Плохое влияние

– Дня не прошло, а тебя уже отчитали, – серьёзным тоном сказал Драко, садясь напротив Алекс за завтраком. – Откуда ты знаешь? – изумилась девушка, отставив в сторону тарелку с овсянкой. – Фостер с утра пораньше огорошила меня потоком новостей за вчерашний вечер. Ещё и обвинила в том, что я за тобой не приглядываю. – Забавно, – усмехнулась слизеринка. – Как будто я безответственная девочка. – Ты таковой и являешься. – С насупленным видом брат намазал джем на тост. – Ты, видимо, не знаешь всей ситуации… – Разумеется, Фостер рассказала мне историю во всех подробностях. И мне, в самом деле, следовало проследить, в порядке ли у тебя всё. Но проблема в том, что я и так вчера всю ночь носился с малышнёй, которая не желала спать после отбоя. И сегодня с утра снова никакого покоя. Пэнси, конечно, обеспечила мне весёлые будни в Хогвартсе, уйдя из школы в этом году. – Она была второй старостой? – Да. Одному как-то сложнее, не находишь? – хмыкнул парень. – Но почему тогда Фостер на тебя ополчилась? Она должна понимать… – Ох, Алекс, спроси это у неё, пожалуйста, – скривился он. – Мне хватило утреннего отчёта. Скажем так, личность она не очень приятная. На этом разговор ребят кончился. Вскоре подошли Астория, Миллисента и Эллис. А затем начали подтягиваться и парни-семикурсники. Алекс и Драко пришли сюда самыми первыми. Парень с самой рани выполнял обязанности старосты, а Александра не знала, чем занять себя, проснувшись спозаранку. – Малфой, когда расписания раздавать будешь? – капризно спросила Булстроуд. – Мне доесть здесь кто-нибудь даст? – раздражённо спросил юноша. – Уроки только через сорок пять минут. Успеешь ты добежать до кабинета, не волнуйся. Миллисента недовольно надула губы и отвернулась. – Смотрю, Малфой, трудновато тебе одному, – ехидно заметила Макензи. – Позлорадствовать решила? – В голосе Драко слышался прямой вызов. – Шучу я, сегодня ты слишком нервный. Твоя должность точно тебя состарит раньше времени. Слизеринец возвёл глаза к потолку, а затем встал и направился к преподавательскому столу. – Похоже, мы его достали, – вздохнула Эллис. – Не бери в голову. Он всегда был не особо дружелюбным, – изрекла Миллисента. – Не понимаю, как ты с ним общаешься. – Она обратилась к Алекс. Светловолосая девушка пожала плечами. Краем глаза она видела, как напряжённо вела себя по левую сторону от неё Астория Гринграсс, поэтому решила закрыть эту тему. К ним вновь подошёл Малфой и, швырнув несколько листков с расписанием занятий на свободное пространство стола, ушёл прочь. Алекс внимательно наблюдала, как он раздаёт бумажки остальным слизеринцам, пока не услышала разочарованный возглас по правую сторону от себя: – Ну вот, первым же уроком Защита от Тёмных искусств с этой Фостер! Миллисента Булстроуд со злостью отодвинула от себя тарелку с яичницей и встала из-за стола. Эллис Макензи последовала её примеру, а вот Астория всё так же продолжала сидеть, ковыряясь ложкой в каше. Когда две слизеринки ушли, она сказала: – Ненавижу их. В ответ на удивлённый взгляд Алекс, девушка продолжила: – Они всегда говорили про него только гадости. Всегда, когда ему требовалась реальная поддержка, они лишь над ним смеялись. А раньше ещё друзьями были. – Но почему так произошло? Почему они больше не друзья? – Ну, во-первых, характер Драко, сама понимаешь, иногда оставляет желать лучшего. А во-вторых, его все стали презирать после того, как он провалил план Тёмного Лорда на шестом курсе. А уж теперь, после войны, с ним даже Крэбб и Забини перестали общаться. Она замолчала, сосредоточенно глядя перед собой. – Знаешь, – Темноволосая слизеринка пристально вгляделась в Алекс, – главное, чтобы ты его не бросала. Это будет последней каплей. Пообещай, что не поступишь так же, как они все. Алекс нахмурилась. С чего ей вдруг рвать отношения с собственным братом? – Я и так… – Просто пообещай. – Обещаю, – покорно ответила девушка. – Нам уже, наверное, пора идти. * * * Девушки успели войти в класс ещё до звонка. Алекс увидела на последней парте одиноко сидящего Драко. Юноша по привычке лениво развалился на стуле, опершись щекой о кулак левой руки, а правую положив на спинку стула. Когда сестра присела на соседний стул, он и бровью не повёл, всё так же равнодушно разглядывая обстановку в классе. – Эй, ну ты чего? – участливо поинтересовалась она, сев боком к доске и вглядываясь в лицо Малфоя. – Не спрашивай, – угрюмо отозвался тот, окинув сестру сердитым взглядом. – Лучше бы ты села с Асторией. – Это ещё почему? – Я намерен поднять себе настроение какой-нибудь шалостью. – Драко криво улыбнулся. Как раз в это мгновения мимо их парты прошёл Гарри Поттер в компании с Гермионой Грейнджер и Роном Уизли (Алекс, наконец, удалось узнать их имена). – Эй, Поттер, ты мне весь обзор загородил, – ядовито обратился к гриффиндорцу Малфой, когда тот сел перед слизеринцами. Гарри немедленно обернулся и, смерив уничтожающим взглядом Драко и Алекс, которая не смогла сдержать улыбки при виде лиц двух заклятых врагов, ехидно заметил: – На кой чёрт тебе обзор, Малфой? Всё равно пробьёшься по старым связям в Министерство. Можешь даже не учиться. – Ага, даже смотреть противно, с каким лицом ты терпишь наше общество, – презрительно заметил Уизли. – Ну, прости, Малфой, что вокруг тебя теперь одни лишь грязнокровки и предатели чистокровных. Наверное, тебя это очень смущает. – Смущает? – Слизеринец фыркнул. – У меня сложилось впечатление, что тебя это смущает гораздо больше. Все семикурсники со Слизерина дружно загоготали. Малфой, выпрямившись, торжествующе посмотрел на двух гриффиндорцев перед ним. Гарри со злостью стиснул зубы, а Рон, чьё лицо вмиг стало багряным, поспешил отвернуться. – Тишина! – послышался резкий голос. Вдоль рядов парт быстрым шагом шла профессор Фостер. Повернувшись лицом к классу и строго смерив взглядом нарушителей дисциплины, она начала: – На моём уроке я не потерплю разговоров не по теме. Говорить, только подняв руку и чётко сформулировав вопрос по самой теме урока. Вопросы есть? Как и накануне в Большом зале все притихли, с опаской поглядывая на эту женщину, что одним своим суровым видом вселяла уважение к себе и своему уроку. – Вопросов нет, – продолжала констатировать профессор. – Итак, в этом году всех вас ожидает очень важное испытание, а именно – Жутко Академическая Блестящая Аттестация, также хорошо известная, как ЖАБА. Экзамен проводится на седьмом курсе как окончательный зачёт по всему пройденному материалу. ЖАБА сдают по тем предметам, которые были выбраны после СОВ и отобраны учениками и деканами. Так что хочется верить, что каждый из вас выбрал для себя действительно те предметы, которые помогли бы вам для будущей профессии. В противном случае, придётся работать с теми отраслями магии, с которыми вам не очень бы хотелось иметь дело. Но не будем об этом. Итак, после сдачи ЖАБА волшебник может поступить на работу или на курсы по основам выбранного дела. Например, сдавшие ЖАБА и набравшие необходимый минимум по баллам – будущие мракоборцы или целители, продолжают обучение на специальных курсах. Как вы уже поняли, этот год мы потратим на элементарное повторение изученного материала, дабы подготовиться к этому чрезвычайно ответственному экзамену. Есть вопросы? Молчание. – Хорошо. Приступим к простейшим оборонительным заклинаниям. Кто может назвать мне хотя бы одно из них? В воздух взметнулась рука Гермионы Грейнджер. – Да, мисс… – Грейнджер, – с довольным видом закончила за неё гриффиндорка. Пока Гермиона очень чётко и лаконично отвечала на вопрос, Драко Малфой на пару с Винсентом Крэббом очень реалистично копировали манеру девушки выпрыгивать с места. Миллисента и Эллис обернулись на шум и начали хихикать. Алекс тоже еле сдерживала смешок. Она закрылась рукой от Малфоя и попыталась сконцентрироваться на ответе гриффиндорки (собственно, ей требовалось быть внимательнее на всех уроках), но, глядя, как по-детски ведёт себя Грейнджер, с довольным и угодливым видом рассказывая об Экспеллиармусе, слизеринка уже тоже не могла не издать смешок, который тут же попыталась прикрыть кашлем. А тут ещё как назло Драко начал хлопать её по плечу. Взглянув на брата и вопросительно вскинув бровь, она громко и на весь класс начала хохотать, наблюдая за кривляющимся слизеринцем, который начал строить совсем уж не аристократичные физиономии. – Мисс Пирс? – раздался громкий голос, заглушающий даже смех девушки. – Вы нашли что-то смешное в ответе мисс Грейнджер? – Нет. – Всё ещё смеясь, Алекс уткнулась взглядом в парту и прикрыла лицо рукой. – Я смотрю, мистер Малфой тоже не прочь поделиться со всеми нами своей радостью. Весь класс с любопытством уставился на последнюю парту среднего ряда, где сидели двое, всё ещё ухмылявшихся слизеринцев. – Минус двадцать очков со Слизерина и останетесь после уроков. Мисс Пирс немедленно сядет на первую парту вместе с мисс Гринграсс. Под насмешливые и презрительные взгляды гриффиндорцев Алекс горделиво поднялась со своего места и, подхватив вещи, невозмутимо двинулась вперёд. Парта Астории находилась прямо перед учительским столом. Происходящее скорее забавляло девушку, но никак не смущало. Хоть они с Малфоем и наказали сами себя вместе со всем факультетом, урок выдался более чем весёлым. Зато Астория явно считала иначе. Смерив однокурсницу укоризненным взглядом, она будто бы сказала Алекс: «Ну что, доигралась?» * * * Хорошенько отоспавшись на Истории магии, семикурсники бросились знакомой дорогой вниз, в подземелье, в классную комнату, где проходили уроки Зельеварения. Точнее, таких учеников оказалось даже меньше дюжины. Среди них были Александра Пирс, Астория Гринграсс, Драко Малфой, Теодор Нотт и Блейз Забини со Слизерина, четверо человек с Рейвенкло, которых не знала Алекс; один хаффлпаффец, также не знакомый девушке, и всё те же Гарри, Рон и Гермиона, которые были не очень-то рады видеть компанию из пяти слизеринцев. Дверь классной комнаты открылась, и показался сперва живот Слизнорта, а потом уж и он сам. Радостно улыбаясь из-под пышных, как у моржа, усов, он одного за другим пропускал в класс, причём с особенным энтузиазмом приветствовал Поттера и Забини. Алекс и Драко были последними в этой скромной очереди. Пропустив Драко, Слизнорт мало сказать, что округлил глаза при виде слизеринки. На губах, скрытых усами, появилась какая-то горькая усмешка, когда мимо него прошла Алекс, по-будничному поприветствовав профессора и стараясь не обращать внимания на его реакцию. В подземелье клубился разноцветный пар, и витали удивительные запахи. Все слизеринцы уселись за один стол, Алекс оказалась в середине. Другой стол заняли рейвенкловцы, а гриффиндорцы вместе с хаффлпаффцем устроились за самым первым. – Ну-те-с, ну-те-с, – проговорил Слизнорт; очертания его массивной фигуры мерцали и расплывались в мареве многоцветного пара. – Все достали весы, наборы для приготовления зелья, и не забудьте учебники. Ребята оживлённо зашевелились, доставая всё перечисленное профессором. Слизнорт объявил, что на этом уроке они будут варить зелье Невидимости, которое обязательно войдёт в программу ЖАБА. Ученики дружно загремели котлами, кто-то уже ставил гирьки на весы, но никто не произносил и слова. Сосредоточенную целеустремлённость, царившую в классе, можно было, кажется, пощупать рукой. Малфой по левую сторону от Алекс лихорадочно листал «Расширенный курс зельеварения». Сама девушка преспокойно читала главу, решив, что главное в этом деле – сосредоточенность и терпение. Она внимательно прочла инструкцию и принялась за дело. Все то и дело оглядывались посмотреть, как идут дела у соседей. В этом было и преимущество, и неудобство уроков зельеварения – никто не мог скрыть свою работу от других. Через десять минут комнату заволокло прозрачным красноватым паром. Наконец, время подошло к концу. Слизнорт медленно двинулся между столами, заглядывая в котлы. Он не делал никаких комментариев, только иногда принюхивался или помешивал в котле. Вскоре он добрался до самого последнего стола, где были только слизеринцы. Прошёл мимо малиновой жижи Забини. Зелье Драко удостоилось одобрительного кивка. Тут Слизнорт увидел зелье Алекс, и на его лице выразилось недоверие, смешанное с восторгом. – Безусловная победа! – воскликнул он на всё подземелье. – Отлично, Алекс! Я знал, что Вы переняли таланты Ваших родителей! Как это ни прискорбно, оба они – и Тёмный Лорд, и Беллатрикс – были настоящими профессионалами в области Зельеварения. У Вас вышло зелье высшей пробы. Я редко видел у учеников такой насыщенный красный цвет зелья Невидимости. Алекс чуть зарделась, но под взглядом Малфоя сделала гордую осанку и смело посмотрела в лица остальных студентов. Под конец урока, едва девушка успела собрать сумку, к ней подошёл Слизнорт. – Александра, можно украсть несколько минут Вашего времени? Слизеринка кивнула и одним лишь взглядом попросила друзей её не ждать. Когда класс полностью опустел, профессор начал: – Алекс, как Вы смотрите на то, чтобы присоединиться к вечеринке, которая будет проходить на следующей неделе? – Я… – Алекс запнулась. С какой это стати он её приглашает? – О, не волнуйтесь, будут лишь несколько человек. Это будет очень тёплый и радушный приём по поводу начала учебного года. Мой клуб Слизней устраивает такую каждый семестр. – А чем я заслужила честь быть приглашённый? – хмыкнула слизеринка. – Вы – довольно интересная личность. Дело и в происхождении, и в Ваших сегодняшних успехах. Думаю, было бы неплохо, если бы Вы поделились с нами секретом своего удачно сваренного зелья. – Даже не знаю, профессор, – задумчиво изрекла Алекс. – Приду, скорее всего. – Это будет замечательно, Алекс! – Профессор готов был ликовать от радости, а вот девушка почувствовала себя вконец обречённой. * * * Алекс самая последняя вышла из подземелья. К сожалению, никого знакомого поблизости не было, поэтому пришлось идти на обед в гордом одиночестве. Едва она свернула за угол коридора на первом этаже, как услышала чей-то гнусный смех, а затем жалобный писк. Девушка тотчас пошла на звуки этого коварного смеха, понимая, что сейчас там происходило нечто не очень хорошее. Её опасения оправдались. Посреди опустевшего коридора (многие уже были на обеде) стояли четверо учеников, по-видимому, первокурсников. Один, сжавшись в комочек, прижался к стене. Слизеринке удалось увидеть на мантии мальчика эмблему факультета Хаффлпафф. Он с паническим страхом смотрел на троих слизеринцев, что стояли чуть поодаль. Тот, что был впереди этой компании – темноволосый мальчик с красивыми ярко-голубыми глазами и презрительной усмешкой – вертел в руках палочку, с особой кровожадностью глядя на жертву. Двое других – с виду ничем не примечательных слизеринцев – довольно ухмылялись. Мгновение, и «вожак» произнёс: – Круцио! Хаффлпаффовец закричал. Лицо исказилось от резкой боли, он упал навзничь. Из глаз текли слёзы. Он лежал на каменном полу и тихонько плакал. – Эй, что вы вытворяете? Прекратите немедленно! – закричала на первокурсников Алекс. Быстрым шагом она подошла к тому мальчику, что глумливо улыбался, наблюдая за уязвлённой жертвой. При виде надвигающейся к ним светловолосой девушки, которая в гневе испепеляла всех троих взглядом, двое дружков главаря трусливо попятились назад. – Шла бы ты своей дорогой, Пирс, – медленно растягивая слова, проговорил темноволосый парень, смерив слизеринку надменным взглядом. – Дэвид, не надо, она же… – испуганно проговорил мальчик с русыми волосами, боясь даже посмотреть в сторону Алекс. – Заткнись, Шон. Она всё равно ничего нам не сделает, – нагло улыбнулся Дэвид. – Ошибаешься, – лукаво сверкнув глазами, ответила девушка, наконец, поняв, почему двое из этой компании так напугались при виде её. Оказывается, пресловутое происхождение могло даже сыграть ей на руку. – Не убивай нас, – дрожащим голосом сказал третий мальчик. – Я – Йен Миллер, из чистокровной семьи. Мои родители всегда были на стороне Того-Кого-Нельзя-Называть. И я… я тоже всегда его уважал! Алекс чуть было не закатила глаза к потолку – неужели эти малыши всерьёз думают, что сейчас она начнёт пробовать на них Непростительные заклинания? Вместо этого девушка сказала Йену: – Тебя я убивать не буду, а вот твоего дружка… – Она покосилась на Дэвида. – Знаешь, у меня первый разряд по проклятиям! – коварно ухмыльнулась Алекс, уже обращаясь к темноволосому пареньку. – Могу такое наслать! Благо, что папочка научил меня перед смертью. Хаффлпаффовец, что всё это время теперь в страхе стоял у стенки, как-то жалобно пискнул после последних слов слизеринки. – Да я тебя не боюсь! – будто внушая это самому себе, ответил Дэвид, но было слышно, как предательски дрогнул его голос. Похоже, мальчику становилось не по себе. – Да? Ну, хорошо. Алекс направила на него руки, прикрыла глаза и начала произносить импровизированное заклинание: – Вуфус Руфус Трансформутус В Жабу Парня Превращутус… – А-А-А!!! НЕ НАДО! – Этот крик принадлежал Дэвиду, когда он со своими дружками кинулся бежать прочь, однако дорогу мальчишкам преградила Минерва МакГонагалл. – Что здесь творится? Мисс Пирс? – Профессор удивлённо взглянула на семикурсницу. – Она хотела навести на нас порчу! – лихорадочно начал рассказывать изрядно струсивший главарь. – Что? Это правда, мисс Пирс? – Директор была вне себя от ярости. – Нет, профессор, это было вовсе не… – Что Вы себе думаете вообще?! – рявкнула она. – Я думала, что Вы будете порядочно вести себя в стенах этой школы, а Вы… – Профессор, – прервал её тихий тоненький голос, принадлежащий мальчику, на которого напали. Профессор МакГонагалл пронзила его нетерпеливым взглядом. – Алекс спасла меня. – Что, мистер Мейси? – удивлённо переспросила она. – Это они, – Мальчик указал на троицу слизеринцев, – напали на меня. А Алекс пыталась их остановить. – Я всего лишь хотела их напугать, – подхватила девушка. – Они не воспринимали ни одно моё слово и издевались над этим мальчиком. Что мне оставалось делать? Никакой порчи я наводить не умею. – Это правда, мальчики? – гневно обратилась директор к слизеринцам. – Ну… в общем, да, – тихо ответил Шон. – Зачем Вы напали на мистера Мейси? – Потому что он – грязнокровка, – недобро сверкнув глазами, процедил Дэвид. – Мистер Монтгомери, Вам не кажется, что Вы забываетесь? Вы не у себя дома – Вы в Хогвартсе, где не существует таких понятий, как «грязнокровка» или же «чистокровность». Сейчас это уже никого не волнует. Да и в приличном обществе такими словами не раскидываются. За нападение на однокурсника все трое будете наказаны. Немедленно идите в мой кабинет. – Мистер Мейси, Вам бы следовало научиться постоять за себя, – серьёзным тоном отчитала хаффлпаффца преподавательница. – Вы тоже свободны. Профессор подошла к Алекс и положила руку той на плечо. – Мне, право, неловко, что я ложно обвинила Вас, Александра. Вы показали настоящий пример мужества и отваги! Всё-таки я не жалею, что приняла Вас в Хогвартс обратно. Думаю, происхождение действительно не всегда оправдывает себя. А где в это время был мистер Малфой? Он – староста и должен следить за дисциплиной. Особенно за учениками своего факультета. – Я не знаю, профессор. – Думаю, его как раз следовало бы отчитать. – Профессор, он же и так один за двоих работает… – попыталась оправдать брата Алекс. – Вы правы, но что, если бы Вас здесь, по чистой случайности, вдруг не оказалось? – Я не знаю. – И всё-таки я должна многое сказать мистеру Малфою. С этими словами директор отошла. Алекс тоже решила больше не оставаться здесь. Нужно было успеть на обед. Завернув за угол, она вздрогнула: тот мальчик из Хаффлпаффа явно ждал её. – Ты чего? – спросила она его, чуть улыбнувшись. – Я хотел поблагодарить Вас… – Хаффлпаффец густо покраснел. – Не стоит. Пошли на обед, не то опоздаем. Алекс пошла вперёд, мальчик – за ней. – Я думал, что Вы не такая… – Послушай, не нужно ко мне на «Вы» обращаться, – рассмеялась Алекс. – Просто Алекс. – А я – Самюэль, – тут же приободрился он. – Очень приятно, Самюэль. Почему ты был здесь совершенно один? – У меня нет друзей, – потупив взор, ответил Хаффлпаффец. – Серьёзно? – Слизеринка пристально на него посмотрела. – Ничего страшного. Они обязательно появятся. Даже если у меня это случилось… – Она горько усмехнулась. – На самом деле, ты хорошая. И скоро все обязательно поймут это, – улыбнулся Самюэль. – А можно… – Он сделал паузу, – стать твоим другом? – Можно, – лучезарно улыбнулась ему в ответ Алекс. Они, наконец, дошли до Большого зала. – Что же, мне нужно идти к своим. Удачи тебе, Самюэль. * * * Драко Малфой был не в лучшем расположении духа. Происходящее в замке очень утомило юношу. Дети в этом году совсем с катушек слетели. Особенно слизеринцы. Он помнил себя на первом курсе: постоянно подстраивал козни Поттеру, унижал Уизли, чувствовал своё превосходство над однокурсниками; бывало, что и гулял во время комендантского часа. Но чтобы истреблять грязнокровок – нет, этим если он и занимался, то уже на старших курсах. Да и теперь парень напрочь избавился от всех этих предрассудков. Точнее, ему стало просто всё равно, кто окружает его в этом замке. Просто-напросто стало не до этого. Были сейчас заботы и поважнее. Тем более, он нёс ответственность за свою двоюродную сестру. Так что какая разница? Дэвид Монтгомери, насколько помнил слизеринец, был отпрыском одной из самых почитаемых чистокровных семей волшебников в Англии. Наравне с Малфоями. Вот только дети Монтгомери довольно-таки редко попадали в Хогвартс, если учесть, что не так уж много их и рождается. Само семейство состоит из нескольких поколений, которые берут своё начало всё от тех же пресловутых Блэков. Так что в какой-то степени Драко и этой заносчивый упырь были родственниками. Несмотря на похожесть характера этого сопляка на характер самого Малфоя, последний питал к первокурснику лишь презрение. Да и слишком тот сегодня перегнул палку… Драко устало упал в кресло у камина. Он только отбыл наказание у Фостер вместе с сестрой. Алекс в гостиной ещё не было. Небось, треплется где-нибудь с Гринграсс. Или же с Макензи и Булстроуд обсуждают какие-нибудь девчачьи глупости, вроде лака для ногтей или же наряда на Рождественский бал. Юноша хмыкнул, вспомнив, как купил Алекс платье на один из таких балов три года назад. Как давно это было… Он ещё тогда не знал, что пригласил на бал свою кузину и что она сыграет в его жизни совсем не маловажную роль. Его размышления прервала какая-то мелкая девчонка, которая встала прямо перед ним, загородив пламя в камине. – Чего тебе? – недовольно поморщился Малфой, разглядывая слизеринку. Она с самым надменным видом протянула ему какой-то свёрнутый в трубочку пергамент, что был перевязан красной атласной лентой. – Если это послание от Слизнорта насчёт его дурацкого клуба, то можешь забрать это себе, – грубо отрезал он. Девчонка, ничего не ответив на такое хамство, удалилась, кинув на него презрительный взгляд. Обречённо вздохнув, Драко развернул свиток пергамента. «Прошу явиться в мой кабинет сегодня, в 18:00. Искренне Ваша Минерва МакГонагалл» Парень сердито скомкал лист и кинул его в огонь. Снова МакГонагалл. Неужели мало было сегодняшнего нагоняя за ту дерущуюся малышню? Она его вконец довести решила. А если там ещё и эта Фостер будет… До встречи оставалось пятнадцать минут, поэтому, лениво потянувшись, Драко поднялся и пошёл к выходу из гостиной. А если серьёзно, то зачем директриса его вызывает? Явно не для того, чтобы дать ему значок за смекалку и сообразительность. Вообще она очень даже странно проявила себя за прошедшее лето… – Кто-то прислал мне сегодня фото… Это же был Аарон! – Твоя сова? – Да! Тогда, два года назад, я отправила сову в Хогвартс. Но сегодня она вернулась обратно. – Странно. Хотя, возможно, МакГонагалл перебирала архив Хогвартса и решила отправить тебе фото на память. А тут ещё и сова твоя под руку вовремя подвернулась. – Абсурд. – Думаешь, кто-то ещё может знать наш маленький секрет? Неужели и впрямь МакГонагалл могла что-то знать о проделках его родителей? Странно, видимо, способность знать всё и без всяких объяснений такому феномену передавалась от директора к директору. Наконец, Драко добрался до кабинета профессор МакГонагалл и постучался. – Войдите. Слизеринец, призывая себя к терпению, прошёл в кабинет и сел напротив директрисы, что разбирала какие-то бумаги за своим столом. Вид у неё тоже был измождённый. – Вы как раз вовремя, мистер Малфой. – Она оторвалась от своих дел и строго взглянула на юношу. – Сегодняшняя практика показала, что одному Вам довольно-таки сложно управиться со своим факультетом. За учениками, а особенно за первокурсниками, требуется жёсткий контроль. Вы не смогли оказаться на месте сегодняшнего столкновения четверых учеников в нужное время. Понимаете, к чему я клоню, Драко? Школе нужен ещё один староста с Вашего факультета. Точнее, девушка-семикурсница. Мне кажется, было бы разумным обсудить этот вопрос лично с Вами. – Хотите, чтобы я выдвинул собственную кандидатуру? – удивлённо вскинул бровь Драко, развалившись в кресле. – Именно. – Ну что же… – растягивая слова, начал он. – Возьмём, к примеру, Булстроуд – за ней самой нужно следить, а то того и гляди разожжёт конфликт. Более безалаберного человека я не знаю. Макензи? У неё на уме лишь всякие глупости. Да и она, прежде чем разнять дерущихся, скорее побежит об этом сплетничать со всей школой. Гринграсс? – Юноша задумался, нахмурив брови. – Могла бы, но… почему, собственно, не назначить на эту должность Алекс? – Мисс Пирс? Вы так считаете? – с сомнением протянула профессор МакГонагалл. – Всё ещё относитесь к ней как к второсортному человеку из-за ещё происхождения? – настороженно спросил слизеринец. – Ну что Вы, мистер Малфой! – Тогда почему нет? Если бы не Алекс, эти трое первогодок избили бы того хаффлпаффца. Разве нет? Преподавательница молчала, внимательно глядя на Драко. – Послушайте, профессор. Вы не думали, что это… кхм, необычное происхождение только на руку Алекс? Вспомните, как она запугала малышей. Её же вся школа боится. Каждый думает, что она вполне сможет навести порчу на любого, кто ей не понравится. Подумайте, как её все будут слушаться. – Слизеринец криво улыбнулся. – Довольно веский аргумент, – чуть улыбнулась в ответ директор. – Что же, Вам удалось меня убедить, мистер Малфой. В таком случае, осталось лишь спросить согласие у самой мисс Пирс. – Она будет рада. – Вот и посмотрим. Приведите её сюда. * * * – Я – староста?! – воскликнула Алекс. – Ты серьёзно? – Ты хотела бы? – Даже не знаю… Это очень серьёзное решение. На мне будет такая большая ответственность… – Представь, как тебя все станут уважать, – хмыкнул Драко. Девушка призадумалась. А ведь он прав! Вот он шанс стать другой в глазах учеников Хогвартса! Если все увидят, что она заняла такую высокую должность, то поймут, что она вовсе не опасна и что желает всем только добра! Она улыбнулась Малфою. – Ну что, пойдёшь к МакГонагалл? Слизеринка кивнула. – Я согласна, профессор, – сказала Алекс, только переступив порог кабинета директора. – Присядьте, мисс Пирс. – Подождав, пока та послушается, Минерва МакГонагалл продолжила: – Вы понимаете, насколько эта важное решение, верно? – Да, профессор. – И понимаете, что теперь у Вас будет вдвое меньше свободного времени? – Понимаю. – И знаете, что с завтрашнего дня станете ответственной за любой проступок учеников школы? – Да… Вы пытаетесь меня отговорить, профессор? – Нет. – Сквозь суровую маску неприступности директриса улыбнулась. – Поздравляю, мисс Пирс, с завтрашнего утра Вы назначаетесь старостой своего факультета!