Плохое влияние

Дорогие читатели! Этот фанфик – продолжение уже известной некоторым "Сделки с дьяволом. Обречённой". Поэтому настоятельно рекомендую ознакомиться с приквелом, прежде чем перейти к чтению данной истории. Впрочем, как-никак решать вам самим :) У многих может возникнуть вопрос, почему я сделала такой временной интервал между произошедшими в прошлой части и происходящими здесь событиями? Всё просто: пробовала писать часть, которая, по идеи, должна была идти за "Сделкой...", но перед "Плохим влиянием" - получилось нудно и неинтересно, тяжело воспринимается; события вне Хогвартса, главы маленькие и содержат много депрессивных моментов. Поэтому выбрала лишь самые важные куски из этой части и поместила их в виде флэшбэков в "Плохое влияние". Похоже, вышло даже намного интереснее, чем планировалось... В общем, читайте сами и по возможности оставляйте критику и отзывы. Буду рада прочесть и ответить. С уважением, Soul.Catcher. «Привет! Моё имя – Александра Пирс. И я не помню ничего из первых восемнадцати лет своего существования. Моя жизнь началась месяц тому назад, когда я проснулась в какой-то мрачной и неуютной комнате, где не было солнечного света. Надо мной склонился красивый юноша, мой двоюродный брат и самый близкий человек (впрочем, я мало кого ещё видела в своей новой жизни). Он обещал помочь мне вспомнить моё прошлое. Вот только хочу ли я этого? Хочу ли я вспомнить? Странно. Наверное, это может показаться абсурдом, но нет, не хочу. Не хочу возвращать себе воспоминания. Совсем не хочу. Да, звучит глупо. Ведь есть люди, у которых и вовсе нет никаких ниточек, соединяющих их с этой прошлой жизнью. А есть такие, как я, полные возможностей, но знающие на каком-то внутреннем подсознании, что воспоминания – худшее, что только могло с ними приключиться. Разумеется, у меня есть представления о том, что ложкой надо есть суп, что люди читают слева направо, и, как ни странно, я знаю, как владеть волшебной палочкой. Всё это будто и не забывалось, чего не скажешь об имени, которое я ни за что бы ни вспомнила, если бы не Драко. Он не раз предлагал мне рассказать историю о девочке, какой я была прежде, но в моей голове каждый раз рождались сомнения, и будто назойливый голос внутри внушал сказать резкое «нет» – должно быть, в моей прежней жизни было много всего ужасного. Я знаю. Нет, я чувствую. И этого понимания вполне достаточно. Зачем усугублять ситуацию? Что изменится, если я вспомню? Не проще ли начать всё с чистого листа? Так будет лучше для всех. Ну, не будем о грустном. Завтра я поеду в Хогвартс, школу чародейства и волшебства! На самом деле, я могла бы закончить её ещё год назад, но мой отец – очень тёмный волшебник – пытался захватить власть во всём магическом мире, и школа была захвачена его сторонниками. Наверное, это – единственная деталь, которую Драко мне всё же рассказал против моего же желания. В те времена погибло страшное количество волшебников – хороших и злых – школа не могла прогрессировать и обучать учеников, ведь там происходили настоящие бунты, забастовки, а ближе к концу года и финальная битва, в которой погиб мой отец. Погиб, должно быть, к счастью для всего магического мира. Я никогда не знала его, но, возможно, это и к лучшему – совершенно нечего испытывать к человеку, которого ты даже не видел в своей жизни. Драко предупредил, что такое родство принесёт мне лишь боль и страдания, неудачи и ненависть. Он почему-то уверен, что тайна об отце просочится в Хогвартс, и далее каждый будет презирать меня. Но я готова. Иначе как жить? Зачем? Я не должна прятаться, замыкаться в себе. Пусть ненавидят, пусть кидаются камнями. Но я сделаю всё, чтобы прожить новую жизнь достойно, вопреки своему происхождению». Алекс отложила перо и встряхнула запястьем, которое порядком онемело от такого долгого и непрерывного написания записи в личном дневнике. Девушка решила, что на будущее лучше вести эту вещь: вдруг когда-нибудь она вновь потеряет память? Не всегда рядом будет Драко Малфой. Да и гораздо легче вспомнить что-то, перечитывая текст с собственными пережитыми эмоциями и чувствами. – Я тебе уже десятый раз повторяю: живо в постель! – На пороге комнаты стоял светловолосый юноша, уже буквально глазами метавший молнии в младшую сестру. – Как ты завтра вставать собираешься? – Эй! Стучаться надо! Всё-таки это комната девушки. – Алекс показала ему язык. – Да ну? – фыркнул брат. – Сейчас получишь! – Девушка схватила полотенце, случайно оказавшееся под рукой на письменном столе, и зашвырнула им в Драко. Тот со смехом увернулся и сказал, прежде чем выйти: – Ну, смотри, пощады завтра в шесть утра не будет! – Без тебя разберусь! Алекс взглянула на часы – действительно, уже полпервого. Стоило последовать совету брата. Она совершенно не хотела портить свой первый же день в кругу новых людей плохим настроением, причина которому будет обычный недосып. Она закрыла дневник, после чего сложила его вместе с перьями и чернильницей в огромный открытый чемодан. Хотелось почитать на ночь новые учебники для седьмого курса (она беспокоилась из-за того, что могла сильно отстать от своего класса в подготовке к ЖАБА), но глаза предательски слипались, поэтому, не сопротивляясь внезапно нахлынувшей дрёме, девушка улеглась на большую просторную кровать и погасила свет, тут же провалившись в глубокий сон. * * * А вот Драко Малфой довольно долго ворочался в постели, что было на него непохоже. Впрочем, за последнее лето он совсем перестал себя узнавать. Казалось, появившаяся из-под земли девчонка из прошлого, да ещё и в облике его собственной матери, была наваждением. Он долго злился на Неё, а ещё на себя, ведь столько времени потратил на то, чтобы забыть… Но когда он увидел Её мёртвой… Бледное бескровное лицо, погасший взгляд. Драко прекрасно знал, что это был именно Её взгляд. Её, а не матери. Именно по этим наивным и беспомощным голубым глазам он понял, что в умирающем теле находится душа его любимой девушки. Отец с ненавистью смотрел на него, но не мог перейти через круг, нарисованный белым мелом. Он понимал, что всё для него кончено, но не мог смириться, не мог признать своё поражение в своей же собственной игре. Лютая ненависть опалила его, когда Люциус Малфой выхватил из внутреннего кармана мантии кинжал. Не прошло и секунды, как острый клинок вонзился в сердце Лже-Люциуса. В тело, где всё ещё оставалась душа Дейва Леффертса. Он рухнул на колени, задыхаясь от крови, что подступала к горлу. Алекс пронзительно закричала. Это был неистовый крик боли, но Драко уже не мог остановиться. Он продолжал читать древнее заклинание. Чувствовал, как чёрная магия сковала его тело, и он не мог даже посмотреть в Её сторону. – Не останавливайся! – только и приказал он плачущей сестре. Она послушалась. Драко уже тогда внутренне поразила эта деталь, но был не подходящий момент, чтобы заострять на ней внимание. Кажется, отец торжествующе ухмылялся, завидев страдания Алекс. И тогда произошло что-то, чего нельзя было понять и объяснить… Драко со злостью одёрнул себя, прерывая поток воспоминаний. Он не позволял себе вспоминать, что было дальше. Ту слабость, безысходность. Это был крах его последней гордости. Это были худшие минуты его жизни. Попади он в Азкабан, Драко сошёл бы с ума. Он никогда бы не освободился из этих пут беспощадных мыслей. Каждую ночь они мучили его, но Драко пытался оградиться от всего, что так рвалось его захлестнуть, освобождая свой разум. Беллатрикс Лестрейндж научила его окклюменции. Как ни странно, парень был благодарен ей за это. Но именно сегодня ему трудно было сконцентрироваться на создании щита, блокирующего неприятные мысли. Отбросив одеяло, юноша поднялся с кровати и направился на балкон. Он вдыхал потоки свежего августовского воздуха и пытался прийти в себя. Воздух отрезвлял, а злость потихоньку уходила. Теперь в голове возникли новые вопросы. А правильно ли он поступает, что берёт Её с собой в Хогвартс? Нужно ли это? Главное – безопасно ли? Он помнил лицо профессора МакГонагалл… – Что? Что Вы только что сказали, мистер Малфой? – Вы слышали, профессор. Алекс Пирс – дочь Тёмного Лорда. Профессор МакГонагалл затихла. Она будто пыталась переосмыслить только что сказанные слова, которые ввели её в полное замешательство. Безусловно, она помнила девочку с рыжими волосами и повязкой на шее, которая без конца засыпала на её уроках и поначалу училась ничуть не хуже грязнокровки Грейнджер. Никакой другой Александры Пирс в их школе не было. Сомнений не оставалось. – Так зачем же Вы пришли, Драко? – внезапно спросила учительница. – Вы хотите, чтобы мы взяли с поличным эту девочку или… – Она будет учиться здесь в грядущем году. Снова пауза. Похоже, она порывалась что-то возразить, но Драко оказался быстрее: – Она не представляет никакой угрозы волшебному миру. Мы можем договориться с Вами, профессор? Смешно. Она пообещала, что правда не выйдет за пределы кабинета директора, в который только вчера приходил Драко Малфой. Но он-то знал, что однажды (и это произойдёт довольно скоро) каждый ученик по-другому взглянет на его сестру. Они возненавидят её. Будут презирать. Издеваться. Унижать. Объявлять бойкоты. Это и казалось ему неправильным. Но неужели лучше держать её здесь, в этом ненавистном всем поместье? До конца жизни. «Помнишь меня? Нет? Зато я тебя прекрасно помню, дочь врага. Г.П.» Послание от любимчика всего магического мира пришло на следующий день после пробуждения Алекс. И Драко, кажется, понял, что всё это значило. Она больше не была Ловцом Душ. Это было ещё одним странным фактом, который ни одна книга не могла объяснить. И, должно быть, вся магия сестры развеялась по воздуху, возвращая скрытые воспоминания их владельцам. И к Поттеру вернулось что-то, о чём Драко не знал. Но он точно был уверен, что сестра однажды проговорилась этому уроду о своём настоящем происхождении. Он всё ещё ненавидел пресловутую мировую знаменитость. Пожалуй, некоторые вещи никогда не изменятся. Мысли, что он целовал Алекс, проводил с ней много времени, заставляли чёртиков внутри юного Малфоя ещё больше беситься в порывах ярости. Он был готов размазать Поттера по стенке, не взирая на то, что тот – Избранный. А теперь этот подонок отправляет его Любимой письма с угрозой! Ха! Какое благородство! Естественно, письмо он показывать Алекс не стал. Огрызок пергамента постигла учесть быть сожженному в диком каминном пламене. Если бы и проблемы имели такое свойство ликвидироваться – благодаря обычному огню… Поттер помнил то, чего бы ему и вообще не следовало знать. Значит, правда наверняка просочится сквозь стены гриффиндорской спальни всеобщего любимчика и пройдёт через весь Хогвартс. Устало вздохнув, Драко прикрыл дверь балкона, оставляя августовскую ночь за пределами своей комнаты. Он схватил со стола флакончик с прозрачной жидкостью, которой оставалось всего на маленький глоток, затем опустошил его полностью. И всё-таки зельевары не дураки, что придумали зелье «Сна без сновидений»! Наконец водоворот тревожных мыслей покинул разум юноши, и он забылся в глубоком сне. * * * – Алекс, придётся тебе побыть одной некоторое время. Я вернусь, как только разберусь с малышнёй. Справишься? – Драко стоял на пороге купе, в то время как сестра доставала из чемодана, предусмотрительно закинутого юношей на полку, учебник, который был ближе всего к ней. «История магии». Неплохо. Она вздрогнула, услышав напутствие Драко. Совсем ведь забыла, что он должностное лицо в Хогвартсе, хоть и не самое почитаемое, как он сам выразился. – Справлюсь, – как ни в чём не бывало улыбнулась она. – Мне есть чем заняться. – Девушка показала ему книгу в своих руках. Хмыкнув, брат вышел, прикрыв за собой стеклянную дверь. Оставалась надежда, что одиночество действительно скрасит учебник по истории магии. Всё-таки Алекс ждала, что в купе обязательно нагрянет какой-нибудь незнакомец, с которым не будет скучно. Это произошло спустя час, когда поезд уже нёсся по раскинувшимся бескрайним полям Англии, а по окнам барабанили дождевые капли. Небо, как и с утра, оставалось затянувшимся серым. Без всякого стука дверь купе распахнулась, и из-за неё показалась темноволосая голова девушки, сверстницы Алекс. Ярко-синие глаза с явным любопытством рассматривали ту, после нескольких минут показалась и вся незнакомка – судя по эмблеме на мантии, слизеринка. Алекс внутренне обрадовалась – всё-таки как-никак их связывал один факультет! Очень приветливо она улыбнулась синеглазой, но та оставалась стоять у самой двери безмолвной, но всё так же пристально вглядывавшейся в Пирс. – Привет! – наконец решилась начать разговор светловолосая. – Я тоже со Слизерина! Я – Алекс. Алекс Пирс! – Она по-детски протянула руку. Незнакомка недоверчиво проследила за жестом, слегка нахмурившись. – Может, пройдёшь? – предложила Алекс. Девушка с синими глазами ещё постояла и всё-таки решилась подойти, присев чуть поодаль. – Ты сестра Драко? – вдруг спросила она, но, не дав ответить, сразу же продолжила. – Я это поняла, когда увидела его выходящим из этого купе. Он всюду за тобой ходит. Алекс не знала, что на такое ответить, поэтому кивнула, смущённо улыбнувшись: будто с укором прозвучали слова этой слизеринки. Она всё надеялась, что та представится, но девушка продолжала изучать взглядом Алекс. – Что-то не так? – с лёгким раздражением спросила Пирс. – Нет, ничего. – С этими словами темноволосая вскочила со своего места и поспешно покинула купе. Алекс, как громом поражённая, всё глазела на только что захлопнувшуюся дверь. И что это было? Вскоре в купе опять объявился гость, но это был уже Драко. – Драко, что со мной не так? – в лёгком отчаянии спросила девушка. – О чём ты? – Он с подозрением на неё посмотрел, устроившись рядом. – Только что ко мне в купе заходила… – Астория? – перебил её Драко. – Я видел, как она шла вдоль купе, но никак не думал, что она зайдёт к тебе. Что она хотела? – Если бы я только знала! Алекс вкратце пересказала ему эту очень странную встречу. Драко будто и не удивился, хотя при упоминании тех слов, когда Астория поняла, что они брат с сестрой, парень едва заметно помрачнел. – Не бери в голову. – Почему? – Это после одного случая она такая… – После какого случая? – И всё-то тебе знать надо! – после долгой паузы рассмеялся он, потрепав её по волосам, что выглядело со стороны совсем не по-малфоевски. – Со временем я всё расскажу. А, может, и Астория сама это сделает. Ты знаешь, вы будете с ней жить в одной комнате, ведь она на том же курсе, что и ты. – И она, на самом деле, нормальная? – Полностью. Сколько я её знаю, она всегда была… – Драко осёкся, поняв, что сболтнул лишнее. – Так вы давно знакомы? – Эм-м… С детства. Ладно, я пройдусь немного. Время от времени нужно проверять ситуацию в вагонах. – Не дожидаясь ответа сестры, он вскочил со своего места и лениво потянулся, а затем вышел, даже не обернувшись. «Какие же они все странные», – сердито и обиженно подумала Алекс. Пожалуй, не стоило даже и лезть в дебри прошлого детей-аристократов. * * * Подумать только! Астория явно не собиралась так просто его отпускать. Драко Малфой стоял у открытого окна в коридоре поезда. Он облокотился руками об оконную раму и следил за пролетающими перед ним тёмными лесами. Вечерело. Влажный воздух приятно обдавал лицо. Дождь всё ещё шёл, но уже практически сошёл на нет. Юноша снова углубился в свои воспоминания. – Астория. – Наконец после долгого затянувшегося молчания Драко Малфой подал голос, который был каким-то хрипловатым. – Видишь ли, я ожидал, что приедут и твои родители. – Мне очень жаль, но мама заболела, отец остался с ней. Поэтому я прибыла одна. – Передавай своей матери моё глубочайшее сочувствие и пожелания выздороветь скорее, – с натянутым сочувствием сказал хозяин дома. – В таком случае, Астория, нам нужно поговорить. – Юноша встал со своего места и безмятежно направился к выходу из гостиной. Слегка опешившая Астория поспешила за ним, виновато улыбнувшись чете Малфоев. Они думали, что сейчас произойдёт треклятое признание в любви, и их ненаглядное чадо сделает предложение Астории Гринграсс, а далее дело останется за малым. Но этого не случилось. Драко Малфой спокойно шёл из противоположного от лестницы конца коридора – отнюдь не он только что отличился внезапным буйством чувств в некогда тихой обстановке Малфой-Мэнора. – Это была Астория? Что происходит? – Лже-Нарцисса нахмурилась, так и оставшись стоять в дверном проёме. В ответ юноша безразлично пожал плечами, после чего всё же произнёс: – Похоже, не приняла реальность. – Какую реальность? Драко, ты что, обидел её?! – Всего лишь ясно дал понять, что помолвки не будет. – Какого чёрта?! – Мама, не ругайся. – Губы Малфоя дрогнули в лёгкой усмешке. – Как это – помолвки не будет? – Люциус Малфой уже стоял позади жены, недоумённо внимая речам сына. – То есть ты решил пойти против своей семьи, я так понимаю? – Да, – с вызовом откликнулся Драко. – Ну-ка, пошли. – Бесцеремонно схватив парня за локоть, мистер Малфой повлёк его в том направлении, откуда, собственно, и пришёл его отпрыск. – Люциус, не стоит, – слабым голосом проговорила Алекс. – Не тебе решать, – отрезал мужчина. – Что ты собираешься делать? – Поговорим с ним по-мужски. Иди, продолжай заниматься своими делами. Он – Дейв Леффертс, запрограммированный в его отца, – мнил, что сумеет как-то повлиять на события того вечера. Как бы не так… – И как это понимать? Александра стояла, опершись о дверной косяк – совсем неподобающе аристократке – и метающими молнии глазами прожигала двоюродного братца, который преспокойно устроился на своей кровати. – Что именно? – Ты порвал помолвку! – Спасибо, я это и без тебя понял. – Перестань паясничать! – Прекрати строить из себя мою мать, – холодно бросил ей Драко. – Я это говорю, прежде всего, от лица твоей сестры. Ты даже не осознаёшь, что только что совершил. – Прекрасно осознаю и не менее хорошо понимаю. – Астория любит тебя. – Ну, и дурочка. Сама виновата. – Но ей же больно! – возмутилась Лже-Нарцисса. – И пусть. – Да что ты о себе возомнил? – тихо, но отчётливо процедила Алекс. – Кто ты вообще такой, чтобы разрушать чужие судьбы? – Тебе самой-то не смешно? Женщина вздрогнула. – Думаешь, ты можешь решать что-то за меня, будучи в облике моей матери? – Почему же ты с такой гордостью заявил о помолвке? – А чёрт его знает. Алкоголь – забавная штука: чего я только ни говорил под его действием. – Негодяй ты, Малфой, – презрительно прошипела Алекс. – Нет, подлец – вот точное определение тебе. – Ну-ну, милая. Тебе я ещё ничего плохого сделать не успел, – дерзко рассмеялся парень. – А хуже, чем сейчас, уже и не будет, – с яростью воскликнула она. – Знаешь, мне всё это решительно надоело. Все эти бесполезные и пустые разговоры. И никчёмная жизнь аристократа – не меньше. Я лучше займусь поисками твоих родителей. Прошло два дня, а дело ни на дюйм не сдвинулось с мёртвой точки. – Удачи в начинаниях, – хмыкнул Драко, откинувшись на кровать и прикрывая глаза. Она всегда была добра ко всем. К Поттеру, когда стёрла его память, чтобы не ранить бедняжку… К этой дурочке Астории, когда на самом-то дело не очень была рада, услышав новость о помолвке… Утро помолвки встретило обитателей Малфой-Мэнора серым затянутым небом и бьющими по стёклам дождевым каплями. За окном буйствовала стихия, снося всё на своём пути. Яростные порывы ветра сотрясали кроны деревьев в тёмном парке имения. Хозяева поместья были не в самом лучшем расположении духа. Алекс уткнулась в книгу, расположившись в уютной гостиной, где умиротворяющее потрескивали дрова в камине; Люциус, что на самом деле являлся Дейвом Леффертсом, работал над чем-то у себя в кабинете, явно не заинтересованный жизнью других обитателей своего дома; а Драко Малфой неторопливо расхаживал по той же гостиной, где и находилась его двоюродная сестра. Гулкие шаги эхом отдавались от каминного пола. – Мне уйти или ты перестанешь бессмысленно ходить по комнате? – сухо поинтересовалась Лже-Нарцисса. – Её что-то уже долго нет. – На улице гроза. Чему ты удивляешься? Драко остановился и смерил женщину пристальным взглядом: – Ты не особо рада. – Ну, ещё бы: уже минут десять пытаюсь вникнуть в одну и ту же строчку. Даже к настоящей чете Малфоев, когда готова была простить им их жестокость, когда отговаривала его, Драко, совершить с ними нечто ужаснее, чем совершили они… – Ты же не убьёшь собственных родителей? – Нет, это слишком безболезненно для таких, как они. Пускай дементоры становятся их компанией до конца жизни. – Ты настолько не любишь… – Как бы ты поступила на моём месте? – резко оборвал Александру юноша. – Насколько помню, ты пыталась уничтожить своего отца, и даже сейчас не особо печалишься из-за смерти обоих своих родителей. Они ведь погибли, помнишь? – Мне… мне всё равно. Ведь я их практически не знала. И количество наших встреч можно сосчитать на пальцах. Другое дело – ты. – Я всегда ненавидел их. Но даже представить не мог, что они пойдут на такое. Ради чего, спрашивается? – Они хотели свободы. – Они хотели сидеть в тепле и уюте, и чтобы никакой Тёмный Лорд над ухом не отдавал приказов. – Может быть. Но ты не вправе жестоко обращаться с ними. Ко всем. Но только не к самому Драко. – Тебя не было весь день, – с долей укоризны заметила Алекс. – Сегодня я поступил, как последняя сволочь. Знаю, – глухо откликнулся Драко. Ответа не последовало. – Ты не сердишься? – искренне удивился он. – Нет. – Почему? Ведь я проигнорировал твою просьбу поговорить. – А я просто не имею право обижаться, ровно так же, как влезать в твою жизнь снова. Если ты таким образом пытался мне что-то доказать, следовало выбрать более эффективный способ. – Жаль. – Что жаль? – Мне никогда не удавалось уязвить тебя. Как-то задеть. – Малфой, ты пьян? – нахмурилась женщина. – Как ты угадала? – Такие проникновенные речи я слышу впервые. Но отнюдь неясно: зачем пытаться меня унизить? – Нет, не унизить. Ни в коем случае. Скорее, задеть твою самоуверенность, самолюбие… Даже будучи отвергнутой мной тогда, два года назад, когда настала пора осуществлять план Лорда, ты всё равно не подала никаких признаков, что обижена или же ещё что-то. – Тебя это так расстраивает? – Мои слова и поступки ничего для тебя не значат – вот то, что я хочу тебе сказать. – Кажется, начинаю понимать. Сбежал на весь день ты именно для того, чтобы проверить, разозлюсь я или же нет, не так ли? На лице парня промелькнула горькая усмешка. – То, что я не показываю никаких эмоций, ещё ничего не значит. Ты всегда был для меня важен. – Не ври самой себе, Алекс. Вот я занимаюсь самообманом уже три года, и оттого мне больнее. Стоило, наверное, попросить тебя стереть память, прежде чем ты покинула бы наш мир. – Драко… – Тебя всегда интересовал лишь один человек, который сейчас находится в полном беспамятстве. И я прекрасно понимаю, что ты сделаешь всё, дабы исцелить его и снова уйти. – Послушай… – Алекс явно хотела возразить, но юноша всё больше повышал голос, не давая ей возможности прервать его рассуждения: – Но, Алекс. Когда ты сделаешь это, когда я помогу тебе вернуть прежнее тело, когда я помогу Леффертсу, умоляю, – он одним движением рухнул на колени, склонив голову, – сотри мою память. Уничтожь все воспоминания! Не дай мне и на секунду думать о тебе! Просто сделай так, чтобы я больше не обманывал себя, не убеждал, что однажды ты вернёшься, что однажды мы будем вместе! – Драко, ты сам не знаешь, что говоришь. – Женщина покачала головой и попыталась его поднять, но юноша уже и на ногах с трудом стоял. – Ты пьян, ты слишком драматизируешь… Это был самый глупый поступок в жизни Драко Малфоя. Самый безрассудный. Но этот поступок повлёк за собой истинную правду: Алекс никогда не любила его. И вряд ли когда-нибудь полюбит. * * * – Ну вот мы и приехали, – Драко помог сестре достать чемодан с верхней полки. – Готова к новым знакомствам? – Если только люди здесь не такие, как Астория, – хихикнула Алекс. Шутка явно вышла неудачная, судя по безмолвию со стороны юноши. Она не могла угадать его реакцию: чёлка надёжно скрывала глаза, когда Драко ставил чемодан на пол. Они покинули вагон позже других. На улице всё так же не прекращался моросящий дождик. Двое слизеринцев мимолётно добежали до кареты, что, похоже, уходила от станции Хогсмид последней. Из окон Алекс заворожено разглядывала приближающийся замок, не веря своим глазам. Хоть погода была и противной, вид Хогвартса от этого не становился менее захватывающим. Сквозь дождь он выглядел по-настоящему загадочно. А когда парень с девушкой выскользнули из кареты, Алекс и вовсе ахнула от изумления. – Позже будешь выражать знаки восхищения. Мы и так опаздываем, – строго обратился к ней Драко. Миновав ворота, ребята пошли следом за удаляющейся толпой школьников. Ученики торопливо прошли внутрь Большого зала, что отделялся от просторного вестибюля широкими дубовыми дверями. Алекс с восторгом оглядывалась вокруг себя и рассматривала убранство замка, пытаясь ничего не упустить. Драко даже пришлось схватить сестру за руку и потащить вперёд, дабы на девушку не налетели сзади другие студенты, что старались поскорее занять свои места за четырьмя длинными столами. Это было похоже на сказку! Алекс, уже сидя в окружении слизеринцев, настолько увлечённо озиралась по сторонам, что в какой-то миг её взгляд сосредоточился на красивом лице темноволосого юноши, который беззаботно улыбался. Было видно, что он так же, по какой-то чистой случайности, встретился глазами с Александрой. Один момент, и улыбка стала медленно сползать с его губ, придавая лицу совершенно потерянное выражение. Ярко-зелёные глаза, как ничто другое, выдали парня – они расширились, будто в паническом страхе, и теперь уже поражённо разглядывали девушку напротив. Прошло несколько секунд, и лицо юноши исказилось от лютой ненависти. Словно не контролируя себя, он медленно поднялся со своего места. Голос Гарри Поттера огласил Большой зал, призвав всех присутствующих в помещении замолкнуть: – Ты!