Руку мне дай

            Огонь войны разгорался все сильнее. Огненные снаряды разваливали стены вековой крепости, стрелы пронзали тела врагов, мечи рубили головы, пехота носорогов пробивали тесные ряды врагов, а магия разрушительной силой уничтожала все и вся на своём пути, обращая в пыль. Ранее цветущее поле ныне выглядит как ад на земле. Элион жаль, действительно жаль тех воинов, что с храбростью умирают за свой мир. Она уважала патриотизм Кондракара, но не останавливала эту войну, хоть это и было в её силах. Она лишь наблюдает, как Фобос с триумфом выигрывает битву за битвой, ведя армию к неминуемой победе. Совсем скоро войско врага не сможет продолжать боевые действия и им придётся отступить в крепость. Штурм не за горами. Генерал Кондракара — Калеб, пока ещё держит натиск, но надолго ли его хватит? Предатель. Даже после того как она объяснила и по полочкам разложила причину начала войны, он все равно вогнал ей нож в спину, словно не было дружбы и единой цели, словно не понимает всей сути, да и не хочет понимать. Когда все закончится, Элион решила, что не убьёт его, нет, заставит поплатиться, накажет, но не сможет убить. В такие моменты, королева представляла скривившиеся в злой усмешке лицо брата и его шипящие слова:       «Милосердие. Какая глупость. Оставляя врага в живых, ты сама подставляешь меч к своему горлу».       Её размышления прервала яркая вспышка молнии с небес, сопровождаемая мощным громом. Молния ударила прямо в то место, где находился штаб брата, поднимая облако пыли. Элион улыбнулась. Пыль медленно осела, а штаб как стоял на месте, так и стоит, покрытый сеткой магического щита. Наколдовав перед собой всевидящее око, королева увидела, как Вилл парит высоко в небе. Лицо Стражницы выражает непередаваемую степень отчаяния. Похоже, она всерьёз надеялась на эту атаку, а теперь находилась в тупике своих страхов и мыслей. Элион видит всех Стражниц. Они помогают Калебу удерживать армию Меридиана, но лишь отсрочивают свое поражение. Она видит на лицах врагов страх и панику. Не верят, что могущественный Кондракар падет под великой объединенной армией Меридиана.       «Застать их врасплох было даже слишком просто.» — думает королева, отпивая вина из небольшого фужера.       — А где же Корнелия? — недоуменно произнесла она.       — Я здесь!       Элион устало вздохнула. Подруга приземлились совсем рядом. Она прилетела с южного фланга, что удивительно, ведь эскадрилья драконов Фобоса должны были защищать её в первую очередь именно от Стражниц. Так как же тогда Корнелия смогла прорваться к ней в одиночку? Если только брат специально не убрал защиту. Но зачем?       — Останови это безумие!       Элион медленно встала с импровизированного трона, сделанного из камня. Спустившись по маленькой лестнице, она оказалась прямо лицом к лицу с Корнелией.       — Что ты подразумеваешь под безумием? Войну? Ну, назвать происходящее как таковой сложно. Военный конфликт? Возможно. Но признаться честно, не ожидала, что армия Кондракара будет такой слабой, — произнесла девушка со скукой, вновь делая маленький глоток вина. — Хотя, неудивительно, всё же они подавляли миры магией, вот в чем Кондракарцы действительно сильны, раз могут поднять многовековую завесу…       — Элион.       — Расслабься, я же шучу, — снисходительно улыбнулась королева. — Так чего именно ты от меня хочешь? Выбирай конкретнее.       — Останови Фобоса, только тебе это…       — Если ты думаешь, что я отступлю, то ты ошибаешься. Я сражаюсь за существование своего народа. Сомневаюсь, что Калеб умолчал о такой незначительной детали как причины для начала военных действий, — Элион зашла за спину подруги, словно порхая над землёй и приобняла за плечи, оставив бокал висеть в воздухе, — Но даже если и так, то не в моих силах его остановить. Понимаешь… у нас что-то вроде контракта, уговора, я ещё сама не понимаю как конкретно это назвать.       Тело Корнелии напряглось. Магическая сила от волнения сумбурно растеклась по всему телу, а затем сжалась в тугой узел где-то в районе живота, настойчиво требуя выхода. Душевная боль будто когтями разрывала её изнутри, не веря, что школьная лучшая подруга превратилась в чудовище подобное Фобосу.       «Что же он с ней сделал?!»       Неожиданно сила погасла, поглощённая самой Элион, несомненно почувствовавшая изменения в гормональном фоне Корнелии.       — Он показал мне истину. Суть вещей, которую мы, по собственной же глупости не понимали, — ответила на немой вопрос Эсканор. — Я не собираюсь останавливаться до тех пор, пока брат не одержит победу, или же, пока Кондракар сам не сдаст крепость.       — Всё могло обойтись без жертв. Кондракар бы…       — Помог? Как помогал до этого? А после Меридиан бы стал вассальным королевством Кондракара? — Элион со смехом фыркнула, — Нет уж, увольте. Подчиняться, не входит в наши планы.       И прежде чем Стражница успела что-то сказать, королева громко продолжила:       — Мне вот что интересно. За что сражаетесь вы — Стражницы? Почему вы, жители другого мира, воюете за чужой мир? Неужели от того, что Кондракар дал вам силу сердца, и теперь вы, как послушные собачонки, грызете всякого, на кого вам укажут пальцем? Не находишь это странным? — Элион до боли сжала плечи подруги. — Тут можно поставить вопрос по другому. Почему Кондракар, ранее вмешивающийся в политику Меридиана, подавляя военные распри внутри королевства, не занимался тем же самым на Земле? Почему не остановил Первую и Вторую мировые войны? Не потому ли, что с Земли им нечего поиметь, кроме пятерых воинов, которые и слова лишнего в ответ не скажут? Не лицемерие ли это? Понимаешь мою мысль?       «Она пришла сюда переубедить меня, а теперь я заставляю её сомневаться. Какая ирония, мы поменялись ролями так быстро. Это сражение уже выиграно». — Элион ухмыльнулась за спиной Хейл.       — Это неправильно, — проскулила Стражница, тщетно пытаясь освободится из крепкой хватки.       — Меня саму не радуют бессмысленные жертвы, — королева мягко погладила светлые волнистые волосы подруги, успокаивая, — и ты, дорогая, можешь остановить это, — заговорчески произнесла Элион, понижая голос.       — Как?       — Убеди Калеба и Стражниц сдаться, пускай они отступят.       — Они не пойдут на это. Они будут сражаться до самого конца.       — Но ты всё же попробуй, они твои подруги, а Калеб любит тебя… — мягко прошептала Эсканор той на ушко, — но если не получится, разрушь восточную стену крепости, дай моим воинам пробиться, а я, в свою очередь, обещаю тебе, что больше никто не умрёт. В противном случае, нам придётся пойти на штурм.       Ногти Корнелии до крови впились в ладони. Всё нутро кричало, что нельзя соглашаться на это, но…       — Хорошо. Я сделаю это, — не дожидаясь ответа, Стражница выпорхнула из рук Элион высоко в небо, скрывшись за облаками.       Королева улыбнулась своим мыслям, вновь хватая бокал с рубиновой жидкостью. Взгляд её метнулся к трону, за спинкой которого появилась высокая тень.       — А ловко ты это придумал, — непринуждённо, чуть не шепча, проговорила королева. — Я сначала и не поняла. Снова разыграл меня как пешку.       — Не будь к себе столь категорична, сестренка. Ты не какая-то там пешка, ты — самая настоящая королева, — послышался в ответ мелодичный мужской голос.       — Осталось только ждать?       — Грядет последняя битва. Все весомые фигуры должны быть убраны с шахматной доски.       — Не забывай про уговор.       — Я постараюсь их сильно не покалечить, — произнесла тень, а после растворилась, будто и не было её вовсе.       Элион перевела взор на небо. Серое, в цвете войны. Короткий смешок сорвался с её тонких губ:       — Королева, — прошептала она. — Но играешь партию ведь ты…