Средневековая романтика. Пособие по выживанию

Тем погожим летним днем Пенни наслаждалась полуденным чаем в маленьком саду за особняком. Лёгкий ветерок ерошил её длинные, пшеничного цвета волосы, в воздухе витал запах свежеиспеченных десертов, что совсем недавно милая горничная подала к столу. Горячий крепкий чай с листочками ягод и ложечкой сахару делал девушку в разы счастливее. Всё в этом дне было прекрасно: вкусная еда, безоблачное небо над головой, лёгкое белое шёлковое платье, что, колыхаясь, ласкало кожу нежными прикосновениями и, конечно же, роман, что писался сегодня сам собой. Изящным движением тонкой руки Пенелопа поправила упавшие на лоб прядки волос, как вдруг перед самым носом просвистела горящая стрела. Она воткнулась точно в стопку исписанных страниц, что вспыхнули прямо на глазах у девушки. Она с ужасом наблюдала, как от её непосильных трудов в мгновение ока осталась только горстка воспоминаний. Дунул ветерок и эта горстка тлеющего пепла ловко перекочевала на колени бедняжки. Лёгкий шёлк мгновенно вспыхнул адским пламенем и опалил длинные растрепанные волосы. Пенни завизжала так сильно, что затряслись стекла особняка. На крыльцо выскочила все домочатцы, включая барона Грэма. - Пинки-и-и!!! - орала во всю глотку Пенелопа, безуспешно пытаясь потушить пожар. И, поскольку никто не сдвинулся с места, вынуждена была вылить чайник остывшего чая себе на голову. - Мать твою, уб*людок с*раный, ты опять взялся за оружие?! - Пенни, деточка, - бросился к ней вышедший из ступора от потока отборной брани отец. - Как ты, свет очей моих? Скажи папочке, что сделать, чтобы тебе полегчало?.. - Кастрируй эту бесполезную особь! - Д-доченька, не будь т-такой грубой... - залепетал барон, поглаживая девушку по плечу. Смотрелось это совершенно абсурдно, ибо маленький давно раздобревший мужчина был на две головы ниже дочери и едва ли доставал рукой до её плеча. - Пощади, милая, он ещё совсем ребёнок... - Папа! - взвизгнула Пенелопа. - Ему тридцать четыре! И я здесь жертва! Барон не нашёлся, что ответить. Он был расстроен видом дочери, но ещё больше волновался за сына, которого девица вполне могла убить голыми руками. На крики прибежали и мужчины со стрельбища. Пинкервальд, старший брат Пенни, едва бросив взгляд на учиненный переполох, тут же бросился наутек. - А ну стоять, д*рьма кусок! - крикнула ему вдогонку сестра, задрала юбки до самых колен (точнее то, что от них осталось) и разъяренной фурией бросилась следом. От вида голых ног госпожи дворецкий свалился без чувств, а среди собравшихся слуг началась паника. -Несите новое платье! - гаркнула старшая горничная, подхватила и свои юбки и тоже побежала за молодыми господами. - Доченька, он ещё слишком мал, чтобы умирать! - причитал барон, пытаясь бежать следом... Пенни нагнала его стремительно, словно обрушившийся ураган в безоблачный день. Она вцепилась в волосы брата и повалила несчастного на землю. Они кубарем прокатились по зелёному склону, истошно крича. Пинки всеми силами пытался сбросить сестру, но получалось плохо. В конце концов, он отпихнул её ногой, но вместо того, чтобы сдаться, Пенелопа выдрала брату клок волос, прежде чем отпустила. Её выгоревшее ровной дырой в области бёдер платье запуталось в ветвях кустарника, где девушка и осталась висеть, пока брат приходил в себя после неравной схватки. - Ах, чёртова девчонка! - разрыдался он, понимая, что его божественная красота теперь лишена своей изюминки - пышных светлых волос. Он обследовал руками лысый затылок и упал на землю. - Как мне теперь жениться, когда я урод? - заплакал он, катаясь в истерике по мягкой зелёной траве. - Судя по тому, что ты все ещё не женат, ты и до этого был урод, - буркнула Пенни, прекрасно понимая, что без посторонней помощи из плена сухого куста не освободиться. - У тебя что, месячные? Какого черта ты забыл на стрельбище? Ещё и горящими стрелами стрелять... - Да не нарочно я, - сплюнул Пинки и сел на траву рядом с сестрой. - Король потребовал, чтобы я научился пользоваться хоть каким-то оружием, прежде чем доставлять послание в Макинтош. Сама знаешь, там головы в разные стороны летят, а я в жизни тяжелее ложки ничего не держал. - И ты решил спалить герцогство перед визитом, но стрела не долетела? Сарказм сестры мужчина пропустил мимо ушей, сорвал травинку, сунул в рот и лёг на спину, подложив руки под голову. - Я решил взяться за лук, потому что если ко мне подойдёт воин ближе, чем на пушечный выстрел, я умру. Наставник сказал, что ничего страшного, если первое время я буду мазать по цели. Мы даже выставили их так, чтобы стрелы летели в лес. Кто же знал, что она выстрелит в противоположную сторону... Пенни не впервые посочувствовала баронской чете, у которых за долгие годы счастливого брака родились только два дегенерата. - Ну а поджигать было на хрена? - девушка отбросила бесполезные мысли и тоже удобнее устроилась на ветвях куста. Хотя, конечно, "удобнее" - не совсем уместное слово, когда в тебя тычут сотни тонких острых веток. - Да не поджигал я! - разозлился Пинкервальд. - Кто ж знал, что это стрелы для осады замка. Они уже были пропитаны маслом, а когда летящая стрела шоркнулась об угол особняка, то вспыхнула сама собой. - Мне всегда было интересно, - вдруг перевела тему девушка. - Как ты сумел окончить королевскую научную академию? Ты же тупой как пробка! - она сломала длинный прут с куста и что есть силы стала хлестать безмозглого брата. - Какая учёная степень? Какая королевская служба?! Ты же инвалид по уму!!! - Всё время меня бьёшь! - зарыдал Пинки, прикрывая полулысую голову руками. - Совсем не любишь! Пенни отбросила прут и тоже зарыдала: - За что тебя любить?! Мы же так похожи! Даже теперь я, как и ты, буду бритой наголо! Так их и нашли слуги: двух рыдающих и, несомненно, сильно пострадавших детей барона. Дабы репутация Пенелопы не пострадала, куст пришлось выкопать полностью и доставить в её покои, после чего только снимать несчастную, разрезая испорченное платье. Пинкервальда действительно обрили наголо. Спасти оставшиеся клочья волос на голове не представлялось возможным. Пенни повезло больше: ей выбрили виски, чтобы избавиться от сгоревших прядей и украсили залысины замысловатым узором. Вышло не очень модно, но зато густую копну волос на голове вместе с остатками девичьей гордости удалось сохранить. - Итак, на повестке дня вопрос! - громко объявила Пенелопа размахивая чёрной указкой с наконечником, украшенным драгоценными камнями. Эта указка служила для вдохновения и упорядочевания мыслей, а вообще была бесполезной штукой. Но размахивать ей было прикольно. Плюс удовлетворение от созерцания собственного богатства. - Так вот, местный идиот по имени Пинкервальд согласился выступать в переговорах с Макинтошем от имени короля. - Эй! - обиделся было Пинки, но тут же умолк, когда острый конец указки оказался аккурат у его носа. - Пинкервальд идиот, потому что возомнил себя героем, только вот герои носят мечи, а наш дорогой наследник носит штаны на лямках, чтобы не спадали от каждого дуновения ветерка. В кабинете главы воцарилось тягостное молчание. Никто не смел перечить Пенни, когда в её руках была указка, но и за Пинки было обидно. Каждый словесный контакт с сестрой доводил его до слез. - Внимание! Сам вопрос! - девушка снова махнула своим оружием и, присев на край стола, закинула ногу на ногу. После позорного представления с платьем она носила исключительно штаны,чтобы в случае ЧП не светить голым задом на радость всему баронству. - Кто желает отправиться в логово дьявола вместо него? После сожжения рукописи в сто четырнадцать страниц девушка потеряла всякое вдохновение. А когда у Пенни не было вдохновения, семья страдала от жестокой тирании. Вот и сейчас, вместо того, чтобы готовить ужин или спокойно читать газету, все домочатцы, начиная с конюха и заканчивая бароном, ожидали приговора местного суда. - Предлагаю отправить самого ловкого! - отозвался престарелый дворецкий и ткнул пальцем в садовника. - Питер способен взобраться на самое высокое дерево в саду! Он точно сбежит от Макинтошей в случае опасности! - Тогда уж лучше отправить самого хирого! - запротестовал садовник и повернулся к старшей горничной. - Сэлла всегда сваливает работу на других, да так, будто это само собой разумеется! Она точно сумеет заговорить зубы Макинтошам! - Делигирование обязанностей в корне отличается от ведения переговоров с мясниками! - возразила женщина и заговорчески поправила очки на кривоватом длинном носу. - Давайте тогда уж отправим "Расходный материал"! - и ткнула пальцем в барона. - Простите, барон, но вам придётся пожертвовать жизнью ради своего сына и процветания баронства! Барон Эрик Грэм потерял сознание. Началась настоящая неразбериха: Лиза Грэм, супруга барона, разрыдалась и бросилась на мясистую грудь мужа. Горничные разбежались кто куда якобы в поисках нашатыря и воды, но на самом деле просто не хотели быть кандидатами в послы. Дворецкий под общий галдеж достал из серванта бутылку коньяка и хлебнул прямо из горла. Обстановка накалялась. - Молчать! - гаркнула Пенелопа и подняла указку вверх. Всё присутствующие тут же заняли свои места. Включая симулирующего барона. - Мы с вами обсуждаем важную миссию, возложенную королём на плечи баронства! Отнеситесь серьёзно и со всей ответственностью! - М-может, стоит о-отправить того, у кого у-указка? - пропищала милая горничная, которая всего несколькими часами ранее так любезно подавала Пенелопе чай. Имени её дочь барона не помнила, значит, и нам не надо. - Верно! - поддакнул захмелевший дворецкий, махнув графином коньяка в молодую госпожу. - Возьмите с собой указку, ткните ею в Макинтоша и смело выдвигайте свои условия! Уверен, перед вашими воплями ни один человек в здравом уме не устоит. - Точно! - подхватили и другие домочатцы. - Госпожа такая классная! Она и дракона напугает, если нужно! Она даже молодого господина без волос оставила, куда там Макинтошам до неё! Пенни молча вручила указку матери и вышла из кабинета. К сожалению, этот жест не возымел эффекта и решение было принято в пользу толпы. Так и началась подготовка Пенелопы к отъезду в кровавое герцогство.