Чертёнок, что подарил мне рай

Антон проснулся поздно, солнечные лучи, отражаясь от чистейшего, что было очень странно для Петербурга, белого снега, заливали комнату светом, от которого резало глаза даже во сне. Нехотя парень вылез из-под одеяла и уже хотел было завалиться обратно, но его взгляд упал на руку, заставляя вспомнить вчерашний день. Эмоции были смешанные. С одной стороны, Шастуну нравилось, что Арсений оказывает ему такие знаки внимания. Это же можно назвать взаимностью? Не послал, и ладно. Поцеловал - вообще шикардос. Но с другой стороны в голову Антона полезли сомнения, мысли, жужжащие и сливающиеся в одно "ненормально". Отношения взрослого мужчины и шестнадцатилетнего подростка выглядят как минимум странно. Или нет никаких отношений вовсе? Было бы неплохо сначала разобраться в том, что думает по этому поводу он сам, но Антон решил, что Попов старше, мудрее и так далее и тому подобное. И именно поэтому через пять минут стоял в дверном проёме, боясь зайти на кухню и начать разговор на интересующую его тему. Словно чувствуя присутствие парня, Арсений, не отрываясь от приготовления завтрака, указал кивком головы на место за столом: - Заходи уже. Долго стоять там будешь? - Нет. Я иду. Иду... - Куда идёшь? - Сюда,- выдохнул юноша, пересекая границы кухни. - Антон, все хорошо? - Да. Нет. Не знаю. Наверное. Арсений повернулся к нему и заглянул в глаза. Он изучающе осмотрел лицо Шастуна, пытаясь найти причину его странного поведения. На мгновение брови Антона подлетели вверх. И тут же он ткнул пальцем за спину учителя, подошедшего к нему. - Арс! У тебя молоко убегает! - Сука... Ненавижу каши. - А зачем тогда готовишь? - Потому что они вкусные. - А у вас, Арсений Сергеич, биполярочка. - А у тебя, Антон, синдром скрывания чего-то от меня. Говори, что тебе от меня надо. Ну? - Баранки гну. Когда согну - дам одну. - Не люблю баранки. Как вообще сухой круглый хлеб с дыркой посередине можно любить? - Точно так же, как и тощую двухметровую шпалу с оттопыренными ушами. Дай баранкам шанс,- совершенно ни на кого не намекая, сказал Сережа, появившийся на кухне. - Между прочим, тощие шпалы - крайне привлекательные существа. И они в тысячи раз лучше любых баранок,- Попов улыбнулся и посмотрел на подростка. Антон молча хлопал глазами, переводя взгляд с мужчины на мужчину. Как только до него дошло, о чем, или вернее, о ком, они разговаривают, щеки порозовели от румянца, проступившего на них. Шастун всем сердцем ненавидел две особенности его организма: вечно мокрые ладони и краснеющее по поводу и без повода лицо, особенно щеки. На этот раз повод был, но легче не стало. - Тебе жарко что-ли?- обратил внимание на лицо юноши Сережа. - Да. Тут от плиты очень ... душно. Да. Душно. - Это всё хорошо,- начал Арс,- но ты мне скажешь уже, что тебе от меня надо? - Это личное. - Ладно, раз я вам мешаю... Воркуйте, голубки,- наигранно обиженно воскликнул Серёжа, вздыхая через слово, и ушел на балкон. - Ну? - Арс, я спросить хотел... А мы ну... это... как? Типо любовь-морковь и все дела? Или типо нет, и я сейчас облажался? А вообще забудь это и не вспоминай больше никогда. Спасибо, до свидания, я пошел. Я, наверное, к Макару пойду... Все, извините! Выпалив свою речь, Антон развернулся, дабы сбежать и сгореть со стыда где-нибудь в другом месте, но далеко уйти у него не получилось - Арсений поймал его за предплечье и, выключив по дороге уже сварившуюся кашу, притянул к себе и заключил в объятия. - Куда ты собрался? - прошептал мужчина куда-то в скулу парня. - Куда-нибудь. - Давай ты подождёшь моего ответа, а потом решишь, сбегать или остаться. Шастун кивнул, и выбрался из кольца рук географа. - У тебя каша так остынет. - Ладно,- он положил овсянку в тарелки и, сев за стол, продолжил,- ты спрашивал, что между нами?- мужчина получил кивок в ответ,- хорошо. Я не могу решить это один, здесь нужно учитывать мнение нас обоих. Я могу сказать лишь то, что ты мне действительно нравишься. Очень нравишься, Антон. Зацепил меня чем-то с самой нашей первой встречи и не отпускаешь, все сильнее утягиваешь за собой. - Ого... Говоришь так, будто я тащу тебя на социальное дно,- усмехнулся парень. - Нет. Нет, конечно нет. Извини, я учитель географии, а не русского... А ты? - Я? Я не учитель. - Я не об этом. Что ты чувствуешь ко мне? Подросток подавился кашей, которую случайно проглотил, не прожевав. Конечно, стоило ожидать такого вопроса, да и Антону казалось, что он был к нему готов, но, как оказалось, не готов... - Ну... я... ты... Ну... нравишься мне. Как ты пахнешь нравится, как ты что-то делаешь. Мне нравится, когда ты аккуратно причесанный, красиво одетый в школе, немного растрёпанный в растянутой одежде дома, даже когда ты злой и уставший забирал меня из больницы, ты был безумно красивым и тоже мне нравился. В общем... ты нравишься мне... весь. Боже... Как это тупо... - Ничего не тупо. Очень даже мило. Тогда мы могли бы... Встречаться? - Не знаю. Тебе это надо вообще? - Надо. - И то, что я мелкий пиздюк, тебя не смущает? - Смущает, но с этим фактом я смирюсь. - Я не знаю. Давай я тебе вечером скажу, ладно? - Хорошо. В неловком молчании завтрак был всё-таки съеден, и Антон с чистой совестью удалился в комнату, дабы начать прямо сейчас думать над ответом, которого ждёт от него Арсений. Сейчас парень абсолютно не понимал, что он должен делать. Он снова возвращается к своим утренним мыслям, которые до сих пор эхом гуляют по голове. Чувство неправильности не отпускает Шастуна. И не только его... Арсений испытывает "мильон терзаний", как он сам любит говорить, сравнивая себя с героем комедии "Горе от ума". На самом деле, с Чацким у мужчины практически нет ничего общего, и ему, скорее, просто нравится, как это звучит. Попов утопал в сомнениях. Начиная от разницы в возрасте, заканчивая несовместимостью их знаков зодиака. С настолько ярко выраженным идиотизмом не смог бы справиться даже Сережа, который наконец смог вернуться на кухню и поесть. На самом деле, у него были все основания для того, чтобы волноваться и сомневаться. Он боялся, что снова сорвётся, не сможет остановиться... *** - Здравствуйте, Арсений Сергеевич,- в класс вошёл одиннадцатиклассник с небольшой пачкой бумаги, Денис Выхин, собственной персоной,- Вот здесь три доклада. Про машиностроение, Дальний Восток и Сибирь. - Хорошо. Сейчас проверю, подожди, пожалуйста. - А вы можете проверить побыстрее? У меня тренировка. Я спешу. - Тройка в триместре по географии в твоих интересах. Подождешь. - Ну Арс... - Я просил не называть меня так в школе! Мужчина стукнул кулаком по столу, шумно выдохнув через рот. Этот мальчишка уже давно трепал ему нервы. И дома, и в школе, и вообще везде, где находился Арсений. Они встречались. Попов допустил эту, одну из самых серьезных в своей жизни, ошибку. Поначалу все было прекрасно. Переглядки на уроках, прикосновения невзначай, ночные переписки, потом объятия вместо простых сдержанных приветствий... Переломным моментом стали интимные фотографии, отправленные учителю подростком. Или, скорее, осознание Арсением того, что он дрочит на эти фотографии уже около недели. Неловкий поцелуй где-то в подсобке, предложение встречаться и съехаться. Спустя полтора месяца отношений, Арсения начало бесить всё в Денисе: неряшливость, неорганизованность, чрезмерная энергичность, то как громко он разговаривает, дышит, ходит,- всё. И сейчас он его тоже бесил. В этом кабинете Попов главный, и он не позволит подобных вольностей, несмотря на особую связь между ним и учеником. Хотя, надо сказать, что и в их отношениях его слова и действия всегда были на первом месте. - Ну Арсюш, ты чего? - напрасно стараясь расположить к себе географа, Денис провел рукой по спине учителя, забравшись под его свитер,- мы же так близки... Мужчина резко развернулся, схватив Выхина за запястье. Он не был вспыльчивым или агрессивным, нет, по крайней мере так думал сам Арсений. Этот подросток просто его довел. Если бы они были в мультике, над Поповым загорелась бы лампочка. В его голове возникла идея, показавшаяся географу в тот момент поистине гениальной, о сожалении после, конечно же, он не подумал. - А сейчас станем ещё ближе,- глаза Арсения подозрительно недобро блестнули, и он расплылся в улыбке, больше напоминающей хищный оскал. - А ч-ч-что ты... вы хотите сделать? - Денис начал пятиться назад, но крепкая хватка учителя не позволила ему отдалиться. - Да я думаю, надо показать тебе, как ты меня бесишь. Насколько сильно я заебался находиться рядом с тобой постоянно, видеть тебя, как ты меня достал! - Давайте просто расстанемся тогда? - Нет. Это слишком скучно. Арсений резким движением переместил Дениса к столу, и положил на столешницу, толкнув его в спину. Джинсы парня тут же были спущены до колен вместе с трусами. Не успев толком осознать, что происходит, Денис вскрикнул от резкой боли. На правую ягодицу обрушился удар кожаным ремнем, секунду назад удерживающего брюки географа, которые и без него прекрасно себя чувствовали. За первым ударом последовало ещё несколько. Казалось, Арсений распаляется все сильнее, и если вначале он сдерживался, то сейчас он нещадно лупит по нежной коже и, похоже, получает удовольствие. Перестает он только когда видит, что покраснения сменились кровоподтеками, а голос Дениса охрип от криков. - Что же ты? Я видел какое порно ты смотришь, тебе что, не понравилось? - приторно сладким голосом шептал Арсений, наклонившись к уху подростка. - Пошли вы к чёрту! - одиннадцатиклассник начал подниматься, но сильная рука тут же припечатала его обратно к столу. - Куда собрался!? Мы не закончили. Решив, что, если смириться, попытаться отключиться, будет не так отвратительно, Денис опустил голову на сложенные перед собой руки и прикрыл глаза. В тишине, воцарившейся на секунду в кабинете, он услышал звук расстегивающейся молнии. Он боялся, что это была ширинка учителя, но повернуться и посмотреть боялся ещё больше. И правильно делал... Вскоре, направляемый рукой Арсения, его член пристроился к входу Дениса. Одним резким движением он вошёл на половину в подростка, выбив из того хриплый крик. Не жалея парня, он продолжал двигаться в нем, добавляя длину. Из-за отсутствия смазки и растяжки, это было сложно, и невыносимо больно для Выхина. Он кричал, не пытаясь сдерживаться, слезы рекой текли из его глаз, и это заставляло географа двигаться реще, буквально вдалбливаться в подростка. Кончив, Арсений оставил парня в том же положении и вышел из кабинета, у самой двери бросив: - Три я тебе поставлю, завтра забираешь вещи, мы расстаёмся. Не в силах что-либо сказать, Денис промычал что-то нечленораздельное, чего мужчина уже не слышал из-за громкого звука хлопнувшей двери. *** Нет. Нет, такого точно не повторится. Денис Арсения привлекал скорее физически, с ним хотелось заняться сексом, что они и делали после этапа держаний за ручки и робких поцелуев. Пока все не вышло из-под контроля... Антон же рождает в нем иные чувства. Его хочется обнимать, целовать и не отпускать от себя никогда в жизни, хочется ходить на банальные милые свидания и говорить часами о любви. Наверное, именно это чувство называется влюбленностью. От нахождения рядом с подростком его наполняет тепло и нежность, которыми хочется делиться со всем миром и кричать о том, кто виновник сих чувств. Он твердо решил - да! Он хочет быть вместе с Антоном, хочет иметь возможность целовать его, видеть его заспанное лицо по утрам после сна в одной кровати, сна не предполагающего секса, Арсению будет достаточно ощущения парня рядом, его размеренного дыхания и сопения в подушку. Глупо было бы идти на попятную, когда сам предложил встречаться, но сейчас мужчина был совершенно уверен в своих намерениях, и ни на секунду не собирался отступать. У Антона с принятием решения проблемы не решались, сомнения не рассеивались, страхи, от которых он, кажется, избавился в прошлом, возвращались. Осознав, что самостоятельно он ничего не решит, парень решил попросить помощи у друга. Антон: Здаров! Че как жизнь?

Илья:

Пойдет. У тебя как?

Антон: Норм. Макар, у меня к тебе вопрос

Илья:

Валяй

Антон: Как ты понимаешь, что можно начать встречаться с девушкой?

Илья:

Оооо братан, это больше твоя тема. У меня не так много девчонок было

Антон: Блять я хз, что делать...

Илья:

Расслабься

Антон: Вот он мне вроде нравится, а чего-то серьезного боюсь, хз почему. Просто так.

Илья:

Он!? Ты всё-таки педик!?!!!

"Антош, ну ты дурак!? Как ты мог так облажаться? Ну ладно, не критично. Но всё-таки ты идиот..." Антон: Да блять, одну букву пропустил, чё ты начинаешь сразу?

Илья:

Братан, я реально не могу помочь. Нравится - встречайся, если что, бросишь. Тебе не привыкать

Антон: Ладно, спасибо) Кажется, Антону не помогли... Похоже придется справляться самому. Мысли путались, в первый раз парню было так сложно, когда дело касалось отношений. Он рухнул лицом в подушку, закричав в неё же от ощущения полной безысходности. Ему бы сейчас волшебную палочку, или щуку с тремя желаниями, чтобы решить все проблемы. Но в дверях появился только Сережа Матвиенко, не обладающий суперсилами. - Чего ты тут? - Я в норме,- подросток все ещё утыкался лицом в подушку, и Сергей ничего не услышал. - Что ты бубнишь? Довел тебя Арс, да? - Угу. Ну, как бы нет,- продолжил Шастун, сев на кровати, и похлопал рядом с собой, приглашая мужчину сесть рядом,- в общем, он предложил встречаться. - Это же шикарно! - Я не знаю... Сережа шумно выдохнул, то ли от усталости, то ли от желания задушить парня. - Антон, ты дурак? - Это же очевидно. - Хорошо, ответь мне, пожалуйста, тебе Арсений нравится? - Наверное... Не знаю. Да. - Тебе с ним комфортно? - Да. - Ты чувствуешь себя в безопасности рядом с ним? - Угу. - Ты хочешь встречаться с ним? - Да, но... - Никаких "но"! - тут же перебил его Матвиенко,- иди и говори Арсу, что ты согласен. Нечего тянуть кота за яйца. - Ты так думаешь? - Да, я так думаю. Иди давай. Мужчина похлопал его по бедру, и Антон пошел в гостиную, где сейчас сидел Арсений. Парень присел на диван рядом с географом. Он не понимал, как начать, что сказать, и Арс не торопил его. Ему было важно, чтобы Антон сам пришел к своему решению, не чувствуя давления. Подросток придвинулся ближе к Арсению, и ещё, и ещё чуть-чуть... И вскоре они соприкоснулись коленками. Он простого ощущения того, что мужчина рядом, что он смотрит на него так тепло, что ещё чуть-чуть, и он расплавится, тугой клубок мыслей распутывается, остаётся одна ровная длинная ниточка, говорящая Антону о том, что он действительно готов сказать "да" Арсению, что это не стоит оспаривать, не стоит сомневаться. Шастун поворачивает голову назад, в сторону спальни, не надеясь никого там увидеть, но встречается взглядом с Серёжей, ободряюще кивающим ему. Парень почувствовал такую уверенность и ясность мыслей, какие не чувствовал уже очень давно, а может и никогда не чувствовал. Медлить было нельзя, это чувство могло рассеяться за секунду, чего не очень хотелось. Парень, боясь передумать, положил свою руку на руку Арсения, лежащую на его бедре, и сплел их пальцы. Сейчас он был готов на всё и ко всему. Сжав руку мужчины в своей, Антон посмотрел на географа и тихо, еле слышно, на выдохе прошептал: - Да, я согласен. Я согласен, и хочу встречаться с тобой. Арсений облегчённо выдохнул, и одарив парня лучезарной улыбкой, заключил его в объятья. Подросток устроился на его плече и почувствовал невесомый поцелуй на своей макушке.