Викторион

Иадэль проводила их глубокой ночью. Пожелала удачи, попросила вернуть ее племянницу и дала Виктору в дорогу ягод, воды и корень особого растения, что увеличивал выносливость и помогал так быстро не уставать в пути. Отправились на поиски Элландрии Виктор с Диаланом не одни. И эльфа это не радовало, но он вынужден был терпеть. Их сопровождал муклан, хвостатый зверь по кличке Рыжик, чей нюх Виктор использовал, чтобы отыскать эльфийку по запаху. Перед тем, как они ушли, Иадэль вручила человеку длинную рубашку племянницы, и Рыжик время от времени нюхал ее и показывал им дорогу. Для человеческого да и для эльфийского глаза запахи были незримыми, но муклан их буквально видел. Когда Виктор сливался с животным и чувствовал все то, что ощущает тот, у него волосы на затылке вставали дыбом. Запахи для Рыжика были видимыми, как красный туман, и яркими полосами указывали путь. Стоило ему нюхнуть разок другой рубашку эльфийки, как он точно знал, куда бежать. Первый перевал они устроили далеко за полдень и не потому, что устал Виктор. Съев пару корешков духвестницы, тот до сих пор чувствовал себя бодрым и способным идти. Он бы без проблем дотерпел до полуночи. Но выбился из сил Рыжик. Муклан ― виноватым он себя уж точно не считал ― просто по-хозяйски сел поперек дороги и поднял длинную мордочку с огромными желтыми глазами на Виктора. Поднял и многозначительно заурчал. А потом лег спать, всем своим видом показывая, что дальше он, пока, как следует, не отдохнет, не пойдет. ― У нас всего два дня, чтобы нагнать их и вернуть Элландрию, ― произнес Диалан, скрестив на груди руки. ― А этот, ― он кивнул в сторону Рыжика, ― вздумал спать… С виду крупный, сильный зверь, а на деле… ― Перестань, ― сказал Виктор, ― мы ведь не знаем, когда он в последний раз спал. ― Да хоть тридцать ночей назад! ― воскликнул эльф. ― Нам нельзя терять время, разве ты не понимаешь? Все Виктор понимал, он бы и сам охотно продолжил путь, но раз зверь выбился из сил, они должны отдохнуть. Другого выхода нет. Вернее он есть, но Виктор не станет вынуждать Рыжика рвать себя. Ведь причинить животному боль ― это то, на что Виктор не согласился бы даже под страхом смерти. ― Раз они не убили Элландрию сразу, ― задумчиво проговорил Виктор, ― они будут ждать, даже если мы не нагоним их за три дня. Знаешь почему? Потому что им нужен я. Возможно, они надеются избавиться от меня или просто хотят отнять мой дар… Но они не станут убивать ее до тех пор, пока я их не нагоню. Пока мы с тобой их не нагоним. ― Надеюсь, ты прав, ― сказал Диалан и присел на выступающий из земли, поросший мхом корень древа. Несколько мгновений эльф сидел молча и глядел себе под ноги, затем громко выдохнул и встал. ― И долго нам его ждать? Виктор зевнул. ― Не знаю. ― Раз делать все равно нечего, давай поупражняемся на мечах? ― Чтобы звоном стали мешать спать Рыжику? ― уточнил Виктор. ― Не думаю, что если он проснется не отдохнувшим, мы сразу же продолжим путь. Лучше не тревожить Рыжика. ― Мы отойдем, ― предложил Диалан. ― Впереди холм, за ним чащоба. Там и поупражняемся. Никто никому не будет мешать. ― Ну не знаю… ― Виктор потупил взгляд. ― Чего не знаешь? ― Я бы… я бы, если честно, тоже отдохнул бы. Лишним ведь не будет. ― Прекрасно! ― воскликнул эльф. ― И ты туда же! Виктор еще раз зевнул и прилег на землю. ― Вам, эльфам, ― пробормотал он, ― не понять нас. Засыпая, Виктор слышал шумное дыхание Диалана. ― Как только Рыжик проснется, ― прошептал Виктор, ― пни меня. ― Я пну, ― отозвался эльф, ― можешь не сомневаться. Разбудил Виктора не пинок, а что-то горячее, мягкое и мокрое, прислонившееся к его щеке. Он открыл глаза и невольно в ужасе отполз назад. Перед ним в темноте ночи, как две луны, горели желтым два круга, и кто-то шумно-шумно дышал. Виктор часто заморгал, прогоняя дрему, и наконец сообразил, что смотрит на ни кто иной, как Рыжик. Только Рыжик словно сменил окрас шерсти и теперь почти полностью сливался с тьмой посреди кустарников; различить его силуэт было не просто. «Подождите, ― подумал Виктор, ― почему я посреди кустов?» Он точно помнил, что засыпал рядом с корнем древа, кустов поблизости-то и не было. ― Диалан! ― позвал Виктор и поднялся. Спросонья тело казалось тяжелым и непослушным. ― Диалан, ты где? Прикрыв лицо руками, он прошел прямо сквозь куст и вышел на поляну. Абсолютно темную поляну. Небо закрывали пышные кроны, а обычно светящиеся повсюду жучки и растения словно бы пропали. Всюду стояла темень. ― Диалан! ― закричал Виктор. Ответом ему был шелест перебираемых ветерком листьев да шумное дыхание Рыжика. Вернее, Рыжиков. Виктор только сейчас сообразил, что на него смотрят три муклана. Смотрят и не шевелятся, точно статуи. ― Виктор, вот ты где! ― раздался женский голос. ― Иди ко мне! Виктор прищурился и увидел спереди женский силуэт. Подошел поближе. По фигуре и колчану за спиной опознал эльфийку. ― Элландрия? ― не поверил он. ― Но ведь ты… ― Виктор, ― в голосе эльфийки послышалось раздражение, ― иди же ко мне, быстрее! Виктор сам не заметил, как оказался возле нее. Она стояла спиной к нему и, вероятно, рассматривала что-то важное. Виктор стал рядом с ней и сказал: ― Я думал, что тебя похитили. Эльфийка молчала. Виктор не видел ее лица, оно пряталось в глубоком капюшоне. ― Элландрия, ― он коснулся ее плеча. ― Как тебе удалось… ― Виктор, ― тихо произнесла она и повернулась к нему. Виктор в ужасе отскочил и попятился. Из-под капюшона на него глядело уродливое лицо ведьмы с красными глазами. ― Виктор! ― Пятясь, он почувствовал, как что-то ударило его в плечо. ― Виктор! ― Ударило еще раз. ― Виктор, да очнись ты! Виктор резко сел и увидел перед собой взволнованного Диалана. За спиной эльфа, высунув язык, махал хвостами Рыжик, отлично различимый в светлом лесу. Никакой темени вокруг не было. ― Я что, спал? ― не поверил Виктор и пальцами потер веки. ― Не просто спал. Ты лег рядом с этим! ― Эльф показал пальцем на бирюзовый мох, растущий с краю корня древа, возле которого лег Виктор. ― Ты ведь вместе с Аридэйль травы изучал? Изучал? ― Ну да, ― сказал Виктор. ― Только такой штуки не помню. ― Это штука, как ты ее назвал, лурьенфаль ― сонная плесень, которую эльфы еще называют кошмарной. Ее испарения погружают в глубокий сон и провоцируют высвобождения переживаний и страхов. ― Так вот почему я видел кошмар… ― Если бы ты пролежал так до захода солнца, разбудить тебя без целительниц я бы уже не смог. ― Спасибо, что заметил, ― поблагодарил Виктор. ― Благодарить тебе надо не меня. ― Диалан странно посмотрел на Рыжика. ― Если бы Рыжик предпочел поспать подольше, я бы и не подумал тебя будить и ничего бы не заметил. Виктор улыбнулся, подозвал к себе муклана и мягко потрепал того за пушистым ушком. А еще, удовлетворенный, отметил про себя, что эльф впервые назвал зверя по имени. «Так, глядишь, ― подумал Виктор, ― и они вскоре подружатся». ― Хочешь его погладить? ― спросил он, хотя и догадывался, каким будет ответ. ― Мне кажется, Рыжик заслужил. ― Ему хватит и твоей ласки, ― отозвался Диалан. ― Вот когда спасет меня, если такое вообще может произойти, тогда и поглажу. Возможно, ― добавил он, ― но не точно. ― Слышал, Рыжик? Муклан ― или Виктору только показалось ― еле заметно кивнул и блеснул глазами, как бы говоря: «Вызов принят». ― Ладно, ― сказал эльф, ― пойдемте. Надеюсь, Рыжик отдохнул достаточно, чтобы мы шли всю ночь без остановок. Рыжик многозначительно заурчал. ― И что это значит? ― Диалан взглянул на Виктора. ― Ты понимаешь его урчание? ― Конечно. ― И что же он сказал? ― Что ты противный. ― Виктор про себя смеялся, придумывая ответ на ходу. Переводить урчание муклана в слова он, конечно же, не умел. ― И что он рассчитывает спасти тебе жизнь и получить награду. Говорит, ты неплохо так гладишь. Почти мастерки. Но тебе, говорит, стоит поучиться у меня.