Горю, но не сгораю

От лица Нелена. Мне было ужасно холодно. Уже через пять минут после смены «места жительства» меня всего трясло. Хотелось обратиться и залезть в огонь, чтобы получить долгожданное тепло. Была даже мысль сбежать, став ящеркой, но, к моему несчастью, подобное предусмотрели — не мог использовать ни крохи своей магии, пока был прикован к стене. С пару дней меня только кормили, а я был измучен ожиданием. Видимо, этого и добивался мой «муж», потому что явился он до того, как мне уже стало почти все равно. И я похолодел, увидев хлыст в его руке. В нашем замке был почти такой же, им наказывали особо нерадивых слуг, и он был способен располосовать спину с одного удара. Я, правда, никогда не видел, чтобы при отце его использовали, да и не слышал об этом. Правителя Алых Драконов уважали и любили, а люди с такими чувствами не провинятся до такой степени. С ужасом и неверием посмотрел на Изумрудного. Неужели он считает, что я это заслужил?! Судя по его ухмылке, он решил именно так… Он легко отшвырнул меня от стены животом о пол камеры так, что у меня аж перехватило дыхание. Я даже не успел привести его в норму, когда спину ожег сильный удар. Я дернулся и мучительно захрипел. Лоер, кажется, понял, что у меня не хватает дыхания на крик, поэтому следующий удар последовал со значительной заминкой. И, похоже, его порадовал мой громкий болезненный вой. Я чувствовал, как по щекам текут слезы, а по спине кровь, и лишь молил всех богов о том, чтобы это прекратилось. Мое желание сбылось только спустя еще восемь ударов. У меня к тому времени плыло перед глазами и, кажется, не было живого места на спине. Но не успел я порадоваться окончанию пытки и провалиться в блаженную тьму, как почувствовал, что мои ягодицы раздвигают и в колечко ануса начинает вторгаться что-то твердое и горячее. Мне хотелось истерически рассмеяться. Ему мало было искалечить тело, он и до души хочет добраться… Тело поддавалось нежеланному вторжению очень плохо, больно наверняка было не только мне, но и ему. Но будто для него это не было поводом отступать. Рывок, мой тихий крик, и ему становится уже легче. Кровь не лучшая смазка, но, похоже, моего «мужа» она вполне устраивает. Дальше все слилось для меня в сплошную вереницу боли, я весь был открытой раной, а он и не думал меня щадить. Даже наоборот, ему, возможно, нравилось давить на только что сделанные хлыстом кровавые полосы, отчего красные дорожки стекали по спине все сильнее, составляя лужицу на бетонном полу. С каждым мигом мне казалось, что до конца его развлечения я не доживу — истеку кровью. Когда мои внутренности ожгло его семя, а он спокойно ушел, оставив меня так, мне хотелось умереть на месте или хотя бы потерять сознание. Но не выходило. А затем в камеру вошел юноша с сумкой. Лекарь? С ужасом замечаю сходство юноши с моим насильником и молю о смерти еще сильнее. Похоже он видит это в моих глазах и хмурится. — Не бойся. Я здесь, чтобы помочь тебе, а не навредить. Боги, отец совсем с ума сошел… Вот, выпей, снимет боль и подарит тебе долгожданное забытье. А я пока займусь ранами и разрывами… И борись, Нелен, не вздумай сломаться. Или лгут о внутреннем огне саламандр и их способностях? Не позволь оставить от твоей души пепел. Его слова что-то затронули, всколыхнули во мне, и уже гаснущая было воля вспыхнула почти как раньше. Невероятное достижение, с учетом того, что я совсем недавно пережил, да еще и от рук того, о ком мечтал все эти годы. Юноша это понял, слабо улыбнулся и напоил меня водой с каким-то порошком, и я наконец-то смог потерять сознание, в тот миг думая, что это высшая милость с его стороны… — Тебе нужно хорошенько отдохнуть, — услышал я перед тем, как окончательно потерять связь с реальностью, и уже не слышал, как юноша костерил своего отца всеми знакомыми бранными словами, обрабатывая мои раны. Но зато чувствовал ощущение безопасности, создаваемое его присутствием.