…» Это «иначе» либо превращалось в бойкот, что было Игорю совершенно не страшно, либо в несколько синих пятен на теле. Естественно, что подросток встал за физруком — волейбол, в отличие от баскетбола, не подразумевает фолов и прочих сверхконтактных прелестей, хотя и там можно нехило отхватить, особенно если не следить, куда шагаешь. Встал Игорь примерно в середине цепочки. Таким образом он бежал не первым, чтобы команда не начала проигрывать с самого начала, и не последним, чтобы в случае проигрыша очкарика не обвинили в нем. Желательно, конечно, было бы пробежать быстрее человека, который стоит в противоположной команде на том же месте, но Игорь считал это невозможным. Ему попался практически тёзка — Егор, пробегавший положенное расстояние чуть ли не в два раза быстрее самого Игоря. Судя по всему, после уроков придется отсиживаться в школе, скрываясь от гнева проигравших сокомандников и прочих «добрых людей». Игоря уже откровенно задолбала эта неприкрытая агрессия к нему. Чем он виноват? Тем, что более слабый? Тем, что неспособен шестьдесят метров пробежать за восемь секунд? В любом случае, придется сильно задержаться, прежде чем идти домой. Вот бы Егор поскользнулся… Когда с места сорвался человек, стоявший прямо перед ним, Игорь напрягся и согнул ноги, ощущая глубокое биение сердца. Он знал стойки для бега, но не умел их применять. Впрочем, задействовать простейшую логику подростку никто не мешал. Ногу отставить, но не слишком сильно, чтобы не вытягивать все тело одной ногой. Встать не на носок, а полностью, чтобы задействовать мышцы стопы. Ладонь правой руки, выставленной назад, ощутила гладкую поверхность цилиндра, и Кудрявцев буквально вылетел навстречу оранжевому конусу, который предстояло обогнуть. Краем глаза он заметил, что Егор, к которому палочка пришла с некоторым запозданием, тоже начал стремительный разгон. Дальше перед ним остался лишь деревянный пол спортзала, пролетающий под ногами и заветный конус. Набатом в голове стучала мысль: «Не потерять равновесие на повороте. Равновесие! Равновесие!» Поворот. Ноги буквально прилипли к паркету, а тело, будто игнорируя законы физики, развернулось практически на месте, сделав лишь маленькую петлю ровно вокруг яркого ориентира. Не будь Игорь сосредоточен на беге, он бы отметил этот момент, но все его внимание было отдано новой мысли: «Я это сделал! Теперь не споткнуться, не споткнуться!» Краем уха он уловил грохот и крик боли, но проигнорировал его. Момент передачи заветной палочки подросток не запомнил, очнувшись лишь встав на свое место. И тут же его внимание было обращено на ковыляющего к команде Егора, из чего стало ясно, что тот нехило так навернулся на скользком паркете. И пускай Игорь немного переживал за одноклассника, он позволил себе небольшую вспышку злорадства. Победа получена, а значит, домой он вернётся быстро… Ведь Айма совсем не желал задерживаться.

***

До места своего жительства Игорь добрался как обычно — на автобусе. Ему не нравилась толкотня и большое количество людей вокруг, но идти пешком через несколько островов — ещё меньше. Сегодня в автобусе подростку было даже хуже, чем обычно. Во-первых, его впервые за очень долгое время укачало, из-за чего он вышел из транспорта бледнее мела и с ощущением сильной тошноты. Во-вторых, рядом с ним ехал священник. Возможно, для других он казался воплощением веры и добродетели, аскетизма и простоты, но Игоря в нем раздражало всё. Жиденькая седая бородка, гребаная ряса, которая какого-то фига не была заляпана, что в Питере казалось невозможным. Острые локти и безвольный подбородок, водянистые голубые глаза, запах ладана, от которого голова ещё сильнее болела… Короче, идя с остановки, Игорь был хмур и неприветлив. Начавший раздражаться рядом с парадной глаз ещё сильнее ухудшил настроение подростка. Такое иногда бывало — от ношения линз глаза начинали сильно болеть и краснеть. Сняв линзу с раздражённого глаза, Игорь положил её в коробочку со специальной жидкостью и вошёл в дверь. Обычный дом, каких в Питере множество. Достаточно аккуратная лестничная площадка на седьмом этаже, стальная дверь его квартиры, сливающаяся со стеной. Предыдущий владелец был немного параноиком, и это отразилось на квартире — две стальные двери с упорами, чтобы их нельзя было выбить, несколько замков ручной работы, решетки на окнах (и пуленепробиваемые стекла), огромный сейф, в котором Игорь мог без проблем поместиться, тайники в полу… Стены жёлтого цвета с текстурными обоями, серый паркет с редкими царапинами от перемещения мебели. Деревянная вешалка, сейчас полностью голая, так как Игорь ещё не достал пальто, в котором собирался ходить зимой. Под комод, также стоявший в прихожей, были поставлены ботинки, и подросток остался только в носках. Не страшно — пол был теплым, да и в комнате Игоря был постелен ворсистый ковер, всегда приятно гревший ноги. Через гостиную школьник прошел на кухню, где задумчиво открыл холодильник. Еды было предостаточно, так как родители уехали на выходные к друзьям… А почему его не взяли? Да и выходные же вроде давно закончились. Игорь замер, пытаясь обосновать неожиданные несостыковки, но тут в голове будто что-то щелкнуло, и мысли ушли с этой темы. Достав упаковку с надписью «Морс», он сделал крупный глоток и поставил красную жидкость обратно в холодильник. Есть ему не хотелось, и это состояние не стоило портить — аппетит приходит во время еды, а с набитым животом уроки делаются плохо. Домашнее задание Игорь сделал буквально за час — задание на векторы оказалось легчайшим, английский язык простым, а химию он решил не делать, так как оно было аж на следующую неделю. С удовольствием закрыв тетрадь, он отложил все в сторону и включил компьютер. Время отдыха! Отдых для ботаников обычно заключается в чтении книг. Игорь исключением не был, но сегодня он решил поразвлечься изучением потустороннего мира. Благодаря этому увлечению ботаник мог по памяти перечислить богов различных пантеонов, легенды и мифы, знаки зодиака и их сочетаемость, умел гадать, толковать сны, и имел огромное количество различных, обычно несвязанных, знаний по сверхъестественной тематике. Сейчас он вбил в строку поиска «вампиры». Эту тему Игорь берёг на сладкое, так как подозревал, что это целый пласт, толщиной в несколько веков различных толкований. От Библии и предательства Кайна, до Стефани Майер и её серии романов. От классических сверхбыстрых мертвецов и их слуг-гулей, до «сверкающих» Калленов, имеющих в числе возможностей даже секс . В гулянии по различным сайтам подросток собирался провести минимум несколько часов, но реальность внесла свои коррективы. Не прошло и нескольких минут от начала знакомства с румынскими легендами, как на телефон пришло сообщение: «Игорь, здравствуйте. Вы гадаете, откуда я знаю ваш номер телефона и имя? Вы сейчас находитесь на моем сайте, посвященном вампирам, и это не просто так. Игорь, вы сталкивались с вампиром.» — Ага, а сейчас мне придется куда-то перевести некоторую сумму. Да щас! Подросток редко сталкивался с телефонными мошенниками, но о них слышал, поэтому быстро вышел с сайта и не отреагировал на сообщение с неизвестного номера. Разве что заблокировал его. И лишь подумал, что избавился от незнакомца, как получил на электронную почту новое сообщение: «Игорь, это не шутка, иначе бы вас не зацепил мой сайт. Сейчас докажу» Под сообщением находилась картинка, и Игорь совершенно случайно скользнул по ней глазами. Глаза резануло, появилось ощущение, что мозг в черепной коробке тряхнуло, а виски резко заломило. Охнув, подросток распластался на столе, ведомый лишь желанием избавиться от боли. И боль отступила, а на её место пришли изумительно четкие воспоминания вчерашнего дня: гопники, спички, Лиам, кровь, чай, шашки, темнота с болью в шее, крупная дрожь по телу, взгляд алых глаз и приказ забыть всё произошедшее. Очнувшись, Игорь подскочил к ростовому зеркалу и оттянул воротник футболки, чтобы разглядеть место, в которое вчера вцепился кровосос. Чистая кожа, совершенно без повреждений, разве что более молодая, чем окружающая. Подросток неверяще провел по участку пальцами и тут же отдернул руку — прохладные пальцы (отопление ещё не включили) вызвали ассоциации с языком вампира, проходящим по неглубокой ране. Поморщившись, Игорь подавил желание помыться в душе, очень старательно оттирая место укуса, и сел за компьютер. «Что дальше?» — написал школьник, действительно не зная, что дальше делать. В голове накопилось много вопросов, но он не был уверен, что ему ответят, к тому же не хотел показаться слишком наглым. «Дальше ты скажешь мне адрес вампира, и я поеду, чтобы его убить» — конечно, есть возможность, что человек по ту сторону экрана знает, с чем может столкнуться, но Игорь счёл своим долгом написать: «Он двигается быстрее, чем я могу уследить» Ждать ответа подросток собирался с чем-нибудь вкусненьким. Ну вампиры, ну охотник за ними в сети, что, голодать из-за этого? Но ждать ответа не пришлось, он пришел буквально через минуту: «Даже вампиры не способны передвигаться с такой скоростью, их максимум — в пять-десять раз быстрее человека, ну двенадцать. Уследить можно, а винтовочную пулю они все равно не обгонят. Скорее всего, это были иллюзии: он стоял близко, но всем казалось, что далеко. Адрес давай» Игорь напечатал адрес. Его он помнил, точнее вспомнил. Это воспоминание пришло вместе с остальными воспоминаниями. Видимо, школьник очень хотел не забыть табличку с названием улицы и номером дома, хотя сам не помнил такого. К адресу он добавил совершенно невинный вопрос насчёт слабостей вампиров, просто для удовлетворения своего любопытства, насчёт чего получил очень интригующий ответ: «Если я погибну, ты это и так узнаешь. А если нет, то и знать тебе не надо» После этого сообщений больше не поступало, а сам Игорь не рискнул раздражать незнакомца. Вздохнув, он снова перешёл на поисковик, чтобы почитать про вампиров, но вскоре покинул сайты — про настоящих кровососов тут, скорее всего, не написано, так зачем забивать голову ложной информацией?

***

Взгляд со стороны Голые бетонные стены с остатками штукатурки, не менее голый пол, пыль на всех горизонтальных поверхностях — как будто ремонт начали, но бросили на половине. Между тем стоит сломанный диван с прорвавшими обшивку пружинами, холодильник, компьютер и мотоцикл. Горячая вода не течет, компьютер даже не включен в розетку, а что делает на седьмом этаже мотоцикл — загадка. Из всех предметов смысл имеет лишь холодильник — в нем лежит несколько бутылок с надписью «Морс» и алой жидкостью внутри, по консистенции совсем не напоминающей названный напиток. Ещё стальные двери и прочие системы защиты дома, включая тайники и сейф, в котором находятся предметы самообороны. Для самообороны в доме находится пистолет Токарева с серебряными пулями и несколько ножей из сплавов, содержащих этот же металл. В комнате, в которой стояла деревянная кровать, находился мальчик, увлечённо смотрящий в выключенный монитор. Он двигал глазами вправо-влево, считывая только ему видимые строчки. В какой-то момент он осторожно вынул линзу из глаза и положил её в специальную коробочку, к первой. — Достало. — буркнул вампир и поднялся со стула и направился на кухню. Айма не беспокоился насчёт беспорядка в квартире — ему уже давно плевать на какие-либо удобства. У него нет того, перед кем хотелось бы выставить себя в лучшем виде, нет желания употреблять только самые дорогие услуги, спать в шелках и есть на золоте. Айма практически не горел на солнце, плевать хотел на зеркала, на физический урон и силу тяжести, мог превращаться в черный туман и различных животных, был способен не употреблять кровь годами и разгоняться до скорости звука. Он был в разы сильнее так называемых «собратьев», но при всей его мощи… Зачем? Зачем Айма всё ещё жив? Этап «чтобы наслаждаться жизнью» не то, чтобы позади, но уже ушел на второй план, причем очень давно. Для кого-то? А для кого? Люди — неразумные животные , вампиры их стоят, планета через некое количество лет, которое даже для вампира является огромным, сгорит в пламени разрушающегося Солнца. — Отставить депрессию. — приказал себе древний, делая солидный глоток из упаковки. Кровь ухнула в желудок, тут же превращаясь в чистую энергию, горячей волной прошедшей по телу. Заметно повеселев, вампир опустился на диван, стараясь не потревожить ни одну из пружин. У него получилось — таким Айма стал лёгким. — Полегчало. — усмехнулся он забавному совпадению. Или сократил мышцы, отображая реакцию, которая должна была у него произойти? Было ли ему действительно смешно? Глоток. — Да ты, я погляжу, философ, а, Кровавый? — сказал в воздух вампир и посмотрел на стоящий в трёх шагах мотоцикл. Название можно было когда-то прочитать на боку, но его Айма вытащил буквально из взрыва, поэтому краска на нужном месте отсутствовала. Зато вес в двести килограмм и скорость в сто с лишним метров в секунду радовала древнего, когда ему хотелось расслабиться и похулиганить. Снизив свою скорость восприятия до человеческой, древний разгонялся до максимума, а затем начинал прямо на железном коне… разное. Танцевать, например. Пару раз даже падал, чудом умудряясь сохранить мотоцикл. Для Аймы это место было, может, и не домом, но приятным для него. Для Игоря-школьника, который был лишь наложением знаний и жизненного опыта Игоря Кудрявцева на разум древнего вампира, оно показалось бы отвратительным. И Айма шел на уступки: менял своей маске восприятие, чтобы она видела свою старую квартиру. А ещё приходилось отводить мысли от темы «родителей», и вообще заставлять маску не понимать разницы между Питером и Новосибирском. Но терпеть бесконечное сидение за компьютером, постоянно подсовывая Игорю разнообразные картинки с текстом про вампиров и отслеживать, куда он там якобы кликает (поэтому иногда интернет «подвисал»)… Айма, конечно, способен на такое, но это заставляет его сознание активно работать. А работа — спячка. А чтобы научить вампиров Кодексу, древний выбрал самый сложный и интересный путь — он превратит свою маску в профессионального охотника на детей ночи. Осталось только убедить самого Игоря необходимости этой охоты. Но первый шаг уже сделан — немного измененные воспоминания с Лиамом, и мальчик уже испытывает практически ненависть. Только эта ненависть пока скрыта под покровом осторожности и безответственности. Впрочем, покровы Айма срывать умел…