Детективное агентство "Анна и её духи". Второе дело.

Поль Мартен с удовольствием смотрел на Штольмана. Помощник префекта всегда думал, что семейная жизнь не для него. У него слишком нервная, трудоёмкая и отнимающее все время работа. Какая женщина согласится ждать его каждый день допоздна, а то и вовсе к утру? У него и на неё-то времени хватать не будет, а если еще и дети пойдут! Нет, это всё пустое! Да и не встречал он никогда женщины, которая смогла бы так жить. Его дамы были красивыми, умными, точно знающими, что они хотят и берущими это от жизни. Поль целиком в их планы не входил, что его полностью устраивало. Однако, глядя на своего приятеля, помощник префекта Парижа впервые осознал, что его взгляд на мир однобок и не позволяет ему видеть дальше своего носа. Штольман был потрясающим человеком. Поль был счастлив назвать его своим другом, давнишним, верным, семейным даже, учитывая связь между их родителями. Мартен переживал, что жизнь к нему не очень ласкова. Четыре года назад, когда еще был жив его отец, тесно работающий по дипломатической линии с Российской империей, он однажды мрачно сказал Полю, что Яков попал в переплёт. Что его ждёт — неизвестно, но пока положение аховое. Долгое время никаких сведений было не получить, после умер отец, и первую весточку от друга помощник префекта получил только год назад. Штольман не писал ни о каких подробностях, но тон самого письма поразил Поля в самое сердце. С Яковом было неладно. Целый год они переписывались, и Мартен мог сказать, что ситуация немного улучшилась. После письма и вовсе прекратились, из чего Поль сделал вывод, что случилось что-то совсем из ряда вон выходящее. Два месяца назад он получил от Штольмана пространное послание, в котором тот кратко обрисовал ситуацию, говорил, что женился и что им с женой необходимо переехать. Просил совета, возможно ли будет устроиться в Париже, что для этого было нужно и прочее. Поль обрадовался. Яков был невероятным профессионалом своего дела, и иметь такого человека здесь было бы настоящей удачей. Он никогда не отказывал властям в помощи, если таковая требовалась. Мартен немедленно доложил Луи Лепину, и тот, помня роль Штольмана в практически моментальном возвращении украденных драгоценностей короны и, напротив, в выматывающей многомесячной гонке за двумя коварными мошенниками, действующими на территории всей Европы, немедленно дал добро на оформление всех нужных документов. И вот — теперь Штольман здесь. Не один, а с женой. Поль не знал, кого выберет в супруги его друг, но он не ожидал увидеть такое…чудо. Красивая, очень улыбчивая, молодая — гораздо моложе их с Яковом, на целую жизнь — женщина, которая так смотрит на мужа, что сразу видно, что никто другой ей не нужен. Даже не так. Никто другой даже не попадает в её поле зрения. Она не казалась наивной, в её взгляде иногда проскальзывало что-то такое, от чего Полю становилось не по себе. Он был её гораздо старше, но так — будто ты знаешь цену этой жизни — он смотреть не умел. Штольман около неё изменился. За две недели в Париже перемена вышла разительная. В первый день к нему пришел усталый человек средних лет, на котором лежал груз проблем, а сейчас в кабинет бодро вошёл улыбающийся мужчина в полном расцвете сил, довольный своей жизнью. Поль вдруг осознал, что он не понимал чего-то в жизни. Анна оказалась женщиной, которая не просто приняла Якова с его профессией и связанными с ней неудобствами, а сама решила в эту профессию влиться. Частные сыщики, муж и жена! Дела! Возможно, Мартен неверно судил о женщинах? Возможно, есть среди них те, кому важнее сам человек, а не его оболочка. Возможно, но он пока таких не встречал. Отчего-то ему стало вдруг тоскливо. Не то чтобы он не любил свою жизнь, но что-то в ней сегодня было не так. — Как жена? — спросил Поль, когда они с Яковом поздоровались и устроились в креслах у стола. Штольман улыбнулся. Эта улыбка напомнила Мартену его десятилетнего. Вот так дела! — Передаёт тебе привет и велела звать в гости! — ответил Яков. Поль уже был однажды у них дома. Ужин удался. Они ели в гостиной, а не в столовой, потому что столовая еще требовала доработки. Горел камин, было очень вкусно и уютно. Но самое главное — атмосфера. Тепло от поленьев не шло ни в какое сравнение с теплом душевным. Мартен хотел бы еще раз такое испытать. — С удовольствием, — ответил он, улыбаясь. — Ты просил меня приехать по делу, — сказал Яков, внимательно смотря на друга. — Да, — кивнул Поль. — Дело деликатное, и человек, которому требуется помощь, попросил о частном расследовании, без привлечения полиции. — Настолько я понимаю, это человек не совсем простой, — сказал Штольман. — И огласка ему не нужна именно по той причине, что он на виду. Поль усмехнулся. С Яковом и говорить иногда ничего не надо. — Да, это один из окружных советников от Народной демократической партии, Бенуа Буффар. Его прочат в сенаторы, поэтому любая тень на репутации может дорого ему выйти. Человек он неплохой, он не бездельник и действительно старается делать что-то полезное на своем месте. Штольман кивнул. — Какая у него проблема? — спросил он друга. — Бенуа Буффар давно женат, его жена отличная женщина. Занимается благотворительностью, общественными делами, пишет заметки в женский журнал. Словом, типичная жена политика, почти идеальная и без пороков. У них есть дочь, Югетта. С ней сложнее. Светская львица, заядлая театралка, дает деньги — отцовские, разумеется, — на новые постановки, но ни в каких крупных скандалах не была замечена. Так вот, два месяца назад из пышущей здоровьем, довольно пробивной девицы она превратилась в нервную истеричную особу, которая почти не выходит из дома. Необходимо разобраться, в чём дело, и помочь господину Буффару.