Земля духов, духи земли

— Нам нельзя здесь задерживаться, — сказал Тор, с тревогой глядя на Локи. Тот выглядел плохо: бледный до зелени, глаза запали. Старая рубашка, которую отдал Тарон, была широка ему в плечах и вороте, отчего Локи казался еще тоньше и хрупче. — Я и не собирался, — ответил Локи, утирая выступившие от смеха слезы. — Это место выглядит на редкость скучным. — Если бы так, — Тор вздохнул и принялся копаться в сумке, тоже подаренной. Она была зачарована и заметно просторнее внутрия чем снаружи, но из-за этого только труднее было что-то в ней найти. — У тебя новая кольчуга, — заметил Локи. — Развлекался без меня? — И топор новый, — махнул рукой Тор и со второй попытки выудил-таки из сумки гномскую флягу. — Топор? Зачем тебе топор? — Я забыл молот дома. Локи моргнул от удивления, а потом расхохотался снова. Тор налил заваренный Иккой чай в крышку-чашку и терпеливо ждал, пока брат успокоится. Он не обижался: уже наслушался от других, какой он растяпа. Драугр по прозвищу Нечет, одолживший ему на время меч своего погибшего брата, следил за ним коршуном все два дня, пока не вернул себе оружие. — Нет, ты невозможен, — простонал Локи. — Я же в шутку говорил, что ты его не теряешь только потому, что всегда можешь призвать, а ты... — Сейчас не могу, — серьезно сказал Тор. Локи перевел дыхание, взял предложенную чашку. — Это что? — спросил он. — Я не помню, но зато с медом. Для тебя оставили. — Мило, — Локи принюхался к напитку и одобрительно поднял брови. Тор немного ему позавидовал: после прибытия его отпаивали этим же чаем, но никакого удовольствия ему это не доставило. — И далеко нас занесло? — В другую вселенную. Его брат некоторое время, замерев, недоверчиво на него смотрел, словно проверяя, не издевается ли он. Потом решительно проглотил чай и обвиняюще сказал: — Всеотец откопал где-то Тессеракт, и тебе приспичило его потрогать? — Тор покачал головой. — Тогда что? Не может быть, чтобы это был камень времени! Никто не знает, где он. — У меня был только твой трикветр. — Какой трикветр? — Который у тебя на столе лежал. Следующие несколько секунд Локи молчал, потом поднял указательный палец, открыл рот, закрыл, помолчал еще. Если бы дело не было настолько серьезным, Тор бы рассмеялся. — Так, — сказал наконец Локи. — Правильно ли я понял. Ты взял у меня со стола незнакомый предмет, после чего с его помощью переместился в Гиннунгагап... — Вернее, на какой-то астероид. — ...где нашел меня... — И шестерку читаури. Пришлось тебя у них отбивать. — Читаури, — слабым голосом повторил Локи и нервно потер ладонь об штаны. — Да. Ладно. И потом переместился со мной сюда... — Ну, сперва я промахнулся. Слегка. — Тор смущенно пожал плечами, хотя вообще-то виноватым себя не чувствовал. — Я же не знал, как это работает. — Так. И куда ты попал? — В бездну. У Локи было такое лицо, словно ему хотелось встать, уйти и больше никогда не иметь с Тором дел, но он произвел зримое волевое усилие и твердым жестом отодвинул этот порыв в сторону. — И уже после этого мы оказались здесь? — Верно, — Тор постарался ободряюще улыбнуться и снова принялся копаться в сумке. — Какая-то бессмыслица, — пробормотал Локи, зябко обхватив ладонями чашку. — Невозможно. — Да уж. Я тут уже выяснил, что трикветр был не для перемещений, а просто чтобы разговаривать. — Он даже не мог дать тебе мои координаты. Я их закодировал. — Конечно, — нарочито легким тоном отозвался Тор. — Зачем кому-то всегда знать, где ты? Это же так опасно. Локи ничем не показал, что услышал: просто сидел и смотрел в огонь. Лицо у него ничего не выражало, но, по крайней мере, он уже не был таким болезненно-бледным. Загадочный чай пошел впрок. Тор тем временем выудил первый сапог. Похоже, зря он бросил вещи в сумку как попало. — Кто делал этот костер? — спросил вдруг Локи. — Это не иллюзия, но с ним что-то не так. — Икка. Она говорила, ты ее видел. Локи хмыкнул: — Мало ли, кого я видел в бреду. Может, говорящего драугра или корову-алхимика. — Корова-алхимик. — Постой, то есть это... действительно было? — Локи нахмурился. — А синий голос? — Какой еще синий голос? Может быть, он и Тарона видел, хотя тот редко появлялся? Не то чтобы он был очень синий, лиловый, скорее... — Нет, в бездне. Тор похолодел. "Нам не нужен новый Медив", — сказал Тарон еще в первый день вместо ответа на вопрос, где тут ближайший город. Он тогда ушел не прощаясь, перекинувшись пепельным тигром, и почти сразу стал невидим среди сухой травы и голых камней. Пришлось искать ответы у Икки и Нечета. "Медив — это маг такой был, — охотно ответил Нечет. Говорящий драугр оказался на редкость болтливым: больше половины того, что Тор узнал об этом мире, он услышал именно от него. — Очень сильный маг, может, самый сильный. Дружил со штормградским королем, все его любили. А потом вроде бы заболел и заснул, почти как умер. Несколько лет так спал, а потом проснулся и открыл портал в другой мир. Оттуда как полезло! Так оно и началось все заново, потому мы тут и сидим..." "Сам Безумный титан вселился в Медива еще до его рождения, — пояснила Икка. — Здесь не его земля, здесь титан слаб и сильного мага не смог бы подчинить. Но раненые и спящие уязвимы, и вы прошли сюда через Круговерть Пустоты, — она серьезно посмотрела на Тора. — Это его владения". Позже, когда им удалось разбудить Локи, оба — Икка и Тарон — проверили свои подозрения. И оба сказали, что не чувствуют следов скверны. Тогда Тор вздохнул с облегчением, подумав, что опасность миновала. Теперь он не был так в этом уверен. — Он что-то тебе предлагал? — осторожно спросил он. — Да, он хотел меня спасти, — спокойно ответил Локи, но потом заметил, как Тор изменился в лице, и насторожился: — Что-то не так? — И ты согласился, — Тор перевел взгляд на неровный край гребня холмов. Локи молчал. — Слушай, сам найди тут свое, собирайся и пошли, — Тор сунул ему в руки сумку. — А я-то думал, у нас есть хотя бы день... — Что не так? — Локи нервно улыбнулся и отставил чашку, глядя, как Тор вскочил и заметался, стискивая кулаки. — Ну же, брат, скажи... — Одевайся! — рявкнул Тор, так что Локи дернулся и отпрянул, и Тору тут же стало стыдно: — Прости, я... нам надо уходить. Очень, очень быстро. — Бежать, хочешь сказать? — с издевательской усмешкой ответил Локи. Взгляд у него заледенел, и Тор скрипнул зубами. Ну конечно же, когда Локи спускал обиды. — Реки обратились вспять, в Йотунхейме расцвели яблони. Могучий Тор обращен в бегство. Тем не менее он изучил сумку, мгновенно разобрался в чарах, нашел всю свою броню быстрее, чем Тор — одну несчастную флягу, и принялся споро одеваться, помогая себе колдовством. Это напомнило Тору, что он обещал Икке отпустить огонь, и он, присев на корточки, протяну руку к костру и мысленно попрощался с ним. Костер погас, осталось лишь пятно сухой земли, даже не обожженной. — Эта корова — сейдкона? Это она тебя научила? — не удержался Локи и добавил, заметив, как Тор ухмыльнулся: — И не думай, я тебя еще не простил. — Икка шаманка, — Тор улыбнулся шире, закрывая пятно в земле вынутым заранее куском дерна. — Она сказала, что мы с тобой тоже шаман. — Мы?.. — поднял бровь Локи. — Хорошо, что ты все проспал. Этот говорящий драугр неделю звал меня Полшамана. — Плохо, что я все проспал. Говорящий драугр назвал меня "Полшамана" — кстати, что это? — и ушел от возмездия. Я готов. Тор отряхнул ладони, убрал в сумку свернутое одеяло, флягу с крышкой, поднял с земли топор. Теперь ничто, кроме примятой кое-где травы, не выдавало, что они здесь были. — Пошли, — сказал он и двинулся на северо-запад — туда, где, по словам Икки, было место духов. Локи шел рядом, и от одного его присутствия Тор вдруг одновременно почувствовал себя очень молодым и очень сильным. Чувство было таким острым, что он даже заморгал от набежавших слез. Хотелось расправить плечи, вздохнуть поглубже и победить всех врагов, но... Но все-таки он был намного старше, чем всего три месяца назад, и намного слабее, чем когда-то думал. Поэтому он понимал, что уходить надо очень-очень быстро. Бегом. Они вышли на гребень холма, и ветер, гнавший по траве рыжеватые волны, налетел с новой силой. Он дул с океана, который раскинулся на юге; при свете незаходящего солнца его воды сияли, как сталь. — Рискну навлечь твой гнев, — негромко произнес Локи, — но все же я хотел бы услышать ответы на свои вопросы. — Про "полшамана"? — невинно спросил Тор. Локи со вздохом закатил глаза, и Тор посерьезнел. За то время, что брат спал, он не раз пытался представить, как будет обо всем рассказывать. С каждым днем он узнавал что-то новое, и рассказ получался все длиннее и запутанней. — Тут идет война, — начал он. — В этой местности или в этом мире? — тут же уточнил Локи, и Тор понял, что в жизни разговор может выйти еще сложнее, чем в его воображении. — В этой вселенной, — ответил он и пожалел, что не перерисовал схему, которую чертила ему на земле шаманка. Сейчас бы пригодилась хоть какая-то иллюстрация. — Как бы объяснить... есть несколько базовых сил... скоплений силы?.. Предполагается, что они появились вместе со вселенной. — Как камни бесконечности? — Точно! — обрадовался Тор. Это была очень точная аналогия, даже странно, что он сам не сообразил раньше. — Только их не шесть, а семь, и они разумны и, ну, не камни. Они живые. — Идея живых не-камней бесконечности меня немного нервирует, — заметил Локи. — Абсолютно бессмертные создания бесконечной силы... — В яблочко. Как раз один из этих не-камней надумал, что ему не нравится, что в его вселенной есть жизнь. — Что-то мне кажется, мы уходим недостаточно быстро. Пробежимся? — Погоди, я же только начал, — рассмеялся Тор, — я еще не сказал, почему он так подумал и из кого собирал армию... — Продолжим этот разговор в более уютной обстановке. Как можно дальше отсюда, — Локи дернул головой, стряхивая упорно липшие на лицо волосы. Ветер бил им почти в спину. — Кстати, куда мы так целеустремленно идем? — Туда, откуда будет легче возвращаться. Теоретически. — Да-да, помню. Что-то не получается, иначе практически мы были бы уже в Асгарде. — Практически шаманы используют четыре стихии и магию духов. Это позволяет им перемещаться между мирами. — Четыре стихии? Природные стихии? — Локи даже споткнулся, настолько увлекла его эта мысль. — Полшамана... У тебя что, воздух? Твоя молния — это воздух? — Воздух и земля. А у тебя — огонь и вода. — Вода? Я никогда не... — он остановился. — Нет, это нечестно! — Еще как честно, — Тор вернулся за ним и подтолкнул в спину. — И очень удачно. Ты должен быть горд собой. — Я не хочу учиться ледяной магии. — Да чему там учиться? Сродство есть — и ладно. — Девиз всей твоей идиотской жизни, — кисло сказал Локи. — Хуже всего, что это сродство есть. Тебе не понять. — Почему это? — Ты не оказался ледяным великаном. — Мой брат оказался ледяным великаном. — Тор улыбнулся, встретив сердитый взгляд. — Ну да, маленьким таким великаном, зато очень... умным и разносторонним. — А кольчуга у тебя стальная, да? — спросил Локи с невинным видом, который он освоил еще в пять лет вместе с умением завязывать шнурки. Чужие, под столом. Все, кто был знаком с этим выражением его лица, давным-давно научились ждать от него неприятностей. Тор успокоительно поднял свободную руку, давая понять, что уловил намек и проверять прочность кольчуги не хочет. Какое-то время они шли молча и спустились с холмов в сырую низину. Пейзаж был бы скучным, если бы не был таким ярким: между пятнами светлого лишайника, желтыми кустиками осоки и крошечными деревцами в красных осенних листьях стояли неглубокие ледяные лужи, скрывавшие под собой буро-черный мох. Здесь ветер был слабее, но все равно гнал по воде мелкую рябь, разбивая сияющее отражение неба. Если не считать их двоих, местность была почти безжизненной, только иногда при их приближении взлетали стайки небольших серо-коричневых птиц. Икка не зря любила свою землю: здесь было по-своему красиво. Тор задумался о том, будет ли у него когда-нибудь возможность сюда вернуться и как следует отблагодарить всех, кто им помог. Позже, когда они научатся "обращаться к памяти предков", "станут настоящим шаманом" — одним словом, смогут быть действительно полезны. — Не может быть, чтобы тебе действительно было все равно, — сказал Локи, словно продолжая разговор. — Что? — удивился Тор и попытался припомнить, о чем шла речь. Локи вместо ответа поджал губы и пнул подвернувшийся на пути камешек, отлетевший в ближайшую лужу. — А, — понял Тор. — Нет, мне совсем не все равно. Отец уже знает, насколько мне не все равно. При виде растерянности брата ему тоже захотелось что-нибудь пнуть. — Это ведь и его вина, — продолжил Тор. — Если бы он не был таким трусом... — Погоди... — Если бы он не был трусом, — зло перебил Тор, — ничего этого бы... — Мы пришли! — почти крикнул Локи, привлекая его внимания. — Это то место. Ты же чувствуешь? И Тор замолчал и почувствовал. Это действительно было то самое место, где они выпали в этот мир.