Плохой Санта

Робертс не стал отговаривать Малдера, на деле он даже постарался получше снарядить его: выделил служебный внедорожник на шипованной резине и всучил рацию дальнего радиуса действия. Пожелал удачи и пообещал прийти на выручку, как только того позволят погодные условия. Путь был нелегким. До окраины, где заканчивались плотно застроенные улицы и начинался пригород с разбросанными по территории фермами, при обычных условиях дорога заняла бы не более двадцати минут, теперь же Малдер продирался сквозь пургу и метель целый час. Видимость была нулевая — дальше капота лишь серое марево вихрем кружащего снега. Не видно ни обочин дороги, ни попутного, ни встречного транспорта — оставалось надеяться, что другие автомобилисты оказались благоразумны и остались дома. Ехать по загородным дорогам оказалось еще труднее: ни фонарей, ни зданий по бокам в качестве ориентиров. Лишь загребая передним бампером снег с обочины, Малдер мог догадаться, что съехал на край трассы. Машина ползла со скоростью черепахи, а стрелки часов словно нарочно стремительно мчались вперед. Малдера не отпускало недоброе предчувствие. По прогнозам сегодня обещали самую холодную ночь в этом году: температура опустится до минус пятнадцати градусов. Датчик на приборной панели уже показывал одиннадцать градусов ниже ноля за бортом автомобиля. Мэттью уже раз отступил от своего графика, похитив Скалли раньше на три дня. Что помешает ему сделать это снова? Снова отступить от привычного modus operandi и убить ее сегодня, когда сама погода будто бы благоволит ему? Теряя терпение, Малдер жал на газ. Он не мог снова подвести свою напарницу. Он просто не простит себе, если снова опоздает на какие-то пятнадцать минут. Что если она там сейчас замерзает, а он плетется тут еле-еле? Но задевая сугробы по обочинам, он снова был вынужден сбавлять скорость, чтобы машину не развернуло. Таким образом он проехал еще минут сорок, когда на очередном разгоне ему так не вовремя подвернулся небольшой изгиб дороги. Не успев затормозить, Малдер влетел в сугроб. Несмотря на то, что скорость была весьма небольшая, его довольно сильно тряхнуло и приложило головой об руль так, будто он въехал в бетонную стену. Переносица ныла, в голове звенело, а в глазах двоилось. Пытаясь проморгаться, Малдер уставился перед собой, на какой-то миг теряя связь с реальностью. Гипнотизирующий хоровод снежинок на фоне черного небытия дарил ощущение умиротворяющего спокойствия и безмятежности, побуждая отдаться пантеистическому чувству своего единства с космосом. Однако въедливая тревога и растущая озабоченность развеяли пелену созерцательной отрешенности, проясняя голову. Окончательно придя в себя, Малдер попробовал дать задний ход, но машина прочно засела в снегу. Не оставалось ничего другого, кроме как идти пешком. Судя по показаниям одометра, он проехал необходимый до места назначения километраж, ферма должна быть где-то неподалеку. Водительская дверь не поддавалась, упираясь в сугроб. Малдер перебрался на пассажирское сидение, достал укатившуюся под лобовое стекло рацию, накинул капюшон и вышел наружу. Ветер завывал, швырял горсти снега в лицо и норовил сбить с ног непослушного путника, осмелившегося бросить вызов разгневанной стихии. Но Малдер упорно шел вперед по заснеженной трассе, добрался до нужного поворота на проселочную дорогу и, утопая по колено в снегу, поспешил в сторону перелеска, за которым, по его предположениям, скрывалась ферма. Среди деревьев было тише, они самоотверженно брали весь удар бури на себя, заботливо укрывая заплутавшего скитальца своими кривыми голыми культями. У края рощицы Малдер остановился и осмотрелся: поляна была достаточно протяженной, в такую погоду конца ее видно не было, лишь поблескивающий вдали шпиль церквушки, однако в ширину она не выдавалась и упиралась в стену леса по обеим сторонам, который и защищал ее от ветра. Мело здесь значительно меньше. В самом начале луговины слева стоял приземистый дощатый домик, в окнах горел свет. Справа от него стоял высокий амбар, а чуть поодаль небольшой сарайчик. Малдер намеревался прокрасться к дому и заглянуть в окно для оценки ситуации, как вдруг заметил движение справа. Из сарая вышла темная фигура, по походке больше похожая на мужскую, и, поплотнее заперев дверь, направилась в сторону дома. Небольшими перебежками: от дерева к дереву, от куста к трактору, от трактора вдоль заборчика Малдер подобрался к сараю. Еще раз взглянув в сторону дома и убедившись, что никто сюда не идет, он открыл дверь и прошмыгнул в темное помещение. Внутри было тихо, пахло хвоей и сеном. Достав из кармана фонарик, Малдер едва успел его включить, как луч света тут же выхватил из мрака сжавшийся в комочек силуэт: полуобнаженная женская фигура, подтянув ноги к груди и сотрясаясь крупной дрожью, льнула боком к деревянному столбу-опоре по центру сарая. — Скалли! — Малдер бросился к напарнице, на ходу расстегивая куртку, шустро скинул ее с себя и укрыл Дану. Обхватил ладонями ее ледяное лицо, снова позвал, и лишь тогда она приоткрыла глаза и, борясь с дрожащей челюстью, посиневшими губами прошептала: «Малдер». Он хотел помочь ей встать, но заметил, что ее обхватывающие столб руки сцеплены наручниками. Выудив из заднего кармана ключ, он расстегнул оковы и помог Скалли просунуть руки в рукава куртки. Застегнул молнию, затянул капюшон и усадил напарницу в углу сарая на кучу еловых веток. — Жди здесь. Я скоро вернусь, — проговорил он, глядя в ее полузакрытые глаза и надеясь, что она в состоянии его понять. Затем встал, достал пистолет из кобуры, снял его с предохранителя и вышел на улицу.