Чёрное солнышко

Остаться Лере и Юре было нельзя, но можно было вернуться завтра. Они вышли на улицу вместе и некоторое время молчали. Юра закурил, встав у стены, прикрывая слабый огонек зажигалки от зимнего ветра.  — ты как?— спросила наконец Лера, застегивая куртку до конца Юра обдумывал ответ около минуты, смотря куда-то перед собой.  — не знаю.. не хорошо. Куришь? — он предложил девушке недавно начатую пачку. Та согласилась: — я тоже.. знаешь.. он раньше так часто говорил, что устал, а я не слышала нужного просто.. надо было сказать тебе. — не вини себя,— Юра положил руку ей на плечо,— ты не виновата. Никто не виноват. Он хотел это сделать уже очень давно. Думаю, он благодарен нам за пару лет жизни вместе. Надеюсь.  Лера кивнула. Она  выглядела потрясенной и растерянной, с ног до головы дрожала.  — твои друзья знают? — вновь заговорил Юра  — нет. Я позже им расскажу если получится, если смогу.. надо просто подождать…  Юра согласился. Время лечило.  — можешь остаться в нашей квартире сегодня,— сказал он,— я все равно хотел позвать Даниэля, чтобы одному не сидеть, а в твоей сейчас с отоплением проблемы, наверное.. да и ты без вещей. Одной все это тяжело будет переживать тем более. Хочешь?  Девушка некоторое время мялась, но потом все же согласилась. Юра был даже рад - большее количество людей помогло бы ему чувствовать себя легче. Они заехали за Даниэлем и поехали к Юре домой. Даниэль выглядел очень отстраненно. Всю дорогу он молчал, только слабо пальцами постукивал по креслу. Они с Лерой встретились глазами, но ничего друг другу не сказали, парень только молча кивнул.   По дороге домой все трое молчали.  Дома заварили чай, но скорее по привычке, чем по случаю, даже поговорили немного на какие-то отстраненные темы. Лере выделили отдельную комнату - ту, в которой обычно жил Сеня. Она согласилась, но пока оставалась на кухне, чтобы подольше туда не заходить. Юра с Даниэлем ушли в другую комнату. Юра сидел на кровати, обхватив голову руками.  Даниэль молча сидел рядом с ним. Юра что-то говорил, Даниэль не отвечал. И не стоило - ему нужно было только слушать. Юра рассказывал ему всю свою жизнь, все, что помнил. Даниэль молчал. Юра даже не проверял, слушает ли он, ему хватало только его присутствия в комнате.  Когда Соня умерла, Юра вел себя похожим образом поначалу. Но даже тогда он не говорил так. Даниэль редко слышал от него  какие-то долгие и глубокие рассуждения, Юра, кажется, никогда не был так откровенен и чувствителен перед ним.  Юра наконец замолчал. Он теперь просто  смотрел перед собой. Даниэль погладил его по плечу, аккуратно, будучи готовым сразу же отдернуть руку. Но Юра не был против и руку друга не скинул. Он только поджал губы и опустил наконец голову, закрывая лицо руками. Даниэль сжал его плечо крепче, все еще молча. Он чувствовал, как Юра дрожал, видел, как он себя чувствовал. Юра обнял его одной рукой, тем самым позволяя Даниэлю обнять себя в ответ. Чернышевский старался лишний раз не двигаться. — принести воды??— спросил он тихо, почти шепотом — завари чай. И проверь, что дверь заперта,— так же тихо попросил Юра, собирая волосы в хвостик.  Даниэль вышел из комнаты. По пути на кухню он услышал, как Лера что-то тихо говорила в комнате. Кажется, она тоже была совершенно не в себе. Даниэль никогда не видел её такой. Он налил чай, проверил, что входная дверь заперта, отдал чашку Юре и со словами «я сейчас вернусь» снова вышел из комнаты.  Дверь в комнату, где сидела Лера, не была закрыта, но парень все равно постучал. Девушка ответила, что можно войти.  Даниэль знал, как выглядит эта комната, он даже сам в ней часто жил раньше, когда оставался у Юры на несколько дней. Но сейчас там все было немного другое. Другой воздух. В ней пахло духами и было холодно: окно было всегда открыто. Было много цветов, разных маленьких вещей, несколько палок с улицы, много какой-то бумаги. Кровать не была застелена. Лера сидела на её краю. Она собрала волосы в пучок и  накрыла плечи одеялом, чтобы не замерзнуть. Даниэль не очень хорошо мог видеть её лицо, в комнате было совсем темно. — привет,— неловко начал он,— можно на пару минут? Как ты?  Лера села вглубь кровати, Даниэль сел рядом. Она немного помолчала, потом ответила: — я в ахуе. Или в отчаянии. Я просто.. не понимаю, как так вышло. Я поверить не могу. Я как будто захлебываюсь в разбавленной лимонной кислоте, знаешь?.. Или я во сне.. я не понимаю,— она тяжело вздохнула, заламывая руки,— а ты?  — я не знаю,— признался Даниэль,— думаю, я в каком-то отстранении. Я просто подумал, что одной такое переживать тяжело, вот, решил зайти… могу уйти, если..  — нет, можешь остаться. Я просто правда не верю. Я сижу в комнате в которой он жил так долго, где он все сделал по-своему, где все так на него похоже.. а его самого нет. Понимаешь? Я как будто сидела с ним, как с тобой сейчас, а он в какой-то момент просто исчез. И я просто не могу поверить, что это реально могло быть навсегда. То есть он бы не вернулся сюда, я бы просто больше никогда его не увидела, не услышала... просто представить себе не могу.  Даниэль перевел дыхание. Ему было очень непривычно так сидеть именно с этим человеком. Они раньше всегда ругались, а теперь Лера плакала рядом с ним. И он понимал, почему, впервые так её понимал.   — у меня же нету в Питере никого больше,— снова сказала Лера,— ну кроме Жени и Эдика.. я просто даже не знаю, куда бы дела себя и что бы делала. Не знаю, что будет теперь. Мне так.. мне так жаль..  Даниэль кивнул. Он старался не отвечать словами, пока девушка не скажет всего, что было у нее на душе - так ей было бы легче. Он неуверенно взял её за руку, она не отказала.  Кажется, она закончила мысль.  — у меня тоже никто из друзей не умирал никогда вот так,— сказал он,— и до меня немного с опозданием доходит. Мне кажется, я еще не ощутил и не понял до конца и в полной мере. Мне немного страшно думать, что дальше будет.  Лера кивнула головой. Она все еще смотрела перед собой. В соседней комнате было тихо.  — Юра спит?— спросила она  — вряд ли. Он же чуть с ума не сошел, мне кажется, он не сможет уснуть сегодня. На нем же сейчас все держится. И лечение, и оплата… ему нужно будет все решать..  — кошмар.. не знаю даже, что с ним, предоставить страшно. Что он теперь делать будет?..  Даниэль пожал плечами. Он сам не знал всего плана действий, а спрашивать было немного страшно. Нужно было дать Юре время все обдумать и хотя бы прийти в себя.  — видимо, класть Сеню в палату теперь уже,— предположил он,— наверное так… самому ему тоже нужно будет в себя прийти, а то он совсем не тут.  — бля Какой кошмар…— Лера закрыла лицо руками,— какой ужас… стационарно лечиться это просто ужасно, это очень страшно… бляять, что делать…  Даниэль немного нахмурился. Девушка пояснила: — не уверена, что Сеня морально.. ну, справится. Если его там накачают препаратами, чтобы не убился, то он еще месяц отходить будет. У него же реакция на все такая…  — Нету вариантов больше,— проговорил Даниэль,— я тоже не представляю, как он там будет. И Юра, если честно, тоже. Мы с тобой сделать ничего не можем.  — я знаю.. я знаю. От этого хуже только, если бы хоть как-то можно было помочь…  Даниэль сел чуть ближе, обняв девушку за плечи обеими руками. — главное - хуже не сделать. И себя не потерять. Когда у тебя ребята возвращаются?  — нескоро,— шепотком ответила Лера, утирая слезы,— а что?  — если хочешь.. и если тебе от этого может стать легче.. я могу периодически приезжать, чтобы мы как-то поддерживали друг друга. Одним в таких ситуациях намного тяжелее.  Лера слабо улыбнулась сквозь слезы и кивнула. Даниэль иногда что-то тихо ей говорил, чтобы они не сидели в тишине. Оба знали, что никто из них сегодня не уснет, но в одиночку было бы намного хуже.