Разбуди меня, когда сентябрь кончится

— Как вода? — крикнул Чанбин, заставив Сынмина вздрогнуть — на дворе была уже поздняя ночь, когда они решили спуститься к маленькому бассейну, сделанному под горячий источник и находившемуся на веранде в распоряжении их двухэтажного номера. Остальные уже спали, пока они вдвоём работали над новой песней. — Горячо, — сидя на парапете с ногами в воде, тихо произнёс Сынмин, когда Чанбин уже вышел на веранду с большим полотенцем на шее. Чанбин аккуратно сел в майке и боксерах за его спиной, обнимая мощными бёдрами и слегка толкая его сесть ближе к краю. Он тоже опустил в воду сначала лодыжки, привыкая к температуре, после чего дополз и голенями. — Хён, мы же не одни, — почувствовав настойчивую ладонь, оглаживающую живот под футболкой и время от времени пробирающуюся под резинку шорт, зарделся Сынмин, стараясь уйти от очевидной ласки, но некуда — впереди вода. — И поэтому ты не надел бельё, да? — горячо прошептал Чанбин, касаясь губами чувствительной кожи за ухом и обхватывая в кольцо его член под головкой. От таких манипуляций возбуждение только росло, хотя Сынмин продолжал пытаться уйти от рук Чанбина, в конечном итоге соскальзывая полностью в воду. — Все спят, Сынмин-а, до нас никому и дела нет. — И Чани-хён? — спросил Сынмин, оборачиваясь к нему лицом и смотря сверху вниз. Воды в небольшом бассейне немного — чуть выше середины бедра с их стороны; с другой глубже — уже до шеи. — И Чани-хён, — подтвердил Чанбин, улыбаясь, когда Сынмин обнял его за плечи, подойдя максимально близко. — Секс в воде — плохая идея, Сынмини, — уловив его настрой, произнёс тихо Чанбин. Сынмин вытащил из кармана иже наполовину промокших шорт маленький тюбик и потряс перед его лицом, держа за кончик. — А если я сделал выводы с прошлого раза в душе и купил другую смазку? — закусил он губу, расплываясь в улыбке. — Но ведь все стены стеклянные, кто-нибудь… — Кто, хён? Ты же сказал, все спят. И мы будем под водой. Никто ничего не увидит. У того бортика так точно. — Ты меня убиваешь. — Ты первый полез руками не туда, — напомнил Сынмин, стаскивая его в воду. — Так что иди ко мне, если действительно не хочешь светить достоинством перед всеми, кто может случайно выйти сюда. — Бесёныш, — прошептал ему на ухо Чанбин, опустившись в воду и обняв, прежде чем оттолкнуться от дна и доплыть вместе с ним на плечах до другого борта, который был ближе всего к их номеру, откуда было бы видно только их головы и плечи. Если, конечно же, кто-то из ребят проснётся. — Что, если эта смазка тоже не подойдёт? — Просто пойдём спать, — пожал плечами Сынмин. Всё ещё обхватывая Чанбина за шею и чувствуя, как тот гладил его задницу под шортами, изредка проникая во впадинку между ягодицами и медленно проходя всё дальше и дальше, чтобы в конечном итоге достичь входа. — Я тебя просто так никуда не отпущу, ты же знаешь, — пообещал Чанбин, забирая у него смазку и выдавливая на пальцы густой и вязкий гель. Слегка размазал между пальцами и опустил руку в воду, когда Сынмин стянул с себя шорты. — Знаю, поэтому, давай всё получится сразу, м? — предложил Сынмин с уверенностью в силах Чанбина. Хотелось, чтобы получилось. По крайней мере, не зря он себя заранее растянул, чтобы не тратить на это ни время, ни смазку. К тому же из-за пара дышать было очень тяжело. Чанбин толкнулся головкой легко, придерживая Сынмина под бёдра одной рукой, а второй упираясь в бортик. — Кажется, сработало? — тихо спросил Сынмин, когда Чанбин заполнил его целиком и потянулся за поцелуем. — Рано радуешься, я же только вошёл. Так что молись, чтобы она от трения не вымылась, — усмехнулся Чанбин и сделал пробный толчок. — А можно я не буду молиться? Просто хочу насладиться новыми ощущениями, — ответил Сынмин и наконец поцеловал Чанбина, чувствуя внутри приятное трение. Ощущения отличались. Были немного слабее, чем при обычном сексе, но Чанбин выходил и входил значительно тяжелее, чем с обычной смазкой на водной основе — эта за счёт вязкости увеличивала сцепление и не давала двигаться свободно и быстро, да и вода делала то же самое. Воздуха не хватало. Особенно после поцелуев, когда дышишь горячим паром и стараешься сохранять самообладание. У Сынмина плохо получалось и то, и другое. Он дышал через раз и чувствовал, как горячо ему внутри, как медленно он закипел, словно чайник, поставленный на плиту. Каждый вдох давался ему с боем, и он цеплялся за плечи такого же обезумевшего от высоких температур Чанбина. Дышал с ним одним на двоих воздухом, слыша в тишине, как плеск воды разбивается вместе с их дыханием о борта маленького бассейна. Чанбин не дал ему отстраниться, почувствовав, как Сынмин сильно сжал его внутри, приближаясь к оргазму. Вместо этого оттолкнулся от борта, чтобы доплыть до минимальной глубины и поднял его из воды, наваливаясь своим телом и толкаясь так сильно, как было возможно. Сынмин едва успел сделать полной грудью вдох снова оказавшись в ситуации, когда слишком тяжело было дышать. Теперь из-за Чанбина. Лежать на деревянном полу было не особенно-то удобно, но задумался об этом Чанбин, лежавший на нём, совсем не сразу. — Прости, — усмехнулся он и, выйдя из него, скатился на бок. — Определённо эта смазка лучше. — Реакция у тебя конечно… — отдышавшись, прикрыл глаза Сынмин. — Да, единственный минус секса в общем бассейне — это либо ты объясняешь остальным наличие в нём спермы, либо весь процесс держишь голову холодной. Так что сомнительное удовольствие… — А ещё трусы с шортами вылавливать, — поднял палец вверх Сынмин, напоминая, что где-то там ещё плавают их шмотки. — Это уже два минуса, — хохотнул Чанбин, обнимая его за пояс и притягивая, чтобы поцеловать. — Но что не сделаешь ради такого чертёнка, как ты.