О заклятых врагах и не только

— Вы оба — ко мне в кабинет, — приказал им Джек, и Боец не мог не ощутить при этом легкую нервозность — как будто он снова подрался в школе, и его вызывали к директору, чтобы отчитать. Он не мог сказать, бродили ли похожие мысли в голове у Коллекционера, но его вид тоже выдавал беспокойство, которое тот тщетно пытался скрыть за миной беззаботной вальяжности. Заходя, Марк и Лайл, конечно же, столкнулись в дверях и долго протискивались внутрь; Джек наблюдал эту картину с неожиданно ледяным взглядом. Уже давно он не выглядел настолько рассерженным. — Можете ли вы посчитать, — начал он, — в скольких заездах вы не дошли до финиша, потому что столкнулись друг с другом? Марк искренне попытался. — В трех, — честно сказал он. Оуэнс презрительно фыркнул. — В четырех, — поправил он. — Ты что, считать разучился, деревенщина? — Один не считается! — немедленно возмутился Марк. — В тот раз ты сначала столкнулся с Ред Лайном, а потом уже со мной! — Прекратите! — рявкнул вдруг Фасслер, а рявкал он редко, почти никогда. Боец невесело подумал, что в этот раз, кажется, они его по-настоящему довели. Продолжать мысль ему не хотелось, она была слишком пугающей, ведь Джек не собирался… ведь не собирался?.. Не мог же он уволить сразу двоих в самый разгар сезона! Хотя, если вспомнить, как перед самым первым заездом он едва не удалил Оуэнса из команды… следовало ожидать всего. — Как вы не понимаете? Наша команда теряет очки из-за ваших глупых распрей! Неужели вам самим так нравится портить свой личный рейтинг? — Нет, но… — Боец растерянно замолчал. На самом деле, он понятия не имел, на каком месте был в очковой таблице сейчас — достаточно и того, что он был не первым. Пока. — Нет, точно нет, — он знал, что Коллекционер был того же мнения. И уж он-то наверняка каждый вечер проводил с калькулятором, погруженный в расчеты. — Жаль, что никто не мог снять вашу аварию во время последней гонки, и я не узнаю точно, что именно произошло. — Произошло? — переспросил Марк, начиная понимать, что в этот раз Джек все-таки ошибался. — Нет, ничего не произошло! То есть, я хочу сказать… это была простая случайность. Там был скользкий участок… после ливня. — Вы оба выдающиеся гонщики, — веско сказал Фасслер. — И я должен поверить в то, что совершенно случайно так совпало, что вы оба не справились с управлением в одном и том же месте? — Ну… — пробормотал Лайл. — Я бы не сказал, что это было так уж случайно… — Теперь Джек хмурился почти угрожающе. — Может быть, и не совсем случайно, — вынужден был признаться Боец. — Мы сравнялись на том участке, пытались обогнать друг друга. Пожалуй, это нам немного помогло… На всякий случай он попытался вспомнить все случившееся еще раз. Но, кажется, и в самом деле не произошло ничего, кроме того, что он уже сказал. Их машины даже не коснулись друг друга тогда и столкнулись уже позже, когда они с Лайлом оба безнадежно потеряли контроль над болидами. Как бы сильно ему ни хотелось снова обвинить Коллекционера, лукавить он не стал: все было совсем не так, как, например, в тот день, когда они угодили в зыбучие пески. Тем временем выражение лица Джека от такого объяснения не поменялось ни на йоту. — По-вашему, я должен это проглотить? — Слышишь? — негромко буркнул Оуэнс. — Он нам не верит. Интересно, с чего бы это? — Но Фасслер сарказма не уловил: — Вы сами не даете мне ни одного повода думать иначе! Не заставляйте меня выбирать или искать замену обоим. Здесь следовало бы состроить всепонимающее, сокрушенное лицо, подобно тому, как это сделал Лайл. Но Марк совершил кое-что иное и более похожее на себя: немедленно вспылил. — Раз мы не можем ничего доказать, то не стоит и пытаться, — и он выскочил прочь из кабинета, уже задумываясь о том, не перегнул ли палку. Можно сколько угодно обвинять его в том, в чем на самом деле есть его вина, но несправедливые упреки он никак не мог терпеть. Откуда ни возьмись на его пути появилась Молния, и Боец едва успел остановиться, чтобы не столкнуться с ней. — Марк, я случайно услышала… — начала было она, и он почувствовал, что покраснел: Меган снова застала его в каком-то глупом положении — как назло. — Мы просто соперничали! — выкрикнул он. — Даже сокомандники соперничают друг с другом! С Пилотом и Трюкачом мы тоже боремся в полную силу — и, кстати, сталкивались не раз, но тогда твоего отца это не беспокоило. Молния не нашлась, что ответить на это, и Марк воспользовался паузой, чтобы уйти. Лучше сделать это сейчас, чем остаться и наговорить еще больше глупостей. Ему оставалось только надеяться, что он не умудрился рассориться с обоими Фасслерами одновременно за одну-единственную минуту.