Красные маки на снегу

      Тренер Морияма решил, что Воронам будет тяжко преодолеть обратный путь сразу после окончания банкета, поэтому, как и некоторые другие команды, забронировал номера в 5-звездочном отеле. Распределение людей по комнатам оставили на Рико, но тому было абсолютно всё равно, поэтому, не дожидаясь окончания разборок, он оставил команду и занял одноместный номер. К счастью, среди двухместных номеров оказался один, предполагающий возможность проживания троих людей, так как в нём располагался диван, поэтому, схватив от него ключ, Нил с Жаном и Аллен рванули к комнате.       Побывавший во множестве отелей за время в бегах Нил мог по достоинству оценить высокое качество оформления обстановки. Из маленького коридорчика они попали в просторную комнату, где с правой стороны разместилась достаточно широкая двухместная кровать, способная вместить даже третьего человека. Чуть в стороне, ближе к выходу на балкон, был установлен диван с тканевой поверхностью и аккуратно сложенным бордовым пледом на нем. Напротив был повешен среднего размера телевизор, под которым на низеньком стеклянном столике рядом с полной каких-то цветов вазочкой лежал пульт. По запаху можно было понять, что те были не искусственными. Вид с балкона открывался прекрасный: море, город с большим количеством огней и люди, ходящие по набережной и наслаждающиеся погодой.       Аллен топталась у входа, явно чувствуя себя некомфортно. Понимание ситуации пришло только недавно: теперь все точно знали, что она девушка. Тем не менее, больше всего волновало ее то, что парни не выглядели удивленными: это означало только одно — они уже давно знают… И всё же ни Жан, ни Нат не поднимали данную тему в разговорах, и это очень сильно напрягало.       — Я хотела… — начала девушка, но была перебита голосом Веснински.       — Сначала мы все переодеваемся! Лично я дико хочу в душ и не готов ничего обсуждать раньше того момента. Наши вещи скоро принесут, а пока придется потерпеть друг друга в халатах.       Простоял под душем парень не менее двадцати минут, отчаянно пытаясь отмыться от ощущения липких и противных прикосновений. Кисть, которая участвовала в ударе, всё еще покалывала, и под теплыми струями это ощущалось еще отчетливее.       После друга Жан пропустил Аллен, которая тоже хотела поскорее смыть с себя всё, что имелось: как макияж, так и лак для волос, которым рыжик орудовал перед их выходом.       Дверь за девушкой закрылась, и через пару минут они услышали плеск воды.       — У тебя телефон звонил, — сообщил Моро, присев на кровать. Голова от громкой музыки беспощадно болела.       Подойдя к своему костюму, парень достал «обычный телефон», но на нем пропущенных не было, поэтому уже с напряжением он потянулся за «рабочим», где и правда был один пропущенный звонок.       Нил хотел уже перезвонить, как мобильный завибрировал, и пришло сообщение: «Можешь не перезванивать, у меня совещание. Хотел сообщить, что послал к тебе одного человека. Завтра она прибудет к вашему отелю, будь с ней лапочкой. Обо всём остальном она сообщит тебе уже лично».       Отсутствие ответа было бы жестом отсутствия манер, поэтому парень коротко написал: «Понял. Хорошего вам вечера».       — Верхушка? — уточнил Жан, наблюдая за взглядом напарника, прикованным к экрану телефона.       — Да… Ничего серьезного, просто к нам завтра приедет гость.       Моро это не успокоило: всё связанное с Морияма было опасным.       Когда звук воды прекратился, Нил, подойдя к двери и чуть повысив голос, сказал:       — Там у зеркала мицеллярная вода и ватные диски. Если что-то осталось от макияжа, то можешь смыть ею.       Ответа не последовало, однако через некоторое время девушка вышла уже с чистыми лицом и волосами без единого намека на стороннее вмешательство. Как успели заметить парни, ее волосы от влаги слегка завиваются, что придает ей некое очарование. Не выдержав изучающих взглядов на себе, она отвернулась и поспешно села на диван. Жан, никак не прокомментировав данное поведение, которое несомненно напомнило ему ребячество, молча скрылся в ванной.       В номере стояла тишина. Нил смотрел в телефон, читая сообщения и от чего-то улыбаясь. Девушка осознавала необходимость разговора, но не знала с чего начать. В этом ей помог сам парень:       — У тебя есть какие-то вопросы?       От неожиданности девушка опешила, но быстро взяла себя в руки.       — Это скорее у вас должны быть вопросы, не так ли?       Парень оторвался от гаджета и строго посмотрел на собеседницу. Та стушевалась, но взгляд не опустила.       «Смелая девочка…»       — Запомни: если это не угрожает мне или Жану, то я, а тем более он, не будем докапываться до чего-либо.       «Захочешь — расскажешь сама» — такой контекст имели его слова. В этом не было какой-то большой тайны, но обсуждения подобного рода — скорее нечто некомфортное, чем сложное.       Спустя пару минут после наступления тишины вышел Жан и прилег на всё ту же кровать, которую занимал напарник. За день они все устали, поэтому француз предпочел бы сразу лечь спать. Только сделать ему это не дали…       — У меня… был брат… Мы были близнецами, — начала девушка, перебирая между пальцами ткань халата. — Мы очень дорожили друг другом, между нами была своеобразная связь, которая будто передавала между нами наши эмоции. Хлои в нем души не чаяла, а Энтони относился к нему как к лучшему другу, — девушка произнесла это с горькой улыбкой. — Семья была хоть и неполной — мама умерла, когда нам с Джонатаном было меньше года — но дружной и сплоченной. Если брат с сестрой любили его, то папа во мне души не чаял, балуя и делая выбор в пользу моих пожеланий.       Девушка остановилась, чтобы перевести дух. Всё же говорить об этом было сложнее, чем она думала изначально. Парни не давили, спокойно смотрели, не осуждая и не торопя.       — Почти год назад случилась авария… Мы ехали из города, как вдруг на встречку выехала другая машина. Папа дернул руль, и вот я чувствую полет, а потом удар об воду. Джо и папа не выжили, не смогли отстегнуть ремни безопасности. Я же в этот день ими пренебрегла, и, видимо, это меня и спасло. Мое тело нашли на берегу и немедленно отправили в больницу. Оттуда меня забрали брат с сестрой… Первыми их вопросами было: «Джонатан, ты как? Сильно испугался?», — на этом моменте девушке стало тяжело говорить, к глазам подкатили слезы. — Я поняла: если скажу, что я — не он, то Хлои впадет в отчаяние, поэтому я солгала. Не знаю как так получилось, но они до этого не пересеклись с врачом, а когда он пришел, то я умоляла его не говорить им правду. В то время я думала, что поступаю правильно, скрывая это. Они воспринимали меня за него, потому что как телосложение, так и внешность у нас была идентичными, — здесь она усмехнулась. Быть отражением друг друга — насмешка судьбы…       — Но что-то пошло не так… — сделал заключение Нил.       Аллен заглянула ему в глаза и увидела там поддержку.       — Да, тогда был конец учебного года, выпускные и всякое такое. В школе притворяться Джо было несложно, однако иногда возникали и эксцессы… Так, однажды моя одноклассница увидела меня в туалете, но я вовремя прервала ее крик. Она мне поверила, и мы даже начали дружить, — в глазах девушки появилась горечь, но она продолжила. — Один парень, он был старше, подловил меня на перемене и затолкнул в кладовку. Утверждал, что я увела его девушку и ударил пару раз. Такой, лежащей на полу и защищающей голову и живот, меня и обнаружил Энтони. Парень был его одноклассником, и тогда брат увидел, что я не Джонатан…       — Дай угадаю: родимое пятно или шрам? — сделал предположение в воздух Жан.       — Верно, — усмехнулась девушка. — У Джо оно было на спине, мне же досталось на боку. Когда меня начали избивать кофта приподнялась, и Тони всё понял. К тому же после аварии у меня был рубец на животе — наткнулась на камень, пока буксовала к берегу. Сколько тогда презрения я увидела в его глазах, но после того как мой пол понял и его друг, то захотел «поразвлечься», — с отвращением произнесла Аллен. — Не буду вдаваться еще в большие подробности, но меня исключительно облапали. Спас меня мой одноклассник, который проходил мимо и услышал меня.       Парни слушали внимательно. Им не было ее жаль, но они стали понимать в какой ситуации она находилась и что на нее влияло.       — Идя домой, я боялась, что сестра всё узнает и возненавидит меня за ложь… Вот только брат не сказал ей ничего и продолжил играть спектакль. С того момента я стала его любимой игрушкой: ожоги от сигарет, порезы, избиения, вылитая краска, перевернутый поднос с едой — всё это стало моей рутиной. Старшие закрывали на это глаза, учителя не верили, а сестре я не могла пожаловаться, поэтому, — тут ее слезы уже безостановочно текли. — Я тихо приходила домой и запиралась в комнате. Не ела и плохо спала, но у меня оставалась маленькая радость — экси. Я начала играть, потому что брат раньше занимался, и у меня даже получалось на должном уровне. До этого никто не поддерживал меня в этом увлечении, кроме Джо: считали, что девушка не должна заниматься таким травмоопасным спортом, где применяется грубая физическая сила — из-за этого мне было крайне сложно впоследствии адаптироваться в команде. Мне очень повезло, ведь до катастрофы брат немного обучил меня, поэтому хоть какие-то навыки были, а в случае неудач у меня была возможность списать всё на травмы после аварии. Ещё мне очень помогало то, что я от природы была быстрой и гибкой, а это полезные качества для полузащитника. Мы даже смогли выиграть некоторые матчи с сильными командами! Правда, конечно же, школьного уровня.       Девушке нужно было перевести дух. Нил понял, что у нее пересохло в горле и принес бутылку воды из неработающего холодильника. Аллен с удовольствием приняла её и поблагодарила парня. С каждым разом она понимала, насколько комфортно она себя чувствовала в их компании. Давно такого не было… Чтобы люди действовали так успокаивающе.       — И Энтони играл вместе с тобой? — стало интересно Жану.       — Нет, — ответила на вопрос девушка. — Он считал, что наша команда не стоит его внимания, поэтому занимался в загородном клубе. Хлои почти каждый день приходилось его возить и забирать, поэтому хоть какую-то часть дня я была предоставлена сама себе и могла делать то, что не могла при них.       — А как летом? Большинство секций закрывается, — заметил Нил, вспоминая как ему самому пришлось ехать в Пальметто и жить там до начала сезона.       — Сразу после выпуска я подала заявку в Эвермор, — по непонимающим взглядам парней она поняла, что надо пояснить. — В отличие от брата мне нравилось смотреть матчи, и меня восхищала слаженность команды. Я стремилась к победам и хотела изменить что-то в своей жизни, причем кардинально. Семье я ничего не сказала, послала документы и пару записей для наглядности, — Нилу она напомнила одного тренера из Милпорта… — Чтобы поднакопить денег устроилась на работу, которая занимала у меня приличное количество времени. Я также не забывала про тренировки и занималась как могла. В июле меня оповестили, что требуется приехать и обговорить что-то. Накопленных денег вполне хватало на дорогу, но найти объяснение поездке было сложно. Я придумала историю о том, что познакомилась с человеком через интернет, и мы договорились встретиться. Сестра поверила, Энтони отнесся с недоверием, но сказать что-то против не смог. И так я отправилась в своё первое самостоятельное путешествие, — девушка перевела дух и сделала пару глотков воды. Она уже и не помнила, когда в последний раз так много говорила. — Не буду лить слишком много воды: меня посмотрели, оценили мои навыки и способности на поле, а потом сказали, что позже сообщат об их решении. На тот момент этот ответ меня вполне устроил; я не хотела упускать возможность учиться в университете со стипендией, жильем и едой. Это был прекрасный способ сбежать. Вернувшись, на расспросы я ответила, что всё-таки мы не сошлись взглядами, но разошлись на хорошей ноте и обид никаких нет. Хлои этот ответ устроил. Остаток лета я провела либо за работой, либо дома, но старалась не оставаться одна, точно не с Тони. После окончания школы добрее ко мне он не стал, сестра не знала, что он курит, но еще тлеющие окурки он любил тушить об меня, даже как-то заставил съесть. Я ненавидела его, хотела убить и стереть полностью из своей жизни. Он не только делал мне больно физически, но и уничтожал психологически. Винил меня в смерти отца и брата; говорил, что я жалкая пародия на Джо, что никогда никто меня не полюбит, потому что я дефектная, уродина, дура… Что я просто не заслужила жить и должна была сдохнуть там при аварии, — девушка, которая, казалось, хоть немного, но успокоилась, зарыдала с новой силой. Ей стало так больно, что, несмотря на всё ею пережитое, никто так и не попытался ей помочь. Аллен просто хотела, чтобы к ней относились с теплотой и пониманием, принимали такой какая она есть, а не видели в ней призрак ее брата. Ни семья, ни друзья, никто не помог решить ни одну из проблем. Она была одна, боялась спать и ночевать дома, ходить в школу, принимать пищу.       Нил смотрел, как девушка постепенно сползала на ковер, лежащий между диваном и кроватью. Она обхватила себя за плечи и, раскачиваясь, выпустила всю обиду и боль, которую накопила за столько месяцев. Парень медленно подошел к ней и обнял, заключая в объятия и давая девушке просто выплакать сейчас всё, что она пережила.       — Ты сильная, Алленсия. Ты делала всё это ради семьи, но, возможно, ты сейчас не поверишь моим словам, однако семья — не всегда те, с кем ты связан кровью. Возможно не все твои действия были правильны, тем не менее намерения были благими. Если бы ты была уверена тогда, что семья бы приняла тебя, то не стала бы скрывать от них правду, — Джостен гладил ее голову и покачивался с ней в такт. — Энтони тем более нет оправдания. Он не заслуживает такой сестры, как ты. У тебя есть цель, ты не прыгаешь выше своей головы и совершенствуешься, чтобы свои недостатки превратить в силу. Борись, борись с той же силой, чтобы больше никто не смог обесценить твои усилия. Покажи на что ты способна, — парень посмотрел на друга, в чьих глазах увидел одобрение, — а мы с Жаном тебе поможем. Если ты будешь готова, то мы станем для тебя той семьей, которой тебе не хватало.       Девушка зарыдала еще пуще, но уже от облегчения и пока еще слабой радости. Ее приняли такой, какая она есть; хотят помочь и принять в их маленькую семью. Эти парни сделали для нее больше, чем ее собственная семья за эти годы. Она была счастлива, что попала к Воронам и связалась с этими напарниками.       Жан, наблюдавший за этой картиной, тоже сполз с кровати и обнял девушку со спины, образуя своеобразный защитный кокон. Моро был удивлен, что Нат принял ее, хотя к этому уже давно шло. Чего он не ожидал — это того, что он будет успокаивать ее сейчас, вот так нежно и ласково. Он напоминал старшего брата, который утешает сестру после падения с велосипеда. Его рыжик сильно изменился за это время, и Жан был не против этих перемен. Это означало, что в нем еще есть человечность, что он не стал бесчувственным монстром.       Спустя минут двадцать девушка уже спала. Парни решили оставить ей место на кровати, а Жана переместить на диван, но тот в итоге уперся, и Джостен пошел на уступки. Они легли вместе. Стоило задремать, как послышался стук в дверь. Рыжик спал ближе к двери, поэтому сосед погнал его открывать. Нехотя, но парень пошел. За дверью оказалась Наташа, держащая их вещи.       — Они не знали что кому принадлежит, поэтому отдали в ближайший номер, — одежда была передана. — Вас ждать?       — Извини, забыл отписаться. В следующий раз мы точно с вами, сегодня все очень устали.       — Без проблем. Спокойной ночи, лисенок, — на последнем слове она ухмыльнулась и подмигнула, но пояснять ничего не стала, продолжая путь по коридору.       Морозова знала о Пальметто, поэтому прозвище стало ее «визиткой». При других она так его не называла, поэтому парень и не возражал, что она использует прозвище. Наталья была сильной и волевой девушкой, чем-то напоминающим Дэн, капитана Лисов, но между ними было большое отличие: Натали не бросала никого в беде, если считала, что человек этого заслуживает. Нат однажды заслужил ее расположение, и теперь она так же, как и он, готовы были постоять друг за друга. Перелом ребер точно того стоил, раз он обзавелся таким союзником.       Закрыв дверь, парень вернулся и, стащив плед с кровати, улегся на ковер.       «Пускай Жан выспится» — и сам провалился в сон.

      ***

      На часах было без пятнадцати десять, когда в номер аккуратно постучали. Моментально проснувшийся, парень несколько секунд пытался осознать, где он и кто может стоять за дверью. Быстро переодевшись в принесенные вещи, Нил поспешил открывать дверь, пока внезапный гость не разбудил остальных сожителей. За ней стояла девушка ростом чуть выше него с нежно-розовыми слегка завивающимися волосами до плеч, глаза ее были серо-голубого цвета, а шею украшали несколько подвесок разной длины. Одета она была в белую рубашку, приталенные брюки и балетки. Вообще от девушки так и веяло положительными эмоциями и энергией.       — Извините, Вы, наверное, ошиблись дверью, — сонно отозвался Нил.       Она же, улыбнувшись, его поприветствовала:       — Надеюсь, ночь прошла спокойно, господин Веснински. Я прибыла сюда по просьбе младшего хозяина. Если позволите, мы могли бы обсудить всё внутри для вашего и моего комфорта.       Натаниэль стал соображать. Да, Ичиро ведь писал, что кто-то приедет…       «Но она не выглядит старше меня» — этот факт вводил его в некий ступор.       — Нат, кто там? — раздался хриплый ото сна голос Жана. Всё-таки разбудили…       — Парни, дайте поспать. Не будьте мразями, — на это утверждение рыжик только усмехнулся.       — Ничего, если мы обговорим всё на лоджии? — спросил он у всё еще стоящей в коридоре девушки.       — Как Вам будет удобно, — и Натаниэль пропустил ее мимо себя в номер.       Дождавшись, когда он закроет дверь, гостья направилась за парнем, не забыв поздороваться с его компанией, которая с подозрением осматривала гостью.       Солнце светило уже достаточно долго, чтобы на улице стало тепло, поэтому сидеть на свежем воздухе было приятно. На балкончике было пару стульев и небольшой столик, по перилам спускались лозы с еще не завядшими цветами.       Девушка не производила впечатления человека, как-то связанного с Морияма. Она выглядела мягкой и нежной по натуре принцессой, за плечами которой было счастливое детство.       «Как она могла связаться с якудзой?» — призадумался Нил, смотря на собеседницу.       — Могу догадаться, о чем Вы думаете, — подала голос девушка.       Нил вопросительно посмотрел на нее.       — Я не похожа на убийцу или кого-то связанного с мафией. Могу сказать, что первое впечатление не всегда истинное, но и вводить в заблуждение не собираюсь. Вы всё поймете со временем, — она достала стаканчик из бумажного пакета с эмблемой какого-то кафе. — Надеюсь, я угадала…       Аромат кофе был потрясающим настолько, что голодный организм готов был накинуться на напиток, и все же появившееся чувство самосохранения кричало, что это может быть проверка: в стаканчике что-то подмешано…       Парень немного отодвинул напиток и перешел к делу:       — Зачем господин Морияма послал тебя ко мне?       — Сначала я бы хотела представиться… — с важным видом начала она. — Моё имя Камелия Моррис, но в узких кругах меня знают под другим именем — Мор. Можете обращаться ко мне как будет удобно. Вы стоите выше меня в иерархии клана.       — Тогда мне будет комфортнее на «ты».       Девушка будто не услышала и продолжила излагать:       — Хозяин Ичиро назначил меня вашей помощницей по всем делам, касающимся клана. Не смотрите так недоверчиво, — усмехнулась девушка, видя изменения в выражении лица собеседника. — Я уже давно в «деле» и знаю много полезной информации. Найти, купить, добыть, доставить — всё Вы можете доверить мне. Предугадывая вопрос: Господин не просто так держит меня рядом.       Фраза смутила парня, однако он решил попросить объяснения позже.       — Господин признал Вас, — по силе, вложенной Камелией в слова, Нил начинал понимать всю значимость этой фразы. — Теперь надо ввести Вас в курс общих дел: как бизнеса, так и не совсем законных вещей. Через меня будут присылаться отчеты с подконтрольных Вам предприятий. Вопросы, требующие прямого участия, будут сообщаться лично; всё необходимое можете запрашивать у меня. С момента вхождения в доверие для Вас был выделен отдельный бюджет, который можете тратить для выполнения поставленных задач. Часть с суммы за выполнение заданий также будет поступать на личный счет, — девушка достала из пакета еще один кофе и круассан. — Извините, не успела позавтракать.       — Ничего, — эта девушка казалась занимательной и пока вызывала много вопросов, но он заметил ее серьезный подход, твердость характера, гибкость мышления и осознанность сказанного. Она точно не была новенькой в клане. — Что на данный момент от меня требуется?       Парень снова придвинул стаканчик и сделал глоток. Восхитительно! Такой вкусный кофе он еще никогда не пил! Вкус напитка передавал и горечь кофейных зерен, и нежность молока, и сладость неизвестного ему сиропа. Настолько обворожительный, что Натаниэль умудрился проглядеть момент, когда напиток закончился. Девушка увидела огорчение на лице собеседника и, сдержав улыбку и отодвинув частично съеденный завтрак к краю столика, снова полезла в пакет, но теперь за тонкими папками.       — Эти бумаги были переданы лично от Господина. Вам необходимо ознакомиться с ними и поставить подписи в местах, отмеченных галочками. Если возникнут вопросы, — девушка достала телефон и набрала номер. Телефон Ната завибрировал, — позвоните или напишите мне.       Парень, недолго думая, вбил ее номер в телефонную книгу. «Розочка».       — Следующее: Господин решил, грубо говоря, на пробу дать Вам под контроль часть территории под управления. Выберите её из списка и сообщите мне в ближайшие дни, — Моррис протянула ему последнюю папку. — Здесь вся информация о клане на данный момент: союзники, враги, территория, доходы и много чего еще. Семья Веснински была вынесена в отдельный раздел, где информация более детализирована. Это основа, которую необходимо знать на данный момент. Далее Вы уже втянитесь в дела и будет легче понимать что, как и почему. Вопросы?       Утром голова плохо соображала, но одно он понял точно: Ичиро не шутил, говоря о назначении Натаниэля его правой рукой.       — О тебе информация там также представлена?       — Да, но буду с Вами честна, Хозяин не разрешил рассказывать о своем прошлом.       — Хорошо, — легко согласился Нил. — Ты будешь жить в Эверморе?       — Если Вас не будет напрягать моё присутствие. Господин обещал поговорить с побочной ветвью.       — Возможно прозвучит не очень доверчиво, но… Ты хоть сможешь защититься в случае чего? — если ему придётся оберегать уже троих, то это будет тяжко.       Вопрос позабавил девушку, поэтому она не сдержала смеха. Достаточно успокоившись до появления возможности говорить, она сказала:       — Я живу в клане уже долго и без должной подготовки не смогла бы приблизиться к Господину или стать Вашей помощницей, поэтому… Да, я в силах не дать себя в обиду.       — Спаррингами занимаешься? — в голове парня созрела идея, и, кажется, Ками ее поняла.       — Возможно я не так хороша в управлении холодным оружием, однако в рукопашном бою могу и посоперничать, — девушка глянула на часы и начала собираться. — Если на этом всё, то я Вас покидаю — надо решить еще несколько дел. Увидимся с вами уже в университете.       Пока они разговаривали, Аллен с Жаном успели встать и переодеться.       — Ну что, пойдемте завтракать? — невпопад задал вопрос рыжик и уже на периферии услышал звонкий смех его помощницы, которая незаметно и бесшумно вышла из номера.       

***

             Путь назад в Эдгар Аллан показался дольше за счет того, что выехали они днем и прибыть должны были только глубокой ночью. Добравшись до университета, все разошлись по комнатам. Аллен решила дать напарникам отдохнуть и поспать в своей комнате, в которой Нил поменял замки, чтобы доступ к ней был только у них троих. Жан решил принять душ перед сном, чувствуя себя помятым после поездки, поэтому у соседа было немного времени, чтобы успеть воплотить задуманное.       Выйдя из ванной комнаты, Моро не мог поверить глазам: Нил успел немного украсить комнату, надуть шарики и надеть всем присутствующим праздничные колпаки. Народу было немного, но здесь присутствовали все те, кто их поддерживал и с кем были хорошие отношения. Друг стоял впереди всех с тортом в руках, зажжёнными свечками и маленьким фейерверком в середине. По знаку парня все начали негромко петь «Happy Birthday to you», а сам Нил запел на французском. Жан и забыл, что у него сегодня день рождение… С сегодняшнего дня он совершеннолетний. И… многие пришли его поздравить!       — Задувай скорее свечки, именинник, пока весь воск не растаял на торт, — по-доброму поторопил его Нил.       Задумавшись всего на пару секунд над желанием, Моро задул свечи, и все захлопали, поздравляя уже громче.       Все, кто пришел, подготовили небольшие подарки: кто-то книги, кто-то сладости; были и такие, кто подарил мягкие игрушки, что вызвало удивление и радость на лице француза. Атмосфера была приятной и светлой: они принесли чайник и чашки; попили чай с тортиком, который, как оказалось, испекли девушки, а Нил помог украсить. Шоколадный торт с заменителем сахара и вишней зашел многим; повезло, что ни у кого не было аллергии. Поговорив до тех пор, пока многие не начали клевать носом, все разошлись, забрав остатки торта, чтобы поставить в холодильник.       Жану было очень приятно, что часть команды, несмотря на свою усталость, нашла в себе силы прийти и поздравить его. В такой день его окружили не то что бы близкие люди, но точно не безразличные. Он знал, что Нил бы не заставил никого устраивать ему праздник, но в личности организатора сомнений не было.       Сам рыжик стоял и смотрел на улыбающегося брата. Вернувшись в Эвермор после ситуации с Лисами, парень не мог избавиться от чувства беспокойства за состояние друга. Что будет, если Жан не выдержит? Что случится, если Нил не успеет вернуться до непоправимого? Он очень боялся за него: сломавшись, Моро не захочет больше жить и, пока нападающего не будет рядом, возьмет, например, сбросится с крыши. Нил не мог допустить такого исхода: Жан — его семья, которую он пообещал защищать. Джостен — не Кевин Дэй, который не смог сдержать обещания вытащить третий номер из Гнезда.       «Не запаривайся так, сбережем. И наш подарок даст ему толчок не сдаваться и жить дальше!»       — С днем рождения, baguette! — Нил заключил его в объятия.       — Спасибо за поздравление. Праздник мог бы и помасштабней устроить! — Жан шутил, а это было хорошим знаком.       — В следующий раз буду иметь в виду… Только сразу сообщи что хочешь, а то я со своими мыслями по обустройству цирка для тебя все мозги себе выел.       Моро засмеялся:       — Спасибо…       Не понятно за что именно тот его благодарит: за поддержку, за заботу и внимание, за простое нахождение рядом? Парню было всё равно: ничего не имело значения, пока они оба в порядке и здоровы.       — Давай ложиться. Свой подарок получишь днем, — уже залез под одеяло рыжик.       — Надеюсь, это что-то стоящее больших денег.       — Будь в этом уверен, данный подарок стоит очень дорого, — напоследок сказал парень, и в помещении повисла тишина.       

***

      Утренняя тренировка прошла без эксцессов. Проблемы вообще стали возникать крайне редко, и не понятно кто этому способствовал: Нил, Рико или это влияние обоих. Проходя мимо напарников, некоторые улыбались им глазами и поздравляли шепотом по новой. Старшие вели себя смирно, даже не обращали внимание на их присутствие. Видимо демонстрация на одном из них произвела должное впечатление. Рико всё также был молчалив, только раздавал указания во время пробной игры и отработки пассов. Аллен постепенно, но в хорошем темпе, делала успехи. Было видно, что тренировки даются ей нелегко, но она вкладывала всю себя и делала всё необходимое через «не могу», показывая стойкость характера и силу воли. Нил лично следил за отработкой ее пасов и делал заметки. Скоро она сможет перейти на следующий этап… Он был доволен ею как ученицей.       После утренних занятий у Жана и Нила больше ничего не было. Рыжик перехватил друга после последней пары и сказал, что им нужно съездить в одно место и возражения с вопросами не принимаются, никто ему ничего не расскажет. Моро сопротивлялся, однако, что он мог противопоставить соседу, который настойчиво утверждал, что он обязан поехать? Пришлось соглашаться и, быстро собравшись, уже идти к выходу.       Неизвестно как, но Рико не покидало чувство, что что-то намечается. Предчувствие заставило его стоять недалеко от коридора, ведущего наружу, словно в засаде.       — Веснински! Моро! Вы куда собрались? Не помню, что бы давал вам разрешения на выход, — без приветствия недовольно оповестил капитан.       — Мы ненадолго, — ответил Нил, пока Жан пытался принять факт того, что совсем забыл о Морияме. За последнее время он как-то расслабился и потерял бдительность со страхом перед капитаном. «Чертово влияние дьявола» — осадил себя француз.       Рико осмотрел обоих парней, одетых повседневно; вещей с собой у них не было. «Значит, сбегать не собираются» — сделал выводы Морияма.       — На сколько?       — Пару часов, — ответил всё тот же рыжик.       Японец задумался не меньше, чем на минуту, не отводя взгляд от напарников.       — Вечером зайдите ко мне, — и ушел, не дождавшись ответа или возражений.       Стоило спине капитана исчезнуть за поворотом, а им выйти наконец на улицу, как Жан отмер и начал пилить Нила.       — Ты совсем идиот?! Почему не предупредил Рико о своих планах?! Думаешь, вечером он по головке погладит и спокойно отпустит?! Дьявол тебя забрать, ты где все крохи мозгов растерял?! У меня… у меня… слов на тебя нет!       Моро злился, а значит начинал коверкать слова и картавить. Это было бы забавно, но Нил понимал глупость поступка, ведь теперь неизвестно что ожидает их вечером. Сам виноват, значит сам и будет расхлебывать…       — Мне жаль, — признался парень и жалостливо посмотрел на напарника.       — Поехали, сплошное моё разочарование…       Рыжик повел их к машине, но стоило подойти, как француз замер.       — Это чья машина?       — Мне дали в личное пользование — плюсы моей еще не начавшейся работы.       Так как машина мчала по трассе со скоростью 150-220 км/ч, то дорога заняла чуть больше получаса. Сейчас они ехали по лесной дороге, и француз всё меньше понимал куда именно. Совсем скоро стала заметна вывеска, весящая над въездом и сообщающая, что это детский дом «Цветы Жизни».       Много детей от 3 до 17 лет бегало по дворику близ учреждения, некоторые играли на площадке, кто-то выглядывал из окон. Несколько воспитательниц наблюдали за ними, стоя поодаль; следили, чтобы никто не поранился. Некоторые из них гуляли с еще совсем малышами в колясках.       Стоило им подъехать к основному зданию, как им навстречу вышла высокая дама в возрасте с пучком из волос, улыбающаяся, словно встречает долгожданных гостей.       — Мистер Веснински, я никак не ожидала, что Вы нас посетите настолько скоро. Ваш звонок был для меня настоящим сюрпризом. Следуйте за мной…       Парни последовали за женщиной и, если Нил понимал зачем они сюда приехали, то Жан нет. Встретили их радушно, и всё же… что потребовалось напарнику в доме сирот? Не хочет же он кого-то забрать? В груди скопилась горечь.       — Ох, она была так рада, что кто-то решил ее навестить. Сюда, прошу, я вас оставлю, не буду мешать, — легкий поклон и она начала отдаляться.       — Нат, объясни, зачем мы тут? — с печалью спросил парень.       — Я обещал тебе лучший подарок на день рождения. Открой дверь.       Жан сомневался. Что он мог там увидеть? Он не знал, но доверял другу, поэтому, повернув ручку и зайдя в комнату, в которой одиноко сидел один ребенок, в первые секунды не поверил своим глазам. Стоило девочке повернуться на звук скрипа дверных петель, как Моро упал на колени и просто смотрел перед собой. Девочка также выглядела растерянно, но, сделав пару шажков, спросила:       — Братик?..       Жан не сдержал слез, стоило услышать давно ушедший звук слов из их ночных разговоров.       — Это я, Элоди, — кое-как поднявшись и спотыкаясь на ходу, парень добрел до девочки и не спеша аккуратно, боясь, что стоит коснуться как всё развеется, обнял. — Я нашел тебя, сестренка.       Девочка вцепилась в брата и также горько заплакала. Они нашли друг друга… Жан боялся многого: кто-то может навредить его сестре; отец продаст ее чуть ли не в рабство, как и его; от голода малышка просто умрет. Тем не менее, она тут, живая и, как показалось парню, здоровая. Она поднабрала вес и стала выглядеть полной жизни.       Жан читал молитвы на французском: он благодарил всех, кого только мог, что сохранили ей жизнь. Парень посыпал лицо легкими поцелуями, всё еще не до конца веря в происходящее.       — Ты давно тут? С тобой всё хорошо? Ты не болеешь? Хорошо кушаешь? Тебя не обижают?       — Братик, всё хорошо, — ответила девочка. — Меня забрали от матери с отцом через несколько месяцев после тебя. Приезжали те страшные люди в черном, которые забрали и тебя.       «Члены клана» — понял парень.       — Они пообещали, что если я буду послушно себя вести, то попаду в хорошее место, где достаточно еды, и никто больше не будет меня бить. А еще они пообещали, что я смогу снова с тобой встретиться, — девочка тоже поцеловала брата. — Я честно вела себя послушно. Знаешь, в приюте оказалось даже лучше, чем дома: нас вкусно кормят, хорошо одевают, лечат, если заболеем, с нами играют и много чего еще делают. Ребята все очень добрые! Их тоже забрали люди в черном.       «Это приют клана, где растут все дети должников» — Жан был шокирован, но рад, что у его любимой сестренки всё хорошо.       Находясь в объятиях друг друга в молчании, девочка решила нарушить идиллию.       — Ты приехал забрать меня? — с надеждой спросила Элоди.       Неожиданно он вспомнил, что приехал не один. Нил сидел на ближайшей к ним кровати и молча наблюдал. Стоило и малышке на него посмотреть, как он улыбнулся.       — Прости, пока братик не сможет тебя забрать, но он обязательно будет тебе звонить и приезжать. Верно же, Жан?       — Конечно буду. У вас тут телефоны есть?       — Нет… Они только у воспитательниц.       — Тогда мы сделаем так, — Нил поднялся, подошел и присел, чтобы посмотреть в ее, такие же как у брата, серые глазки. — Я могу помочь тебе, но ты должна кое-что пообещать.       Последнее предложение Нил прошептал, словно это был какой-то секрет.       — Что именно обещать? — девочка тоже начала говорить тихо.       «А она рассудительная» — Нилу уже нравилась сестра друга.       — Я могу одолжить тебе свой старый телефон, чтобы созваниваться с Жаном, но никто из детей не должен его найти или заметить тебя с ним. Справишься?       Девочка задумалась. Стоит детям увидеть источник связи, так они могут устроить диверсию и отобрать телефон, навредив ей.       — Смогу, — твердо заверила Элоди. — У меня есть тайное место, о котором никто не знает.       — Тогда держи, малышка, — парень потянул старенький, но рабочий телефон. — А это тебе подарок. Поделись с друзьями, тут на всех хватит, — Нил протянул ей пакет со сладостями, поднялся и посмотрел на брата. — Нам пора, поэтому поторопись. У вас есть пара минут, я буду за дверью.       Нил, как и сказал, вышел, а девочка обратилась к Жану:       — Жан, а кто он? Воспитательница сегодня предупредила о приезде какого-то «мистера» и очень хорошо отзывалась о нем. Это он и есть? Он тоже один из «черных»?       — В какой-то мере, милая. Он мой самый близкий друг; мы вместе живем и играем в экси. Если задуматься, то я даже обязан ему жизнью, — на этих словах на лице девочки отразилось удивление. — Натаниэль многое для меня сделал, но да, он работает с «черными». Нат не такой, как они: по большей части добрый и мягкий, однако имеет стальной характер. Мне кажется, вы еще успеете познакомиться друг с другом поближе. Он не причинит вреда ни тебе, ни мне.       Девочка задумалась…       — Передай ему спасибо, — Жан не до конца понял просьбу сестры. — Получается, благодаря ему мы снова встретились, да?       — Ты права, обязательно передам. Нам и правда пора, — на прощание Жан крепко-крепко обнял девочку. — Я люблю тебя, mon petite étoile. Подожди еще немного, я заберу тебя отсюда.       — Отвечай на мои сообщения, — на глазки малышки снова начали наворачиваться слезы. Она не хотела прощаться.       — Конечно, милая. До встречи!       

***

             — Ты в порядке?       Назад они ехали спокойнее: Нил не гнал, они наслаждались осенними пейзажами. Напарник молчал всё время стоило ему выйти из комнаты младшей сестры, и, если сначала парень думал, что тому просто нужно время на осознание ситуации, то полчаса молчания заставляли начать переживать.       — Как?       — Что? — не понял вопроса нападающий.       — Как ты ее нашел?       — Я знал, что лучшее, что я могу сделать — это найти единственного тебе родного человека. Розочка помогла с этой задачей.       Жан продолжал смотреть на свои ноги; Нил всё больше начинал переживать, что сделал что-то не так.       — Спасибо, — неожиданно раздалось от соседа. — Спасибо, что вернул мне Элоди. Ты… не представляешь, что сделал для меня. Я… даже слов… не могу найти, — сидящий за рулем Нил увидел, как вздрагивает его друг.       Жан подавлял слезы радости, облегчения и благодарности. Демон исполнил его заветное желание. Тем ли богам он молился всё это время? Похоже, что нет…       — Я сделаю для тебя многое, Жан, — признался парень, говоря чистую правду, — и ты знаешь это.       — Ты уже сделал слишком многое. Даже не знаю, чем могу тебе отплатить.       — Ты разве забыл? — напомнил напарнику парень. — Я же обещал тебе лучший подарок. С днем рождения, mon ami, пускай теперь всё происходящее в твоей жизни будет приносить только радость и счастье! Со мной ты можешь забыть о грусти и печали. Пока мы вместе, никто больше нас не обидит: ни физически, ни морально. Я всегда буду на твоей стороне и хочу, чтобы ты поступил также. Многие мои решения будут непонятны тебе, но всё это я буду делать ради нашего будущего и для самого себя. Не дам больше никому собой помыкать! Раз Ичиро сделал меня своей правой рукой, то и с моим мнением должен считаться.       Жан внимательно слушал, а потом без крохи сомнений произнес:       — Обещаю, что никогда не усомнюсь в тебе, буду на твоей стороне и помогу достичь положительного результата твоих планов. Я смело могу назвать тебя своей семьей, и так будет несмотря ни на что!       Нил мягко сжал ладонь «брата», а тот переплел их пальцы. Это было их обещанием друг другу…