Не(без)надёжен

…постепенно очертания замершего неподалеку человека становились все менее размытыми. Он прищурил глаза, всматриваясь: молодой парень в белом халате. врач? Иное предполагать было глупо. Никто, кроме врачей, никогда не приходил к нему в палату. Некому было. Но этот… не был похож на квалифицированного работника госпиталя, скорее на простого стажера. Мозг работал плохо, глаза слипались, все конечности сковало онемение. Вопросы задавать не хотелось, не хотелось вообще думать. Не то что бы это было новым для него состоянием, но сейчас он готов был даже проигнорировать присутствие чужого человека рядом с собственным беспомощным телом. Удивительная безолаберность. я̶ ̶т̶а̶к̶ ̶у̶с̶т̶а̶л̶ Он просто продолжал смотреть расфокусированным взглядом на парня, а тот с каждой секундой будто бы становился меньше от смущения, занимая в пространстве минимум места. Угнетающая тишина в помещении: никто не смеет заговорить. Он — потому что в горло словно песок насыпали. Молодой стажер — потому что его лицо такое испуганное, словно его поймали за чем-то постыдным. Неловкая ситуация разрешилась сама собой: парень не выдержал и, буркнув что-то вроде «хорошего дня», выскочил за дверь, громкий хлопок неприятно отдавался в ушах. Он снова остался наедине с пустотой, совершенно один. т̶а̶к̶ ̶и̶ ̶д̶о̶л̶ж̶н̶о̶ ̶б̶ы̶т̶ь̶ {} — Бля-бля-бля — Ричард облокотился на стену, прижимая руки к груди. Он чуть не получил разрыв сердца, когда понял, что человек, на которого он несколько минут неотрывно пялился, стал пялиться на него в ответ. Это странное ощущение, — когда по вискам градом течет пот, а в животе трепещат крылья бабочки, — не проходило. Норт чувствовал такое лишь однажды, еще в школе: когда ему было всего лишь лет двенадцать, когда родители еще были живы и жизнь была другой, лучшей, ему нравилась одна девочка... Парень вздохнул и неспешно пошел по коридору в сторону лестницы, чтобы спуститься на первый этаж. Кажется, ее звали… Алиса? В памяти отложилась только первая буква — А, и имя само, такое волшебное и загадочное. Вполне подходило той девочке с темными волосами и глазами, что в полутьме, казалось, отливали фиолетовым. Рич прикрыл глаза, не заботясь о том, что легко может поставить ногу мимо ступеньки и упасть. Он на мгновение провалился в прошлое, на шесть лет назад, тоже на лестничную клетку, когда Алиса тащила его за запястье… — Тут нас точно никто не увидит, — заговорщицки прошептала девочка, наконец останавливаясь. За небольшим окном не было видно ничего, кроме темноты, — вечер всегда начинался очень рано. Легкий сквозняк заставлял ежиться, лохматый мальчик в школьном комбинезоне серого цвета неловко оттянул воротник, стараясь смотреть куда угодно, только не на свою спутницу. — Ты уверена, что мы, ну… — главный заводила класса в этот конкретный момент почему-то стал очень-очень робким. — Рич, ты издеваешься? — недовольно пробурчала Алиса, спускаясь на одну ступеньку, поближе к мальчишке. — Это всего лишь поцелуй, я сто раз видела, как моя мама это с разными людьми делает. — А остальное ты тоже… видела? — маленький Норт заинтересованно блеснул темно-зелеными глазами: такие темы, что нигде не обсуждались и носили запретный для детей характер, всегда привлекали его рассеянное внимание. — Видела, — Алиса поковыряла круглую белую плашку на левой груди. — Но сейчас мы просто поцелуемся, ясно? Я немного боюсь, если честно, — она убрала прядку за ухо своими длинными пальцами. Ричард, с того момента, как познакомился с этой жутко странной девочкой, старался как можно больше держать ее за руки. Это было его отдельным помешательством, тем, о чем он никому не рассказывал: ладони, такие тонкие и красивые, пальцы, что изящно держат карандаш или ритмично постукивают по столу в ожидании. Сейчас, правда, эта сцена была всего лишь далеким воспоминанием, поэтому и руки Алисы выглядели немного странно для маленькой девочки — более бледные, болезненно-костлявые, побитые и расцарапанные, с множеством блеклых отметин в самых разных местах. Норт аккуратно взял ее ладонь и провел большим пальцем по округлому шраму посередине кисти, словно когда-то она была проткнута насквозь. — …можем потом попробовать. — Что? — мальчик вернулся в реальность. Теперь он уже не был уверен, что это за воспоминание. — Говорю, можем потом попробовать, это должно быть приятным, раз уж моя мама так часто этим занимается, — пояснила Алиса. Рич кивнул и, подумав секунд десять, притянул ее ближе. Если говорить честно, то он не испытывал каких-то особых романтических и, уж тем более, интимных чувств к этой девочке, — слишком маленьким он тогда был. Поцелуй произошел только из-за того, что Ричу не хотелось показаться слабым, и продлился не более десяти секунд: они два раза стукнулись зубами и прищемили друг другу языки, — приятного оказалось мало, особенно с этим дурацким привкусом табака. Алиса курила — воровала сигареты у матери, — подсадила и Ричарда, которому очень нравилось быть таким взрослым, поэтому оба ребенка насквозь пропахли вонью дыма. Но сейчас это больше не казалось воспоминанием, это казалось… почти фантазией. Ричард больше не виделся сам себе маленьким школьником, который всегда забывал причесаться утром, Алиса тоже перестала быть полностью собой, — с каждой секундой отличия становились все более различимыми. Мальчик почувствовал, как лоб пощекотала упавшая на него чужая челка. В тот раз он закрыл глаза — все, что угодно, лишь бы не было так стыдно, — закрыл и сейчас, но, открыв, не увидел привычных вороных локонов. На глаза упали пряди, платиновые и короткие, Ричард, теперь уже точно взрослый, настолько удивился, что не сразу осознал пристально смотрящие на него голубые глаза. Со смачным шлепком Норт впечатался в косяк, не вписавшись в поворот из-за бредней собственного безумного мозга. Даже не смотря в зеркало, он мог сказать точно: его щеки сейчас были ярко-малинового оттенка. — Дебил, дурак, дебильный дурак, дурак… — парень прошел мимо Дэна, что держал в руках какую-то коробку, бормоча, как умалишенный. Спрятаться в складское помещение казалось единственно верным уходом от проблем. — Рич, все нормально? — побеспокоился друг. — Нет, я конченный. — Ну, это я знаю, — улыбнулся он, из-за недавних событий и забинтованной части головы улыбка казалась слегка кривоватой. — Кстати… — Да что еще? — резко ответил Рич, ведь сейчас он был немного не в том состоянии, чтобы вести дружеские беседы и уж тем более выполнять чьи-то просьбы. — Я видел, у тебя планшетка была, ты все равно ничего на ней не пишешь, может, дашь мне пару листов? Вести учет лекарств, а то трудно столько цифр держать в голове… А ты чего такой нервный? Ричард несколько секунд рассматривал свои пустые руки, потом мученически застонал и закрыл лицо ладонями. Помимо жуткого смущения ведь было еще одно чувство: что что-то забыл, не взял. Интуиция редко подводила парня, жаль, что он сам почти не прислушивался к ней, — он действительно забыл. Планшетку на тумбочке, в той палате, где лежит гурковец, который уже вполне себе пришел в сознание вот совсем недавно. Это навело на еще более невеселые мысли: если Рич и так мялся перед дверью номер двести десять по два часа, как же он будет заходить туда теперь..? — Нет, знаешь что, Дэн? Я что, лох какой-то, в конце-то концов?! Не могу пойти и забрать эту сраную планшетку просто потому, что мне придется еще раз его увидеть?! — Ну, я же тебя не заставляю… — А вот я пойду и заберу! Мне ли бояться какого-то… ой… — он воровато оглянулся и поблагодарил неведомого бога за то, что в коридоре, где сейчас проходил их разговор, никого больше не было. — Так, ты этого не слышал, понял? — Да куда уж мне, — Дэн закатил глаза и повернулся, собираясь пойти по своим делам. — Ты в последнее время даже более неадекватный, чем обычно, Рич. Не расскажешь, почему? — Не, тебе — точно нет, — парень усмехнулся и побежал ровно туда, откуда только что пришел. Это было глупо, почти ребячески, но Ричард внезапно почувствовал, как горит запал, ноги сами в бешеном темпе перескочили пять ступенек разом и понесли дальше, к заветной двери, туда, где был оставлен нужный предмет. В данный момент Норт находился именно в том состоянии, когда ему непреодолимо хотелось растянуть губы в улыбке и начать творить дичь, — обычно таким порывам он не в силах был противиться. Встав перед дверью, парень пару раз вдохнул и выдохнул и смело схватился за ручку. Уже открыв проход наполовину, Рич внезапно вспомнил о том, что, вообще-то, находящийся внутри человек больше не лежит без сознания. Не то что бы это на что-то влияло, ведь он тут, вроде как, на правах почти-что врача, но Ричард почему-то сильно смутился. Выругавшись, он закрыл дверь, замер на секунд пять, неловко постучал по ней костяшками пальцев и снова открыл — слишком резко, да так, что она, отлетев, стукнулась о какой-то металлический предмет рядом со стеной и издала противный скрежет. — Еп-твою-мать, — пробормотал Рич, слегка вжимая голову в плечи и заходя в помещение маленькими быстрыми шажками. Раненого гурковца, казалось, совсем не трогало происходящее рядом с ним локальное безумие. Он как лежал, бездумно смотря куда-то между стеной и потолком, так и лежал дальше, его полуоткрытые глаза заторможенно-апатично моргали. Рич подумал, что лучшим вариантом будет не производить больше шума, чем он уже успел, поэтому и рот открывать не решился. В конце-концов, зачем ему объясняться? Он же работник госпиталя, мало ли, по какой причине ему понадобилось зайти к кому-либо. Конкретно сейчас ему понадобилась планшетка с десятком листов бумаги: она так и лежала на тумбочке, с тех пор, как была туда брошена. Рич взял злосчастный предмет и, почти довольный собой, выбежал из палаты, на этот раз, правда, прикрыв за собой дверь аккуратно, почти бесшумно. Стоило ему это сделать, как он с тихим «йес!» победно сжал кулак, а потом вальяжно пошел по коридору, теперь уже точно не собираясь никуда торопиться. Настроение быстро скакнуло вверх, парень сам не знал, почему, хотелось просто взять и разогнать все тучи над землей. А еще… — Дэниел! — О господи, — Дэн вздрогнул, когда друг со вскриком ворвался в кладовку. — Не сорви дверь с петель, она же ужасно старая! — Вот тебе твои листы, я же говорил, что смогу, — Рич отделил два листа бумаги от планшетки и покровительственно кинул их в друга, — они приземлились ему на голову и упали. — Я с тобой и не спорил, — Дэн скорчил недовольное лицо и вздохнул. — Рич, мне уже страшно рядом с тобой находиться, ты как оголенный провод рядом с источником жидкости — опасно, а не знаешь, когда ебнет. Норт беззаботно рассмеялся: не очень громко, задрав голову, он раскинул руки и вдохнул пыльный воздух. Именно в этот момент пришло понимание, — сегодня он должен наконец взять пистолет в руку и научиться стрелять. Вечером, сразу после работы, у него будет целых полтора часа. Ладони конвульсивно сжались от предвкушения: в голове сама собой выстроилась идиотская шутка про то, что ночка будет жаркой. — Как продвигается расследование? — просто для галочки осведомился парень, особо ни на что не надеясь, но Дэн внезапно изменился в лице. — Я узнал… достаточно, — выдал Дэниел, вмиг помрачнев. — Спасибо, что напомнил, я хотел сказать, что… что большего от меня не жди. Не хочу ввязываться в… это. — Что?! — Ричард был шокирован полной сменой настроения собеседника. — Почему?! Филдс выглядел до ужаса серьезным, почти испуганным, и это угнетало Норта сильнее любой плохой новости. — Потому что он… — Дэн попытался подобрать слова, не смог и махнул рукой, продолжая говорить. — Существуют какие-то странные солдаты, Рич. С цифрами на шеях. Парня будто током ударило — цифры на шеях! Он, на самом деле, хотел спросить про это еще с того момента, как увидел эту татуировку, и оказалось, что зря. Друг сам нашел ответ, и тот ему очень не понравился. — И что же с ними не так? — немного враждебно осведомился Рич, сложив руки на груди. — Почему ты вдруг захотел все бросить? — Ты ничего не понимаешь! Он — один из них! — Я не понимаю, потому что ты мне ничего не объясняешь! Дэниел вздохнул, подумал немного и неловко засунул руки в карманы, все же отвечая: — Никто не знает о них достаточно много, но… — он сглотнул. — Говорят, они делали на войне что-то ужасное. Настолько, что никто не хочет вспоминать. Птицы высокого полета, понимаешь, Рич? Связаны с верхушкой, и, скажи, оно тебе надо? Лично мне — нет! Давай свернем эту… деятельность, пока не поздно. — Но..! — Пожалуйста? Он пристально посмотрел на Норта и вышел за дверь — наверное, проветрить голову, — несколько раз обернувшись и пробормотав что-то невнятное. Ричард еще долго стоял неподвижно, в голове носились сотни мыслей, но одна, самая главная, привлекательно мигала, выставленная транспарантом поверх всех остальных. Звучала она примерно как «да пошел ты», в отношении всех, кто пытается указывать Ричу, что делать — в общем, и в отношении Дэниела — в частности. Норт к долгому самокопанию и рефлексии был не склонен, а потому ответ пришел очень быстро, он был таким простым и понятным, и от этого таким невероятно удивительным: Ричу нужно было знать о майоре-гурковце все. Парень помотал головой, поджав губы. Нет, пожалуй, для начала хватит и имени. Филдс, при всей своей склочной и сплетнической натуре, всегда знал, когда нужно остановиться, может, поэтому жил так счастливо. Ричард же всю жизнь опровергал законы гравитации: на силу противодействия он отвечал стократным действием и именно в ту сторону, в которую не надо. В свете одной-единственной лампочки его ухмылка, широкая, полная жизни, выглядела почти пугающей, пластырь на переносице больно оттягивал кожу. Такого душевного подъема Норт не испытывал очень, очень давно: в груди ворочалось чувство благодарности и̶ ̶ч̶т̶о̶-̶т̶о̶ ̶е̶щ̶е̶ * * * — Пока… — Да-да, пока, друг, увидимся завтра! — Ричард поддел лямку рюкзака локтем и устроил его на спине поудобнее, быстро спускаясь по ступенькам. Как только ноги коснулись асфальта, он побежал в сторону дома... на первый взгляд. Прямо перед самым концом рабочего дня парня осенило, что он должен быть более осторожным даже с собственными друзьями. Дэн не плохой человек, но он работает сразу на две стороны. В связи с его… половыми признаками, продавать тело для него — не вариант, но он же как-то продолжает держаться на хорошем счету у военных? Долгое время Рич не интересовался, как же он так умудряется, а сегодня, впав в необычное для самого себя состояние задумчивости, он вдруг понял: если по физическим данным продавать нечего, можно продавать информацию. Забежав за угол, Норт резко развернулся и побежал в обратную сторону, делая крюк. От идеи взять наконец в руки пистолет он не отказался, поэтому и несся по улицам, как скоростной автомобиль, в полузаброшенный район, где он сделал тайник. Патрули пока еще не начали свой обход — слишком рано, — значит, и по поводу шума можно было не очень сильно волноваться. В конце-концов, Ричард не собирался тратить больше одного патрона, — слишком ценным был ресурс, учитывая, сколько денег он на него потратил. С каждым шагом к окраине Зоны 3 прожекторов становилось все меньше. Это было очень глупо — просчет в, казалось бы, нерушимой системе. Каждый подобный просчет наполнял Ричарда необъяснимой надеждой. они не всесильны они тоже обычные люди, не боги они тоже... смертны Найдя на темном небе мигающие красные огоньки — вышка, — Рич свернул чуть левее, сразу обходя ее и направляясь к нужному дому. Перемахнув пустое оконное отверстие, парень быстро осмотрелся: все так, как и было в прошлый раз, все нормально. Лежащие в тайнике пистолет и коробка патронов выглядели самым настоящим кладом. — Теперь я ничего не боюсь, — прошептал Норт, взвешивая на руке оружие. Пистолет был тяжелым, восхитительным — давал чувство безопасности, того, что теперь ты диктуешь правила игры. Запихав в магазин патроны, Ричард улыбнулся: теперь он, по сути, является самым настоящим преступником — с полностью заряженным и готовым к убийству оружием. В шрамированной правой руке, что до сих пор плохо работала, держать рукоять было неудобно, поэтому парень взял пистолет в левую руку и прицелился. Целью стал выпирающий из стены кирпич, плохо видимый в темноте. Палец нажал на спусковой крючок… но ничего не произошло. — Что… — Рич недоуменно скривился и, прежде чем хорошо подумал, поднял дуло на уровень глаз, еще и направив его прямо себе в лоб, чтобы посмотреть, в чем проблема. Только секунд через шесть парень понял, что нормальные люди так не делают, тихо ойкнул и быстро убрал от лица пушку. Теперь он вспомнил, что на пистолетах, вообще-то, существует предохранитель. Позорище, подумал Ричард, снова вытягивая руку с теперь уже точно правильно работающим пистолетом. Застрелить самого себя — это как утонуть в луже, вопрос только в том, что смешнее. Под подобную мысль он резко дернул пальцем. Прозвучавший выстрел был настолько громким и внезапным, что парень от неожиданности разжал ладонь. Пуля не попала в цель, а пистолет улетел куда-то назад, подчиняясь отдаче. Ричард сильно испугался, к его же стыду. Он как-то не подумал, что в замкнутом помещении звук будет таким оглушительным. В спешке Норт кинулся собирать раскиданные по полу патроны, набросал все в коробку как придется, закинул туда же пистолет и спрятал всю эту кучу поглубже в тайник. Тактике «валить, пока не спалили» Рич научился еще в детстве, и сейчас все всполошенные инстинкты кричали, что с места преступления нужно скрыться, пока какой-нибудь ушастый гражданский или, еще хуже, военный не пришел сюда и не нашел единственного подозреваемого — Ричарда Норта. Запал стрелка сгорел довольно быстро, к огорчению парня. Теперь он мчался, уже определенно точно домой, на сверхсветовой скорости, убегая от несуществующей опасности. Остановился он снова почти перед самым подъездом, только тогда, когда чуть не споткнулся о лежащее прямо посреди дороги собачье тело. — Малыш! — Ричард эмоционально обнял друга, успокаивая бешено бьющееся сердце. Его одежда снова стала безобразно грязной. Собака, после того, как за ней поухаживала Сара, выглядела чуть более ухожено, но все еще плохо после целого дня на холодной улице. Рич упер руки в бока и строго посмотрел на животное. Это становилось проблемой. Сара четвертует его, если поймет, что он ослушался обещания, и никакие родственные связи тут не помогут. Значит, подъезд не вариант. Квартира тоже не вариант, хотя… Ричард взглянул на темное окно, — дома еще никого не было, ведь он почти всегда приходил раньше сестры. Может быть, не такой уж и не вариант. — Так, собакин, подожди до завтра, я уже все придумал, — Норт почти гордился собой, могло показаться, что за сегодня он смог вырасти как личность в интеллектуальном плане. О совсем недавнем инциденте с пистолетом в этом случае можно было тактично не вспоминать. Сару пришлось ждать чуть дольше, чем обычно, это было странно. Еще страннее было состоянее девушки: ей явно было не по себе, темные глаза испуганно бегали. — Что-то случилось? — спросил Рич, понимая, что ответ вряд ли получит. — Нет, ничего, — сестра точно пыталась скрыть что-то за недовольным лицом, по правде говоря, не очень хорошо, раз уж даже Ричард это заметил. Но парень решил оставить Сару в покое: не хочет, ну и пусть. Значит, со своими проблемами она способна справиться сама. Ложился спать Норт в странном состоянии: его жизнь снова сделала поворот, правда, в какую сторону, до сих пор было не очень понятно. * * *