Каждый сам выбирает

С появлением неожиданного подкрепления, расклад сил значительно изменился и вновь чаша весов выбрала сторону, на этот раз, сторону живых. Призрачные машины с пугающим спокойствием шагали по полю боя, раздавливая заражённых под причудливыми опорными конечностями, нанося удары длинными мечами и каждым разрубая десятки монстров, в то время как металлические диски их сюрикенных орудий вгрызались в тела тех, до которых не удавалось дотянуться мечом. Сразу за мечниками безмятежно шагали шагаходы поменьше, вооружённые либо острыми изогнутыми наручными лезвиями, которыми ловко разрывали тварей на кусочки, либо странными двуручными пушками, которые стреляли пестрящими оттенками фиолетового и синего лучами, в месте попадания которых открывалась брешь в реальности и образовывалась червоточина в иматериум, затягивая внутрь по молекулам толпы заражённых и захлопываясь через несколько секунд. На ровне с ними в яростную атаку шли создатели этих машин, хранители неисчислимых знаний, судьи, выносившие не одну тысячу смертных приговоров бесчестным и спасшие не одну сотню обречённых жизней, ставшие ночным ужасом подлецов и верными союзниками честных бойцов. Прошли тысячи лет с тех пор, как их предали когдатошние союзники, отвергли собственные братья и сёстры и даже легенды о них начали забываться в потоке времени. И вот, они вновь явились в реальность и снова сражались, найдя тех, кому отчаянно была нужна помощь и которые заслужили ИХ помощь своей самоотверженностью, храбростью и непоколебимостью, готовностью стоять ровно с оружием в руках перед лицом неминуемой гибели. Они заслужили уважение бывших учёных, увидевших в них тех самых, кто был достоин возродить разрушенный собственными руками мир. Десептиконы получили столь желанное время и теперь ленс-излучатель смог бы прорезать проход до того, как не останется никого, кто смог бы в него пройти. Но и в этом легион был готов помочь и два бойца в мантиях подошли сзади к Малтаелю, следившему, чтобы излучатель вновь не отключился. — Отключи это устройство,— хриплым голосом указал один из них. Механикус обернулся к ним и первые секунды две не знал, что им ответить, как с ними общаться. — Но проход ещё не готов,— отказался техник,— А без него мы не..... Но легионеры не стали ему что-то объяснять или убеждать. Их братья по оружию хоть и оттеснили заражённых на время, но рани или поздно рой нашёл бы противодействие им. Один из них поднял руку в направлении машины и из его раскрытой ладони вырвался полупрозрачный голубой луч, который словно поток воды начал проникать в щели устройства. Боец взмахнул рукой и сжал кулак, после чего излучатель, будто сам по себе, отключился. Сразу за этим второй взял в руки какое-то круглое устройство, раскрыл его, повернул половинки по часовой стрелке, снова закрыл и бросил в раскалённую дыру, которую излучатель уже успел прорезать. Оба легионера присели за излучателем и Малтаель, последовав их примеру, так же укрылся. Через несколько секунд послышался негромкий писк, а сразу за ним в дыре образовалась большая голубая сфера, которая проплавила полноценный проход через врата и взорвалась. Во все стороны полетел расплавленный металл, грозивший подарить мучительную смерть, тем, кто попадётся на его пути, но сразу после взрыва на секунду открылась дыра в иной мир и затянула в себя всё это. Пыль осела и взору открылся большой проход, через который теперь можно было не только протиснуться пешком, но и проехать на танке. — Проход открыт,— сообщил по общему каналу связи Малтаель. Как и планировалось, к ядру должен был отправиться Оптимус со своим отрядом, так как уже один раз прошёл этот путь. — Автоботы, выдвигаемся,— передал Прайм своим. Услышав сообщение, носители красных эмблем поспешили к вратам и, трансформировавшись, устремились к ядру вместе со своим лидером, а вслед за ними поехал Чистильщик с парой вехикоов. В то время, как под землёй заражённые сотнями склоняли колени перед проклятыми легионерами, на поверхности шёл настоящий кровавый дождь из тёмного энергона и град из покорёженных трупов заражённых летунов. Дроны уничтожали их с удивительной лёгкостью, превращая большинство в прессованный лом одним единственным попаданием своих вакуумных орудий. «Оплот Демиургов», так назывался корабль легиона, отвлёк на себя внимание большей части заражённых в воздухе, но некоторое их количество продолжило витать вокруг Немезиды и не желало оставлять добычу недобитой. Они продолжали проникать на борт и один за другим уничтожать важные узлы управления. Большая часть дроидов уже была уничтожена, а оставшегося на борту экипажа было недостаточно, чтобы выдворить вторженцев. Мостик всё ещё держался и благо теперь им стоило опасаться только проникновения через заблокированную дверь, через смотровую заражённые больше не лезли. Однако своё внимание вехиконам приходилось делить и на тварей, и на удержания крейсера в воздухе. Так к к тому же Саундвейв всё ещё был погружён в сознание Кортаны. — Ничего не получается, это не работает!— держась за голову, паниковала девушка. Ей никак не удавалось сосредоточиться, чтобы снова вернуть себе контроль над каждой системой корабля. — Успокойся,— утешал её Саундвейв, который теперь застрял в её мыслях,— Паника тебе не поможет. Она изо всех сил пыталась так и сделать, но каждый раз ничего не выходило. От переизбытка напряжения её начало глючить и это доставляло ей сильную боль, что ещё больше усложняло её положение. Она с трудом вывела огромную голографическую панель управления кораблём, от вида на которую просто разбегались глаза. — Всё, тихо, спокойно,— мысленно успокаивала она себя и понемногу это начало получаться,— Так, запрос, далее, отдел питания, подтвердить, третий поток, перенаправить в коллектор, нет во второй, а потом открыть клапаны инжекторов, Нет! Надо сначала.... Она снова запуталась и сделала всё неправильно, из за чего последовал очередной системный сбой и её ударило током. Она вскрикнула от боли и упала, а дуги электричества начали периодически тянуться по её тёмно-голубым волосам. Связист подбежал к ней, бережно приподнял и уложил на свои широкие руки. — Я не могу,— с мокрыми глазами констатировала Кортана,— Я просто не могу.... — ......Тогда мы сделаем это вместе. Саундвейв решил попробовал взять на себя часть её функций, ведь, по сути, их сознания сейчас были слиты воедино. Он взял её за руку и направил пристальные взгляд в её глаза, пытаясь уловить волну её мыслей и синхронизироваться с ней. Путём хитроумных мыслисплетений, у них это получилось и в какой то момент глаза Кортанны засветились фиолетовым, а оправа визора Саундвейва — голубым. Тот же эффект проследовал и по их телам, по итогам чего они действительно стали единым целым, смешав её знания и способности с его хладнокровностью и расчётливостью. Параллельно, автоботы и их сопровождение проехали уже больше половины пути и оставалось совсем немного, чтобы наконец добраться до затухшего ядра. К счастью, заражённые сами не смогли дотянуть свои лапы до него и путь преграждали только кристаллы энергона, через которое на полном ходу прорывался Чистильщик. Ещё немного, ещё километр и вот, наконец, команда доехала до арки, сразу за которой был огромный круглый зал, в центре которого четырьмя опорными балками было закреплено само ядро. Доехав и трансформировавшись, отряд вступил в этот зал с болью в искре начал оглядываться по сторонам. Всё вокруг было либо разрушено, либо осквернено фиолетовыми кристаллами. В том числе и ядро. Когда-то оно было идеально круглым, с завораживавшими узорами на нём, горевшими притягательным голубым свечением, но теперь оно представляло из себя многоугольное нечто, почти полностью обросшее грубыми кристаллами тёмного энергона. К нему вёл выдвижной мост, который был расположен сразу за рядами древних механизмов, которые управляли всем в зале, в том числе, многоступенчатым шлюзом, ведущим на поверхность. Автоботы неспешно начали продвигаться вперёд, а кристаллы будто начали резонировать от эха их шагов и вибрировать. Лучи фонарей озаряли дорогу перед отрядом, но хватало и фиалкового свечения кристаллов, которые словно путеводные звёзды, вели к ядру, из которого и прорастали, распространяясь по всей планете. Автоботы вскоре нашли тот самый мост и те древние компьютеры. Было сомнительно, что они всё ещё работали, но в те времена это всё функционировало на основе механики, а не электроники. Грубо говоря, кнопка была не особо нужна, достаточно было найти и дёрнуть нужные рычаги. Подойдя к компьютерам, Оптимус рукой протёр слой многолетней пыли с мониторов и вводных панелей. После чего, попытался включить их. Долгое время, после нажатия нужных клавиш, не было никакого результата, но вдруг, на одном из больших мониторов загорелся слабый свет. — Ну что там, Оптимус?— поинтересовался Рэтчет. — Многие функции недоступны,— ответил Прайм,— но отсюда мы можем узнать местоположение замков, которые откроют окно на поверхность. Шлюз был многоступенчатым, то есть, чтобы пробраться наружу, надо было пройти через пять "ворот". И все они открывались из того компьютера, но.... — Ничего не выйдет,— возразила Сейбер, летавшая у самого потолка. Там она увидела, что створки так же обросли кристаллами, которые блокируют их и не дадут открыться. — А мы зачем здесь?— спросил её водитель чистильщика и начал поднимать головку бура к створкам. Энергия как раз накопилась. А меж тем сражение у врат обрастало новыми красками и до поля боя наконец дошли основные тяжело бронированные силы заражённых, в виде огромных монстров. Большая их часть стояла и до сих пор стоит на окраинах города, чтобы отбить желание противника пробраться даже в город, не то что к ядру. Просто, заражённые немного не ожидали, что враг свалиться на них с неба буквально. Но, тем не менее, разновидные твари дошли слишком поздно и им уже были готовы противостоять шагаходы, которых их создатели прозвали "Ева", что частично объясняло элегантность и тонкость их корпусов. Каждая такая машина практически была живой, ими управляли ИИ на подобии Кортаны, но многим уступавшие ей в самостоятельности и не имевшие такой ярко выраженной личности, им это было ненужно. Как только в поле зрения появились первые два гиганта заражённых, шагаходы сразу же обратили на них внимание, а две машины выставили их своими приоритетными целями. По мере приближение заражённых, оба, на первый взгляд, медлительные и не особо поворотливые шагахода начали преобразовываться в стремительные и ловкие боевые единицы и устремляться навстречу тварям прямо через море заражённых, держа мечи за собой и попутно срезая головы тварей, кому не посчастливилось оказаться на пути острейшего лезвия. Через несколько секунд в схватке схлестнулась первая Ева и первый монстр. Заражённый имел базовую конструкцию, похожую на кентавра, состоящую из ходовой части — корпуса с четырьмя ногами, на которой уже из многочисленных трупов обрастало туловище с защищённой отдельным от остального тела панцирем головой и набором из двух больших рук, которые могли быть оснащены всевозможными видами вооружения. В этом случае оружием одной руки послужило обычное, но от этого не менее смертоносное костяное лезвие, а вместо второй развивался набор толстых шипастых щупалец. Заражённый первым делом замахнулся лезвием и, учитывая его силу, мог одним ударом разрубить шагаход по полам. Но Ева не зря держала меч за собой и при сближении она резким движением руки нанесла удар снизу вверх, который точно так же мог разрубить заражённого. Но тварь на удивление быстро отреагировала на этот ход и выставила клешню наперерез мечу. УДАР! И лезвие меча намертво врезалось в клешню твари почти на половину. Наплечные сюрикенные пушки открыли огонь по зубастой морде твари, но она быстро спрятала её под, напоминающий корону, головной панцирь и, вытянув щупальца, обвила их вокруг тела шагахода. Острые и прочные шипы, усыпанные по всей длине щупалец, от сильного сжатия начали вгрызаться в бело-голубой корпус Евы и распарывать его при любых её попытках вырваться. И тут пришло время показать себя непонятным и на первый взгляд декоративным "крыльям" на её спине. Они поочерёдно заискрились и между ними начали тянуться потоки энергии, после чего "крылья" взмахнули навстречу друг к другу и от их соприкосновения образовалась ударная волна и разряды молний, окружившие на несколько секунд машину и поджарившие монстра, из-за чего ему пришлось отказаться от своей жертвы и отпустить её. Тварь отошла на несколько шагов назад вместе с застрявшим в клешне мечом, рыча от боли и дёргая в стороны раскалившимися щупальцами, остужая их об холодный воздух. Сама Ева не получила никаких повреждений от этого необъяснимого выброса энергии и была готова продолжить бой. Она начала сближаться с отступившим противником, который тут же на огромной скорости вытянул ей на встречу длинные щупальца, грозясь проткнуть её ими. Но Ева, с казалось бы не возможной для подобных размеров машины ловкостью и с поистине женской элегантностью, на бегу наполовину развернулась корпусом и изогнулась им назад, пропустив щупальца рядом со своей грудью. Пока зверь не притянул их обратно, она, одним ударом закреплённого на предплечье лезвия, разрубила почти все щупальца, оставив лишь пару, которые уже не представляли угрозы. У монстра осталось только одна клешня и несколько коротких лезвий по бокам, не считая зубов, конечно. Он попытался атаковать, но Ева была намного быстрее и смогла зайти за спину врага. Тот начал оборачиваться и разворачиваться к ней, а она в этот момент обошла его и появилась со стороны единственной клешни твари с её застрявшим мечом. Она одной длинной рукой схватила конец клешни зверя и потянула на себя, а пальцы второй сжала в кулак и нанесла удар прямо в обратную сторону того места, куда врезался её меч. Толстая и крепкая клешня без особого труда разломалась в месте повреждения и отломленная половина отвалилась на пол, освободив меч, который Ева сразу же подхватила обеими руками и раньше, чем заражённый даже зарычал, с искусностью настоящей мечницы вонзила его прямо под головной панцирь зверя. Монстр в тот же миг перестал дёргаться, из под панциря бурной рекой хлынул энергон, а все четыре ноги разложились, как карты на ветру, и земля сотряслась от падения многотонной туши. Ева дёрнула за рукоять и с трудом, но вытащила меч из под панциря твари, забрызгав себя фиолетовой жижой. Оглянув поле боя, она нашла второй шагаход, который испытывал некоторые....сложности с умертвлением второго гиганта заражённых. Вторая тварь имела комплект из двух массивных клешней, как у краба, которыми она могла и резать и бить, как огромным молотом, что и ощутила не себе вторая Ева, успевшая прикрыться мечом от удара обеих конечностей зверя. Она держала меч перед собой обеими руками, одной держа за рукоять, а ладонь второй прислонив к кончику лезвия. Заражённый продолжал давить на неё и налегал всей своей массой на меч, заставив Еву упасть на одно колено перед ним. Но вдруг, в спину гиганта, словно копьё, вонзился аналогичный меч и заставил его встать на дыбы, прекратив давить на свою жертву, которая тут же встала на ноги и отрубила одну из клешней монстра по локоть. Отрезанная конечность начала закручиваясь падать на землю между соперниками и Ева, подождав, когда клешня направилась острым концом к заражённому, ударом ноги вбила острую конечность прямо в грудь монстра. Тот зарычал сильнее и с грохотом опустившись на передние конечности, нанёс удар второй клешнёй сверху. Ева чудом уклонилась вперёд и клешня, вместо головы, отрезала её "крылья" на спине. После, машина, поставив одну ногу на торчащую из груди заражённого клешню и оттолкнувшись от неё, при этом держа одной рукой меч, а вторым ухватившись за край головного щита, перепрыгнула за спину монстра и приземлилась на его вытянутую назад ходовую. Пока зверь не начал дёргаться, пытаясь скинуть с себя наездницу, та свободной рукой взялась за рукоять застрявшего в его спине меча и резко выдернула его. Монстр громко зашипел, а Ева, замахнувшись обоими мечами, нанесла встречные удары ему в затылок. Клинки прошли сквозь сталь и кристаллы, как иголка сквозь плоть и шипение утихло. Ева спокойно спрыгнула на землю, а за её спиной туловище монстра развалилось на две части и начало заливать всё тёмным энергоном. Она развернулась к другой Еве и с жестом благодарности, кинула ей её меч. Но это была лишь малая часть тех сил, что скоро подтянулись бы несметной и непобедимой толпой. На Немезиде получили битый и еле различимый сигнал из центра планеты, а это означало, что наземная команда начала выполнять свою часть плана и пора самим выдвигаться на огневую позицию над шлюзом, который располагался под центральной площадью Иакона. В это же время Шоквейв и Блэр в комнате управления киберформирователем начали процесс запуска, чтобы активировать устройство сразу, как только появится доступ к ядру. Проблем доставляли не только постоянные набеги заражённых, от которых дроидам пока удавалось отбиться, но и повреждения наружного оборудования, хоть и не критические. Поэтому пара учёных уже в третий раз перепроверяла всё и вся, чтобы в решающий момент аппаратуре не вздумалось сбоить. Но всё же главной заботой оставались заражённые и так уж получилось, что эта комната была одной из первый, куда попадали заражённые, пробираясь на корабль через пробитый борт и распространяясь по коридорам, как зараза по венам. Сражение под землёй даже не думало затихать и заражённые снова начинали одерживать верх. Не смотря на всё рвение к победе бойцов десептиконов и все технологические чудеса скитарий легиона, им пришлось постепенно отходить обратно к вратам. Поле боя уже украсили своими телами больше миллиона заражённых и это число увеличивалось с каждым выстрелом ионных винтовок скитариев и с каждым взмахом мечей Ев. Последние вскоре понесли свою первую потерю. Очередная монструозная тварь появилась из прохода и один из шагаходов тут же нацелился на него. Зверь был двуглавый с длинными шеями, острыми рогами и мощными зубами. Он набросился на шагаход и, вытянув первую голову с раскрытой пастью, попытался с ходу вцепиться в шейную часть машины и откусить ей голову. Но вместо этого зверь получил вертикальный удар мечом прямо по морде, который рассёк его голову вместе с шеей по полам, оставшимися свисать с тела. Монстр с громким рёвом побежал на шагахода и протаранил его, повалив на землю. Пока Ева не успела подняться на ноги, монстр набросился на неё когтистыми лапами и вцепился в её грудную бронью, начав сдирать обшивку и рвать провода, получая один разряд током за другим, но не останавливаясь. Поняв, что так он слишком долго будет ковырять врага, заражённый попробовал второй головой всё-таки прокусить шею шагахода, но и в этот раз его ожидала неудача и он получил неожиданный удар сзади от другой Евы, которая разом отрубила и вторую голову твари. Заражённый начал плеваться энергоном из обрубленных шей и пятиться назад, дёргаясь из стороны в сторону и, в конце концов, рухнув на землю. Убившая монстра машина протянула руку своей союзнице и помогла ей встать, но почти сразу за этим что-то сбоку сбило её саму с ног и она рухнула рядом с тварью со сквозными, искрящимися пробоинами по всему телу, в некоторых из которых застряли какие-то штыри. Другая машина обернулась в сторону и увидела ещё три махины заражённых, только что ступивших на поле боя. Одна из низ особенно привлекала внимание. Она была больше остальных, а её туловище и голова кардинально отличались. Её голова не была защищена тяжёлой бронёй и имела множество блестящих, треугольных глаз. Никаких клешней или чего-то подобного она тоже не имела, вместо этого у неё была одна огромная и длинная правая рука, а левая срослась с ней и помогала двигать такую тяжесть. Однако не было понятно значение этой огромной руки, пока зверь не направил её на Еву и не стали видны отверстия на конце. Это была огромная пушка. Вся тварь по сути была огромной ходячей пушкой и сама же служила боеприпасами к ней. Прицелившись всеми 16 глазами в Еву, зверь зарычал и из дыр в "руке" с огромной скоростью вырвались кусочки раздробленных "костей" монстра. Они были очень прочными и могли без труда прошить насквозь противника, что почувствовал на себе один из шагаходов легиона. Но сейчас решалась судьба другого и он чудом успел укрыться за трупом недавно убитого двуглавого зверя. Но стрелок заражённых без проблем мог бы изрешетить тело своего сородича и достать Еву....которая впрочем не собиралась отсиживаться без дела. Её крылья засветились и начали накапливать энергию, образовывая энергетическую сферу на кончиках. Как только монстр прекратил стрелять, чтобы разглядеть что-нибудь в поднявшемся облаке ошмётков тела сородича, Ева высунулась из за разорванного трупа, немного пригнулась вперёд, чтобы сфера оказалась на одной линии с монстром, после чего взмахнула крыльями и энергетический заряд с электрическим жужжанием полетел к заражённому. Не прошло и двух секунд, как сфера ударила в тело монстра и, практически бесшумно, взорвалась в яркой вспышке. Когда же свет пропал, взгляду открылся уже мёртвый, полурасплавленный заражённый, в груди которого синим огнём горела огромная дыра с раскалёнными краями. Заражённые всё лезли и лезли из всех щелей к комнате управления. Благо, без контроля своего лидера, они видели угрозу лишь в учёных и дроидах, что были там, но не в оборудовании. Они напирали с всё нарастающей силой, разукрашивая коридор своим энергоном, и дроиды уже не справлялись с таким напором. Заметив это, Блэр активировала свою фотонную винтовку и, быстро прицелившись, подстрелила двух заражённых прямо в голову. Но все последующие попытки повторить это окончились провалом. Дроиды постоянно лезли в прицел и не давали стрелять. Тогда тенебранка злобно фыркнула, убрала винтовку и сказала Шоквейву:  — Ты продолжай без меня, я попробую занять их ещё на несколько минут. После чего, не дожидаясь ответа, выдвинула из наручей клинки и молнией помчалась к двери, через которую и пытались пробираться заражённые. Она прошла сквозь ряд дроидов, как пуля, влетела в строй тварей и сшибла их в стороны, словно деревянные кегли, после чего начала одного за другим пронзать парными клинками. Десятки раз проткнутые со всех сторон трупы только и успевали падать на пол, а отрезанные конечности отлетать в стороны. Блэр даже не было видно, настолько она быстро это всё делала. Но на место каждого убитого претендовали несколько других и всё было ещё впереди. Чистильщик уже успешно освободил первую створку прохода на поверхность и Оптимус дёрнул за первый рычаг, после чего механизмы открывания со скрежетом, нехотя начали работать и открывать проход к следующим створкам, которые так же были покрыты кристаллами и чистильщик тут же взялся за них. Но так продолжаться не могло. Слишком уж легко. И действительно, непонятно как, но заражённые смогли обойти оборону и пробраться по ту сторону ворот, либо им как-то прогрызли путь землеройки, что было более вероятно, но не менее сомнительно. В любом случаи их шипение и бег уже доносились из темноты и автоботы приготовились принять бой. Так же, как и оставшиеся два гиганта заражённых, которые неслись на уцелевшую Еву, убившую стрелка. Остальные шагаходы-мечники были далеко и, без помощи, заражённые одолели бы её. Она осталась за трупом и, взявшись за меч, начала ожидать, пока первый зверь подойдёт и просунет к ней морду. Тогда она и нанесёт первый удар и, при удачном попадании, он будет смертельным. Тогда второго монстра будет проще одолеть. Но этому плану не посчастливилось осуществиться. Оба заражённых добрались до Евы практически одновременно и как только она попыталась нанести удар первому, второй тут же пресёк эту попытку и вцепился зубами ей в руку. Она начала бить монстра наручным лезвием второй руки, а сюрикенными орудиями обстреливать другого, чтобы и он не набросился на неё. Но всё было четно и вцепившаяся в неё тварь мощными челюстями прокусила ей руку почти по локоть. Откушенная конечность вместе с мечом рухнула на земле, вслед за чем второй монстр, игнорируя вонзающиеся ему в панцирь металлические сюрикены, понёсся на обезоруженную жертву и протаранил её. Обе твари нависли над ней и первая уже была готова начать пир, но неожиданно для обоих заражённых за их спинами появился шагаход огневой поддержки, проще говоря, стрелок. Эти шагаходы, получившие прозвище Криптек, были меньше своих старших сестёр мечниц, но их конструкция была похожа. Разве что "крыло" у стрелков было только одно, которое служило не энергоизлучателем, а телепортёром на небольшие расстояния. В качестве дополнительного вооружения у них были наручные стелеты и выдвигавшиеся из внутренней стороны запястий серпы. Он не мог выстрелить своим орудием по тварям в непосредственной близости от Евы, иначе образовавшаяся червоточина в реальности могла навредить и ей. Он подошёл к ближайшей твари и серпами зацепив её задние ноги, потянул за них и без труда повалил на землю. Монстр тут же начал махать клешнями в поднявшейся пыли, а Криптек подошёл сзади и, крепко взявшись за края его головного панциря, резким движением свернул твари шею. Но этого, конечно же, было недостаточно и он не остановился на этом, а продолжил тянуть за панцирь и в итоге буквально оторвал монстру голову. Фонтаны крови разлетелись во все стороны и щедро забрызгали как убийцу, так и второго заражённого, который уже оборачивался на предсмертный рык сородича. Но стоило зверю сделать это, как он тут же получил удар ногой по морде. Острые зубы горстью вылетели из выбитой челюсти, а половина глаз либо треснули, либо разбились на мелкие кусочки. Зверь попятился в сторону, а Криптек нацелил на него пушку и прозвучал выстрел. Похожий на удар молнии луч попал зверю в ноги и открыл брешь в иматериум, которая начала затягивать его внутрь по кусочкам и даже наполненный рычанием воздух втягивался в брешь. Но с тем же успехом брешь могла навредить и тому, кто её открыл. Чтобы избежать столь неприятной участи, Криптек быстро подобрал меч Евы, после чего взял её за единственную руку и послышалось гудение включившегося телепортёра. Ещё пол секунды и оба шагахода скрылись в слабой вспышке, оказавшись рядом с остальными союзниками, а от монстра к этому времени осталась лишь пара деталей. Четыре из пяти створок открыты и оставалось совсем немного. Автоботы выкладывались на полную силу и с точностью до сантиметра всаживали выстрелы в головы набегавших заражённых, от чего их трупы спотыкались об собственные ноги и размазывались по полу. Но твари слишком опоздали и сейчас представляли из себя лишь небольшую помеху. Их было слишком мало, чтобы остановить процесс очистки створок. Вспышки от выстрелов одна за другой мчались по темноте, а предсмертные визги заражённых всё больше приближали миг победы. Во всей суматохе, что творилась на крейсере, потайными лазейками по всему кораблю бегала Иварелла и сопровождавшие её два вехикона. Она чинила всё, до чего добирались руки, а телохранители, ни за что не поверите, охраняли её от кишащих повсюду тварей. Подошла очередь поработать с системой охлаждения двигателей, которая накрылась в самый неподходящий момент. Меньше половины уцелевших двигателей и так работали на пределе своих возможностей, а без системы охлаждения они бы очень скоро вышли из строя. Данная система представляла из себя несколько больших турбин в закрытых капсулах, которые крутились с невероятными оборотами и прогоняли холодный воздух. Не особо технологично, но другого варианта не было, так как хладагент уже два часа как украсил собой одну из улицу Иакона, после того, как баками с жидкостью заинтересовались заражённые. Добравшись до зала, Иварелла открыла капсулу заглохшей турбины и, подсвечивая манипулятором с фонарём на ранце, начала искать причину поломки. Она быстро нашлась. Нескольких, непонятно как пробравшихся внутрь, заражённых разорвало и своими останками они заблокировали лопасти. Их надо было убрать и быстро убраться из капсулы самой, потому как турбина практически сразу возобновила бы вращение. Благо, длинные щупальца техножрицы позволяли ей дотянуться до ошмётков тела с безопасного расстояния. Меж тем более целые заражённые случайно забрели в этот уже казалось бы зачищенный отсек корабля и наткнулись на ремонтников. Вехиконы незамедлительно открыли огонь по ним и грохот выстрелов привлёк ещё больше внимания. К тому же выстрелы эхом распространялись и в капсуле, от чего Иварелла почти оглохла, но оставалось совсем немного и она уже вырывала из турбины последнюю ногу....или руку, или чёрт знает ещё какую часть какого-то зверя. Последний засор был убран и турбина начала постепенно набирать обороты, а ремонтница быстренько убрала щупальца обратно и начала закрывать капсулу. В приёмниках всё ещё звенело и она даже не услышала подкравшуюся сбоку тварь, только краем глаза заметила её, когда та уже напрыгнула на неё. Иварелла машинально закрылась руками, но в этот момент один из вехиконов дёрнул её за плечо назад, а сам выступил вперёд и нанёс удар отключенным цепным мечом по твари. Острые зубья вошли глубоко в брюхо заражённого и солдат прибил его к стенке капсулы, только после этого включив меч и с сочным ляганием разорвав тварь на куски. — Отличный удар, ХЕнкель, буду в долгу)— похвалила его Иварелла и поцеловала в щёку,— Здесь всё, теперь пошли к когитаторам. Она быстрым шагом направилась к лазейке, через которую они сюда пробрались, а вехиконы сразу за ней.....только один из них. Второй, Хенкель, ещё секунды две стоял на месте с рукой на щеке. К слову, это был тот же солдат, что и вызвался тогда прикрыть их отступление. — Ну чего ты стоишь, как вкопанный?!— окликнул его другой вехикон и подтолкнул его к выходу. — Она назвала меня по имени...— якобы оправдался тот. — Достал уже, Ромео бракованный! Шевели поршнями, пока не отгрызли! Последовавший подзатыльник быстро спустил замечтавшегося напарника с небес на землю и оба со всех ног побежали в противоположную от нараставшей толпы монстров сторону. Но всё же, заражённых на борту Немезиды стало слишком много и они смели защитных дроидов у комнаты управления, оставив Блэр и Шоквейва одних. Другие вехиконы были заняты защитой остальных критически важных узлов крейсера и просто не могли покинуть свои позиции, чтобы помочь учёным, да и даже если покинули бы, то вряд ли дошли бы до них живыми. — Иди сюда, Блэр,— позвал её Шоквейв. Тенебранка послушно вернулась и настало время вывести на поле боя что-нибудь посолиднее винтовок и мечей. Блэр взялась за компьютер, а Шоквейв трансформировал руку в пушку и начал поливать довольно узкий проход, через который лезли твари. Благодаря его модификациям, пушка теперь стреляла более маленькими пульсарами, но намного быстрее, а заражённым всё равно хватало одного-двух энергетических шаров, чтобы замертво повалиться на и так усыпанный трупами и залитый литрами тёмной крови пол. Но заражённые нашли проход и через систему вентиляции, и самые маленькие из них начали свой поход по шахтам, оказавшись над головой Шоквейва. Это было несложно, так как все заражённые имели связь между собой и один зрячий монстр мог мысленно давать обзор нескольким ослепшим. Мелкие гады прогрызли шахту и посыпались на учёного сверху. Но тот успел заметить, что что-то пытается пробиться через потолок и якобы внезапно напавших заражённых встретил поток жёлтых пульсаров, превративших их в расплавленный хлам. Они раскалённым дождём вылились прямо на головы своих сородичей, которые, воспользовавшись, тем, что Шоквейв отвлёкся от них, начали стремительно подползать ближе, чавкая уродливыми челюстями в предвкушении кровавой расправы. Тем не менее, частично план тварей достигнул успеха и теперь Шоквейву приходилось отстреливать их практически вплотную, но он был готов и в ближнем бою потягаться с заражёнными. Ему в какой-то степени даже нравилось всё это: видеть, как разновидные монстры разлетаются в хлам, слышать их предсмертные крики и шипения. Но всё изменилось, когда уже на деле пришлось сойтись в рукопашном бою с тварями. Своей пушкой, как большим молотом, Шоквейв наносил удар за ударом и при каждом попадании несколько тварей размазывали свои внутренние механизмы по стенам и бакам с синтэнергоном. Блэр не могла ему помочь, она была занята активацией формирователя. Но помощь Шоквейву действительно могла пригодиться, когда твари всё-таки окружили его и один из заражённых вцепился длинными зубами и клешнями в его пушку. Он начал кусать оружие, разрывать провода клешнями и ломать детали. Пульсарная пушка была очень мощным, эффективным и грозным оружием, но так же очень хрупким и требовало к себе деликатного обращения. Оружие получило сильные повреждения, открылась её энергетическая камера и высвободила всю энергию, незамедлительно после чего последовал взрыв. Блэр тут же обернулась, но не увидела ничего, кроме оранжево-жёлтого облака, в котором проскакивали дуги электричества. Её глаза ещё больше наполнились страхом, когда в опустившейся тишине из облака вышел похожий на очень крупную ящерицу заражённый и победоносно зарычал во весь голос. Однако, тут же из облака вышел Шоквейв, оставшейся одной рукой резко схватил зверя за голову и поднял его в воздух. Его оптический сенсор был заполнен яростью и злобой за уничтоженное оружие, он со всей силой сжал руку в кулак и буквально раздробил голову твари, после чего рассыпал останки на пол, как семена по полью. Взрыв уничтожил большую часть тварей, а ударной волной смело блокировавшие дверь трупы. Блэр немедленно закрыла её, застрелила выживших заражённых и побежала на помощь Шоквейву. Тот получил серьёзное ранение, но сохранил все основные функции тела. — Скажи, что с тобой всё хорошо,— взволнованно попросила Блэр. — Я в полном порядке.....не.....волнуйся,— с искажениями в голосе успокоил её Шоквейв, хотя останки его руки, свисавшие из плеча, ненавязчиво намекали, что он, самую малость, врёт. Последняя створка была освобождена и начала медленно открываться. На поверхности по большой площади прошлись глубокие трещины, ближайшие здания начали рушиться и поднимать в воздух тонны пыли, а земля начала буквально разрываться. Медленно, но верно створки разошлись в стороны и впервые за десятки тысяч лет к ядру пробился свет с поверхности. Однако, длилось это не долго и вскоре свет затмил собой огромный силуэт Немезиды, которая заняла позицию прямо над открывшимся проходом и для достижения желанной цели оставалось всего лишь включить формирователь. Всего несколько кликов по клавишам и Кибертрон был бы возрождён и очищен от скверны. Но, как неудивительно, всё оказалось не так легко. Когда пушка Шоквейва взорвалась, осколками повредило оборудование в комнате. Был уничтожен главный компьютер, потресканы несколько баков с энергоном, но самое серьёзное — был повреждён излучатель, который должен был дать финальный импульс по энергонному в кольце формирователя, чтобы процесс киберформирования начался. Шоквейв осмотрел всё и изучил на глаз. Провести запуск теперь можно было только вручную, но из-за повреждения излучателя, все, кто в этот момент будут в комнате управления.......они уже не увидят плодов своих трудов. Но других вариантов не было, либо всё, либо ничего. Сделав вид, будто он усердно изучает какие-то данные, Шоквейв указал своей ассистентке. — Блэр, нам нужна та красная ключ-карта, мы забыли её в лаборатории. Сможешь принести её? — Да, конечно, я мигом,— без раздумий согласилась тенебранка. Шоквейв на несколько секунд открыл дверь тоннелей техобслуживания, в которые Блэр легко протиснулась и выбралась в коридор, прямо за спинами бившихся в основную дверь заражённых. Она сразу же помчалась к лаборатории, что с её скоростью заняло бы от силы секунд десять туда и обратно. Но вдруг, на пол пути она вспомнила. — "Так эта ключ карта от камеры с испытуемыми Шоквейва. Зачем она ему нужна? Она не поможет активировать излучатель дистанционно.....если только...." Она догадалась, за чем Шоквейв выпроводил её из комнаты и ещё быстрее побежала обратно. Она расстреляла всех заражённых у двери со спины, а те даже не успели ничего понять, как в их телах появилось по пол десятка лишних дыр с раскалёнными краями, начавшими испускать дымку. Все твари, как один, повалились на пол и перестали биться в дверь, а сразу за ними это начала делать Блэр и звать закрывшегося внутри учёного. — Шоквейв! Что ты задумал?! Открой дверь! — .....Ты же знаешь, что я не сделаю этого,— по коммуникатору ответил ей тот. — Но излучение убьёт тебя, если ты останешься внутри!! — Если не погибну я, то погибнем все мы,— невозмутимым голосом пояснил Шоквейв и накликал пальцами одной руки несколько цифр на мониторе — код активации. Сразу за этим створки пола в центре комнаты управления начали раскрываться, через них виднелись летевших сюда-туда заражённых, которых поочерёдно расстреливали плазменные турели, которым ещё хватало топлива. А сквозь вспышки от выстрелов и падавших вниз останков тварей можно было разгялядеть ядро далеко внизу. Энергон из баков начал по трубам протекать к формирователю и очень скоро всё кольцо заполнилось блестящей зелёной субстанцией. Ещё немного и осталось только дать излучателю набрать полный заряд. Блэр всё пыталась достучаться до Шоквейва, но когда услышала звук зарядки излучателя, попыталась сама пробиться внутрь и дала несколько очередей по двери. Но крепкие дюростальные плиты лишь немного почернели от выстрелов, не получив серьёзных повреждений. — Это бесполезно,— снова послышался из коммуникатора. — Но ведь должен же быть другой способ!— с обидой в голосе твердила Блэр, а орбиты её глаз начали наполняться жидкостью. Ей просто не верилось, что буквально через минуту Шоквейва уже не будет и даже Нокаут не сможет вернуть его к жизни. Просто не верилось, это был какой-то бред. — Есть, но его реализация потребует слишком много времени, которого нет,— всё таким же безразличным голосом опроверг учёный. — Но это же нелогично! Это глупо!— сильно ударив кулаком по двери. Шоквейв повесил голову вниз и задумался на несколько секунд, собираясь с мыслями и обдумывая любые другие возможности, ведь он не спешил умирать и отказываться от своего дома вместе с любимой девушкой. Но так уж сложилось, что никаких приемлемых идей не появилось. Может боль в плече не давала сосредоточиться, может постоянные стуки в дверь, но может и правда не было иного выбора. — ......Я знаю,— с пониженной интонацией признал он,— Прости, но так надо. После чего он выключил коммуникатор, подтвердил код запуска и излучатель начал искриться, фокусируя заряд для "выстрела". Комната начала наполняться дугами электричества, которые словно ощупывали каждый сантиметр, постепенно подбираясь к Шоквейву, который просто встал на краю створок, окидывая внимательным взглядом своё творение и.....вспоминая слова Астры. — ....Если глупость спасёт тебя, то я с радостью совершу её......Теперь я тебя понимаю. Когда-то она в шутку сказала, что рано или поздно одно из изобретений Шоквейва убьёт его. И вот, настал этот момент, который, тем не менее, заставил его смеяться. На ровне с его смехом начало усиливаться напряжение излучателя и дуги энергии забили в тело учёного. Они окутали Шоквейва в ослепительных, губительных объятиях и его корпус начал разрушаться. Броня начала трескаться, как пересохшая земля, и кусочек за кусочком отрываться от корпуса, зависая в воздухе рядом. Тело начало буквально распадаться на части, причиняя жуткую боль. Ярко-красный оптический сенсор так же потрескался и разлетелся на десятки осколков, избавив учёного от возможности лицезрения собственной смерти, до которой оставались считанные секунды. Но Блэр собиралась бороться за него до последнего и в истерике начала звать Саундвейва по его коммуникатору. — Саундвейв!! Ты меня слышишь?! Немедленно открой портал в комнате управления формирователем, там Шоквейв! Он...он сейчас умрёт, если не вытащить его оттуда! Но ответа не следовало. — Ну же! Саундвейв!! А Саундвейв до сих пор был в сознании Кортаны, но он слышал поступившие сообщение и зов о помощи в нём. Он отвлёкся от управления системами корабля и просчитал возможные причины возможной смерти Шоквейва, о которой говорила Блэр. Он прослушал их переговоры за последние несколько минут и только тогда понял, что угрожало учёному. Взмахнув рукой, связист проявил панель управления системой телепортации корабля и уже было запустил портал для Шоквейва, но..... — Подожди!— удержала его Кортана и накрыла рукой панель,— Нельзя создать портал вблизи работающего излучателя. Если их частоты совпадут, то там всё взорвётся! — Предлагаешь оставить его умирать?!— с присущим ему ровными движениями рук оттолкнув её в сторону, упрямился Саундвейв. — Иначе с вероятностью в 97% после его спасения и последующего взрыва мы не сможем уже держаться в воздухе и упадём прямо на ядро. Это окончательно погубит и нас и планету! — Он — мой друг и я не собираюсь наблюдать за его гибелью со стороны. Саундвейв снова попытался активировать портал, но Кортана схватила его за руку и, обернув к себе, сказала: — Смерть одного не должна означать смерть для всех....даже если этот один дорог для тебя....Ты же сам говорил мне это, Саундвейв. И в её словах была правда. Ведь каждый на борту знал, на что идёт. Знал, что с большой долей вероятности погибнет сегодня. Может и старался не обращать на это внимание и надеться на лучшее, но знал. И Шоквейв тоже понимал это, он сознательно выбрал смерть для себя, чтобы другие достигли успеха. Так же, как и десятки солдат под землёй, положивших свои жизни на алтарь победы. Саундвейв, отошёл от панели и затих, обернувшись к Кортане спиной. Она подошла к нему и, положив руку ему на плечо, полным понимания в голосе, констатировала: — Тебе придётся отпустить его, мы не можем ему помочь, нам просто нельзя. На что связист загадочным голосом ответил: — Тебе может и нельзя......но не мне. И с этими словами его правая рука резко заострилась, превратившись в меч..... Меж тем внизу всё ожидали залпа Немезиды, отбиваясь от бесконечной толпы всем, чем только могли. И вот, наконец, долгожданная вспышка, ознаменовавшая запуск последней стадии киберформирователя. Поток синтетического энергона огромным копьём помчался вниз по проходу прямиком к ядру, озаряя темноту недр планеты. Ещё немного и поток энергии забил по ядру, как океанская волна по одинокой скале. От переизбытка энергии в ту же секунду взорвались все кристаллы, покрывавшие большую часть ядра. Вслед за ними очищению подвергся и весь зал ядра, а бежавшие в атаку заражённые в мгновении ока превратились в груду осколков, рассыпавших по полу. Но что-то было не так. Ядро на вид было очищено, но что-то не давало ему восстановиться. Надо было быстро найти причину, пока формирователь не израсходовал весь энергон. Но кому найти причину, кто кроме Шоквейва обладал достаточными знаниями, чтобы хотя бы предположить, в чём проблема. Однако, подсказку дала сама планета. Оптимус, как и другие автоботы и оба вехикона, стояли рядом с Чистильщиком, в котором был заключён меч Праймов и Матрица Лидерства в нём, которая хранила в себе частичку искры самого Праймуса, частичку, которая была готова разгореться в новое, чистое сердце для планеты. Оптимус начал слышать странные шёпоты в голове, призывавшие его к чему-то и отключив себя от окружавшего мира, лидер автоботов смог понять посыл шёпота. — Откройте камеру хранения машины,— скомандовал он вехиконам,— Быстро, у нас мало времени. Рэтчет, включай мост. Что вехиконы, что медик, от неожиданности сразу принялись выполнять приказ, даже не подумав, а зачем? Древний мост начал собираться по появившимся из стен деталям, а вехиконы отстыковали кабину бура, под которой и хранилось устройство, вытягивавшее энергию из меча. Солдаты аккуратно отсоединили его и передали Оптимусу, сразу после чего лезвие меча загорелось ярчайшим белым светом и само потянулось к ядру. — Куда ты, Опимус?— прокричал ему вслед Рэжтчет. Но Прайм не слышал их из-за усиливавшегося голоса в мыслях, просившего поспешить, пока не будет слишком поздно. Оптимус пробежал уже больше половины моста и по ядру прошлись яркие линии, образовавшие большие фигурные ворота, которые начали раскрываться перед носителем оружия, которое должно было развеять тьму. Оптимус встал перед воротами и облако яркой синей энергии начало обволакивать его, ведя внутрь. Прайм на секунду обернулся к своим автоботам, которые спешили за ним, после чего вошёл внутрь ядра и оно тут же закрылось, скрыв лидера из виду. Вехиконы на мостике начали фиксировать на датчиках корабля невероятный всплеск энергии и сразу за этим ядро засветилось светом тысяч звёзд. Голубая жизненная энергия вновь начала вырабатываться и протекать по пересохшим металлическим артериям и венам. Вся планета озарилась голубой волной, которая проникала в каждый уголок в каждую рану, наполняя её живительной энергией и уничтожая на пути всё, что несло в себе хотя бы маленькую частичку тёмного энергона. Все заражённые, которые уже начинали брать верх над объединёнными силами десептиконов и проклятого легиона, за считанные мгновения взорвались на миллионы осколков, а их мрачного цвета кровь испарилась в пурпурный туман и бесследно исчезла.....