О заклятых врагах и не только

По удивительному совпадению Ред Лайн появлялся на горизонте каждый раз, когда очередное столкновение Марка и Лайла особенно обострялось. Кажется, самой миссией этого странного новичка было стать их общим врагом и тем самым сблизить. С миссией тот справлялся успешно. С самого начала квалификации на следующий заезд он маячил перед их глазами — и, кажется, перемещаться он умел исключительно задрав нос и выпятив грудь так, чтобы каждый кубик на торсе можно было пересчитать даже через комбинезон. — Чего он все ходит здесь? — шипел Оуэнс, то и дело пихая Марка локтем. — Пусть держится подальше от нашей команды, — поразительная солидарность, какой от него редко можно было услышать. «И от Меган», легко закончил за него Боец, и с этим он тоже был совершенно согласен. Справляться с одним соперником было намного проще, чем сразу с двумя. Он вдруг поймал себя на том, что тоже выпячивал грудь и, скосив глаза, заметил, что Коллекционер занимался тем же. Из дальнего угла гаража за ними с ухмылкой наблюдал Карлос, как будто сам не промышлял подобным, завидев симпатичную девушку в радиусе двадцати метров. — Что он делает? — продолжал беситься Лайл, когда новичок самым наглым образом помахал Меган, подзывая ее к себе и зачем-то указывая на свою машину. Неужели просил совет? Марк был уверен, что Молнии не следовало раздавать ценные указания соперникам. Особенно соперникам с кубиками на животе. — Потише, я пытаюсь расслышать, — огрызнулся он, напрягая слух. Очевидно, Меган считала иначе, потому что охотно вступила в диалог. Не сумев разобрать детали их разговора, Марк перевел всю энергию в зрение, пытаясь читать по губам. Из этого тоже ничего не вышло. Хмурясь и стискивая зубы, он почти в бешенстве наблюдал, как Меган что-то показывала, проводя рукой по капоту машины, а потом они разошлись, и Бойцу показалось, что Ред Лайн стал выглядеть еще более самодовольно, чем обычно. Он чувствовал себя жалким оттого, что даже не попытался вмешаться. Впрочем, Оуэнс тоже ничего не сделал, ведь так? Это казалось не слишком надежным оправданием. Когда несколькими минутами позже он ворвался в тренажерную, где Меган опять что-то настраивала — и где между ними уже происходили задушевные разговоры, — он понял, что поторопился. Как всегда, он не удосужился хоть немного продумать готовящуюся речь, и вместо этого влетел распаленный, взбудораженный и взмокший, и теперь было уже слишком поздно отступать. Меган буравила его подозрительным взглядом; она уже догадалась, что Марк готовился совершить глупость, и словно подначивала его на это. Он бросился в эту ловушку почти с облегчением: — Ты ведь можешь выбрать кого-то из нас троих, верно? — выпалил он, уже зная, что пропал. Но что он мог сделать? Он был в отчаянии, и был уже давно. — Кого-то одного. Чтобы… Чтобы это было точно. Чтобы это было навсегда. Он уже не произнес этого вслух, но все и так было понятно. — Значит, по-твоему… — Меган прищурилась, и этот прищур не означал ничего хорошего. — По-твоему, так это происходит? Я смотрю на вас, каждого по очереди, и сравниваю между собой? Как три разных чертежа с двигателем, да? И выбираю лучший по характеристикам? — Я… — это была очень вольная трактовка его вопроса, но Боец вдруг понял, что, кажется, затронул какие-то очень болезненные материи. Он жалел о том, что вообще заговорил, но было уже поздно. — Я надеялась, ты знаешь, что это совсем не так, и… что ты… что ты знаешь, — закончила она неловко, но с нажимом. — Что ты не выбираешь в таких вопросах, что это не… выбор. Мне казалось, ты должен понимать, потому что… Она вылетела прочь, не договорив, и почти беззвучное «я понимаю» едва ли достигло ее слуха. Марк обессиленно облокотился о стену. Удивительным образом ему казалось, что он знатно напортачил — но одновременно и заставил окружавший его туман немного рассеяться. Когда он собрался с мыслями и вышел следом, Оуэнс набросился на него в коридоре, где, разумеется, поджидал. — Вы поссорились? — спросил он с надеждой. — Можно и так сказать, — Марк не стал отрицать очевидного. Как не стал говорить того, что эта ссора совершенно ничем не могла помочь Лайлу в его надеждах.