Каждый сам выбирает

Доехав до заветного выхода из тоннеля, в котором они постоянно были в окружении, солдаты облегчённо вздохнули, ведь в свете прожекторов заблистали величественные ворота, а значит, оставалось совсем немного, просто проделать дыру и пройти внутрь. Во всяком случае, так они себя убеждали. Заражённые всё ещё были разрозненны и кучковались небольшими группами, постепенно восстанавливая связь между собой. Не по своей воле конечно. Рядовые твари были только рады избавиться от постоянного контроля и продолжить своё, хоть и бессмысленное, существование под собственным контролем. Однако это им давать не собирались синоптические твари, зоантропы, которые были умными и самодостаточными существами, к тому же, сохранили в себе частички знаний Омеги. Они прекрасно понимали, что если эти чужаки добьются желанного, то им самим грозит вымирание, соответственно, битва ещё не окончена, хоть и верховный главнокомандующий погиб, а армия в панике. Но чтобы сплотить столь многочисленное войско, зоантропам было необходимо сначала наладить связь между собой, сплотиться и только потом распределить контроль над сотнями тысячами заражённых. Десантники не имели понятия обо всём этом, но расслабляться не собирались и начали готовиться к глухой обороне. Зал, в котором и находились врата, был очень, очень большим, что неудивительно, ведь их страж тоже был не мал. С одной стороны это было хорошо, так как можно было спокойно развернуться по периметру и эффективно расставить всё имеющееся вооружения. Но с другой стороны, сдерживать заражённых было бы намного проще в каком-нибудь узком коридоре, а не в открытом поле, где они могли использовать своё численно преимущество и просто захлестнуть обороняющихся несметной толпой. Содействовало так же то, что к залу вели несколько проходов, десантники вышли из центрального, но было ещё два боковых. Однако, уже в который раз, выбирать особо не из чего. Благо, что хоть сохранились несколько дотов, точнее 3 штуки. В них можно было бы расположить отряды с тяжёлым стрелковым вооружением, например со Свингфаерами. Оттуда пулемётчики могли вести огонь по большой площади, не рискую схватить головой кристальный шип или сгусток кислоты, да просто, чтобы загрызть их, заражённым пришлось бы сначала пробиться сквозь толстые стены. Не то что это прямо неуязвимая защита, но всё же лучше, чем ничего. Всем же остальным пришлось бы расположиться рядами снаружи. И опять-таки на благо было то, что большая часть укреплений всё же пережила испытание временем и не рассыпалась в пыль. Были целы ряды укрытий, за которыми, как не сложно догадаться, можно было эффективно укрываться от вражеского огня. Лендрейдер-тягач дотащил платформу с ленс-излучателем и отцепил её прямо напротив ворот, рядом же встал «Чистильщик», так техники прозвали модифицированный бур. После оба Князя переехали ближе к передовой и встали на второй линии обороны. Всего планировалось организовать три рубежа, чтобы в случаи прорыва одной, солдаты могли быстро отступить под прикрытием солдат предыдущей линии. Впрочем, никаких тактический новшеств, стандартные протоколы обороны. Особо похитрить в такой ситуации было невозможно. Спешка было огромная, но всё равно, когда шло оборудование второй линии, к ним уже были посланы первые отряды заражённых, чтобы провести разведку. За счёт своих, приспособленных к темноте, глазам, они смогли легко разглядеть позиции чужаков издали и мысленно передать эти данные своим новым хозяевам. К слову они, хозяева, три верховных зоантропа, сильнейших в своём роде, собрались далеко от места боестолкнавения. Они извлекли урок на примере Омеги. Рой силён настолько, насколько сильно его самое мощное звено, а чужаки могли собраться и уничтожить это самое звено, после чего остальная армия снова стала бы небоеспособной. Их волью на линии фронта передавали бы другие зоантропы, более слабые и менее важные. Поняв, что чужаки ещё не готовы к полноценной обороне, верховные синпасы решили послать в атаку то, что есть. Они, возможно, застали бы десептиконов врасплох, однако одолеть их такой атакой не получилось и, скорее всего, все посланные заражённые погибли бы. Но это была приемлемая цена, ведь они изрядно помешали бы чужакам и заняли их на некоторое время, за которое зоантропы успели собрать воедино все осколки расколотой армии. Навигаторы десептиконов раз в три минуты проводили сканирование местности. Такой интервал был нужен для того, чтобы не привлекать особого внимания заражённых и именно из-за этого разведчики ксеосов проскочили незамеченными.  — Поспешите,— торопил пулемётчиков Блэкаут,— обеспечьте прострел всех трёх проходов. — Делаем всё так быстро, как можем,— оправдались стрелки. — Ну-ка тихо все!— указал один из навигаторов и начал прислушиваться. Его системы засекли движение и начали выдавать тихий писк, ритмичностью в полторы секунды. Писк становился всё громче и чаще, а на его наручном радаре появились первые сигнатуры двигавшихся к ним объектов. — Они идут! После этих слов по залу эхом разнеслись щелчки затворов автоматов и лент пулемётов, а в темноте засветились лазерные прицелы. Вехиконы начали в спешке занимать свои позиции, но было поздно и заражённые с невероятной скоростью вырвались из центрального прохода. — Снайперам занять позиции,— скомандовал один из командиров вехиконов. Все десять стрелков огляделись по сторонам выбрали себе позиции и принялись к ним добираться. Благо, удобных и скрытных мест было много и хватило всем. Но двое из стрелков предпочли эффективность скрытности. Одним из них был Алькатрас, который вместе с Сейбер был на передовой. — Мне пора,— сказал он, когда прозвучала команда,— Удачи тебе. И прежде чем автоботка обернулась к нему и спросила... — Куда? ...он выстрелил гарпуном в металлический потолок и маленький моторчик наруча подтянул его на многометровую высоту. Забравшись наверх, он магнитами на ногах закрепился так, чтобы стоять на потолке головой вниз. Таким образом ему открывался отличный вид на изобилие целей внизу. — Тебе тоже,— подлетев к нему, ответила фемка и трансформировала руки в спаренные тяжёлые бластеры. По команде все солдаты нацелили своё оружие на надвигающуюся толпу, собрали всю волю в кулак, отвергли сомнения и страх, смирившись с мыслью, что иного им не дано и надо просто перетерпеть этот день, либо погибнуть достойной смертью. Однако никто пока не стрелял, пока в безостановочном визге заражённых не прозвучал приказ Блэкаута. — Стрелять по готовности....Убьём их всех. Но огонь начался не одновременно. Стрелять солдаты начали по очереди, слева направо. Таким образом огонь вёлся в виде огненной волны, которая скашивала один ряд заражённых за другим. Раскалённые пули и снаряды вырвались из стволов и в первые же секунды боя замертво полегло несколько десятков заражённых, чьи тела просто разрывались в клочья под шквальным огнём, тех же, кто выживал после стольких попаданий, затаптывали собственные сородичи в безумном стремлении убивать. Огонь вёлся безостановочно, но десептиконы пока что не имели поддержки тяжёлого вооружения, большинство пулемётчиков просто не успели дойти до позиций, чем охотно пользовались твари и, неся огромные потери, продолжали переть вперёд, становясь всё ближе к лакомым целям. Не прошло и минуты боя, как заражённые подошли уже слишком близко......но одного они не учли. Это были не все чужаки. Когда оставалось ещё чуть-чуть и когти тварей окрасились бы в энергон вехиконов, из прохода прямо за ними начали доноситься звуки выстрелов, после чего последовал взрыв и по тоннелю начала распространяться огненная волна, сметая на своём пути всех мертвецов. Огонь вырвался в зал врат и визги заражённых утихли, уступив место мёртвой тишине, которую нарушало только знакомое вибрирующее гудение. Вехиконы начали всматриваться в проход, в котором всё ещё бушевали многометровые языки пламени, и не ошиблись в своих догадках. В огне засверкали ярко-зелёные узоры и прямо сквозь пламя на полной скорости вылетели все три штурмовика. Они слышали все переговоры и были осведомлены о положении, но не ожидали, что так быстро доберутся до врат и чуть не врезались в них всем строем, успев задрать нос и затормозить прямо перед ними, зависнув над головами десантников. После, они плавно развернулись и перелетели ближе к Лендрейдерам, чтобы оттуда обеспечить огневую поддержку. — Вы вовремя...как всегда,— поблагодарили лётчиков наземные собратья. — Без проблем. Продолжайте развёртываться, мы вас прикроем,— ответил один из пилотов. После чего вехиконы начали как можно быстрее рассаживаться по позициям и устанавливать всё вооружение, которое они притащили на броневиках. Параллельно, Тираель покинул свой Лендрейдер и, найдя более менее работавший компьютер рядом со вратами, включил освещение в зале. Не всё конечно, только то немногое, что до сих пор еле-еле работало и освещало непосредственно позиции вехиконов, чтобы они ещё быстрее смогли обустроиться. Свет был тусклым, из-за чуть ли не метрового слоя пыли, которая скопилась на прожекторах и лампах за столькие годы. Под ним всё, более менее, было видно, но зато он не бесил бы заражённых, во всяком случае, не так сильно, чтобы они с простреленной башкой продолжали бежать вперёд. А в это время Немезида переживала свои наихудшие часы. Крейсер получил многочисленные повреждения, его правый борт охватил пожар, который постепенно приближался к двигателям, которые и так работали с перебоями из-за нескольких прямых попаданий по ним из турелей Омеги. Но, как и предполагалось, худшим было проникновение на борт заражённых. Их пока что было немного и дроиды безжалостно кромсали их в кровавый хлам в узких коридорах, но с каждой секундой число абордажников увеличивалось, а истребителей отчаянно не хватало. В отличии от ситуации под землёй, в небе всё было наоборот. Смерть Омеги только прибавила проблем. Пока он держал огромный рой под контролем, в поведении летунов заражённых прослеживалось координация и их действия, с трудом, но можно было предугадать и вовремя выставить противодействие. Но теперь, рой погрузился в хаос. Верховные зоантропы сконцентрировали своё внимание на уничтожении наземных сил чужаков, которые представляли наибольшую угрозу и от этого пилоты десептиконов просто не могли угадать, какой из тысяч летающих вокруг тварей вздумается напасть на них. Они были как жертвы среди тысяч акул и было лишь вопросом времени, когда одна из них захочет атаковать, а вслед за первой пойдут и другие. Из-за этого крейсер с пугающей скоростью терял связь с одним истребителем за другим, потери которых знаменовались яркими взрывами в живом облаке заражённых. — Машинное отделение, доложите о неполадках,— связался с мотористами Саундвейв. — Ну что сказать, всё хреново,— ответила на вызов Иварелла, которая в этот момент пыталась починить редуктор одного из двигателей, выискивая инструкцию к нему в своём планшете, пока отряд дроидов и двое вехиконов защищали её от заражённых, лезших из пробоины в корпусе и с шипением бросавшихся к ней. — Поторопитесь там, мы теряем высоту, если не восстановим её в бли.... — Я не могу ремонтировать быстро то, что вижу впервые в жизни!— паническим голосом перебила его техножрица,— Дай мне время, если хочешь, чтобы эта штука реально заработала. С этими словами она выключила свой коммуникатор, выбросила планшет через плечо, от инструкции в котором всё равно не было толку, и начала интуитивно разбираться в строении редуктора. Улетев, планшет разбился об голову заражённого, который в этот момент подкрадывался к вехиконам с боку. Один из них в этот момент перезаряжался и, обернувшись на звук, увидел тварь. Поняв, что её заметили, тварь тут же перешла на бег и раскрыла зубастую пасть. Осознавая, что перезарядиться он уже не успеет, вехикон, не долго думая, схватился за висевший на поясе цепной меч, включил его и взмахнул прямо перед подпрыгнувшим заражённым. Остальное сделали адамантиевые зубья меча и забрызгали всё вокруг ошмётками разорванного тела зверя, утопив его визги в его же крови. Солдат в шоковом состоянии опустил меч и стёр одной рукой с лица энергон зверя, а напарник окликнул его и передал ему автомат, который тот выронил, когда в спешке взялся за меч. В это время от лап заражённых пал последний дроид и они остались единственными защитниками этой части отсека. Благо, Иварелла уже разобралась с редуктором и заставила его снова заработать, после чего внесла некоторые изменения в его конструкцию и сообщила вехиконам, что... — Пора сваливать отсюда! На что первый без особых раздумий согласился, но второй задержался и продолжил отстреливать прущих тварей. — Всех не перестреляешь!— позвала его техножрица,— Идём! В этот момент в отсек протиснулся крупный зверь и сразу же помчался за отступавшими с оглушающим рыком. — Вы идите, я их пока задержу,— вызвался отставший солдат и открыл огонь по бронированной твари. Но оставлять его не собирались и Иварелла обвила свои щупальца вокруг его плеч и быстро подтянула к себе со словами: — Не надо геройствовать, ты всё равно не в моём вкусе, пошли уже. Она крепко взяла его за руку и все трое выбежали из отсека. И не зря, ведь через секунды две после этого заработала сделанная техножрицей модификация и выпустила электрические разряды на расстояние в 16 метров вокруг себя. Дуги электричества в один миг поджарили крупного заражённого, а мелкие просто расплавились и намертво приваривались к полу. Ленс излучатель заработал на полную мощность и начал постепенно проплавливать проход сквозь ворота, а защитники уже выстроили адекватную оборону и во всю отстреливались от не менее адекватной атаки заражённых, которых постепенно становилось всё больше и больше. Всего 127 бойцов, против нескольких миллионов заражённых. Автопушки обрушивали на головы тварей ливень из снарядов, каждый из которых при попадании заставлял их взрываться изнутри, Аспиды одного за другим превращали в решето, а солдаты только и успевали менять обоймы. В тоже время штурмовики изничтожали тварей целыми выводками, в прямом смысле развеивая их по ветру изумрудными залпами, а когда положение начинало выходить из под контроля, в ход шёл залп несколькими ракетами, который быстро охлаждал пыл тварей. Снайперы же методично и терпеливо ожидали особо опасную тварь в своих укрытиях и, при обнаружении такой, всаживали снарядом прямо между её многочисленных глаз. Но главной их целью были всё же синаптические существа и первое из них вскоре появилось с ещё большим потоком своих прихвостней, которые прикрывали его живым щитом. Напор заражённых в одночасье усилился и трупы мертвецов оседали на земле всё ближе и ближе к линии обороны новых защитников врат. Зоантроп, в окружении телохранителей, которые образовали вокруг него подобие кокона, подлетел на расстояние "выстрела", при этом сам оставаясь незамеченным большинством солдат. Большинством, но не снайперами, прицелы винтовок которых сразу показали, от кого в толпе исходит наисильнейшее псиизлучение. Но пробиться к твари через её щит было не простой задачей и было решено использовать самый простой и эффективный метод — взорвать её к чертям. — Давай осколочную,— передала по комлинку одна из снайперш,— Я подсвечу. Ракетчики внизу подсуетились и один из них за пару секунд подготовил осколочный заряд. Вехиконка включила лазерный целиуказатель своей винтовки и направила его прямо на живой кокон. Ещё секунда и в воздух полетела первая ракета за день, направившись на зоантропа, который конечно же не мог не заметить этого, ибо в его распоряжении были тысячи глаз. Когда ракете оставалось пролететь половину пути, толпа заражённых вдруг разом подпрыгнула и стала стеной перед ракетой. Они схватили ракету и увели её с курса. Раздался взрыв и разорвал на куски по меньшей мере сотню тварей, но зоантроп всё ещё был цел и настало время сделать ход ему. Он сосредоточился и вокруг его головы появилась жёлто-зелёная псионическая аура. Его кокон раскрылся и он, уже зная, где оборона крепче всего, нанёс удар психической плетью по одному из дотов с пулемётчиками. От кинетического удара здание тут же обрушилось, а всех, кто стоял рядом, ударной волной раскидало по сторонам. Пока кокон не закрылся, снайперы попытались убить тварь и один из них сделал точный выстрел по её голове, но когда объятый плазмой вольфрамовый шарик долетел до него, то просто остановился в метре от цели, буквально завис в воздухе. Через мгновение плазма потухла и заменилась жёлтым свечением, а зоантроп оскалился, будто улыбаясь чему-то. В следующую секунду снаряд с такой же ошеломительной скоростью полетел обратно в стрелка. Тот скрывался в углублении в стене, но снаряд прошил стену насквозь, вошёл в спину стрелка и вышел из его груди, оставив смертельную рану в ней с рваными краями. Тогда оставшиеся снайперы дождались, пока существо снова раскроет себя, чтобы выстрелить ещё раз, и когда это произошло, все девять стрелков разом выстрелили в тварь. Первые шесть снарядов тварь снова смогла остановить, но оставшиеся три прошли сквозь защиту и разнесли её голову. Во все стороны вместе с останками разлетелась какая-то жидкость, а змиеподобное туловище медленно осело на землю. Окружавшая тварь аура, на подобии взрывной волны, распространилась по рядам заражённых, снова нарушая их координацию и снижая боевую ценность до простого хищника, что дало возможность оборонявшимся оттеснить их обратно. Двое ракетчиков зарядили термоядерные ракеты и дали залп по двум боковым проходам, через которые шло немало заражённых. На этот раз ракеты полетели не по прямой траектории, а большой дугой, практически у самого потолка, чтобы ни одна тварь уж точно не допрыгнула б до них. Боеголовки очень быстро долетели в тоннели и взорвались миниатюрным атомным взрывом, ударная волна от которого содрала обшивку с каркаса заражённых и расплющила по стенам, вместе с этим завалив оба прохода. Положение Немезиды с каждой минутой всё ухудшалось. Борт стряхивали постоянные взрывы, облепленные тварями турели одна за другой выходили из строя, а многие палубы уже кишели заражёнными и их пришлось изолировать. Двух единственных техников никак не хватало для починки всех поломок и корабль продолжал снижаться, будучи уже не в состоянии держаться в воздухе. Мостику тоже приходилось тяжко и одни летуны уже искали способ пробраться внутрь, пока другие бились о треснутое стекло смотровой. Экипаж смотрел на эти попытки на удивление спокойно. И так было ясно, что монстры скоро прорвутся и через двери и через смотровую. На этот случай у всех при себе были автоматы, у всех, кроме Саундвейва и один из вехиконов-связистов протянул ему винтовку погибшего брата, которого ударило током при перебое энергоснабжения. — Вот, возьмите, капитан. Но тот, посмотрев на оружие, отказался от него. — Оставь себе. За меня не беспокойся. Руки Саундвейва были плоскими и длинными, что было полезно в ближнем бою, но крайне неудобно при использовании какого-либо огнестрельного оружия. Аспиды были слишком короткими и легче было защищаться мечами, да и Лазербик был рядом со своим лазером. Все приготовились к проникновению и нацелили оружие на лобовое стекло смотровой, через которое вот-вот пробились бы заражённые. Сражение отчаянно продолжалось и чаша весов верно склонялась к стороне мёртвых. Заражённые становилось всё больше, в то время как боеприпасов — всё меньше. Оба Лендрейдера разрядили свои пушки и сейчас служили стационарными огнемётами, топливом для которых уже приходилось использовать топливо самой машины. На подступах к первой линии обороны лежали десятки тысяч раскуроченных трупов заражённых, утопавших в смеси из собственной кислоты и тёмного энергона, по которым карабкались их сородичи. И как будто проблем было мало, неожиданно отключился ленс-излучатель, который "пробурил" две трети толщины ворот. Поломка ознаменовалась яркими электрическими дугами и Тираель с Малтаелем немедленно начали осмотр для выявления её неполадок. Но будто и этого было мало, в оба, заваленных ракетами, боковых прохода начали биться изнутри и пытаться вытолкнуть многотонные обломки. Это поначалу никто не замечал в пекле сражения, а когда всё же заметили, то было уже поздно и сквозь завалы с заглушавшим всё вокруг рёвом пробились две огромные твари с четырьмя ногами, огромными пастями, один с двумя длинными клешнями, а второй — с серповидными лезвиями. Один из великанов, сотрясая землю под ногами, понёсся на броневики, выставив вперёд острые бивни и занеся над головой серпы, а второй – широко раскрыл пасть и из неё вырвались очень длинные и прочные щупальца, которые с невероятной быстротой протянулись к одному из штурмовиков, обвились вокруг него и начали тянуть прямо к клацавшим клешням. Пилот изо всех сил тянул штурвал на себя и пытался вырвать машину из смертельной хватки монстра, но тщетно. Даже огонь двух других штурмовиков не заставил зверя отступить. Тварь всё же заполучила штурмовик и сомкнула на нём клешни, которые острыми зубьями вгрызлись в корпус самолёта, после чего поднесла машину ближе к пасти. Тварь убрала щупальца обратно в горло и стали видные её метровые зубы, а пилот, поняв, что более пытаться спасти машину бесполезно, вгляделся в глаза пленившего его зверя и накликал несколько клавиш на бортовом компьютере со словами: — Гори в аду, урод. После чего показал зверю средний палец, а второй рукой дёрнул за рычаг под креслом и катапультировался. Кабина раскрылась и он вылетел из обречённого самолёта в сторону своих прямо перед тем, как монстр вцепился в машину зубами, а почти сразу за этим из кабины раздалось. — "Самоликвидация через 3...2...1..." Штурмовик взорвался буквально под носом зверя и разорвал его челюсть. Огромный монстр, фонтанируя тёмным энергоном, с угасающим рычанием повалился на землю, придавив своим огромным телом несколько десятков заражённых поменьше. За второго гиганта взялись ракетчики и выпустили сразу две ракеты в монстра. Даже подсвета цели не требовалось, он был настолько большим, что промахнуться по нему можно было только нарочно, и то с трудом. Одна из ракет попала в массивную голову и расколола вдребезги защитный панцирь, а вторая прошила оставшийся без брони корпус и взорвалась внутри. Треть тела заражённого взорвалась, как вулкан, и во все стороны полетели раскалённые куски тела, но ноги зверя сами собой проскакали ещё несколько шагов, прежде чем споткнуться друг об друга и только тогда мёртвая туша рухнула не землю прямо перед рядами вехиконов, чуть не задавив их собой. Казалось бы, обошлись малой кровью, но всё это было лишь отвлекающим манёвром и пока все были озабочены убийством гигантов, за ними из проходов вышли два зоантропа и выстрелили по обоим оставшимся штурмовикам. Психическая плеть одной твари с пронизывающим до проводов процессора металлическим скрежетом раздавила кабину первого самолёта вместе с пилотом и прибила саму машину к стене, а удар другой твари попал в крыло второго самолёта и оторвал его. Машина загорелась, закружилась и рухнула на землю рядом с ленс-излучателем, над которым работали механикусы. При падении штурмовик продолжал стрелять из своих гауссовых орудий и случайно зацепил Тираеля. Тот даже не успел разглядеть угрозу и из-за этого ионный щит не включился. Луч попал технику в плечо и разложил на атомы его руку и половину груди. Малтаель сразу заметил это и бросился к нему, по комлинку вызвав апотекариев. В то же время несколько солдат собрались вокруг подбитого штурмовика и с трудом открыли искорёженную кабину. — Ты как, Исша?— окликнул пилота один из солдат. Она не ответила, но ещё была жива и её аккуратно вытащили из охваченных огнём обломков. Медики подоспели очень быстро и сразу взялись за раненных. Параллельно снайперы взялись за двух новых зоантропов. Пытаться их застрелить было опасно. Их было двое и они стояли рядом, а окружавшая их аура была намного больше, нежели у одного предыдущего. Тогда в ход пошла ещё одна осколочная ракета и по аналогичной крутой дуге помчалась на синаптических тварей, которые только этого и ждали. Они своими телекинетическими способностями "схватили" летевшую ракету силой мысли перед собой и медленно развернули её, пока из сопла всё ещё вырывался огонь. Они начали разворачивать боеголовку в сторону вехиконов....однако... — Ну уж нет,— с усмешкой произнёс Алькатрас. Он прицелился и сделал один единственный выстрел, но не по зоантропам, а по ракете. Твари не разглядели угрозы в снаряде, который летел не в них и были полностью сконцентрированы на боеголовке, которая сразу в следующий миг взорвалась и заточила их в огненную ловушку. Ментальное эхо смерти двух находившихся рядом зоантропов было настолько сильным, что даже вехиконы со своими блокираторами почувствовали, как кто-то закричал в мучениях в их сознании. Заражённые испытали на себе ещё один удар, но они уже вплотную подошли к оборонявшимся и теперь было достаточно их собственных охотничьих инстинктов, чтобы они бросались на вехиконов без чьих-либо приказов. Каждая линия обороны была разделена на три части: левый фланг, правый и центральный. Не прошло и нескольких минут, как с правого фланга поступил сигнал о помощи. Заражённые волной прорвались через укрепления и на их счету разом появились жизни 28-и солдат, которых заживо растерзали за считанные секунды, даже щиты не спасли, когда их просто задавили числом. И жатва только начиналась, теперь твари почувствовали сладкий вкус голубой крови своих жертв и они жаждали большего. Оставшиеся вехиконы встали в круг, крепко держа в руках автоматы, патронов к которым оставалось совсем мало, из-за чего некоторые переключились на оружие ближнего боя. Но всё же они были полны решимости держаться до последнего солдата, один из которых запросил помощь. — Это шестой. Правый фланг прорван, нам нужна поддержка. Ударьте по ним с воздуха, братья, и мы отобьём наши позиции. — Запрос принят,— ответила на зов штурмовая группа,— ожидайте налёта и будьте готовы к контратаке. Помимо авиационных штурмовиков, были так же сформированы штурмовые подразделения в пехоте. Их оснастили прыжковыми ранцами и арсеналом из двух цепных мечей и слегка модифицированным для стрельбы одной рукой Аспидом. В ряды штурмовиков отобрали самых жестоких вехиконов, готовых без капли сомнения отправиться в ад и обратно. По указу командира отряда все 27 штурмовиков начали прогревать двигатели своих ранцев, что заняло секунды три, после чего прозвучало. — Да начнётся резня... И как только последняя буква сорвалась из вокадера вехикона, огонь вырвался из сопл ранцев и отряд взлетел над полем боя, направившись в сторону нуждавшихся в помощи собратьев. А помощь им действительно требовалась. Их почти окружили и было вопросом одной минуты, когда прервутся их жизни. Заражённые не спешили бросаться на мечи и стреляли по чужакам шипами, которые либо отскакивали от ионных щитов, либо разбивались о них. Но всё пошло иначе, когда в толпе появился плевун и, прежде чем его заметили, под большим давление изрыгнул на солдат поток кислоты. Основной удар приняли на себя двое из вехиконов и кислота обволокла их уже почти разряженные щиты, которые не смогли продержаться дольше и поток кислоты вылился прямо на солдат. Не успели они даже закричать от боли, как их тела начали ржаветь и растворяться, разваливаясь на части в ужасных мучениях. Бедолагам нужно было продержаться всего лишь ещё несколько секунд и тогда помощь успела бы подойти, но.....не получилось и с их смертью штурмовики грозой обрушились на толпу заражённых сверху, начав почти что мастерски размахивать мечами и безжалостно разрывать тварей на кусочки, упиваясь каждой пролитой каплей тёмного энергона. Вот, завязалась короткая дуэль между одним из штурмовиков и двуглавым монстром, похожим на земного льва. Тварь с рычанием набросилась на вехикона с раскрытой пастью, но тот даже не моргнул и нанёс горизонтальный рассекающий удар по зверю, чем отрубил ему нижнюю челюсть. Зверь повалился на землю, но тут же встал и, обезумев от боли, снова набросился на вехикона. Солдат только обернулся и увидел летевшую на него тварь. Он немедля выставил меч вперёд и он возился прямо в раскрытую пасть твари. Зверь разрубился по полам, как кусок масла о горячий нож, и его половинки раскидались по бокам вехикона. Солдат смиренно встал, вытер меч и начал поиски следующей жертвы. Ещё одна схватка завязалась между одним штурмовиком и двумя соразмерными заражёнными, похожими на обычных ботов, но с лезвиями вместо рук и изуродованными жевалами. Вехикон отступил на несколько шагов назад и в сторону, чтобы обе твари не напали на него сразу, а с хоть и небольшим, но интервалом. Первая тварь бездумно замахнулась острыми клешнями и набросилась на штурмовика, а тот нанёс ответный удар мечом и в следующую секунду отрезанные конечности заражённого разлетелись в стороны, а сам он запищал и попытался укусить солдата. Но тот быстро поднял руку с плазменным пистолетом и выстрелил заражённому в лицо, от чего его голова разлетелась на куски и забрызгала вехикона холодной кровью. Тело твари свалилось на землю и сразу за этим в атаку понеслась вторая тварь, перепрыгнув труп сородича и замахнувшись длинным шипастым хлыстом вместо одной руки. Хлыст прошёл в сантиметрах от лица вехикона и оставил на нём глубокие царапины. Но всё же солдат успел вовремя пригнуться и уйти в сторону, после чего горизонтально выставил меч навстречу бежавшей твари и на ходу разрубил её по полам. После чего он выпрямился, протёр рукой царапины и, подойдя к отрубленному туловищу истекавшей энергоном и рычащей твари, со всей силой пнул её голову, оторвав её от шеи и отправив в полёт. Однако добивая тварь, вехикон потерял бдительность и слишком поздно услышал шипение подкравшейся сзади твари. Он только успел развернуться к ней, как в его живот впились два длинных лезвия и тварь подняла его над землёй, после чего вытащила одну из рук и начала протыкать его снова и снова. И так шесть раз, но солдат ещё был жив, а синий энергон водопадом вытекал из глубоких ран. Тогда тварь одним взмахом отрубила ему обе ноги и одну руку, которая всё ещё сжимала в пальцах рукоять меча, но не было сил поднять его. Вехикон прекратил подавать признаки жизни и зверь последним ударом разорвал его измученно тело по полам, раскидав останки в стороны. Третья схватка и снова силы не равны. Сразу четыре заражённых напали на одного стрелка, который еле-еле успел перезарядиться и, прицелившись в ближайшую тварь, пристрелил гада. Та же участь постигла и второго заражённого, но третий успел подойти на расстояние удара и когтистой лапой выбил оружие из рук солдата, сразу развернувшись и нанеся удар хвостом с 4 шипами на конце. Вехикон не успевал даже выхватить меч и просто выставил руки перед собой в попытке защититься. Но в этот момент удача была с ним и он умудрился схватить хвост твари, не получив ни одной царапины от острых шипов. Он дёрнул за хвост твари, развернулся, набрав инерцию, и, как булавой на цепи, ударил по четвёртому заражённому, которому оставалось пробежать буквально пару тройку шагов до лакомой цели. Ударом небольшую тварь вбило в землю, разломав все её опорные балки до единой. Но "булава" всё ещё была жива и отсоединила свой хвост, оставив его болтаться в руках вехикона, сама освободившись. Она начала наворачивать круги вокруг стрелка и пристально следить за ним одним единственным глазом посередине морды. А меж тем подтянулись и другие заражённые и окружили вехикона. Он оказался в ловушке, справиться со всеми ними одному не было шансов....но он всё же решил попробовать и обессиленными руками подняв меч, побежал в атаку на недобитого заражённого. Тот охотно принял вызов десептикона и изогнув все 4 лапы, подпрыгнул ему навстречу, выставив вперёд бритвенные когти. Соперники сошлись и обменялись ударами, по итогам чего заражённый впился когтями в грудь десептикона, а тот в свою очередь проткнул его живот мечом, который в следующий миг заработал и начал разрывать тварь на части изнутри. Зверь издал предсмертный визг и по кусочкам отвалился от меча, а две другие твари уже набросились на солдата со спины. Он быстро обернулся к ним и в развороте нанёс горизонтальный рассекающий удар по обоим. Блестящие чёрные зубья меча вгрызлись в их тела и за считанные мгновения растерзали в клочья, окрасившись в цвет их крови. Но сразу же за этим ещё одна тварь сбила вехикона с ног и меч выпал из рук. Тварь нависла над ним и чавкая челюстями, попыталась вцепиться ему в лицо. Но солдат схватил её за морду и начал всеми силами пытаться порвать ей пасть или хотя бы скинуть с себя. Но тут он краем глаза заметил, как совсем рядом в темноте светиться что-то зелёное. Это была чья-та винтовка, может даже его, светившаяся за счёт фосфорного напыления Ивареллы. С трудом освободив одну руку и удерживая голодного зверя другой, стрелок дотянулся до оружия и, приставив ствол к глотке твари, разрядил в неё половину обоймы, пока пули не пробили её тело на сквозь и не начали вылетать с другой стороны. Он скинул с себя тело монстра и его взору открылись ещё десять голодных ртов и безумных глаз, смотрящих прямо на него. Все они будто по команде понеслись на стрелка и он уже было нацелил на них оружие, но тут, откуда-то со стороны всех заражённых накрыла яркая огненная волна и поджарила за считанные секунды. Раненный стрелок толком и не успел ничего понять, а из огня к нему выбежал ещё один вехикон с двумя баллонами на спине и протянул раскалённую руку. — Давай, брат, нельзя тут долго оставаться! Он помог ему подняться и вдвоём они побежали в сторону основных сил, эта часть фронта уже была безнадёжно прорвана. Но героизма отдельных вехиконов всё равно не хватало и становилось ясно, что и вся первая линия обороны скоро будет прорвана и надо как можно быстрее отводить оттуда все силы. Центр первого рубежа обороны на ровне с вехиконами держали Блэкаут и Оптимус, яростно отстреливая уже которого заражённого с двух рук, а рядовые солдаты воодушевлялись своим командиром и наполнялись решимостью одолеть врага. Гремели выстрелы, шипели твари, под ногами валялись тысячи пустых гильз, однако победа стала ещё более маловероятной, когда земля под ногами начала дрожать и внезапно из под неё, прогрызая себе путь через метал и камень, выбралась огромная тварь, подобная скорпиону. Своим выходом она перевернула один из Лендрейдеров, раскидала всех бойцов в стороны и сразу же вцепилась зубами в двух вехиконов, порвав их за секунду, после чего зашипела и, встав на все шесть лапок, взялась за остальных. Она разрубила клешнями, сбила хвостом и раскусила или заживо сожрала ещё 16 вехиконов, прежде чем пламя огнемётов второго броневика не остановило её и она начала пятиться назад, прикрывая голову клешнями. Когда же огонь пропал, на её пути встали Блэкаут и Оптимус и открыли огонь. Но снаряды автопушки отскакивали от гладкого панциря заражённого, а импульсные заряды не пробивали прочную броню. Почувствовав преимущество, зверь снова перешёл в атаку и быстро сократил дистанцию, предвкушая, как сейчас разорвёт своих жертв клешнями. Но охотнику самому предстояло стать жертвой. Оптимус перекатом ушёл в сторону, а Блэкаут взлетел ввысь над скорпионом и приземлился ему на спину, вонзив свой меч в тело твари. Та ещё громче зарычала и начала дёргаться на месте, пытаясь скинут с себя всадника, который снова и снова бил её по спине мечом. Летун закрутил малый винт и вогнал его в корпус существа, прорезав в броне небольшое отверстие, куда вставил автопушку и начал разряжать ленту с разрывными снарядами. Тварь начала корчиться от боли и без умолку рычать, тянуться клешнями к Блэкуту, но никак не могла его схватить и тогда в ход пошёл её длинный хвост с двумя острыми шипами на конце. Она занесла хвост за спиной летуна и резким рывком проткнула его.....если бы он вовремя не взлетел вверх и оба шипа проткнули самого скорпиона насквозь. Тварь сначала издала оглушительный визг и в это же время Оптимус своими парными мечами разрубил две передние лапы скорпиона и его клешни, из-за чего тот рухнул челюстью на землю. Блэкаут приземлился сразу перед ним и нацелил энергонное орудие в голову твари....но у неё было чем ответить и, перед выстрелом десептикона, она горизонтально раскрыла зубастую пасть и из её глотки вырвался длинный язык с острым шипом на конце, который вонзился в грудь Блэкаута и вышел из спины. Тварь подтянула его к своим жевалам и вцепилась зубами в его плечи, начав давить со страшной силой. Но тварь никак не ожидала, что из груди Блэкаута выдвинется небольшое оружие и выстрелит прямо в её раскрытую пасть. Объятый плазмой снаряд практически прошил скорпиона насквозь и разорвал его внутренние механизмы в кровавый лом, заставив тёмному энергону рекой хлынуть из пасти. Самая страшная угроза была устранена и пока большая часть выживших продолжила отстреливать всё набегавших заражённых, другие бросились на помощь своему командиру, который с трудом освободился из челюстей монстра и отрубил его язык, оставшись с торчащим из тела шипом. — Кто-нибудь, найдите Галлана,— воскликнул один из солдат и вместе с Оптимусом они взвалили летуна на плечи и оттащили подальше от линии фронта, где до них уже добрался апотекарий, которым, к слову, тоже выдали прыжковые ранцы. Ведь при таком сражении помощь медиков была бесценной и надо было позаботиться, чтобы они могли вовремя оказать её нуждавшимся. — Приподнимите его,— указал апотекарий и начал досконально осматривать застрявший в теле инородный объект. Шип был слишком большим, чтобы просто выдернуть его. В таком случае Блэкаут погиб бы за считанные минуты от потери энергона. Но и оставлять его было нельзя, вокруг раны уже образовывалась зеленоватая корка из-за воздействия кислоты, которая постепенно прожигала тело изнутри. Теперь стало окончательно ясно, что первый рубеж не удержать и надо отступать. Перегрупировавшись, вехиконы начали покидать свои позиции и уносить многочисленных раненных, пока Свингфаеры и карозийные пушки заградительным огнём прикрывали их отступление, а снайперы оперативно уничтожали крупных заражённых ещё на подходе. Особенно в этом преуспел Алькатрас, который постоянно перемещался на тросе на новые позиции, как сквозь джунгли по лианам, и расстреливал особо бронированные цели с тыла, прямо в затылок. А со стороны его прикрывала Сейбер, которая меткими выстрелами убивала ползунов, пытавшихся добраться до Алькатраса. Но долго безнаказанными снайперы не оставались и очень скоро была потеряна связь с двумя из девяти оставшихся стрелков. Первой это заметила Сельендис, так как она была ближе всех к пропавшим стрелкам. Она осмотрела их позиции через прицел своей винтовки. Первого стрелка не было видно нигде, он просто бесследно испарился, но вот на позиции второй снайперши......раньше она так же, как Алькатрас, висела вниз головой, но теперь у её позиции виднелась большая дыра и....откушенная по локоть рука, которая висела с потолка на тросе с гарпуном. Сельендис ужаснулась от увиденного и всерьёз испугалась. Страх будто усилил её чувства и она услышала, как что то приближается и к ней. Она направила оружие в направлении источника звука и в следующее мгновение через потолок пробилась отвратительная тварь, имевшая тело червя и круглую челюсть, заполненную безобразными зубами. Помимо этого на её висках виднелись отверстия, из которых заражённые обычно выпускали шипы. Сельендис повезло больше, нежели её напарнице, она успела выстрелить прямо в раскрытую пасть червя и тот, дёргаясь в предсмертных конвульсиях, случайно зацепил острыми наростами трос вехиконки и прорезал его, хотя он был очень прочным. Страшно представить, что было бы, если бы заражённый зацепил этими наростами и саму снайпершу. Сельендис сорвалась и, закричав, камнем полетела вниз с многометровой высоты. Сквозь постоянную пальбу, визги заражённых и стоны раненных, её крик услышал Нокаут и поднял голову на звук. Когда он увидел её, падающую вниз, прямо в толпу заражённых, он испугался, пожалуй, больше неё самой. Быстро обдумав....да вообще не подумав, он тут же включил свой прыжковый ранец и взлетел на встречу Сельендис, подхватив её в воздухе, когда до тянувшихся к ней когтей оставалось секунды две полёта. — Поймал,— облегчённо выдохнул медик и прижал её к себе. От страха вехиконка не смогла связать двух слов и просто крепко-крепко обняла его, после чего медик отлетел обратно к своим и оба благополучно призем.....да что уж там, рухнули рядом с ними. Он поставил её на ноги и начал щёлкать пальцами перед её угасающими глазами. — Всё позади, успокойся, ты в безопасности,— начал он успокаивать. Но почему-то ей лучше не становилось и в какой-то момент она просто потеряла сознание и упала. Нокаут удержал её и аккуратно уложил на землю, в процессе чего нащупал руками что-то острое на её спине и какую-то жидкость. Он перевернул её.....из её спины выпирали три длинных кристальных шипа, по которым стекал её лазурный энергон. — Нет-нет-нет....Не отключайся! Слышишь меня?! Но ответа не следовало и она, к сожалению, больше не подавала никаких признаков жизни. Мостик Немезиды превратился в настоящее поле ожесточённой битвы усеянное бессчётными трупами. Заражённые толпой влетали через смотровую, а защитные металлические щитки, который должны были закрыть её в случаи разрушения стекла, заклинило и они не сработали. Связисты открыли безостановочный огонь и соорудили настоящую железную стену, об которую убивался один заражённый за другим. Тех же, кто пробивался сквозь шквал снарядов, ожидал Саундвейв, который быстро и безжалостно разрубал их острейшими мечами и разрывал на части щупальцами. Весь пол был залит чужеродной кровью, а в головах звенели визги погибавших тварей вперемешку с грохотом выстрелов. И в этом аду пришлось принять сигнал о помощи от наземной группы. Голопректор включился и с перебоями спроецировал Гордия, за спиной которого шло такое сражение, что побой на мостике показался дракой в песочнице. — Это апотекарий Гордий, нам нужна поддержка, повторяю: нужна поддержка и быстро. — Обрисуйте ситуацию,— ответил на вызов Саундвейв. — Положение ухудшается. Раненных очень много, а боеприпасы на исходе. Мы продержимся ещё минут десять, но потом заражённые прорвутся и сметут наши позиции. — А что с воротами? — Излучатель отключился. Малтаель пытается починит его, а Тираель....он погиб при несчастном случае. Боюсь, одному ему не уже удастся починить излучатель вовремя. Услышав эти известия, Саундвейв нервно прокликал по компьютеру пальцами и сейчас еле держал себя в руках от злости. Обдумав все возможные варианты, он ответил ожидавшему ответа апотекарию. — К вам скоро вылетит челнок со всем необходимым. Продержитесь так долго, как только сможете. Гордий кивнул и связь прервалась, а Саундвейв по громкой связи объявил, чтобы в один из тандерхоков погрузили все имеющиеся боеприпасы и подготовили к вылету, а так же, чтобы в ангар явился один из механикусов и полетел с ними. Боеприпасы и так уже были в ангарах, которые оставались самым хорошо защищённым местом на всём корабле, а вот механикусы были разбросаны по разным концам крейсера и смогли пробраться к челнокам только через несколько минут. Иварелла пришла раньше и уже забиралась на борт, когда подоспел Марселий и начал отговаривать её. — Останься. Я полечу. — И оставить всё веселье тебе? Ни за что) — Это не шутка, Иварелла. Там всё кишит этими тварями, а всё, что тебя защищает, это твоя мантия. — Перестань, Марселий. Я смогу о себе позаботиться......Мы же оба знаем, что ты просто пытаешься загладить свою вину передо мной. Не стоит. Я полечу. Марселий повесил голову на секунду и глубоко вздохнул перед ответом. — Обязательно заглажу......Прости. — Прости? За.... Прежде, чем она обернулась, он манипулятором ударил её маломощным зарядом электричества, который оглушил её. Он подхватил её и усадил в стороне, после чего сам вошёл в челнок. — Ну что, как в старые добрые?)— попыталась подбодрить его Кайелет и запустила двигатели. — Как в старые добрые...— тихо подтвердил техник и занял место. Как бы плохо не было положение Немезиды, но внизу всё было ещё хуже и он не хотел, чтобы Иварелла снова одна отдувалась за всех. Погрузка завершилась и челнок начал взлетать, а Кортана выкраила свободную минутку и связалась с улетающим техником. — Удачи, Марселий. Береги себя там. — ....Не волнуйся. Я никуда я денусь. Створки ангара снова раскрылись, открыв взор на кишащее всевозможными тварями небо. Воздух был пропитан смертью, объят дымом и заполнен тысячами выстрелами. Практически сразу же внутрь попыталось пробраться несколько заражённых, но турели ангара быстро пресекли эти попытки и Тандерхок на полной скорости вылетел во враждебное небо. Но лететь он конечно же должен был не один. К нему сразу же подлетели все немногие уцелевшие в этом аду истребители и перехватчики. Но всё же главной защитой челнока оставалась его скорость. Надо было просто проскочить через окруживший и облепивший корабль со всех сторон рой и тогда дело оставалось бы за малым. Разумнее было бы послать боеприпасы отдельными челноками, чтобы при потере одного, долетели хотя бы другие, но с учётом крайне малого количества сопровождающей авиации, можно было обеспечить защиту только одной цели....и то неполноценную. Меж тем, под землёй ситуация, к огромному удивлению, стала налаживаться. Заражённые отступили. Они просто отступили. Уже во второй раз десептиконам удалось обмануть смерть и заставить врага бежать, когда победа почти была в его цепких когтях. Но радоваться никто не спешил. За время этого сражения смертью храбрых пали 67 вехиконов, ранения разной степени тяжести получили ещё 24. Те немногие, что остались целы, не могли обеспечить защиту при следующем нападении, которое, несомненно, скоро началось бы. Заражённые никогда не отступают, они просто уходят за подкреплением и все это прекрасно понимали. Боевой дух бойцов был сломлен, так же, как их перегретые от постоянного напряжения тела. Они не видели выхода из сложившейся ситуации и даже весть о том, что к ним отправили помощь, не прибавила оптимизма. Многие уже смирились с тем фактом, что им осталось просто продать свою жизнь подороже и уйти на заслуженный покой в объятия смерти, которая уже витала над полем боя, усыпанным сотнями тысячам тел заражённых, что говорило о великолепной подготовке и невероятной стойкости вехиконов, ведь соотношение было таковым, что почти каждый из них умертвил по меньшей мере тысячу заражённых. Всех раненых собрали в одном месте и апотекарии, не покладая рук, ходили от одного к другому, делая всё, что в их силах, но, порой, и этого не хватало и раны многих были просто несовместимы с жизнью. Как, к примеру, раны Сельендис. Нокаут старался изо всех сил, но все его знания и способности смогли только ненадолго продлить её жизнь и она продолжала угасать на глазах в его руках. Состояние Блэкаута было немногим, но лучше. Галлан смог стабилизировать его, откалывая кусочек за кусочком от шипа в его теле и заливая рану нейтрализирующим кислоту раствором, однако сам шип по прежнему оставался в теле и закрывал собой пробитые энергоканалы. Энергон более не циркулировал по телу летуна равномерно и многие системы отказали от этого. Не работал один глаз, не слушалась одна рука и многие другое неполадки. Рядом с ним был Цирус, который отделался лишь несколькими кислотными ожогами. — Сколько на твоём счету?— попытался завязать диалог Блэкаут. — 1136....кажется. У тебя? — 1765 с половиной. — С половиной? — Не успел одну добить,— с нотками усмешки. — .....Никогда не думал, что мне придётся столкнуться с подобным. Мне казалось, я так и буду телохранителем Мегатрона до конца времён. — Я промолчу про свой жизненный путь. — ....(совсем лёгкий смех)....И не говори. Ты уж во всех ролях себя попробовал. Экипаж мостика Немезиды сопроводил убывающий челнок взглядом и каждый мысленно пожелал им удачи...которой так отчаянно не хватало им самим, ибо на радарах появились три крупных объекта, приближавшихся прямо по курсу. Каждый из них лишь немногим уступал Немезиде по размерам, а один единственный, чудом уцелевший сканер показал, что все три объекта являются крейсерами. — Кому принадлежат эти суда?— спросил капитан. — Мы не фиксируем никаких опознавательных сигналов или попыток связаться с нами. — У нас есть какая-либо возможность самим узнать это? — Никак нет, наши системы повреждены и не...... — Капитан....— дрожащим голосом выговорил один из вехиконов,—.....Сканеры не фиксируют никаких признаков жизни на борту крейсеров. Эти корабли.....мертвы. Они...они пусты... Вехикон опустил руки и повесил голову в отчаяние. Крейсера и правда были пусты. Они управлялись ИИ на подобными Коратне, но только полностью заражёнными тёмным энергоном. Даже если бы Немезида не была бы повреждена, под обстрелом трёх кораблей ей вряд ли удалось бы долго просуществовать. Поражение было бы неизбежно. Так же неизбежна, как участь Тандерхока, на полной скорости пикировавшего к тоннелю. Всё прошло гладко и эскадрильи не понесли никаких новых потерь, что не могло не обнадёживать. Говорят, надежда умирает последней......но видимо, настало это время. Когда до заветного тоннеля оставалось совсем ничего, оттуда навстречу самолётам вырвалась очередная туча заражённых. Твари даже не знали о приближении авиации чужаков, они столкнулись с ней совершенно случайно и эта случайность стала роковой. Летуны быстро переключились на новые цели, а истребители открыли огонь из лазганов....но дистанция уже была слишком мала и заражённые огненным мечом прошлись по эскадрилье. Несколько забрались на один из истребителей и, пробившись в кабину, растерзали внутри пилота, а неуправляемый самолёт отомстил за него и, врезавшись в ближайшее здание, взорвался вместе с заражёнными. Другому истребителю твари прогрызли обшивку, добрались до топливных баков и повредили их. Топливо рекой вылилось на обшивку и воспламенилось от огня из сопл двигателей. Всё закончилось очередным взрывом. Так же, как и у всех остальных самолётов сопровождения, которые до последнего защищали челнок и не побоялись даже пойти на таран с тварями для этого. Ряды защитников за ничтожные секунды превратились в прах, но все их жертвы были напрасны и челнок так же подвергся нападению. Заражённые облепили его со всех сторон и начали прожигать себе путь внутрь кислотой. Но броня возможно бы и выдержала дороги до нуждавшимся в помощи у врат, если бы нескольких тварей не затянуло в два двигателя челнока из четырёх. Они тут же загорелись и, потеряв равномерную тягу силовых установок, корабль впал в штопор, начав безконтрольно закручиваться в воздухе и, отставляя за собой след из непроглядного чёрного дыма, начал стремительно терять высоту. — Это Тандерхок Альфа, нас подбили!— на всех частотах передала Кайелет,— Повторяю: Нас подбили, мы падаем! Если слышите меня, най...... Одна из тварей таки пробила бронью кабины своей клешнёй и уничтожила панель приёма сообщений, лишив челнок двухсторонней связи. В тоже время в десантном отделении Марселия кидало из одного угла в сторону, благо хоть боеприпасы были прочно закреплены. Ухватившись за поручень, механикус прокричал пилоту сквозь сирену аварийных сигналов. — Перенаправь всю тягу на передний левый двигатель и выпускай закрылки! Это остановит вращение! — Я пытаюсь! Пытаюсь!! Кайелет сделала всё, как он сказал, и изо всех сил тянула штурвал в сторону, но охваченный пожаром челнок не слушался и продолжал кружиться, неумолимо приближаясь к земле. — Ну же! Давай, выравнивайся!!— уже на словах пыталась убедить машину Кайелет. И как будто услышав её голос, вращение челнока начало замедляться и он постепенно начал стабилизироваться, но........запаса высоты для этого уже не было и челнок носом вниз рухнул на одной из улиц города, скрывшись в огромном огненном шаре, когда детанировала боекуладка...... Грохот взрыв через некоторое время дошёл и до мостика Немезиды, который погрузился в гробовую тишину. Саундвейв обречённо повесил голову, оперившись руками об компьютерную панель. В этот момент с кораблём снова связался Гордий и доложил. — Нам удалось ненадолго отогнать заражённых, и Малтаель таки заставил работать резак. Не знаю, сколько он продержится, но пока работает. Осталось прорезать всего 14% от всей толщины врат. Можете примерно сказать, когда прибудет челнок? — ....(мрачный вздох)......Никогда. Его сбили на пол пути. Посылать другие челноки нет смысла. Вам придётся продержаться теми средствами, что есть. Мы занимаем позицию над шлюзом к ядру. Как только вы его откроете, мы дадим залп киберформирователем.....если к этому моменту сами будем живы. Голос Саундвейва передавал всю безнадёжность ситуации. Казалось, будто и он смерился с поражением, но расспрашивать подробности у Гордия не было ни сил ни желания. Гордий был рядом с Цирусом, когда получил эти известия. Когда же он выключил коммуникатор, Цирус спросил насчёт подкрепления, на что апотекарий, встав сбоку и положив руку на его плечо, тихим голосом коротко ответил. — Они не прилетят..... Гордий ушёл, а Цирус вернулся к Блэкауту, будучи ещё в незнании, что на челнок разбился вместе с его лучшим другом и девушкой, к которой он уже было начал испытывать тёплые чувства. Но был тот самый случай, когда незнание было лучше правды. — Что там?— поинтересовался Блэкаут. — ....Ничего хорошего. Челнок сбили. Может резак и успеет прорезать ворота, но без боеприпасов нам продержаться. Я начинаю сомневаться, что мы переживём это сражение. Блэкаут затих на несколько секунд, после чего открыл ему глаза. — Брось, Цирус. Ты же не думал, что кто-то из нас вернётся с этого задания живым? — ......Может и думал,— тяжело вздохнув, ответил тот,— Но почему-то с самого начало знал, что это не так. — Наша задача заключалась в том, чтобы просто продержаться до тех пор, пока не будет открыт проход и к ядру не отправиться отряд. — И что потом? — Продержаться так долго, сколько хватило был сил, и взорвать тут всё, завалив проход для заражённых. Цирус прекратил расспрос и сел на землю, прислонившись спиной к укрытию, начав рассматривать свой автомат и тихо проводить пальцами по его деталям. — Значит, всё?— спросил подошедший Фаддей, который случайно подслушал их разговор,— На этом....конец? В ответ в зале из тоннелей эхом пронеслось шипение заражённых, которые уже собрались и новой армадой шли обратно. Ни Цирус ни Блэкаут не ответили, просто молча кивнули. — И вы с Саундвейвом знали всё это, когда посылали нас сюда?!— с обидой в голосе, обвинил он Блэкаута. — ....Другого выбора не было,— через секунду ответил летун. — Это вы так решили, что нет другого выбора? Что надо просто послать всех нас на смерть и может им повезёт? В этом заключался ваш план?! — Успокойся, Фаддей,— попытался угомонить его Цирус. — Вы, похоже, мало чем отличались от Мегатрона,— не обратив внимания на брата, продолжил Фаддей,— Просто до этого момента не было случая, чтобы проявить вас полностью. — Хочешь сказать, что я предатель?—безэмоционально спросил Блэкаут,— Что я бросил вас всех на верную смерть? Это ты подразумеваешь? — А разве не видно?! — Тогда ответь мне, Фаддей, почему я сейчас здесь, со всеми вами, а не отсиживаюсь в каком-нибудь безопасном уголке. Интересный способ бросать своих, не находишь? Теперь уже Фаддей притих, ведь в какой-то степени он и правда был не прав, но.... — Но это не давало вам право решать за нас, где и когда нам умирать. Может не все были готовы к такой участи! — А ты? Ты был готов, Фаддей? Он так и не ответил, просто потому, что сам не знал ответа на этот вопрос. С одной стороны его изнутри распирала обида, что он доверял новому командиру, видел в нём лидера и пример для подражания, был готов последовать за ним, а он вот так привёл их к смерти, решив, что это единственно верный путь. Но с другой стороны, он отлично понимал, что Блэкаут всё равно остаётся командиром, приказам которого и должны следовать солдаты. Эти две вещи теперь прочно засели в его голове и встали поверх всех других мыслей. — Не держи зла на него.....— после его ухода, сказал Цирус,— Он просто слишком наивен и чересчур доверчив. — И ты не разделяешь его взглядов?— поинтересовался Блэкаут. — Не считаю ли я тебя предателем, отправившим нас на самоубийство? Цирус не ответил первым, что пришло в голову. Он задумался на несколько секунд, собрал мысли и только тогда сказал: — Навряд ли. Конечно, если бы ты сказал обо всём этом мне заранее, то я бы не принял это так скептически.....но всё же, я солдат, сражаться и умирать — это моя программа, единственная цель, с которой я был создан. Не важно здесь и сегодня, или завтра и ещё где-нибудь. Да и по правде говоря......я устал. Я просто устал от всего этого. Если уж нам умирать сегодня, то я не против дать последний бой вместе с тобой. В конце концов, ты и правда не бросил нас одних.... Из тоннеля появились первые выводки заражённых и начали продвигаться по полью боя, усеянному гильзами, разорванными телами вехиконов, горящими останками расстрелянных тварей. Блэкаут с небольшим усилием поднялся на ноги, хоть и апотекарий запретил вообще двигаться. Тоже сделал и Цирус и они вместе встали за большой ржавой балкой, ставшей для них укрытием. Цирус посмотрел на последнюю обойму и с щелчком вставил её в винтовку, передёрнув затвор, а Блэкаут трансфорировал ещё работавшую руку в энергонное орудие, ленты для автопушек уже были пусты. — Помнишь,— спросил летун,— я говорил, что возможно когда-нибудь буду благодарен тебе за то, что ты сделал для той землянки. — .....И время пришло? — Похоже на то.... Параллельно с этим, на мостике крейсера, когда связь с Гордием прервалась, на искрящемся голопроекторе появилась Кортана. До неё только сейчас дошла весть, что челнок сбили. Тот самый, на котором вылетел Марселий. Она с "мокрыми" глазами начала вглядываться в место крушения корабля через еле уцелевший кусочек окна, грея надежду, что сейчас поступит сигнал о помощи и что они ещё живы. Но факты говорили об обратном. Такой взрыв нельзя было пережить и надо было просто принять это....как бы не хотелось этого делать. — Жалкие, мерзкие твари!— через стиснутые зубы выговорила Кортана и со злости ударила кулаком по стеклу перед собой. От неё по всему кораблю молниеносно распространилась пульсирующая волна энергии, которая убила всех тварей, что облепили корпус крейсера и они градом посыпались вниз. — Покиньте корабль...— обратилась она к экипажу мостика. — ....Почему?— посмотрев на неё, спросил Саундвейв. — Я направлю корабль в строй тех крейсеров и уничтожу своё ядро. Это вызовет сильный электромагнитный импульс и собьёт все три. Эвакуируйтесь с корабля и спрячьтесь где-нибудь. На севере города есть более менее целый космопорт. Как всё утихнет, идите туда и может вам повезёт и вы найдёте билет отсюда. Все затихли и даже Саундвейв, обдумывая предложение, которое могло быть единственным шансом спастись. Но в тоже время мало кто смог бы спокойно прожить с мыслью о том, что он спасся, а остальные так и остались под землёй и погибли в лапах заражённых. — Нет,— возразил за всех Саундвейв,— Мы ещё не проиграли. У нас есть шанс на победу и мы... — Какой шанс?—перебила Кортана,— Оглянись. Мы проиграли с того самого момента, как прилетели сюда. Ни при каком раскладе, мы не могли победить в этом сражении...(обречённый вздох)....Дело ваше. Если хотите, оставайтесь. Умрём все вместе. С этими словами она вытерла слёзы и исчезла, а на бортовые компьютеры поступил сигнал о неизвестной аномалии в центре корабля. В то же время курс крейсера сам сменился и двигатели на полной тяге направили его навстречу приближавшимся кораблям заражённых. — Попробуйте остановить корабль,— скомандовал Саундвейв и сам взялся за тоже самое. — Нет возможности,— доложил вехикон,— Мы отрезаны от управления кораблём, мы не можем сделать ничего отсюда. — ...Вы - нет, но я.... Саундвейв выдвинул свои щупальца и подключился к одному из компьютеров, пытаясь получить доступ не к какой-либо конкретной системе корабля, а к самой Кортане. С большим трудом, но это ему удалось и он подключился напрямую к её сознанию, оказавшись в той самой комнате с голубыми цифровыми стенами, как и тогда Марселий. Кортана была там же, сидела на полу и рукой кликала по каким-то голографическим схемам, инициируя процесс самоликвидации....и плакала. Из-за потери близкого, из-за осознания поражения....из-за всего, что привело к этому. — Кортана,— позвал её Саундвейв,— Прекрати всё это. Нам надо по крайней мере попробовать реализовать последнюю возможность. — Нет никакой возможности,— встав на ноги, возразила девушка, не оборачиваясь, продолжив процесс запуска самоликвидатора,— Нет и не было. Ты просто не хочешь этого принять. — А если всё же есть? — А если нет? — Тогда заражённые исполнят вынесенный нам тобою приговор. Какая разница, погибнем мы через несколько минут при крушении корабля, или через пол часа под обстрелом? —.................................. — Мы пойдём до конца. Иначе будет напрасной смерть тех, кто отдал свои жизни за то, чтобы победили остальные. Так сделал Марселий, так сделаю я и каждый из нас. Смерть одного не должна значить смерть для всех, даже если этот один был очень дорог тебе. Голос Саундвейва был, как обычно спокойным и уравновешенным, но сейчас это спокойствие только злило Кортану, ей казалось, будто он издевался над ней. — Замолчи!— разгневалась она и начала светиться намного ярче, практически белым ослепляющим светом,— Ты ничего в этом не понимаешь! Так что не смей учить меня!!— угрожающе взмахнув рукой. Она попыталась выкинуть связиста из своего сознания, но тот подключился к ней напрямую и она могла либо просто не слушать его либо заставить самому уйти. Её свет становился всё ярче и уже причинял физическую боль Саундвейву, но, тем не менее, он начал медленными шагами подходить к ней, укрываясь широкими руками от свечения, которое уже начало обжигать его и становилось всё ярче, что говорило о том, что ядро Кортаны уже начало перегреваться и до взрыва осталось немного. — Может я и ничего в этом не понимаю,— продолжил связист,— но я могу понять тебя. Не заставляй меня самому остановить это. — И как же ты это сделаешь? Отключишь меня и корабль всё равно будет потерян для вас, только тогда вы не сможете ни убежать ни забрать этих тварей с собой. — Я.....не собираюсь тебя....отключать,— с трудом выдерживая прожигающий свет, ответил связист, подошедший почти вплотную к ней. — Тогда зачем ты здесь? Просто уходи, пока есть возможность..... Она почти завершила процесс инициализации и оставалось лишь подтвердить это, нажав рукой на парящую в воздухе круглую панель с красными линиями. Тогда Кортана развернулась к связисту, чтобы в последний раз попытаться убедить его уйти и увести с собой весь экипаж, но именно в этот момент Саундвейв сделал последний шаг к ней, оказавшись на расстоянии вытянутой руки. Она не ожидала, что он так быстро сможет приблизиться к ней и сразу потянулась рукой к красной панели, но Саундвейв был быстрее и, схватив её за руку, оттянул от панели. — Я здесь, чтобы ты не боялась остаться одна,— объяснился связист, вглядываясь в её голубые глаза,— Прекрати эту бессмысленную истерику и вместе мы отомстим за всех, кто больше не вернётся,— показательно сжав тонкие пальцы в кулак. Всё это время Саундвейв был оторван от внешнего мира, а вехиконы пытались сами пробиться сквозь блокировку. Но вскоре этого не понадобилось. — Сработало!— воскликнул один из них,— Не знаю, что сделал Саундвейв, но аномалия начинает исчезать из корабля. Она похоже переместилась. Я фиксирую странные всплески энергии рядом с вражескими крейсерами. — .....Она не перемещается,— возразил другой,— Сигнатуры всплесков другие. Это.....что-то другое. Все вехиконы оставили свои посты и выглянули сквозь разбитую смотровую, откуда внутрь прорывался шквалистый ветер. Они внимательно вгляделись в строй крейсеров и вдруг, в километре от правого борта последнего крейсера заражённых появилась яркая сине-белая сфера. Из неё начали вырываться пучки молний и сфера стала плоской, образовав круг, больше двух вражеских крейсеров вместе взятых. Круг был удивительно похож на..... — Это же портал!— осенило одного из вехиконов. Его догадка была верной. Крейсеры остановились и начали разворачивать к порталу, готовясь открыть огонь по любому, кто вторгнется оттуда в их владения. И этот кто-то очень скоро объявился. На огромной скорости из портала вылетел крупный корабль и сходу протаранил первый из крейсеров заражённых. Изношенная сталь не выдержала давления и заражённый корабль практически моментально разорвался по полам, после чего прогремел взрыв и скрыл в огне нос судна пришельцев. Остальные два крейсера открыли огонь по чужаку, но заряды тёмного энергона сбивались защитными полями, а в ответ, из мрачно-серых бортов корабля пришельцев выдвинулись ряды трёхствольных пушечных батарей и поочерёдно открыли огонь. За считанные секунды осквернённые корпуса кораблей заражённых озарились десятками взрывами и их начало разрывать на куски бесконечными залпами. Каждый снаряд неизвестного крейсера при взрыве выделял мощность, равную взрыву маленькой звезды и заражённые не имели никаких шансов противостоять такой мощи. Не прошло и минуты с момента появления пришельцев, как все три крейсера, полыхая фиолетовым огнём и сотрясаясь от взрывов, устремились вниз и обрушились на крыши небоскрёбов Иакона дождём из обломков. Сразу за этим корабль незнакомцев издал очень громкий, режущий слух звук, похожий на работу неисправных динамиков. Большая часть заражённых, что летали вокруг Немезиды и снова пробирались внутрь, откликнулись на зов, словно зомбировнанные, полетев к новому противнику. В то же время по тёмно-сербелому корпусу корабля пришельцев прошлись яркие линии голубого цвета и в этих местах раскрылись ангары, из которых вылетели тысячи небольших беспилотных дронов в форме плоских дисков, вооружённых странными, двухствольными орудиями, подвешенными снизу. А в это время под землёй шла настоящая резня. Вновь стреляли пушки и винтовки, гремели взрывы от гранат и в путь улетали последние ракеты. Вновь шипели заражённые и вновь погибали солдаты. С каждой секундой вспышек от выстрелов становилось всё меньше и стрелков, одного за другим, утаскивали в темноту, откуда даже их предсмертные крики не могли вырваться. Последний рубеж обороны был вокруг тяжело раненных и ленс-излучателя, которому оставалось совсем немного, чтобы прорезать ворота, но слишком много, чтобы оборонявшиеся могли продержаться. Со всех сторон в вехиконов летели шипы и кислотные плевки, от которых уже было негде спрятаться. Землю то и дело сотрясали оставшиеся штурмовики, взлетая прочь от клыков тварей и через секунду обрушиваясь им на головы и разрывая мечами. На ровне с ними бились почти все остальные вехиконы, за исключением тех, кто уже оглох в бункерах, непрерывно поливая заражённых ливнем из снарядов автопушек, которые впивались в тела тварей и заставляли их взрываться на обугленные куски. Патроны для автоматов давно кончились и приходилось отстреливать заражённых проверенными временем бластерами. В то же время с высоты не переставали работать три последних снайпера. Даже у них боеприпасы были на исходе и вскоре им тоже пришлось бы переключиться на энергетическое оружие. Рядом с ними постоянно летала Сейбер и расстреливала тварей пачками. В какой-то момент она заметила ракетницу посреди толпы заражённых. Она была заряжена и автоботку охватила мысль, что надо попробовать достать её. Она зависла в воздухе над оружием, после чего раскрыла ряды маленьких створок на ногах и по кругу выпустила все ракетки в заражённых, что были рядом с с оружием. Сразу за этим надвигавшуюся толпу полетели обе имевшиеся гранаты и после их взрыва Сейбер спикировала вниз, по пути расстреляв всех, кто был в непосредственной близости от оружия и, соответственно, их нельзя было убить ракетами или грантами. Первых четверых она убила бластерами, приземлилась, и взмахом острого меча разрубила оставшихся троих одним ударом. Она быстро вырвала ракетницу из застывших рук мёртвого вехикона и уже было улетела, но заражённые слишком быстро заполнили образовавшуюся в их строю брешь новыми монстрами, первый из которых длинным хвостом схватил автоботку за ногу, потянул и с силой сбросил её на землю. Она приложилась головой о ракетницу и на секунды три потеряла ориентацию, а за это время заражённый мог легко убить её и уже занёс над собой лезвия, но......от удара при падении, крышка ячейки, встроенной в конструкцию руки автоботки, отломалась и подаренный ей кристалл выпал наружу, покатившись в сторону заражённого. Кристалл ярко светился в практически полной темноте, привлекая внимание заражённого. Удар, который должен был проткнуть спину Сейбер, ушёл в кристалл, бесивший тварь своим свечением. Он рассыпался на сотни осколков в ещё более яркой вспышке, дав автоботке драгоценные секунды придти в себя и пристрелить тварь, после чего забрать оружие и убраться оттуда подальше, пока не пришли остальные. Она и не заметила, как один из плевунов уже набрал полную пасть кислоты и был готов выпустить всё до последней капли в неё. Но этой затее не дал осуществиться нуклонный снаряд в 93 калибра, выпущенный из винтовки Алькатраса, который заметил странную вспышку в темноте, когда был сломан кристалл. Сейбер благополучно набрала высоту и уже в относительной безопасности разобралась, как работает ракетница. В ней было два заряда и автоботка использовала оба, выпустив их в самые большие скопления тварей. Ракеты с быстротою молнии вылетели из дула оружия и со свистом урагана помчались к рядам заражённых, а через секунду прогремели два синхронных взрыва, унёсшие в небытие почти пол тысячи тварей и оставившие две огромные, раскалённые воронки. Но всё новые и новые заражённые занимали места своих мёртвых сородичей. В какой-то момент их стало слишком много и пришлось использовать оружие, прибережённое на самый крайний случай. Чистильщик вывели на огневую позицию и половинки его бура начали раскрываться, выпуская наружу излучатель энергии меча, который начал ярко светиться от обилия тёмного энергона вокруг. Вехикон, управляющий устройством, дёрнул за два рычага на панели управления и машина выстрелила ярким лучом, который в ту же секунду распылил в пыль всех заражённых, что оказались на его пути. После, вехикон начал разворачивать машину, чтобы луч уничтожил всех заражённых по всему периметру. Все остальные закрыли глаза и визоры, чтобы не ослепнуть от такого потока концентрированной энергии, и укрылись, пока Чистильщик не израсходовал всю накопленную энергию и луч не начал ослабевать, в конце концов полностью потухнув. За считанные секунды всё поле боя очистилось от заражённых, заполнившись многометровым слоем пыли. — Энергия на нуле, нужно дождаться, пока она снова накопиться,— сообщил стрелок чистильщика. А меж тем всё новые неугомонные ксеносы продолжали возвращаться на старые позиции, своими быстрыми шагами поднимая настоящий туман из пыли, который блестел фиолетовыми вспышками под светом фонарей и прожекторов. Стало понятно, что эту атаку уже не пережить и что на этом действительно конец. И вот, когда практически без сопротивления толпа заражённых добралась до последнего оплота оборонявшихся, за рядами солдат, прямо напротив ворот открылись два больших и два малых сине-белых портала, из которых тут же полетели два гранаты и, попав в строй тварей, образовали две обширные полупрозрачные хроносферы, в которых время останавливалось и окружённые солдаты оказались отгорожены от тварей самим временем. Заражённые толпились за барьером и не могли через него пробиться, рыча и вопя из за спин обездвиженных в сферах сородичей. В гуще сражения никто даже не заметил, откуда взялись эти барьеры. Это был шанс и им надо было воспользоваться. Огонь возобновился и солдаты начали закидывать осколочные гранаты за барьер, где теперь было огромное скопление врагов. Но то-ли от этого, то-ли ещё по каким-то причинам, барьер начал постепенно пропадать и время стало возвращаться в свою русло. Солдаты тут же возобновили огонь, а заражённые с новой силой начали нестись на них. В ожесточённой перестрелке Цирус, который вместе с Блэкаутом был недалеко от открывшихся порталов, заметил, что на ровне с красными лучами от их бластеров, в толпу тварей начали залетать и ярко-синие. Попадая в тварей, эти лучи пробивали их на сквозь, заставляли гореть в мучениях изнутри синим пламенем, которое плавило их и вырывалось наружу из глазниц. Это не были ни импульсные заряды Оптимуса, ни энергонные сгустки Блэкаута. В добавок, послышались чьи-то тяжёлые шаги, на которые обратил внимание и Блэкаут. Он вместе с Цирусом удивлённо оглянулись и в тот же миг прямо рядом с ними опустилась нога высокой боевой машины гумонноидной формы. Машина была с гладким, украшенным рунами корпусом и вытянутой овальной головой со знаком бесконечности на ней(перевёрнутой восьмёркой). Тонкими конечностями она, не обращая внимание на десептиконов внизу, продолжила смиренно шагать вперёд к заражённом, приковывая к себе всё больше удивлённых взглядов. На плечах шагахода виднелись две небольшие пушки, которые начали стрелять сюрикенами, блиставшими при свете нагрудных прожекторов машины. Такое же орудие было на руках шагахода, одна из которых сжимала в пальцах рукоять длинного меча с причудливыми узорами на лезвии. Из спины шагахода вертикально выступали два ряда непонятных, продолговатых и плоских деталей, по три на ряд. Они были похожи на сложенные за спиной крылья, с которых свисали кремового цвета ткани с зелёными краями и с письменами на древнем кибертронском. Вслед за первым из двух больших порталов начали выходить и другие величественные машины, вооружённые до селе невиданными экземплярами вооружения. При виде шагаходов пыл заражённых заметно остыл. Они будто уже были знакомы с ними и понимали, что их надо опасаться. Но это было лишь небольшой частью той помощи, что решили оказать обречённым солдатами пришельцы...которые может и не являлись таковыми. Сразу за шагаходами из порталов начали дружным строем выбегать солдаты в тёмно-голубых доспехах, со светящимися лазурными линиями винтовками в руках. Они по комплектации тела были идентичны обычным кибертронцам, а по росту немного превышали вехиконов. Они бесстрашно кинулись на защиту оборонявшихся, уничтожая своим непостижимым уму оружием сотни заражённых за считанные мгновения. — Это.....десептиконы или автоботы?—ошарашенно рассматривая незнакомцев, спросил Цирус. — Не знаю,— пребывая в таком же состоянии, ответил Блэкаут,— Я никогда не видел подобных боевых машин и такие доспехи, ни у тех ни у других. — Тогда кто это такие? Оба услышали лёгкие шаги позади и обернулись. Там стоял ещё один боец в облегчённой броне и с красной мантией с капюшоном, из под которого ярко светились голубым светом два больших окуляра маски, чем-то напоминавшей противогаз. Он посмотрел на обоих и эхом послышался его ровный, но тяжёлый голос. — ......Преданные....отвергнутые.....забытые......Мы проклятые. Мы — Легион.