Про сны и раны

Joey Batey - Her Sweet Kiss I'm weak, my love, and I am wanting if this is the path I must trudge I welcome my sentence, give to you my penance garrotter, jury and judge.. Это был последний вечер, когда они виделись. Цири сидит на каменистом берегу реки. Она не знает, где Геральт, но точно знает, с кем он. После встречи с Мышовуром, она сразу же хотела найти его. Ходила по городу, заглядывала в окна таверн. В груди разрасталась досада. Он был нужен ей , как никогда раньше, но его не было рядом. В какой-то момент она просто стала брести куда глаза глядят по тёмным улицам. Солнце только село и всё вокруг погружалось во мрак. Дойдя до реки, она без сил опустилась на каменистый берег. И прежде, чем она даже подумала об этом, в глубине души она уже знала, как надо поступить. Она должна уехать с Мышовуром. Просто обязана. Это судьба. А разве не Геральт её судьба? Цири почти усмехается. Кто судьба Геральта очевидно. И это точно не Цири. Она не ревнует, не секунды не ревнует. Ей всегда хотелось знать, кто они друг для друга. И она знала, кто Геральт для неё. Всё. Всё, в чём она нуждалась. Она миллион раз испытывала его на прочность, не слушалась, убегала, ругалась и всё равно в конце концов убеждалась, что что бы она не сделала, Геральт всё равно будет Геральтом. Тем самым, кого она всю жизнь искала. Он нужен ей как воздух. И Геральт это тоже знает. Но прямо сейчас Цири отчётливо чувствует, что сковывает его. Сковывает его жизнь. И, возможно, он тоже сковывает её жизнь. И больше всего хочется верить в предназначение. Или в то, что Геральт её любит. У ведьмаков нет чувств, глупенькая. И пора уже перестать твердить себе это в миллионный раз, а просто один раз усвоить. Если уж она его любит, а она уверена, что она его любит, то нужно его отпустить. Освободить. Это сделает его счастливым, а это всё, чего она хочет - чтобы он был счастлив. И пора, наконец, повзрослеть. *** Он ищет её уже долгое время. Наконец, замечает её одинокую фигурку, сидящую на каменистом берегу реки. Он садится рядом, вырывая её из плена нахлынувших мыслей. Она с грустной улыбкой смотрит на него. -Красивая ночь, да? -Не замёрзла? Цири только усмехается. Глупо. Глупый разговор. Глупая и фальшивая забота. -А где Йеннифер? -Не знаю. -Странно,- Цири чувствует, как будто можно говорить что угодно. Потому что уже всё равно. Геральт хмурится. Не понимает. И первый раз Цири чувствует, что она знает то, чего не знает Геральт. Что это их последний разговор. Забавно как они поменялись ролями. Как будто это он теперь - ничего не понимающий ребёнок. Цири почти смеётся. Тогда почему так больно внутри? Зачем он пришёл? Было бы проще не видеть его больше. Забыть про него раз и навсегда. А ведь она уже его не увидит. Иногда ей кажется, что у неё скоро не станет чувств. Как у Геральта. А как могут быть чувства, когда постоянно видишь чью-то смерть? Она знает про него всё. Его привычки, реакцию, знает как вывести его из себя и как заставить что-то сделать. И он знает про неё всё. Все её безрассудные идеи, мысли и повадки. Но они всё ещё два чужих человека. Что между ними общего? Стойкость. Прямолинейность. Хладнокровность. Тайны. Невозможность поделиться сокровенным ни с кем. Боль утраты. И Цири искренне бы хотела, чтобы этот лёд растаял. Чтобы она могла рассказать Геральту всё на свете. Увидеть его улыбку. Теплоту в его глазах. Чего-то человеческого. Но с каждым днём отчуждённость только нарастает. И пропадает смысл. Смысл оставаться тут. И если раньше единственным, что было волшебным между ними - это то, что только они были друг у друга, то теперь появилась Йеннифер. И Цири снова одна. Цири заворожённо смотрит на Луну. Вот кто они. Два случайных человека, забредшие на край света. -Геральт. Произнести его имя физически больно. Он ничего не отвечает. Она знает, что молчание будет длится, пока она что-то не спросит. Или пока река не выйдет из русла. Или пока не начнётся землетрясение. Потому что в этом весь Геральт - если бы он мог лишить всех на свете способности к речи включая себя- он бы это сделал. Эта мысль на пару секунд греет сердце. -Зачем это всё? -Что именно? -Зачем я здесь? Зачем ты нашёл меня? Она чувствует всем телом, что Геральт напрягается. Ему не нравятся такие разговоры. -Ты и сама знаешь. -Нет, я не знаю. Что было бы, если бы всего этого не случилось? Если бы тогда не сказал тех слов на свадьбе родителей? Мы бы никогда не встретились, верно? -Цири. Тебе пора домой. Этот холодный, ледяной тон. Говорящий "не лезь куда тебя не просят". Говорящий "сделай шаг назад, ты подбираешься ко мне слишком близко". Он встаёт. -В этом и проблема, Геральт. У меня нет дома. -Ты знаешь, о чём я. -Да. Но проблема всё ещё остаётся. -Поэтому я здесь. -Мне не нужна твоя защита. Никогда не нужна была. Он усмехается. -Люди,- медленно выговаривает он,- вы всегда забываете всё хорошее. Он садится обратно, как будто вспомнив, почему не следует сердиться на неё. Этот снисходительный тон, которым он привык разговаривать со всеми. Вы. Люди. Жалкие существа. Ведь Геральт не считает себя человеком. И Йеннифер тоже. Хочется засунуть руку в его грудную клетку и сжать в кулак сердце. Если ты не человек, то что это бьётся в моей ладони? Пустота, на какое-то время занятая перепалкой, возвращается. Вдвойне. Цири ёжится от холода. Она не знает, как подобрать эти слова. Как передать все свои чувства. Да она и не хочет о них с ним говорить, ей ведь всё равно. Ведь всё равно, верно? Она ничего ему не скажет. Как он ей никогда ничего не говорит. -Знаешь эту игру, где нужно бросать плоские камни, и они должны прыгать, ну не прыгать, а биться о воду,- сбивчиво говорит Цири,- они прям подскакивают на воде, странно да?- она начинает шарить вокруг себя руками и озираться,- сейчас, я найду эти камни. Нужны плоские... Она встаёт, начинает ходить по берегу, опустив голову к земле, разгребая гальку ногами. Потом подходит к самой кромке воды, опускает ладошки под водную поверхность, начинает перебирать камни со дна реки. Геральт сидит в недоумении. Он чётко чувствует, что что-то не так. Она уже зашла почти по колени в воду, прямо в сапогах. Бессознательно закатывает рукава, опускает руки по локоть в воду. -Где же они... -Цири?- окликает её Геральт. Её волосы падают с плеч, мгновенно погружаясь в воду. Он встаёт, в два шага доходит до неё, отмечая, что вода обжигающе ледяная. Хватает её за мокрое запястье и тянет на себя, но она резко выворачивает руку и снова опускается к поверхности воды, вглядываясь в тёмное дно и делая шаг вперёд, на глубину. -Да что с тобой?!- он грубо хватает её за плечо, рывком поднимает, тащит за собой на берег. Она сопротивляется, тянется обратно. -Цири! Он хватает её обеими руками за ледяные запястья, она перегибает голову через руку и снова смотрит вниз, на чёрную гальку. -Я.. Мне... Где же эти камни... -Цири, посмотри на меня. На секунду её блуждающий взгляд останавливается на его сузившихся зрачках и на сжатой линии губ, но потом она снова начинает оглядываться по сторонам. -Цирилла! Она резко вздрагивает всем телом. Цирилла. Так назвал её сегодня Мышевур. Так называла её Калантэ. Так будет называть её отец. Все имена и люди начинают плыть в голове, запутываясь в клубки боли у висков. Цирилла. Калантэ. Мышовур. Йеннифер. Геральт! Широко распахнутыми глазами она смотрит Геральту в лицо. Он молчит, выжидающе смотрит. Она замечает его вставшие дыбом волосы, сжатую челюсть и суженные зрачки. Внезапно чувствует боль в сжатых запястьях. Надо сказать ему. Прямо сейчас. Это же Геральт. Её Геральт. Он скажет, что делать. Что она должна остаться с ним, что она хочет остаться с ним. А если нет? Если он будет рад наконец избавиться от неё и зажить полноценной жизнью. Он же именно этого и хочет. В глазах стоят слёзы. Внезапно в голове вспышкой проносится вопрос: а заплакала бы Йеннифер? Цири закидывает голову, чтобы слёзы оставались на месте. Перед глазами огромное звёздное небо. То же, что было, в тот день, когда она родилась. В тот день, когда Цинтра пала. В тот день, когда она встретила Геральта. В тот, когда она потеряет его. Звёзды начинают кружиться перед глазами и падать куда-то за горизонт. Геральт еле успевает подхватить Цири, которая начинает медленно падать на спину. Рывок, и она утыкается носом в ткань его рубашки. Она дрожит и Геральт слышит тихие всхлипы. Она уже не стоит, а обмякшей куклой висит в его руках. Да что с ней такое? Если пару минут назад Геральту было не по себе, то теперь он совершенно обескуражен. Он ни разу не видел её в таком состоянии. Да он никого никогда не видел в таком состоянии. Что могло произойти? Почему она ничего не говорит, замыкается в себе? Геральту вдруг кажется, что она тонет, а он только наблюдает со стороны, не в силах помочь. И вот-вот сам начнёт медленно погружаться в опасную трясину. В какой момент он упустил её? Вдруг цепкие пальцы хватают его за плечо. Он почти вздрагивает. Смотрит в её заплаканное, болезненно-бледное лицо. -Геральт,- хриплым шёпотом произносит она,- мне страшно. Давай уедем отсюда,- её пальцы тянутся к его щекам, вцепляются в кожу,- прямо сейчас. Останови меня, потому что я не могу остановить себя сама. -Почему, Цири? Их лица разделяют несколько сантиметров. -Просто поверь мне, пожалуйста, Геральт. Давай уедем. Сейчас. Вдвоём,- её голос дрожит, ногти, кажется, вот-вот расцарапают его лицо. -Скажи мне правду,- его взгляд предельно сосредоточен, брови нахмурены, зрачки бегают по её лицу, словно пытаясь найти ответ на загадку. Он хочет знать. Он не чувствует, не верит, не понимает. Просто хочет знать. -Давай уедем,- уже почти не слышно шепчет Цири,- я люблю тебя, давай уедем отсюда, пожалуйста,- её руки бессильно опускаются на землю. Геральт шумно вдыхает в себя воздух. Это бесполезно - спрашивать её о чём-то, когда она в таком состоянии. В воздухе витает предчувствие чего-то плохого. Чего-то, от чего скребёт на душе и хочется закрыться и спрятаться. Ему вдруг кажется, что он теряет её. Как будто она рядом, но уже не с ним. Он подхватывает её и легко поднимает над землёй. Утром всё станет проще. Утром всё станет понятней.