Глава I
29 сентября 2021 г., 17:22
Солнце ярко освещало металлическую кофеварку, которая почти бесшумно, едва мурлыкая, готовила напиток. Чуя аккуратно подставил чашку и отвернулся к столу, вздыхая. Хотелось спать и спиться. Выбирать, что сильнее — чревато головной болью и несбывшимся желанием.
Мужчина лениво собрал длинные волосы в кривой пучок и зевнул.
Завтра предстояло сложное совещание и снова начавшаяся мигрень от нудной работы. Иногда Накахаре казалось, что врачом быть — и то интереснее. Немного эгоистично, но так.
Чуя уставился в одну точку, нервно теребя пальцами ворот майки. Дадзай выглядел несчастным. Страшно представить, как отец разукрашивал его этими шрамами. Накахара вырос в благополучной, по всем меркам, семье.
Матери Чуи было чуть больше сорока, она еще была энергичной и веселой. Шинсетцу всю жизнь сына учила его тому, что прежде всего надо быть отзывчивым. И это помогло — злой Чуя шестнадцати лет, которого вечно бесили одноклассники, те же, что подкалывали его по поводу низкого роста — неожиданно за одно лето превратился в душу всей компании и настоящего лидера.
Хе-хе, помнится, Чуя даже создал свою музыкальную группу школы, жаль только, что он сделал это поздно, на последнем году обучения, и все разъехались, не успев даже нормально попрощаться.
Отдельных счастливых страниц стоил отчим. Вопреки всем рассказом о мачехах и не родных отцах, которые ненавидят детей своей избранницы от другой любви, отчим Чуи был отличным человеком и с лихвой превзошел все ожидания друзей. Честно говоря, именно ему Чуя доверял свои секреты по поводу сомнений и страхов. Накахара, конечно, доверял обоим родителям — объяснялся его выбор тем, что Чуе нужен был, как он выражался, «хороший мужской совет», а не все эти сопли, вроде «мама, мама, мне плохо, там, в груди что-то болит».
У Дадзая все, похоже, было наоборот.
Он не был похож на человека, который в принципе может рассказать о своих проблемах.
И боялся Чуя еще одного зрелищного факта — кольцеобразный шрам на шее больно напоминал веревку, а на запястьях были идеально-ровные, хирургические порезы. И ведь зажили же! Черт, ему только тринадцать, но у него уже было, как минимум, две-три попытки покончить с собой… во сколько он отчаялся?
Чуя скривился и грустно посмотрел в кружку. Он бы многое отдал бы за то, чтобы никто из людей не страдал. Жизнь бы отдал, если бы понадобилось. Ему было больно смотреть на бездомных животин, на людей, особенно — на детей. Плачущих. И не тех, что громко устраивают истерику из-за некупленной игрушки — тех, у которых беззвучно бегут по щекам дорожки слез, а затем смахиваются маленькой ручкой в ссадинах. Тех, которые молча переносят обиду в себе. Тех, которые Дадзай.
— Доброе утро, — Накахара очень резко подскочил, прерванный на своих спутанных мыслях, и замотал головой, пытаясь понять, что произошло. На пороге стоял сонный Осаму в его длинноватой футболке, которая спускалась парню чуть ниже положенного. Дадзай изо всех сил тер правый глаз кулаком, медленно моргая. — Рано.
— Так-к чего ты вскочил? — нервно усмехнулся Чуя. — Я бы мог сказать тебе быть тише, чтобы не пугать меня, но ты и так до боли молчаливый.
Дадзай странно скосил взгляд на грудь Чуи и аккуратно кивнул.
— Извини, — Осаму повысил голос и от того послышалась легкая хрипота. Чуя мысленно дал себе подзатыльник.
— Пацан, я не врач и прогулял все уроки, связанные с безопасностью за их ненадобностью мне. Я банально не знаю, чего тебе сейчас дать, чтоб ты не откинулся.
— Все нормально. Бывало хуже… Я… Температура прошла, так что мне уже хорошо, если… — Дадзай замялся. — если тебя это волнует… — прошептал он. Чуя не услышал.
— А? — мужчина выглянул из-за дверцы холодильника, где искал продукты для завтрака.
— Если ты это имел ввиду, — быстро пробормотал Осаму. — А можно я… пойду в ванную?
— Дадзай, почему ты спрашиваешь? Расслабься, теперь это и твой дом тоже, так что прекращай стесняться.
— Ладно…
…Накахара все слышал.
И все сильнее сжимал руки в кулаки, зная, что он это так не оставит.
друга Чуи.
В конце концов Дадзай молча обхватил чужую руку и подошел ближе, прижимаясь к Накахаре. Тот мягко улыбнулся и приобнял парня за плечо, согревая. Шляпа аккуратно опустилась на лохматые волосы шатена.
— Смотри, чтоб не улетела, — громко сказал Чуя, пытаясь перекричать вой ветра. — Окей, давай зайдем сюда.
Мужчина толкнул входную дверь какого-то старого кафе и едва ли не запихнул мальчишку внутрь.
— Ф-ф, тепло-о, — проныл Чуя, начиная обеими ладонями тереть нос. — Гадство какое-то. Весь день солнце светило, а тут…
Когда мужчины сели за стол, к ним быстро подошла молодая девушка, которая с милой улыбкой спросила у них заказ.
Дадзай неловко тыкнул пальцем в какое-то капучино и Чуя быстро продиктовал то, что им было нужно.
— Только не говори, что не хочешь есть, — фыркнул Накахара, глядя на растерявшегося Дадзая.
— Я замерз, — пробормотал тот.
— Уговорил, — Чуя подвинулся ближе к стенке. — Садись.
Осаму неуверенно пересел к мужчине, и тот обнял его.
— Теплее?
— Да…
Дадзай глубоко вдохнул и позволил себе мелкую дрожь, постепенно все сильнее облокачиваясь на мужчину. Чуя усмехнулся и наклонился назад, чтобы парень смог лечь. Когда принесли заказ, мужчина почти не удивился, услышав тихое сопение. Кивком поблагодарив официантку, он осторожно наклонился, чтобы запечатлеть момент спокойно-спящего Дадзая.
Чуя аккуратно выудил из темных волос желтый листочек и с тихим смешком засунул в карман. Надо будет с гордостью сохранить в честь дня, когда Дадзай заснул у него на руках.
***
— Пойдем, может, на улицу? — лениво спросил Чуя, глядя в окно. — Изредка там даже солнце появляется, — Накахара повернулся к Осаму и приподнял брови, заметив поджатые губы и испуганные глаза ребенка. «Он боится, что я его там оставлю» — дошло до Чуи и он аккуратно сел рядом с парнем. Мужчина уже даже открыл рот, когда Дадзай слабо улыбнулся. — Пошли, — тихо сказал он. Уже через полчаса Чуя закрывал входную дверь на ключ. — Ты в этом районе обычно лазил? — спросил он, думая, куда в первый раз отвести парня. — Нет, — мотнул головой Осаму. — я недавно сюда попал. — Отлично! Думаю, тогда можно начать буквально с ближайшего парка, который за углом! — Хорошо, — Осаму медленно моргнул и задумчиво провел взглядом прохожего с большой сумкой в руках. Не важно, сколько ему лет, он напуган. Ему чертовски страшно и он через силу сдерживает дрожь по телу. Наверняка его детский ум уже готовит тело к новым испытаниям на улице. Люди делятся на две громадные группы: тех, что после одного предательства закрываются наедине с собой, молчат и перестают доверять окружающим; и на тех, которые бесконечно прощают. Тех, которые с каждым словом «Ничего страшного» отрывают частичку себя. Это больно. Чуя был первым типом. После ухода друга из его жизни, он тяжело боролся с желанием запереться в комнате и заглушить мысли громким роком в наушниках. Пошел дождь. Чуя цыкнул и потянул Дадзая за рукав, взяв его холодную ладонь в свою. — Надеюсь, ты хочешь есть, потому что если мы зайдем в кафе только для того, чтобы убежать от непогоды, нас оттуда выпнут, — усмехнулся мужчина. Осаму ничего не ответил, изумленно рассматривая тонкие, но теплые пальцы***
Чуя сонно приоткрыл глаз и лениво снял телефон с тумбочки. — Черт! — мужчина подскочил в постели и в спешке скатился с нее, запутавшись в одеяле. — Да как так-то?! Я же специально проверил будильник! Черт! Накахара выскочил в коридор и принялся в истерике искать свою одежду, которую он выгладил вечером. Из-за угла осторожно выглянул Осаму. — Проспал? — удивленно спросил он, показывая пальцем на лежащую под стулом шляпу. — Только попробуй сказать что-то! — воскликнул Чуя таким истерическим тоном, что Дадзай не выдержал и, прикрыв кулаком рот, хихикнул. — Не смей ржать! — парень послушно замолчал и осторожно проскользнул на кухню, где вскоре послышался плеск воды. Когда Чуя со скоростью света схватил рюкзак и сумку с документами и начал обуваться в узкие туфли, Дадзай показался рядом с ним, протягивая ланч-бокс. Накахара даже замер. — У меня что, была такая штука? — приподнял он бровь. Дадзай утвердительно кивнул. — Ого. Не знал. Чуя наконец обулся, накинул на плечи плащ и взял рюкзак. — Свитер… Мужчина обернулся, держась за ручку двери. — Ты замерзнешь, — пробормотал Дадзай. — Я буду в машине, а потом в офисе, — удивленно ответил Чуя. Осаму вышел и вернулся через полминуты с каким-то бежевым свитером в руках. — Возьми с собой. Накахара пожал плечами и взял свитер под мышку. — Это все? — Да… — Пока, не скучай, — хмыкнул Чуя. — Еда в холодильнике, в шкафу возле двери на балкон книги, пароль от компа Смутная печаль через подчерк. Удачи, — мужчина быстро выскочил за дверь. — Не забудь поесть! — и захлопнул дверь.
Примечания:
Удивительно - в кои-то веке я заканчиваю главу короче, чем хотела не потому, что _лень_, а потому что _хочу_.
