Средневековая романтика. Пособие по выживанию

Пенни в сопровождении древнего кучера и пары солдат короля уже третьи сутки тряслись в карете в ожидании скорой казни. Девушка терпеть не могла дальние дороги, что говорить добровольной о поездке на эшафот. Вообще-то она была ещё и серьёзно обижена, ведь семья выделила в сопровождение только престарелого конюха, которого "не жалко", как сказал барон. А её, младшую дочь и великого писателя, золотую жилу баронства и писаную красавицу, значит, не жалко?! Подумать только, она всю жизнь прожила бок о бок с людьми, которые отдали её на растерзание убийцам не предложив и флакон яду, чтобы бедное дитя не мучилось от бесконечных пыток и казни Макинтошей. Но король в этом случае отличился ещё больше! Обеспечил эскорт послу, титулованной особе, аристократу(!), состоящий из двух вояк, которые даже рыцарского звания не удостоились! Двое! В логово Макинтошей!!! Даже карету дали старую и без опознавательных знаков! И лошадей старых! Пенелопа была уверена, что если внимательно изучить, то и лошадиная сбруя наверняка старше мамонтов! В общем, собрали весь мусор на свалку, чтобы "не жалко было". "Умирать, так с блеском!" - подумала девушка, надела лучший и самый дорогой костюм для верховой езды (брючный, естественно), новенькие сапоги из кожи горного марала, обвешалась драгоценностями, словно новогодняя ёлка и даже сделала причёску по новой моде, которая, модной, кстати, ещё не стала, но обязательно станет, стоит только Пенни явиться ко двору с ответом от эрцгерцога. Да, вопреки всеобщему настроению, она продолжала тешить себя надеждами на лучшее. А вот её спутники, напротив, были одеты совсем просто, по меркам младшей Грэм даже бедно, и, наверняка, опять же из соображений экономии. И это раздражало ещё больше. В общем, квартет неудачников на старых клячах в экипаже, подлежащем утилизации, лихо несся навстречу приключениям. За окном уже царила ночь, когда эти несчастные пересекли границу герцогства и въехали в дремучий лес. Кучер ненадолго остановил карету, зажёг фонари и вновь пустил коней бодрой рысью. Бояться разбойников в логове самого сатаны было глупо, вот и скакали в ночь, чтоб не оттягивать момент казни. Пенни смотрела в окно и поражалась, что даже в аду, оказывается, поют сверчки, обитают животные и вьют гнезда птицы. Нет, она не видела всего этого великолепия, но ясно слышала, что лес и в тёмное время суток кипит жизнью. Мимо неторопливо проплывали мрачные пейзажи, пугающие очертания извилистых ветвей и густой растительности, карета тряслась на бездорожье и Пенелопу уже тошнило от этого затянувшегося путешествия. "Гори все адским пламенем!" - со злостью подумала она и стукнула кулаком по колену. - "Да приди ты уже сам, чёртов психопат! Покончим с этим раз и навсегда!" Стоило только об этом подумать, как экипаж резко остановился, раздались отчаянные крики кучера и лошадей. Девушка сжалась в ужасе, схватилась за указку и приготовилась к смерти. Солдаты выскочили в двери и бросились наутек, но, судя по мерзкому звуку протыкающей плоть стали и отчаянным воплям, далеко они не убежали. Пенни зажмурилась, заскочила с ногами на сиденье и запричитала: - Отче наш, ежеиси на небеси... Дверь вновь с грохотом распахнулись, и удивлённый голос громко произнёс: - Кто ты?.. Мужчина али женщина? Пенлопа открыла глаза, с головы до ног осмотрела окровавленного незнакомца и поняла: "Мне пи*дец!" - Я посол!!! - истошно завопила девушка и помахала указкой перед носом у чужака. "Чужак" внимательно проследил на замысловатыми движениями Пенелопы, потом вздохнул, схватил за руку и ещё раз спросил: - Фея, что ли? - Н-нет... - удивлённо ответила та и от абсурдности даже перестала дрожать. - А что ж тогда палочкой махаешь? - Не махаешь, а машешь, - на автомате поправила она и побледнела: с убийцами разговаривать в таком тоне точно нельзя! - Так ты посол или учёный? - начал раздражаться незнакомец и махнул ладонью, будто стряхивая надоедливое насекомое. Движение девушке показалось таким устрашающим, что она отступила на шаг. - Я посол королевства Серваль. - А зовут как? - безразлично продолжил он. - П-п-пенни, - пролепетала Пенелопа, прижимая к груди руку, которую только что держал в руке этот странный человек. - Пенни как маленькая монетка из заморских стран? - Нет, как П-п-пенелопа. - А что, у короля закончились послы с дикцией получше? И тут до Пенелопы дошло, что он ШУТИТ! С совершенно беспристрастным лицом, весь в крови после убийства трех человек, он стоит перед напуганной девушкой и пытается разрядить атмосферу ШУТКАМИ. В этот момент Пенни пробрал истерический мандраж. Она плохо представляла, как выглядят на войне солдаты и шутят ли они шутки в перерывах между убийствами, вроде: "Ах, просите, мой меч застрял между ваших рёбер, если вы не против, я аккуратно его выну," - а потом трясут бездыханным телом так, чтобы голова качалась в знак согласия. Она почти сошла в ума от страха, она задыхалась от абсурдности ситуации, её горло сдавило так, что вырывались лишь хриплые плевки, даже в самом бредовом мозгу не вызвавшие бы ассоциации со смехом, но лицо мясника просветлело. Он улыбнулся самой очаровательной улыбкой, на которую был способен человек, половина лица которого и волосы были перемазаны кровью. Он улыбнулся и белые зубы сверкнули Пенни предупредительным оскалом в стиле "если я все-таки ошибся, то ты сразу сдохнешь", и девушка все поняла. Она засмеялась так отчаянно и громко, сквозь слезы, что градом катились их испуганных глаз, так обречённо, что мясник был тронут в самое сердце. - С-с-с-смешная шутка, - выдавила из себя бедняжка и ткнула пальцем в меч, с которого все ещё стекали капли крови. - Только если вы в следующий раз уберёте эту штуку до того, как захотите кого-то рассмешить, то собеседники смогут оценить ваше восхитительное чувство юмора по достоинству. - Хм, правда? - удивился он, стряхнул капли крови с клинка и точным движением убрал в ножны. Пенелопа облегчённо вздохнула. - И раз уж вы здесь, а мой эскорт не может продолжить наше путешествие, не могли бы вы проводить меня к замку Макинтош? - Хорошо, - вновь улыбнулся незнакомец. - Только вы мне тогда помогите убрать с дороги все препятствия, а то другие наши гости, если решат ехать в ночь, могут случайно наткнуться на них и опоздать на ужин. Грэм сглотнула, протянула дрожащую руку ожидавшему мужчине и выбралась из кареты. Зрелище было не из приятных: обезглавленный кучер все ещё сидел на козлах, накренившись в сторону, двое солдат, позорно бежавших с поля битвы, расплостались на дороге. Их головы лежали поодаль, на границе с лесом. - Зачем вы их убили? - спросила она, осматривая место происшествия. С фактом насилия уже нельзя было ничего поделать, но писательское любопытство взяло вверх, и теперь она хотела понять мотивы настоящего серийного убийцы. - Вообще-то мы не собирались сегодня никого убивать, - раздражённо ответил незнакомец. - Мы шли в приграничную деревню, никого не трогали. А тут вылетает это ваш страшный кучер, похожий на труп моей бабушки на каких-то загробных скакунах, я его и убил. Мало ли, шастают всякие. А потом из кареты выскочили двое, явно какие-то нищие, я и подумал, что вы приехали грабить наши земли, вот и пресёк преступление. - А кто - вы? - уточнила Пенни, которая уже успела достать блокнот и в тусклом свете фонарей кареты даже умудрялась делать пометки. - Так мы со Снежком, - он снова потряс рукой, словно объясняя глупому ребёнку прописные истины. - Какой снежок? - она оглянулась по сторонам, но ничего не увидела. - Да вот же он! - незнакомец потряс рукой где-то в районе пояса и Пенелопа, наконец увидела. Два огромных жёлтых глаза не мигая смотрели на неё; пасть, обрамленная острыми белыми зубами раскрылась и чудовище сделало страшный громкий "Гав!". Крик ужаса Пенни донесся до самых тёмных уголков герцогства.