Ботаник

Говорят, что убийца всегда возвращается на место преступления. Неправду говорят — это Айма знал по себе , но в этот раз обстоятельства вынудили его вернуться к дому Лиама, чтобы осмотреть место будущего действия. Он пришел не один, а с добрым другом ТТ, и хорошо пострелял по стенам, конечно, стальными пулями. Рассыпал по полу несколько деревянных крестиков, и в одном месте сделал из них неровный круг, с пустым местом посередине. Вампир побегал по дому, расшвыривая различную мебель, вспорол пальцами несколько стен, оставил «кровавые» следы на потолке, и рядом с ними проделал несколько дыр выстрелами. Кровь Лиама уже истлела, поэтому Айма покрасил красной краской все нужные места. Поле боя было готово. В чем смысл этих действий? Всё просто — чем меньше древнему вампиру придется изменять воззрение Игорю, тем меньше сил он будет тратить. А трата сил ведёт к спячке. Айма и так чувствовал, что ещё несколько недель — и он заснёт, а тут ещё и это совершенно нерациональное, и такое человеческое желание достичь справедливости. Свежее чувство, живое. Кажется, последний раз Кровавый чувствовал подобное лет триста с лишним назад, когда был знаком с Петром. Как тогда ещё совсем молодой паренёк умудрился разговорить и даже в некоторой степени привязать к себе древнего вампира, прилетевшего на запах чудесной царской крови, неизвестно. Слушать планы Петра Великого, коим он стал позже, сдерживать его порывы, а потом ещё воевать на Северной войне. Да, тогда Айма чувствовал себя таким… Человеком. Большая часть существования вампира заключалось в поиске таких людей и наслаждением их обществом. Он не раз предлагал этим людям бессмертие, силу и скорость, даже независимость от создателя, предлагал провести вечность вместе — но каждый из них просто с грустью смотрел на Айму и отказывался. В первые три раза ночной хищник оставался с ними и следовал до самой грани, за которую он не мог заглянуть. Потом просто стал уходить, не желая видеть медленное увядание упрямых людей. А тут просто желание — глупая, требующая справедливости, хотелка древнего проучить молодую кровь. И такие эмоции! Да, не зря Айма столько ждал. Как минимум, перед, скорее всего, последней спячкой он снова почувствует жизнь.

***

На последнем уроке была контрольная, поэтому, быстро решив задачки, Игорь смог уйти из школы чуть раньше. Благодаря этому он избежал нескольких обычно практически неизбежных стычек с ребятами, что несомненно радовало. Прибежав домой, школьник, не раздеваясь, прошел в свою комнату и включил компьютер. Новостей от вчерашнего собеседника не было. Ни писем, ни чего-либо другого, поэтому борющийся с волнением Игорь сел за уроки. Их было огромное количество: алгебра и геометрия, английский и обществознание, ещё химия на следующую неделю да сочинение по литературе, в качестве вишенки на торте. Свалить с ног Игоря такой массив заданий, конечно же, не мог, но настроение попортил. Впрочем, весь негатив был направлен на английский, с которым школьник откровенно враждовал, и обществознание, учитель которого Игоря невзлюбил за излишнюю пассивность в обсуждениях. Зато математика была для ботаника отдушиной — стройные строчки и столбцы математических вычислений ласкали глаза, а быстрые и правильные ответы тешили самолюбие. Всего шестнадцать формул, применяемые поочередно, превращали сложнейшие уравнения в наилегчайшие примеры — главное помнить логарифмы. В очередной раз расписывая ответ, Игорь ощутил неясное беспокойство, нечто зудяще-дергающее. Он дописал и закрыл тетрадь, одновременно включая компьютер. План заключался в том, чтобы немного отвлечься, но его грубо нарушило новое письмо. Несколько фотографий и шесть строчек текста заставили подростка испытать глубокое смятение. И было от чёго — если верить написанному, то у охотника с Лиамом сложился пат. Человек был придавлен шкафом и не мог добраться до пистолета, а вампир был изранен и заключён в своеобразный круг из крестов, поэтому не мог прикончить охотника. Но вот беда — пат продлится недолго, ровно до того момента, как Лиам восстановится, и кресты перестанут быть для него препятствием. И до сих пор не назвавшийся охотник на вампиров, а Игорь называл его именно так, просил подростка прийти и добить кровососа. Быстро поставив чайник, подросток стал думать. Ему не нравилась ситуация, а также сам факт того, что необходимо выбирать. Также сильно раздражало отсутствие времени на тщательное обдумывание, но тут уж ничего не поделать. Итак, идти или не идти — вот в чем вопрос. Допустим, школьник величественно плюнет на сообщение. Плюсы: 1) Не надо ехать через несколько районов. 2) Не требуется соваться в логово к вампиру, который вполне может восстановиться к его приезду. 3) Не потребуется никого убивать, и никакие кошмары не будут преследовать Игоря. Минусы: 1) Возможно, замучает совесть, так как смерть охотника останется на его душе. 2) Возможно, что Лиам, восстановившись, припрется к нему домой. Адрес тот знал, а соотнести визит с недавней жертвой… Сложно, но почему бы вдруг и нет? В крайнем случае, спросит охотника, предварительно загипнотизировав его. Во всяком случае, если бы Игорь находился в подобной ситуации, он бы так и поступил. Итого, минусы перевесили, ведь если он не убьет вампира, тот в итоге тот придет к нему. А если Лиам успеет восстановиться до его прихода… То выходит, что Игорь придет к нему. Те же яйца, только в профиль. Выключив так и не засвистевший чайник, подросток надел на себя пальто, вытащенное из шкафа, положил ключи с деньгами и вышел из дома. Зачем он туда шёл, и почему не остался дома, уповая на извечное «авось», объяснить не мог бы даже сам Кудрявцев. Это было каким-то отчаянным порывом принципа «будь, что будет», по которому он старался не поступать. Игорь сел на автобус, на котором обычно отправлялся в школу, но при этом вышел на несколько остановок раньше, чтобы пересесть на другой. Примерный путь он знал, а отточенная годами зубрёжки память послушно выдавала номера и маршруты транспорта, поэтому добраться до знакомой улицы для школьника не составило труда. Через час он уже стоял на том же самом месте, где очнулся позавчера. Всё то же крыльцо, все те же окна с ажурными решетками, все те же сандрики да барельефы. При взгляде на знакомый вид Игоря пробила дрожь и он остановился. Нахмурились, подросток уже собрался уйти, но тут его остановила банальная жадность: было жалко денег на автобус. — Если открыта, то войду. — пробормотал школьник и потянул за ручку, логично предполагая, что двери домов всяких там вампиров обычно не открыты для свободного посещения. Увы, дверь плавно и без скрипа повернулась на петлях, открывая темную прихожую. Прихожая, памятная запахом мандарина, пребывала явно не в самом своем лучшем состоянии. Обломки комода и переломленная вешалка, на которой не так давно висел пиджак Игоря, несколько рваных полос на стене с проглядывающими кирпичами, не слишком аккуратные дырки на обоях. Резкий запах, если Игорь правильно понял, пороха. Гильзы на полу. Школьник аккуратно положил пальто на остатки комода и, осторожно огибая все препятствия, прошел глубже в дом. Всё те же признаки яростной борьбы, разве что ещё добавились багровые пятна и мазки — словно здесь была база мясокомбината. В какой-то момент Игорь почувствовал себя героем фильма ужасов, причем второстепенным, так как только они имеют смелость идти по следам жёсткой борьбы, не умея даже бегать достаточно быстро или драться на хоть сколько-нибудь приемлемом уровне. Первым подросток увидел охотника — его было видно через дверной проем. Точнее, Игорю было видно только голову и руку мужика, придавленного массивным стеллажом. Книги, прежде стоявшие на полках, образовывали живописную кучу — вот прям бери и поджигай! Школьник нервничал, а огонь был средством успокоения — именно поэтому в кармане у него всегда находился коробок спичек. Раздражен? Подожги и смотри на ровный огонёк, повинующийся плавным движениям руки. Мужик, он же предположительно охотник на вампиров, был мощен. Широкие плечи, к которым крепилась крупная голова, украшенная бородой с сединой. Длинная волосатая рука с металлическими браслетами была выпространа из-под тела и вытянута в сторону черного пистолета. Остальные части тела были спрятаны под стеллажом и книгами. От руки до оружия было всего лишь полметра, но именно этого расстояния и не хватало мужику для полного счастья, ведь он истово старался преодолеть эти полметра. — «М-да… Вот таким и должен быть настоящий охотник на кровососов. Кстати, а где сама клыкастая добыча?» — мелькнула мысль в голове Игоря, и он остановился в метре от проема, не решаясь войти. А если вампир лежит рядом с дверью? В письме подросток не очень обратил внимание на расположение предметов, хотя охотник точно был похож на того, что был на фото. А вот где и что находилось… М-да. — Вот куда ты ползешь, расслабься! — донёсся до Игоря голос. Он был немного искажен и ненадолго прерывался, как у человека, только что сделавшего тяжёлые физические упражнения, но был узнаваем. — Не указывай мне, что делать, тварь! — пробасил мужчина и попытался дотянуться до пистолета развернутой книгой. Длины не хватало. — А почему бы и нет? Я… сейчас… выта… — слова стали медленнее, будто Лиам на чем-то сосредоточился и говорил через зубы. Раздался короткий вскрик, и в воздухе что-то мелькнуло, чтобы удариться о стену и упало практически перед глазами Игоря. — …ащу эти пули. — дыхание говорившего стало совсем тяжёлым. — А после символы лжи перестанут быть для меня препятствием. Фух, а тебе не жаль на «презренного» меня тратить серебро в таком количестве? Школьник присмотрелся к окровавленному кусочку металла, судя по услышанному, серебра. Он сразу понял, что это не целая пуля — слишком маленькая и искореженная пластинка. Не было это похоже на благородный металл — какая-то серая масса, совсем не демонстрирующая «таинственный лунный блеск», коим на разных сайтах славится серебро. Но раз сказали, что это серебро, значит, что это серебро. На вампире же работает? — Ради благого дела мне ничего не жалко. А уж девять грамм серебра я для тебя найду. — сказал мужчина и резко закашлялся. — У тебя разрыв внутренних органов. Ничего ты уже не найдешь. Сдохнешь минут через десять. А я оста… нусь! — Лиам ненадолго прервался и новый кусочек металла стукнулся об стенку. — Бесполезно говорить, но ты умрёшь первым. — упрямо сказал бородач и положил голову на пол, отвернув её от стороны, в которую говорил всё время. Этот момент выбрал Игорь, чтобы перешагнуть через поломанный автомат. Он не знал, что это за модель, но был абсолютно уверен, что огнестрельное оружие должно быть прямым, а не странным подобием бумеранга. Сделав ещё четыре шага, Игорь вошёл в комнату, обходя острова рассыпанных книг и стараясь не смотреть на вампира. Но взгляд все равно поднимался на Лиама и тут же нырял вниз, а перед глазами застывала картинка, полная крови на белоснежной кожи и хищного превосходства на лице хищника. Россыпь небольших крестиков ограничивала положение тела, поэтому вампир лёжа подогнул ноги под себя, продемонстрировав прекрасную растяжку. — Игорь! Какая встреча! Вот уж кого-кого, а тебя не ждал. — Я тоже. — как можно более сухо ответил подросток, нагибаясь за оружием и вкладывая его в руку охотника, надеясь, что тот сделает всё сам. — Не попаду. В сердце. Давай. — мужчина оттолкнул от себя пистолет, смотря на Игоря медленно стекленеющими глазами. Школьник поднял оружие. Черный цвет, тяжесть, резкий запах, чувствовавшийся во всём доме. Кусок металла, который выталкивает из себя другие куски металла. А эти куски металла пробивают живую плоть и убивают людей. Где-то внутри этого механизма всё идеально подходит друг к другу. Каждая деталь — как продолжение другой. Механизм, придуманный для убийства. Механизм, что прошел путь от первых пушек, являющихся большими стальными кувшинами, до устройства, которое человек может использовать, удерживая одной рукой. Стук — ещё один кусочек металла пролетел мимо Игоря. Кажется, вампир вытаскивает их из себя всё быстрее и быстрее. — Игорь. — позвал его Лиам. Подросток поднял голову. По изломленным бровям было ясно, что его одолевают глубокие сомнения. Коротко выдохнув, он поднял пистолет на уровень глаз, совместил мушку с целью и постарался не думать. — Ты же не хочешь это делать. — проговорил Лиам, залезая окровавленными пальцами куда-то за ребра, а затем медленно вытаскивая очередной блестящий кусочек. От кусочка, зажатого в пальцах, поднимался лёгкий дымок, было слышно слабое шипение. Скривившись, вампир отбросил серебро в сторону. Игорю не хватало воздуха, он глубоко дышал, смотря на кровопийцу. Несколько раз напрягался палец, находящийся на спусковом крючке, но через миг расслаблялся. Сердце колотилось как сумасшедшее, отбивая свой ритм даже в висках и в пальцах, сжатых на рукояти. — Я пил твою кровь, но разве тебе было неприятно? — мягко сказал Лиам, а в его руки прямо на глазах впитывался красный цвет. С белой рубашки, разорванной в нескольких местах и прилегающей к телу тоже уходила кровь. Было ли ему неприятно? Хорошее воспитание требовало от Игоря ответа, а благоразумие кричало о необходимости стрелять. Он представил, как уходит отсюда, так и не дав ответа. А Лиам остаётся без ответа. Умрет, так и не узнав правды. А если вампир действительно переживает? Может солгать? Но ведь положительный ответ обидит его, и вампир умрет с тяжёлой душой. Игорь посмотрел на мужчину, опуская достаточно тяжёлый пистолет, но тот замер, смотря куда-то в стену. — Было приятно. — наконец решился парень и быстро поднял оружие, нацелившись в левую сторону груди начавшего медленно подниматься Лиама. Крючок с трудом поддался, от этого дуло вильнуло в сторону. Выстрел оглушил подростка. Кисть сильно толкнуло. Игорь посмотрел на результат своих действий и понял, что промахнулся — кровь окрасила плечо вампира. Через тишину пробился тихий стон. — Подожди! — вскинул руку Лиам, но не был услышан. Точнее, был, но Игорь принял решение сделать всё быстро. Сделав два шага, он подошёл к самому краю зоны, очерченной крестиками. Запястье болело от отдачи, а лоб — от излишнего напряжения мышц, в горле поселился комок, мешающий глотать. Стиснуть зубы, направить дуло на предполагаемое направление сердца кровососа. Он так и не узнает, что хотел сказать вампир. Может, его слова перевернули бы представления Игоря, превратив хищников ночи в безобидных овечек, за которыми нещадно охотятся люди в погоне за органами или ценной кровью. Но это допустимый риск. Напрячь руки и нажать крючок.

***

Выстрел грохнул в доме, в котором был только один человек, смотрящий на пустое место, где ему виделся прах вампира. Позади него лежал стеллаж, а по полу были разбросаны книги, в некоторых местах украшенные брызгами алой краски. Поставив пистолет на предохранитель, подросток засунул его за пояс, сделал несколько движений, будто проверял пульс у лежащего на полу человека, и покинул дом, надев на себя пальто, удобно прикрывшее выпирающее из-под футболки оружие. С этого момента Игорь пошел дорогой, по которой люди не ходили уже несколько веков. Нельзя сказать, что он сделал это против своей воли, но и тот факт, что решение было принято под влиянием другого, тоже нельзя отрицать. К чему приведет подростка этот путь, сказать сложно, но его жизнь точно уже не будет такой, как раньше.