Сумасшедшие рассказы

Завтракал он обыкновенно в маленьком трактире на берегу Темзы, в Лондоне семнадцатого века. Обедать приезжал к своему старому приятелю, помещику Новикову, такому же современному человеку, как и он сам, только перебравшемуся жить в Россию в начало девятнадцатого столетия. Новиков держал множество домашнего скота, который невероятно расплодился на комбикормах века двадцать первого. А вечер обычно заставал его за столом в маленьком уютном кафе, окна которого выходили в тёмный, освещённый лишь рыжими фонарями парижский парк. На столе всегда лежала газета с одним и тем же заголовком на французском и датой в правом верхнем углу, выбитой машинисткой чуть слабее, чем вся газетная колонка. Там значился август тридцать девятого, тысяча девятьсот. И такие каждодневные посещения одних и тех же мест до сих пор ему не наскучили. Он уже знал всех посетителей английского трактира, выучил наизусть меню на французском и пообещал сотню раз жениться на дочери Новикова. Каждый раз повторялись диалоги и он уже отвечал на автомате, не заботясь ни о каких последствиях. Помнится, поначалу он пытался напугать окружающих тем, что прилетел из будущего. Кричал это на каждом углу, размахивал руками и демонстративно закатывал рукава, выставляя на всеобщее обозрение цветные татуировки. Это продолжалось бы довольно долго, если бы он не встретил Новикова. Новиков родом был из Питера, но это ничего не значило. Куда важнее был год, а год он говорить отказался. И отказывался каждый раз. Для нашего любителя вкусно поесть давно не существовало настоящего времени. Было лишь прошлое, с его шумными мостовыми и натуральной пищей. В его современности, там, в реальном настоящем, было очень тихо, пусто и почему-то светло. На душе, когда он возвращался в свой город, становилось спокойно и мирно. Пускай всего на мгновенье. Его год, который был куда важнее города, проходил мимо, раз за разом натужно вздрагивая, когда какой-нибудь из его обитателей возвращался домой, на секунду замирая у пульта машины времени, прислушиваясь к спокойствию внутри себя, и тут же уносился прочь, в прошлое или будущее. Он и сам не помнил, зачем впервые отправился в прошлое. В детстве его всегда тянуло лишь вперёд, к далёким и прекрасным звёздам, туда, где ещё никогда не было человека. Но потом, когда оказалось, что звёзды погаснут, а людей не будет, он отправился в прошлое, поверив на слово тем, кто летал в будущее. Он пытался исправить свои ошибки. Но вскоре понял, что от этого нет никакого толку. Ошибок всегда было чуточку больше, чем он мог исправить. А исправляя одни, он всегда совершал множество новых. Он хотел поселиться где-нибудь и прожить счастливую жизнь в идеальном времени. Но для каждого идеальное время было своим, а он так его и не нашёл. Он не знал, почему это так, а потому остановился на трёх временах, да и то только затем, чтобы пообедать или поужинать. Он даже пытался вернуться в день своего рождения и прожить свою жизнь заново. Но попытавшись сделать это, понял, что тоскует по звёздам. Новиков приглашал остаться и жить с ним. Сначала это предложение казалось ему разумным. А пару раз он даже остался и женился на дочери Новикова. К сожалению, она была отражением того времени, в котором родилась. Стоит отметить, что многим это очень нравилось. Да и ему эта девушка пришлась бы по душе, если б это было действительно ЕГО временем. В своём идеальном времени каждый чувствует себя в нужном месте. Он не знал, есть ли ещё такие же потерянные меж временами люди, и как они живут. Сам он мог только прислушиваться к пустоте улиц там, куда возвращался. И перед тем, как вновь погрузиться в прошлое, он мысленно прощался с настоящим. Каждый раз, как будто читал неумело молитву, которых не знал ни одной. Но настоящее не отвечало. Там, за окнами, шёл дождь и потихоньку умирали птицы. В пустых городах становилось труднее дышать. Те, кто побывал в будущем, разводили руками там, в прошлом, и сетовали на настоящее. Многие пытались изменить своё прошлое. А некоторые, самые амбициозные, спасали Гитлера раз пятнадцать. Но он всё равно умирал, а ошибки вели их той же дорогой, какой всегда ведут человека несчастья. И никто - ни один человек, побывавший в будущем, не потрудился его изменить. И ни один, даже самый потерянный средь времён путешественник, мечтавший о звёздах или о панацее, не остался в своём настоящем, пропитанном дождём вперемешку с мокрыми перьями мире. Ни один не променял сказочный сон, в котором можешь всё, на тихий город, затерявшийся в годах, как тот самый любитель вкусно покушать, и дарящий своим нерадивым детям чувство покоя в душе, пусть и только на миг. Когда-нибудь настоящее превратится в прошлое, а будущее, которое никто не изменит, станет реальностью. И, когда звёзды погаснут, а от человечества останутся лишь сказочные сны, в этом городе умрёт последняя птица и людям больше некуда будет возвращаться, чтобы успокоить душу хотя бы на миг.