Tempus nemini

— Всем лежать, руки за голову! — заорал чей-то громкий голос. Анна замерла и не стала поворачиваться. Тонкий вампирский слух и так позволил уловить ей все, что нужно: трое, тяжело ступают, вооружены, но не слишком серьезно, только пистолетами. Загрохотала дверь, в банк влетел еще один. Она услышала, как у них испуганно бьются сердца. Возможно, Анна была несправедливой к ним, но она считала, что, если ты собираешься грабить банк, нужно делать это уверенно. Рядом кто-то кричал, но Анна оставалась тихой и молчаливой. Женщина, глядевшая на нее из-за стекла, безумно выпучила глаза, наблюдала за возней за спиной у Анны. Возможно, боялась за свою жизнь, но Анна вежливо улыбнулась и тихо посоветовала вызвать полицию специальной кнопкой. Однако сама все же решила подчиниться просьбе, которую злобно провизжали совсем близко от нее, и легла на грязный пол, хотя ей жаль было свое любимое пальто. Широкополую шляпу Анна осторожно положила рядом с собой. Строго говоря, она была не при исполнении. Да и не ей разбираться с какими-то человеческими грабителями, мальчишками по сути — Анна решала проблемы с дикой нечистью, страшной магией и опасными проклятиями, а не с обычным налетом грабителей. Охранник, видно, попытавшийся погеройствовать, шагнул наперерез мальчишке, который агрессивно приказывал перепуганной кассирше отдать ему все деньги. Пара других пыталась пробиться к сейфам, один стоял на стреме… Анна перехватила взгляд охранника, покачала головой, убеждая его вернуться на место, но тот упрямо нахмурился и снова шагнул к грабителю, в первый раз лишь грубо оттолкнувшему его. Грохнул оглушительно выстрел. Мальчишка смотрел на пистолет в своих руках почти испуганно, его товарищ, стороживший и запугивавший немногих посетителей, даже сам дернулся и ошалело завертел головой. Сначала никто не понял, что произошло. Потом кто-то отчаянно закричал, женщина заплакала, громко всхлипывая. Запах крови ударил в голову. Анна не была голодна, однако всегда этот железный привкус, будто налет на языке, тревожил ее, пробуждал что-то хищное. Она невольно подобралась, как изготовившаяся к прыжку кошка. Мимо нее проходил грабитель, и Анна взметнулась, хватая его за руку с пистолетом. Он взвыл. Не ожидал, верно, от хрупкой девушки такой железной хватки, но, когда он рассмотрел оскаленные клыки, было слишком поздно. Анна силой вырвала у него пистолет, отшвырнула мальчишку в сторону. Однако оружием она пользоваться не собиралась, только сжала его в ладонях, чувствуя разгорающийся в груди гнев. Тот самый, что позволял рвать металл голыми руками. Сломанная человеческая игрушка упала к ее ногам. Другой, тот, что у кассы, замер с сумкой, набитой деньгами, уставился на нее недоверчиво, будто бы что-то пробормотал. Потом сумка тяжело упала на пол, выхлестнулись разноцветные бумажки. «Хоть бы не вздумал стрелять по людям», — мелькнуло в голове у Анны, но мальчишка целился в нее. Видно, еще верил, что сможет сбежать, если избавится от наглой нечисти. На их совести уже был один труп — даже если они сделали это случайно. Ему нечего было терять. Но все же… Он выстрелил. Анна почувствовала мощный удар в бок и сердито зашипела. Прокляла себя, свое человеколюбие, крохотную надежду на то, что мальчишка одумается. Удар сердца — и она оказалась рядом. Не ее, конечно, сердца, старого и мертвого. Кровь у Анны текла медленно, как будто она всего лишь порезалась неаккуратно. Мальчишка вытаращился на нее. Его пульс стучал в ушах. Нечто древнее и жадное требовало впиться клыками, порвать его юную кожу, но Анна рывком схватила его за горло, вздернула над собой. Пистолет выстрелил в пол, выбивая плитку, вывалился из слабеющей руки. Он жалко захрипел, закатывая глаза. — Одну вещь я хорошо запомнила за свое долгое существование: никакие деньги не стоят человеческой жизни, — отчеканила она, небрежно пиная сумку. Ему определенно будет, над чем поразмыслить в тюрьме. Анна надеялась, что хоть чему-то сумеет его научить. Он боялся смерти, но Анна ни за что не убила бы его. Отпустила тут же, как почувствовала, что ее пленник потерял сознание, сгрузила у стены. Когда-то она работала медсестрой, а в те времена мало слышали об обезболивающих и наркозе. Позади послышался шум — это, привлеченные стрельбой, возвращались оставшиеся двое. Вместо того, чтобы кинуться в укрытие, как остальные посетители, Анна побежала прямо навстречу, и вампирская скорость на мгновение позволила ей пропасть из поля зрения, а потом очутиться прямо напротив. Одного ударила в грудь, откидывая к стене, другому подставила подножку, чтобы споткнулся. Не рассчитала силу, потому что грабитель завыл и схватился за ногу. Двери в банк распахнулись, в зал ворвались люди в черном. Анна остановилась, высоко подняв руки, чтобы ее ненароком не приняли за сообщницу налетчиков — она вдруг единственная оказалась на ногах. Один из грабителей все еще завывал, хватаясь за ногу, словно кто-то пытался ее оторвать. Хватило удостоверения, чтобы Анну не слишком дергали. Она отошла в сторону, наблюдая, как перепуганных гражданских выводят наружу. Грабителей тоже выводили, но в наручниках, даже вытаскивали: двое все еще были без сознания, один страшно хромал. Анна взглянула им вслед и вдруг вспомнила про свое ранение, коснулась бока. — Все в порядке? — спросил следователь, Роман, которого Анна мельком знала. На многих делах Инквизиции и полиции приходилось работать вместе, вот они и пересекались. Сейчас его добродушное круглое лицо выглядело обеспокоенным: — Это пулевое ранение… — Ничего страшного, я в порядке! — ничуть не солгала Анна. — Только придется вытаскивать пулю, но это… не настолько неприятно, как кажется. Он покачал головой. — Нам стоит выразить вам благодарность, — пояснил Роман. — Пока мы добрались, они бы успели уехать, так что… Анна знала, в чем состоит трудность с банками и прочими государственными зданиями: на них вешали такие мощные щиты, что телепортироваться сюда было попросту невозможно. Полиция, хотя и состояла сплошь из людей, часто пользовалась магией… но не в этот раз. — Они убили человека, — сказала Анна. — Думаю, иначе бы я просто позволила всему идти своим чередом. Деньги — это всего лишь… крашеная бумага, которой люди придают слишком большую ценность. И готовы ради нее убивать. Анна вздохнула. Казалось странным, что она, хищник, которому пристало охотиться на людей, как волку на овец, больше всего волновалась об их жизнях. Она наблюдала, как уносят тело охранника. — А вы здесь, потому что?.. — уточнил Роман для проформы. — Нужно было уладить что-то со счетом, — отмахнулась Анна. — Не продляла его с прошлого столетия, это начинало казаться немного подозрительным. Не важно. Это все мелочи по сравнению…  — Если позволите, довезу вас до больницы… чтобы решить проблему с пулей, — отважно сказал Роман. — Очень любезно с вашей стороны! Анна постаралась улыбнуться. Тело унесли, но кровавый привкус на языке остался — и наверняка она еще долго не сможет избавиться от него. Всего лишь налет, воспоминание. Чья-то потерянная жизнь, которой не было бы, вмешайся она раньше.