Кайф

      Отца Антона выписали уже через пять дней после аварии. Врачи много раз гоняли бедного пациента по анализам и снимкам, но всё говорило о том, что организм восстанавливается быстрее, чем следовало. Божье чудо или нет, но Андрея не стали держать просто так и разрешили вернуться домой, порекомендовав первое время всё ещё придерживаться постельного режима. Анастасия круглые сутки суетилась возле мужа, готовила много полезной еды, постоянно поправляла подушку под головой и всячески окружала его заботой. Про Антона, конечно, никто не забыл, однако львиная доля внимания уделялась тому, кто в аварии пострадал больше. Подросток старался «выключить» в себе ревность и не вести себя, как ребёнок, но в глубине души немного обижался, что для своих родителей отошёл на второй план.       — Это временно, — сказал однажды Дима, когда с ним поделились беспокойством. — Твоего отца с того света буквально вытащили, чудо, что он жив. Вот твоя мама и переключилась на него. Дай ей время пережить всё это.       В словах Позова была правда, но легче от этого не стало. Усугублял положение ещё и Арсений, который если и приезжал к Антону, то большую часть времени молчал и вообще вёл себя слишком отстранённо. Все попытки разговорить его не давали результата — мужчина словно был в трансе. Он мог часами пялиться на подростка, не задавая никаких вопросов. Даже засыпая в тёплых объятиях вампира Шастун чувствовал пристальный взгляд. Однажды ночью он проснулся от легкой тяжести на груди. Первая мысль — домовой забрался к нему, чтобы придушить или напугать за разбросанные в углу носки. Но уже вскоре разум прояснился и до парня дошло, что на его груди покоится голова Попова.       — Оно так красиво звучит, — шёпотом произнес старший, видимо, поняв, что Антон уже не спит.       — Ты о чём?       — О твоём сердце. Я хочу, чтобы оно не прекращало биться.       Юноша слегка улыбнулся и запустил пальцы в мягкие волосы, чтобы погладить, но его руку перехватили и поднесли к губам. Поцелуй был таким нежным, будто рука была крылом бабочки, будто сам Шастун мог исчезнуть от одного неосторожного прикосновения.       — Арс…       — Антон, — не выпуская руку, вампир приподнялся на локте, чтобы посмотреть в глаза мальчишки, который сам в темноте был не таким зорким и ориентировался лишь на силуэт. — Я не смогу жить, если ты умрешь, понимаешь?       — Да я не собираюсь! — ответил юноша чуть громче, чем планировал, а после затих, как и Арсений, чей страх отчетливо чувствовался и душил их обоих. — Иди ко мне?       Помедлив, Попов всё-таки подполз ближе и был тут же схвачен в крепкие объятия. Это хоть и не сразу, но помогло успокоить вампира, потому как тот спустя несколько минут таких обнимашек немного расслабился. Лёжа в полной тишине и темноте, Шастун зевнул и позволил себе заснуть, до последнего ощущая ответные объятия своего парня.       На следующее утро Антон даже не удивился, когда проснулся один — такие вампирские фокусы его уже не шокируют и не обижают. Окно заботливо прикрыто, шторы задернуты, чтобы солнце не слепило с самого утра, а телефон в очередной раз поставлен на зарядку.       Вставать не хотелось до жути. Во-первых, элементарно лень тащить свою задницу в школу. Во-вторых, Шастун так затрахался учиться, что почти на неделю забил на домашку и только сейчас осознал последствия своей бестолковости. В-третьих, завтракать пришлось бы в одиночку, хоть на кухне и кружилась мама и уже самостоятельно сидел отец. Но в школе ждал Дима, а Антон был так погружён в себя и свои переживания, что совсем забыл спросить друга о том, как у него дела с Катей. Любопытство победило лень, поэтому уже через сорок минут подросток топал в школу с рюкзаком со спиной.       За весь день от Арсения не пришло ни одного сообщения. Шастун писал сам, но те даже не были прочитаны.       «Ну и пожалуйста», надулся парень и переключился на Позова, который, то краснея, то бледнея рассказывал про Катю. В основном речь шла о том, насколько это красивая, умная и потрясающая девушка. У них состоялось несколько встреч, где будущая пара хорошо провела время.       — Ты когда ей предложишь встречаться? — Дима, подперев голову руками, бросил взгляд на учителя математики, который был увлечён заполнением журнала, а после ответил:       — Я не уверен, что нравлюсь ей.       — Ты придурок? — взвизгнул Антон и захлопнул себе рот двумя руками.       — Шастун, ты находишься на уроке, — меланхолично напомнил математик, но от дела своего не оторвался.       — Извините! — ответил подросток и уже шёпотом вновь пристал к другу. — Вы ходите вместе гулять, постоянно общаетесь в сети и на перемене друг другу глазки строите. Да-да, думаешь, я не понимаю, зачем мы бегаем в туалет на другой этаж, когда он есть на нашем?       — Что, всё настолько очевидно? — с обречённой улыбкой спросил Дима.       — Есть немного. Просто скажи ей, что она тебе нравится. Хотя Катя умная, сама уже поняла.       — Нужно найти подходящий момент, всё продумать…       — Сегодня проводи её после школы.       — Как? У них уроки раньше заканчиваются.       — Значит прогуляй последний урок и проводи её! — не выдержал Антон, снова привлекая к себе внимание.       — Последнее китайское предупреждение, Шастун, — пробубнил учитель, на что парень лишь пожал плечами — им было взаимно плевать друг на друга.       — Шаст, но я не прогуливаю, тем более экзамены скоро.       — Да не будет ничего, если ты пропустишь историю. Пиши Кате и говори, что ты пойдёшь с ней, — требует Антон и даже следит за тем, чтобы друг действительно набрал сообщение и отправил. После урока Диму в прямом смысле слова выперли из школы без шанса на возвращение, и успокоился Шастун только тогда, когда парочка медленно вышла за территорию.       На биологии было скучно, от Арсения всё ещё не было новостей, из-за чего юноша впал в уныние, но долго ему там пробыть не пришлось, потому что после уроков у ворот школы стояла знакомая машина. Вся обида, накопленная за день, тут же прошла, уступая место щенячьей радости. Антон буквально влетел в салон и тут же кинулся обнимать вампира, хоть это и было неудобно.       — Я уж думал, ты забыл обо мне, — недовольно заворчал подросток, когда автомобиль тронулся с места.       — Извини, был занят, — отозвался Попов заторможенно.       — Чем? — продолжил допрос Шастун, но не из любопытства, а из принципа.       — Делами, — раздражение слишком явно сквозило в голосе, но мальчишка не собирался останавливаться.       — Какими? — вместо ответа мужчина включил радио и сделал погромче, чтобы разговаривать было как минимум некомфортно.       — Арс! Арс! — крикнул Антон, но его будто не услышали, и тогда он убавил громкость на магнитоле до минимума. — Что случилось?       — Включи обратно, — приказ, не просьба.       — Что, давно не слышал рекламу дверей? — язвительно поинтересовался Шастун, ведь по радио и правда в данный момент крутили рекламу.       — Давно. Включи обратно.       — Да что происходит? Я что-то не то спросил? Извини, ты весь день не пишешь, я волнуюсь за тебя!       — Я же сказал, что был занят, — прорычал вампир и прибавил звук, но Антон его тут же убавил снова.       — Сложно рассказать подробнее?       — Нечего рассказывать, — юноша искренне не понимал, что происходит. Ещё ночью всё было хорошо, днём они не общались, поводов для ссор нет. Пытаясь найти ответы на свои вопросы, Шастун посмотрел на Арсения, который следил за дорогой, но, почувствовав на себе взгляд, посмотрел в ответ, и на его лице тут же появился оскал.       — Почему ты не пристегнут? Одного раза тебе было мало? Хочешь ещё? Может ты…       Остальные слова утонули где-то в рекламном слогане, когда Антон резко прибавил громкость, из-за чего стало ещё громче, чем было. В данный момент реклама была менее надоедливой. Стоило приложить слишком много усилий, чтобы не врезать Попову прямо за рулём, хотя тот даже не моргнул бы.       Всю дорогу до своего дома юноша увлечённо рассматривал пейзаж за окном, а стоило машине остановиться, как он тут же выскочил на улицу, не забыв от души хлопнуть дверью. Уверенным шагом Шастун двинулся к двери, надеясь, что у него будет время побыть одному и успокоиться, но вездесущий вампир последовал за ним молчаливой тенью. По-детски надувшись, младший никак не прокомментировал действия гостя, когда тот нагло вошёл в дом и пошёл ставить чайник.       — Ты голодный? — спросил мужчина, но ответа не последовало. Антон нарочито медленно мыл руки и из принципа не отвечал, хоть и вздрагивал каждый раз, когда слышал какие-то громкие звуки из кухни, но в итоге любопытство взяло верх, и он отправился на источник шума. Арсений накрывал на стол из того, что находил в холодильнике, но из-за раздражения его движения были резкие, а тело напряженное, поэтому и стоял такой грохот.       — Ты сейчас всю посуду разобьешь, — вмешался юноша и хотел отодвинуть вампира, чтобы самому осторожно расставить тарелки, но хищник смерил его таким взглядом, что внутри всё сжалось от страха, а тело будто одеревенело. — Арс…       Внезапно раздавшийся дверной звонок снял оковы с тела, и мальчишка поспешил смыться с кухни. Родители снова на очередном обследовании, поэтому если это Димка, то он здорово снимет напряжение. Не подозревая подвоха, Антон нараспашку открыл двери.       — Ты… — прошептал он и попытался быстро захлопнуть дверь, но ничего не вышло.       — Даже на порог не пустишь? — усмехнулся Выграновский, который успел просунуть руку и без труда войти, отпихнув хозяина.       — Это мой дом, я тебя не приглашал! — возмутился подросток и приложил больше усилий, чтобы не дать гостю пройти дальше, но куда ему, человеку, тягаться со сверхъестественным существом. Осознав, что держать дверь бесполезно, Шастун упёрся ладонями в грудь Эда, пытаясь хоть как-то сдержать напор, но в один момент оба запястья перехватили и сжали так сильно, что юноша даже вскрикнул. Долго боль не продлилась, потому что уже через секунду руки были освобождены, а перед Антоном стоял Арсений, который полностью закрывал собой мальчишку.       — Арсюша, и ты тут, — не слишком весело поприветствовал Выграновский, — а я зашёл к Тоше узнать, как он себя чувствует.       — Тебя не приглашали, — повторил слова подростка вампир и оскалился. Младший с опаской выглядывал из-за мужского плеча, когда почувствовал к своему запястью мягкое, но уверенное прикосновение — тёплые пальцы бережно обхватили руку так, чтобы можно было контролировать парня и в случае чего оттолкнуть в сторону.       Эдуард с интересом наблюдал за парой, а после с грацией хищника отошёл немного в сторону, чтобы иметь возможность видеть обоих, однако Арсений отзеркалил движение, продолжая загораживать собой парня.       — Так как дела, Тош? Как здоровье? — по тону гостя было понятно, что вежливость напускная, что за этой маской скрывается что-то опасное.       — Как видишь, всё в порядке, — грубо ответил Попов и, оставив подростка на месте, сделал несколько шагов к Эду.       — Арс, — обеспокоенно позвал Антон, понимая, что сейчас мужчина больше хищник, чем человек, и именно это в данный момент пугало. Один человек в квартире с двумя озлобленными вампирами — так себе расклад.       — Я рядом, не волнуйся, — мягко произнёс Арсений, и тон его голоса никак не сочетался с оскалом на лице и почерневшими глазами.       — Пахнет конфликтом, — заметил Эд и сделал вид, будто он не имеет к этому отношение. — Я лучше пойду. Просто хотел убедиться, что Тоша жив и здоров. Человеческая жизнь такая хрупкая, авария тому доказательство, ведь все могли погибнуть, а ты, Арсюша, однажды не успеешь.       — Всё закончилось хорошо, — влез Антон, но поток рассуждений гостя это не остановило.       — Сердце разрывается, когда представляю бледное и холодное тело Тоши. Ни удара сердца, ни вздоха, ни улыбки, только вечный покой, — пожал плечами Эд и пошёл к выходу. — Не представляю, что будет с Арсюшей, когда ты умрешь, Тош.       — Я не собираюсь…       — А от тебя это не зависит, — резко оборвал Выграновский, но после вернул себе любезно-соседский тон, — Пойду я, не буду мешать.       Как только за вампиром закрылась дверь, Шастун тут же к ней подбежал и закрыл на все возможные замки, после чего позволил себе облегченно выдохнуть.       — Фух, ушёл. Арс, так что там с ужином? Арс? — удивлённо позвал подросток, обнаружив своего вампира в состоянии оцепенения. Это было что-то новенькое. Юноша подошёл ближе и пощёлкал пальцами перед глазами.       — Арс, ты меня слышишь? — громче позвал младший и, о чудо, мужчина сфокусировал на нем взгляд, но что-то в этом взгляде было не так. Там был неконтролируемый страх, граничащий вылиться в истерику. Грудь вампира часто вздымалась от неровного дыхания, а сам он был не в силах выдавить и слово. Если бы мужчина не был вампиром, Антон бы решил, что у того паническая атака.       Чтобы хоть как-то вывести его из ступора, Шастун осторожно коснулся руки партнера и в следующую секунду оказался в крепких объятиях, которые не были похожи на простые обнимашки пары. Арсений будто пытался максимально заслонить подростка собой, закрывая голову и грудь руками, спину прижимая к стене, а спереди заслоняя собой. И тут до Антона дошло — вампир боится.       — Арс, ты как?       — Антош, — проигнорировал вопрос старший, — пойдём кушать?       Не дождавшись ответа, Попов потянул подростка на кухню, крепко взяв его за руку. Шастуна не отпускали во время приема пищи, когда он выходил поздороваться с родителями, а потом ещё и сопроводили до комнаты.       — В туалет тоже со мной будешь ходить? — невесело хохотнул подросток.       — А ты хочешь? — вполне серьёзно спросил вампир.       Юноша вздохнул и лег на свою половину кровати, но Арсений вопреки обычному не стал ложиться рядом, а встал возле окна и уставился на ночную улицу.       — Арс, хватит! Ложись уже.       — Спи, я буду рядом.       — Сторожить меня? — не без сарказма поинтересовался Шастун, но ответа не получил. — Ну Арс!       Подросток встал и подошёл к вампиру, чтобы взять его за руку и потянуть на кровать, однако тот даже не шелохнулся.       — Ложись спать.       — Да не защитишь ты меня от всего! — взорвался Антон, но вовремя вспомнил, что родители наверняка отдыхают, поэтому продолжил тише.       — Человеческая жизнь короткая, это факт, но какой толк жить в страхе? Нужно наслаждаться моментом, пока он не ушёл.       Арсений продолжал молчать, вот только его серьёзный взгляд сейчас был обращен на подростка. Кончиками пальцев вампир медленно очертил глаза, нос, губы, плечи, прошёлся по груди и остановился в районе сердца. Шастун позволял трогать себя и молча наблюдал — если это поможет, он готов принять любую странность своего партнера. Пугало напряжение мужчины и его излишняя молчаливость, но это не помешало приблизиться, накрыть его губы собственными и увлечь в медленный поцелуй.       — Прости меня, — наконец прозвучал мужской голос. Немногословно, но Антону хватило и этого.       — Либо будем стоять всю ночь вместе перед окном, либо идем в кровать. Других вариантов нет.       Простояв в раздумьях несколько секунд, вампир подхватил мальчишку, лёг с ним и накрыл обоих одеялом. От тепла, уюта и накопившейся усталости за день Шастун уснул практически сразу, не подозревая о том, что с него всю ночь не сводили взгляда.