Лис

Ровно год и два месяца назад я увидел его в ночном клубе. Я пил, отмечая горькую победу в затянувшемся споре с отцом. Бесконечные тяжбы, угрозы вымотали меня вконец. Я хотел забыться. Хотел забыть того грязного циника, по ошибке названного моим родителем и за два года расшатавшего мою психику, которую дедушка и врачи бережно собирали по осколкам долгое время. Я пил, сидел у барной стойки, за спиной грохотала музыка, танцевали люди. Я никого не замечал. В какой-то момент потянулся рукой, чтобы коснуться талисмана, маленького лисёнка. Он много раз возвращал мне уверенность, целостность, просто успокаивал меня. Я протянул руку, но не нашёл цепочки. Её не было. Лис пропал. Не описать, что я тогда почувствовал. Крах. Отчаяние. Потеря. Всё навалилось разом и приморозило меня к стулу. Я не мог пошевелиться, осмысливая то, что мой талисман, мой единственный друг исчез. Я сидел в оглушающей пустоте, не зная, что делать, куда бежать, где искать, как на плечо легла узкая ладонь и в ухо, пробивая ватный заслон, прокричали: — Эй! Не ты потерял? У стула валялось! И тут же на барную стойку лёг мой талисман с порванной застёжкой. Я не мог поверить в счастье, тут же схватил, сжал его. И только потом поднял глаза и посмотрел на того, кто вернул мне моё чудо. Я смотрел и не мог оторвать взгляда, потому что это и было моё чудо. Мой Лисёнок. Только в человеческом облике. Именно так я его и представлял. Именно таким он мне снился. Ярким, весёлым, хрупким, но одновременно и сильным. Я чувствовал его силу, ловил его в каждом движении тонких рук, в каждом наклоне головы. Я любовался и не мог отвести взгляда. Мне одновременно хотелось подойти, обнять, зарыться пальцами в эти огненные волосы, почувствовать их мягкость. Но в то же время боялся разрушить сказку. Боялся, что всё мне только чудится и, если я сделаю хоть шаг чудо пропадёт. Лисёнок исчезнет. Я просто не мог пошевелиться, как-будто бы был обездвижен. Смотрел, как мой Лисёнок кладёт на стойку смятую банктону, делает заказ, затем к нему подваливают какие-то пьяные девицы и Лисёнок идёт с ними, а потом и вовсе исчезает куда-то. Я так и не смог тогда встать, подойти, отбить его у девиц. Кто знает, как обернулась бы наша история, если бы я тогда смог пересилить своё оцепенение. Но я не смог. И мне остались лишь воспоминания о мимолётном прикосновении да мятая визитка, что случайно выпала из его кармана. На визитке был адрес оперативной полиграфии, телефон и подпись «Дизайнер Ким Тэхен». Всё. Я не знал, его ли это имя, работает ли он там, или хранит визитку, потому что печатал там что-то, или же визитка вообще случайно оказалась там у него в кармане. Как же я ругался тогда на себя, бился головой об стену и орал. Потом взял себя в руки и полдня просматривал в интернете соц сети в поисках Тэхена. И когда совсем уже было отчаялся, наконец-то нашёл. Нашёл! Выяснил всё: где живёт сейчас, где жил раньше, где работает, чем занимается. А потом остаток дня любовался его фотографиями и работами, рисунками. Любовался и влюблялся ещё сильнее. В понедельник я пошёл в ту полиграфию. У меня было припасено много файлов для печати. Я думал завязать знакомство, как заказчик, начать разговор, заинтересовать. Но когда увидел Лисёнка, то понял, что мой план провальный. Он — уставший, невыспавшийся, хмурый, кусачий — как раз распечатывал какому-то мужику кипу листов. И я понял, что не хочу быть одним из потока. Мне не пробить за один раз его шкуру, не проникнуть в его сердце. Я стоял и лихорадочно соображал, как же мне быть, и тут на глаза попалась распечатка объявления о том, что в оперативку требуется дизайнер. И я решил, что это мой шанс. Мысль пришла сама, спонтанно, просто упала и всё. И когда Лисёнок, спровадив заказчика, повернулся ко мне с вопросом, что у меня, я ответил, что пришёл по объявлению. Глаза Лисёнка посветлели, он тут же усадил меня за соседний компьютер и дал простенькое задание, сказав, что шефа пока нет на месте, но всё равно он даст мне задание, поэтому лучше начать мне сейчас, чтобы время не терять. И я начал работать с ним бок о бок. А теперь он в моей квартире. Спит, сидя в кресле-гамаке. Всё же как удачно я его купил. Так и знал, что Лисёнку понравится. Он любит такое. Тихо подхожу к нему и опускаюсь на колени. Прикоснувшись к обнажённой ступне, кончиками пальцев скольжу по гладкой коже, глажу эту божественную ножку. Ножки Лисёнка такие очаровательные, тёплые. Как и весь Лисёнок. Целую изящный изгиб стопы, а потом не выдерживаю, облизываю его. Нога дёргается, но я крепко сжимаю её в ладонях и продолжаю лизать, облизывать. — Боже, Чонгук! — слышу сонный голос. — Что ты творишь, извращенец? — С пробуждением, соня, — мурлычу я, выцеловывая его ступню. Тэхен уже не вырывает ногу. Привык к такому. Я приучил. — Почему ты спишь в кресле? — Эм-м… получилось так, — пожимает плечами Лисёнок. — «Капля» идеальное место для спанья. — А во сколько ты сегодня лёг? — спрашиваю, прижимая его ногу к щеке. — Ну-у… — закатывает он свои голубые, как ясное небо, глаза. — Я лёг сегодня. — Это часа в два ночи? — продолжаю мягко допрашивать. — М-м… примерно три-четыре. Вздыхаю. Это значит в пять.