Часть 4. Глава 4.
21 августа 2022 г., 14:33
Аннотация от автора: Мэн Яо сел и включил лампу. «Плохой сон, сяо Юй?» — сонно спросил он и отвернул угол своего одеяла, чтобы Мо Сюаньюй мог скользнуть внутрь и лечь с ним.
«Групповой дом», — сумел он сказать, и Мэн Яо сочувственно хмыкнул.
Предисловие от автора: Я обновляю теги, но эта глава посвящена предыстории Мо Сюаньюя, а именно тому, как умерла его мать. Я действовала больше в соответствии с литературными условностями, а не с тем, что является строго точным, но моя соседка по комнате, медсестра, сказала, что она видела, как такое может происходить, особенно если у кого-то быстро наступает декомпенсация, и единственное, что при таких случаях возможно, заключается в том, чтобы позволить семье попрощаться, кем и был этот бедный двенадцатилетний вымышленный персонаж, что она надеется, что у него была хорошая система поддержки, и он заботился о своем здоровье, и нужны ли ему направления в другие службы. Медсестры! Они самые лучшие.
Эта глава также содержит много языковых ощущений и точно соответствует моему собственному опыту, когда дети в семье внезапно переключаются на иностранные языки, что сбивает меня с толку. Там есть текст на упрощенном китайском, и я переведу в конце, но если вы его сейчас читаете (и не понимаете), это просто то, что сказал бы малыш, и то, что вы сказали бы малышу. Я пишу его иероглифами, потому что лично я не могу понять, как ставить тональные маркеры над английскими буквами, и иногда такое заставляет меня пытаться разгадать длинные фрагменты пиньиня (фонетическая система написания китайского языка на английском языке), потому что там нет иероглифов?
//Прим. пер. – т.к. пиньинь – это лишь графическая запись звучания, которая может соответствовать ряду иероглифов, которые омофоничны, но различаются по значению, точно понять что-либо исключительно по пиньиню, задача нетривиальная, и зачастую невыполнимая, у переводчицы был такой опыт с аудиопостановкой.
Предупреждения/спойлеры: Не графические обсуждения серьезного заболевания (рак), очень краткое упоминание о припадке, системной медицинской травме, обсуждение группового дома, но основное внимание уделяется тому, как тяжело потерять свою семью, а не жестокому обращению или пренебрежению со стороны воспитателей или других детей.
(Дополнительные примечания см. в конце главы.)
//Прим. пер.: Чтобы не морочиться с прыганием туда-сюда в конец главы и не отвлекаться от повествования, я сделаю дословный перевод китайский фраз рядом в квадратных скобках, а более полный разбор можно будет при желании почитать в примечаниях.
Глава 4.
Они опередили Цзинь Цзысюаня и Мэн Яо на обратном пути домой. Мо Сюаньюй понял это, потому что, когда они подъехали к дому по усыпанной гравием дорожке, их встретила высокая стройная фигура, освещенная огнями, которая представляла собой всего лишь силуэт, размахивающий руками. «Оставайся в машине», - прорычал Цзян Ваньинь, и Мо Сюаньюй вспомнил всю прошлогоднюю историю с ФБР и просто кивнул. Ваньинь даже не успел сам выбраться из машины, потому что кто бы это ни был, он обогнул передний бампер, а затем постучал по окну со стороны водителя: «Айо, Цзян Чэн!» «Это то, из-за чего ты пропустил нашу последнюю встречу?» — раздраженно спросил Цзян Чэн и опустил окно. — «Ты проделал весь этот путь, чтобы я опять тратил на тебя свое время? Разве у тебя сейчас нет ребенка?» «Есть», - сказал Вэй Усянь, ухмыляясь. – «Моя сладкая маленькая редисочка! Я родил его из своего собственного тела, Цзян Чэн. Эти муки!» «Фу», - протянул Цзян Чэн и нахмурился, чтобы скрыть улыбку. – «Тогда почему бы тебе не потратить время на А-Юаня?» «Я и так трачу», — сказал Вэй Усянь и указал на крыльцо. Лань Ванцзи сидел на нем, держа на руках спящего малыша. - «Хуайсан сказал, что Минцзюэ-гэ навещает свою маму. Мы собирались удивить Сичэнь-гэ, но его не было дома». «Он был с нами», - ответил Цзян Ваньинь. – «Значит, я полагаю, ты хочешь остаться здесь?» «Айя, Цзян Чэн!» - сказал Вэй Усянь, размахивая руками. – «Ты же не собираешься выгнать ребенка?» «Простите, мне нужно посовещаться со своим партнером», — бросил Цзян Ваньинь и поднял окно. — «Ты не против, если они останутся? Сичэнь-гэ уже должен быть дома, если ты хочешь немного уединения». «Все в порядке», - сказал Мо Сюаньюй. – «Твой брат вроде тоже как классный». «Не говори ему этого, а то сделает его еще более нелепым и дурацким», — посоветовал Цзян Ваньинь и снова опустил окно. — «А-Юй говорит, что ты можешь остаться». «Со своей стороны, я приветствую нашего великодушного повелителя-подростка», - сказал Вэй Усянь, улыбаясь во все зубы, а затем заглянул глубже в машину. – «Привет, крошечный ребенок-хакер. Ты все еще говоришь по-английски или мне просто мемами писать?» «Не могу поверить, что мы родственники», — произнес Цзян Ваньинь и заглушил машину. - «Пойдем отнесем А-Юаня в кровать». Несмотря на то, что Вэй Усянь был довольно драматичен, устроить его и Лань Ванцзи было достаточно просто. В самой большой комнате для гостей уже была установлена детская кроватка. А-Юань все проспал, и Лань Ванцзи отправился спать вместе с ним. Вэй Усянь не ложился спать с Цзян Ваньинем и Мо Сюаньюем ровно столько, чтобы поприветствовать Цзинь Цзысюаня и Мэн Яо, а затем последовал за своим мужем и ребенком в их спальню. «Я слышал идеи и похуже», — наконец признал Цзинь Цзысюань, заканчивая разговор, который они с Мэн Яо неслышно вели. – «Хорошо». «Я всегда прав», - сказал ему Мэн Яо. – «Буквально никогда не ошибаюсь». Цзысюань закатил глаза: «Я иду спать», - Мэн Яо наклонился, чтобы обнять его, зажав Мо Сюаньюя между ними, и Мо Сюаньюй закрыл глаза и позволил себе стать подушкой между двумя людьми, которые в противном случае могли бы попытаться сжать друг друга до смерти, как удавы на дуэли. - «Спокойной ночи, ты, чудик». «Спокойной ночи, придурок». Одним из правил Цзысюаня было то, что если Мо Сюаньюй просыпался от странного сна, ему разрешалось разбудить одного из своих братьев. Около трех часов ночи он был очень этому рад. «А-Яо?» — прошептал он, тихонько постучав в дверь. «Войдите», — услышал он приглушенно и проскользнул в комнату Мэн Яо. Мэн Яо сел и включил лампу. «Плохой сон, сяо Юй?» — сонно спросил он и отвернул угол своего одеяла, чтобы Мо Сюаньюй мог скользнуть внутрь и лечь с ним. «Групповой дом», — сумел он сказать, и Мэн Яо сочувственно хмыкнул. «Тебе не придется снова возвращаться туда», — сказал Мэн Яо и зевнул. Он поднял руку, и Мо Сюаньюй прижался к нему, успокаиваясь от ощущения другого теплого, безопасного человека рядом с ним. Мэн Яо начал сонно проводить рукой по потным волосам Мо Сюаньюя, так до конца и не проснувшись. – «Этого не случится». Дело даже не в том, что групповой дом был таким уж плохим местом. Никто не бил его, не угрожал ему или что-то типа того. Это было просто из-за неожиданности. Его мама долго болела, но конец наступил очень быстро. Ей было плохо в последние несколько недель, но они оба думали, что это летняя простуда, которая просто слишком уж затянулась, и что она справится с этим. «Кто-то дал мне купюры, на которые чихнул», - сказала она, кашляя, и протянула руку, чтобы погладить Мо Сюаньюя по лицу. – «Ты никогда не болеешь, мой здоровый мальчик». Он никогда таким не болел, потому что это была не простуда, а рак с метастазами. Они узнали об этом только тогда, когда у нее на кухне случился приступ, и Мо Сюаньюю пришлось вызвать скорую помощь. «Почему вы не обратились раньше?» — сказал лечащий врач, глядя на рентгеновские снимки. - «Мы могли бы…» У них была одна из этих дурацких медстраховок с высокими вычетами за каждое обращение, и они не могли позволить себе раскошелиться на визиты к врачу, вот почему. После этого всё не заняло много времени, даже двух дней. Мо Сюаньюй солгал, сказав, что остановился у соседки, и ел еду, которую медсестры постоянно приносили его маме, хотя она не просыпалась, чтобы ее есть. Он был почти уверен, что они знали, что он говорит неправду, но они все равно позволили ему остаться с мамой, чтобы ей не пришлось умирать в полном одиночестве. После этого пришел социальный работник и спросил его о соседке, когда она вернется, чувствует ли он себя там в безопасности, и он был вынужден признать, что выдумал ее. Он не выходил из больницы с тех пор, как туда поступила его мама. Социальный работник спрашивал его о его семье, но это всегда были только он и его мама. Он не мог вспомнить ничьего имени, ни своего отца, ни дяди Мо. Так он и оказался в групповом доме. Это была пятница, когда умерла его мама, и в пятницу вечером он отправился в групповой дом, все еще не совсем понимая, что произошло. Это было… Кто-то показал ему его комнату, которая была достаточно чистой, и поэтому он лежал на кровати, все еще опустошенный, пока не пришел кто-то из персонала, чтобы уговорить его пойти поесть. Остальные дети были самые разные, хотя один мальчик много кричал на персонал и его куда-то увели, а другой мальчик рисовал на себе черепа. Персонал старался быть добрым к нему, но они были просто незнакомцами. Мо Сюаньюй смутно задавался вопросом, опасен ли кто-нибудь здесь, сбитый с толку тем, что люди просто сидели и ели еду. Разве они не знали? Всё это совершенно ставило его в тупик. В понедельник он был дома со своей мамой, и у нее была сильная простуда, а теперь он не мог пойти домой, и он был окружен незнакомцами и странными правилами, а его мама умерла. После еды нужно было заниматься домашними делами, и Мо Сюаньюй уставился на метлу в своих руках так, словно никогда ее раньше не видел. Зачем он подметает этот странный дом? Разве они не знают, что его мама умерла? Так продолжалось до понедельника, когда его отправили в школу, и его учитель английского спросил, где он был на прошлой неделе и все ли с ним в порядке, потому что он выглядел слегка отрешенным. «Моя мама умерла в пятницу», — сказал он, все еще не совсем понимая, что происходит. Как он мог быть в школе? Разве не должны быть похороны? Его учитель английского языка, который также был заместителем директора, пришел в ярость из-за этого случая от его имени. Остаток дня он провел, лежа на диване в учительской, чтобы хоть немного побыть наедине. Секретарша принесла ему пончик. Его учитель рисования пришел и посидел с ним в свободное время, и он, наконец, немного поплакал. Школа помогла найти его дядю Мо, что на самом деле оказалось хуже, чем групповой дом, но в то время это было облегчением. «Земля - А-Юю», - пробормотал Мэн Яо. – «Ты слишком много думаешь. О чем был твой сон?» «Мне приснилось, что они забрали меня туда, и я не мог найти вас, ребята», - сказал Мо Сюаньюй и положил голову на плечо Мэн Яо. Это был довольно обычный сон для него. «Я бы нашел тебя», - невнятно проговорил Мэн Яо. Его пальцы в волосах Мо Сюаньюя становились все ленивее. Он зевнул. – «Я бы отследил твой телефон. Я бы обратился за помощью в ФБР». «А что, если бы ты не смог?» «Цзысюань и А-Су». «А что, если и они не смогли бы?» «Ваньинь». «А что, если бы и он не смог?» «Сичэнь и Минцзюэ». «А что, если...» - Мо Сюаньюй зевнул. «Яньли и Мяньмянь», - Мо Сюаньюй что-то невнятно пробормотал, и Мэн Яо продолжил. – «Вэй Усянь и Лань Ванцзи. Не Хуайсан, хотя тогда я выйду из комы и сам заберу тебя обратно. Ты мог бы пройти процедуру эмансипации и жить в кондоминиуме. Эм... мама Минцзюэ думает, что ты милый. Мой помощник. Хммм...» - Мэн Яо вроде как снова засыпал. «Можно я останусь?» - пробормотал Мо Сюаньюй, сам почти засыпая. А-Яо был здесь. Спать было безопасно. «Мммм». Мо Сюаньюй ненадолго проснулся, когда это сделал Мэн Яо, но Мэн Яо выключил прикроватную лампу, вновь натянул на них одеяло, и он снова заснул. Должно быть, он проспал слишком долго, потому что проснулся раздраженный, с болью в шее, сбитый с толку тем, что его не было ни в одной из его кроватей. Все в порядке, сказал он себе, как только вспомнил сон и что он снова заснул уже в комнате Мэн Яо. Ему нужно просто встать и позавтракать, чтобы придти в себя. Это бы сработало, если бы на кухне не царил полный хаос, когда он туда вошел. Вэй Усянь и Цзян Ваньинь шумно спорили о разбитом яйце. А-Юань плакал, и Лань Ванцзи пытался его укачать, в то время как Цзинь Цзысюань издавал отвлекающие, но громкие звуки в его адрес. Только что Мэн Яо там не было, но Мо Сюаньюй мог слышать, как он в фойе сердито разговаривает с кем-то по телефону о работе. Неа. «А-Юй?» - окликнул его Цзысюань, но он покачал головой и направился обратно в свою комнату, а затем забрался в постель и натянул одеяло на голову. Завтрак должен был пройти совсем не так. Предполагалось, что все будет тихо и хорошо, и никто не должен был злиться, а теперь все было испорчено, а ведь он не сможет вернуться сюда в течение двух недель. «А-Юй?» - повторил Цзинь Цзысюань, постучав в его дверь. – «Сейчас там стало потише». «Уходи», - сказал Мо Сюаньюй, вытирая глаза. «Ты в порядке?» - обеспокоенно спросил Цзинь Цзысюань, и теперь Мо Сюаньюй снова почувствовал себя виноватым, потому что расстраивал Цзысюаня. «Я хочу немного побыть один», - сказал он. «Хорошо», - сказал Цзинь Цзысюань. – «Я зайду проведать тебя через какое-то время, ладно?» Мо Сюаньюй кивнул, хотя Цзинь Цзысюань не мог его видеть. Его сон прошлой ночью начался с того, что его мама упала, хватаясь в припадке за кухонный пол, и теперь, в тусклом утреннем свете, всё, о чем он мог думать, это то, что он скучал по своей собственной кухне, где всегда было тихо, только он и его мама. Однако ему не с кем было поговорить об этом чувстве. Сейчас было слишком трудно объясняться с Цзысюанем, и он все еще чувствовал себя плохо, жалуясь Мэн Яо. Как он должен был смотреть на А-Яо и говорить, что скучает по маминым лопаточкам, когда они все еще были у него в коробке в подвале Цинь Су? Мэн Яо провел так много времени в приемных семьях, которые его футболили, словно мяч, и после колледжа - в университетском общежитии, даже летом, что Мо Сюаньюй все еще чувствовал себя нелепо, жалуясь ему на то, что в их большом красивом доме было немного, ну, слишком шумно. Насколько глупо было расстраиваться из-за этого? В дверь снова постучали. «Иду», - сказал Мо Сюаньюй и вытер лицо простыней, потому что он действительно не хотел, чтобы Цзысюань волновался. Однако это был не Цзысюань, а Вэй Усянь. «А, Мо Сюаньюй», - сказал он. – «Я хотел извиниться». «Что?» - смущенно сказал Мо Сюаньюй и потер лицо рукой. – «Тебе не нужно…» «Твой эргэ упомянул, что тебе приснился плохой сон о групповом доме», - сказал Вэй Усянь. – «Мне самому снятся плохие сны о приемной семье, и я должен был знать лучше, чем устраивать большой шум на вашей кухне наутро после такого события». - Он положил одну руку поверх другой и нелепо поклонился. – «Этот Вэй Усянь приносит свои извинения!» Мо Сюаньюй не смог удержаться от смеха. «Это было всего на пару ночей», - пробормотал он. – «Это глупо». «Я тоже не так долго там пробыл», - сказал Вэй Усянь, бросив пару взглядов по сторонам. – «И все же, вот он я, отец прекрасной редиски, и мне до сих пор снятся кошмары об этом». Мо Сюаньюй посмотрел на него исподлобья, а Вэй Усянь улыбнулся, немного грустно, но очень понимающе. – «На кухне все убрано, и завтрак снова готовится, если Мо-сан-гунцзы все еще хочет позавтракать? Твой дагэ сказал, что заберет тебя куда-нибудь, если будет слишком шумно». «Я могу пойти позавтракать», — решил Мо Сюаньюй. - «Что такое гунцзы?» «Молодой господин», - ответил Вэй Усянь и повел его. – «Я допоздна смотрел китайские веб-дорамы в чате с Хуайсаном». «Круто», - сказал Мо Сюаньюй и сделал паузу. – «Подожди, Ваньинь тоже был в приемной семье?» Кто-то мог бы и упомянуть об этом. «Это я приемный ребенок», - сказал Вэй Усянь, и Мо Сюаньюй кивнул. Теперь, когда он чуть больше пришел в себя, он смутно вспомнил об этом. – «Мои родители умерли, когда мне было шесть, и отцу Цзян Чэна потребовалось какое-то время, чтобы найти меня после этого. Я уверен, что у твоих братьев все под контролем, но твой брат - муж моего брата, так что, если ты когда-нибудь захочешь поговорить с кем-то еще, брат моего мужа - муж брата моего брата». - Он замолчал и выглядел смущенным. – «Муж моего брата - брат моего брата?» Они уже были на кухне. «Вэй Ин», - сказал Лань Ванцзи, теперь держа в руках очень милого, не плачущего А-Юаня. – «Еще кофе?» «Да, пожалуйста», - сказал Вэй Усянь и взял А-Юаня. – «Брат брата моего брата. Не то». «Твой зять?» - предложил Мэн Яо. – «А-Юй, сколько яиц ты хочешь, баобао?» «Три?» - сказал Мо Сюаньюй. – «Что ты готовишь?» «Цзяньбины». «Мэн Яо не нужно готовить завтрак», - сказал Лань Ванцзи, не в первый раз, судя по раздраженному взгляду, который Мэн Яо бросил на стену. «Юй-гэгэ!» - прощебетал А-Юань. – «Баба, Юй-гэгэ, пожалуйста!» «Хочешь подержать редиску?» — спросил Вэй Усянь, и Мо Сюаньюй кивнул. «Юй-гэгэ!» — сказал А-Юань и обнял Мо Сюаньюя за шею. «Привет, А-Юань», - сказал Мо Сюаньюй и обнял его в ответ. Было намного лучше, когда А-Юань сидел у него на коленях и заботливо кормил их обоих малиной своими влажными маленькими пальчиками, особенно когда Цзысюань подошел и сел рядом с ним. «Прости», — пробормотал Мо Сюаньюй, и Цзысюань положил руку поверх спинки стула Мо Сюаньюя и сжал его загривок, его рука была тяжелой и успокаивающей. «舅父!» [Цзюфу!] - сказал А-Юань и забрался на колени к Цзысюаню. – «吃!吃树莓!» [Ешь! Ешь малину!] «好啊小苑儿舅父吃一点儿» [Хорошо, сяо Юань'эр, Цзюфу съест немного], - сказал Цзинь Цзысюань и открыл рот для малины. Мо Сюаньюй моргнул. Он хорошо если одно слово понял из всего этого. «Мы растим его двуязычным», — сказал Вэй Усянь и скользнул на барный стул рядом с Мо Сюаньюем. - «Лань Чжань говорит по-китайски, я говорю по-английски. Мой китайский дерьмовый, если честно, я едва понимаю четверть того, что он говорит». «Вэй Ин», - сказал Лань Ванцзи с очень мягким предостережением, и Вэй Усянь хлопнул ресницами в его сторону. Лань Ванцзи смягчился. «Мой тоже не очень хорош», - сказал Мо Сюаньюй. Он очень мало понимал и не мог говорить ничего, кроме слов, обозначающих еду или родственников. «Честно говоря, я беспокоюсь, что он недостаточно знает английский», - сказал Вэй Усянь. – «Я имею в виду, я разговариваю сам с собой, но это же не настоящий диалог». Раздался тихий стук во входную дверь, а затем она открылась. «Привет!» - раздался голос Лань Сичэня. — «Я вхожу, как меня и просили!» «Бобо!» - сказал А-Юань. – «Пойти к Бобо! Папа, 伯伯来! [к Бобо/пойти к Бобо]». Цзинь Цзысюань передал А-Юаня Лань Ванцзи. «Кроме того, нам, вероятно, следовало бы больше думать о бабе и папе», — сказал Вэй Усянь. «Я не хотел, заговорив, представить кого-то в невыгодном свете», - сказал Цзинь Цзысюань. – «У меня слишком хорошее воспитание». «В любом случае, если бы вы поговорили с ним по-английски, я бы счел это большим личным одолжением», - сказал Вэй Усянь Мо Сюаньюю. – «Папа и Бобо определенно будут говорить по-китайски». Вошел Лань Сичэнь, неся А-Юаня и серьезно слушая его болтовню о чем-то по-китайски. Мэн Яо посмотрел на Сичэня и невольно улыбнулся, совершенно беззащитный при виде того, как тот терпеливо позволяет перемазанному малиной ребенку гладить себя по щекам и дергать за волосы. «Доброе утро», — сказал Лань Сичэнь, а затем наклонился и приветственно поцеловал Мэн Яо, слегка коснувшись губами, но прямо перед всеми. Когда Мэн Яо отстранился, его глаза были огромными. Он выглядел отчаянно счастливым, но удивительно уязвимым, как будто любой из них мог залезть ему в грудь и разбить его сердце об пол. Он быстро наклонил голову и повернулся к сковороде, краснея так сильно, что его уши стали багровыми. «Яо-гэгэ!» — сказал А-Юань. – «Поцелуй!» Мэн Яо прочистил горло и наклонился, чтобы поцеловать А-Юаня в щеку. «А-Яо — твой сяошу», — поправил Лань Сичэнь, и А-Юань серьезно кивнул. - «Он твой бобо и партнер бофу». «Сяошу!» - прощебетал А-Юань и еще раз поцеловал Лань Сичэня в щеку. Он помахал Лань Ванцзи, который только что вернулся на кухню с кружкой-непроливайкой. «Извините», - пробормотал Мэн Яо и выключил конфорку. Он опустил голову и вышел из кухни, но Мо Сюаньюй был почти уверен, что он плачет. «О нет», - сказал Лань Сичэнь и посмотрел на Цзинь Цзысюаня. – «Это было неправильно?» «Нет», - сказал Цзинь Цзысюань с нежностью в голосе. – «Вот, дай мне редиску и иди к нему». «Яо-гэгэ грустит?» - спросил А-Юань. «Иногда люди плачут, когда они счастливы», - сказал Цзинь Цзысюань и слегка пощекотал А-Юаня, чтобы отвлечь его. – «Э-э, кто-нибудь знает, как пользоваться плитой?» «Я могу», - сказал Мо Сюаньюй и вскочил прежде, чем Лань Ванцзи успел что-нибудь предложить. - «Чей это был, я не держу в голове все заказы, как он». Ваньинь взбежал вверх по лестнице из спортзала. «Еда?» - спросил он. – «И, кажется, это я слышал, как вошел Сичэнь-гэ?» «У тебя, наверное, есть еще время принять душ», - сказал ему Цзинь Цзысюань и улыбнулся, когда Ваньинь наклонился, чтобы поцеловать его. «Цзюцзю, поцелуй!» - потребовал А-Юань, и Цзян Ваньинь чмокнул его в макушку. А-Юань хихикнул. «Разве он не говорит с тобой по-китайски?» - спросил Мо Сюаньюй, отрывая взгляд от плиты и переводя его на Ваньиня. «Не знал, что ты умеешь готовить, приятель», - сказал Ваньинь. - «Посмотрите-ка на моего трофейного мужа, у него есть два брата, которые умеют готовить. Какой улов». «Это искупает мою вину за то, что я взорвал старую микроволновку?» - спросил Цзинь Цзысюань, улыбаясь очень довольной улыбкой. «Нет», — сказал Цзян Ваньинь и поцеловал его в лоб. — «А-Юй, мой китайский довольно отс… — он посмотрел на Лань Ванцзи. - «Посредственный». «Да, только Цзецзе хорошо говорит по-китайски», — сказал Вэй Усянь, и Мо Сюаньюй в замешательстве поднял глаза. «Она всегда переводила для меня, так что я никогда не утруждал себя изучением», - добавил Цзян Чэн. «И я оставался с Цзян-шушу, когда они ездили навестить своих родственников», — сказал Вэй Усянь и принял поцелуй от А-Юаня. - «К счастью, у нас есть папа, Бобо и Цзюфу, которые должны были ходить в китайскую школу по субботам, как хорошие китайские дети! Верно, редиска?» «Я редиска», - согласился А-Юань и начал истерически хихикать. Примечания от автора с дополнением от переводчика: Прим. пер.: В тексте главы я делала перевод китайских фраз сама, тогда как здесь – именно перевод от автора. Разницы практически нет, можно и так, и этак, мне просто хотелось оставить аутентичные родственные обращения. А теперь – передаю слово автору истории. 舅父吃!吃树莓 - Uncle, eat! Eat a raspberry! (Дядя, ешь! Съешь малину!) 好啊小苑儿舅父吃一点儿 - Okay, little Yuan'er, jiufu will eat a little. (Хорошо, малыш Юань’эр, Цзюфу немного поест.) 伯伯来 - Bobo's coming! (Бобо идет/пришел!) Я переключилась с английского на китайский для родственных наименований, потому что для меня «цзюцзю» - это также английское имя Цзян Чэна для А-Юаня (например, он не называет его цзюцзю по-китайски, а затем дядя по-английски, если это имеет смысл) и для удобства чтения. Итак, семейные наименования. Цзян Чэн и Цзинь Цзысюань - цзюцзю 舅舅 jiùjiu (брат матери) и цзюфу 舅父 jiùfù (брат матери, более формально). Лань Сичэнь и Не Минцзюэ - бобо 伯伯 bóbo (старший брат отца) и бофу 伯父 bófù (старший брат отца, более формально), а затем Мэн Яо – сяошу 小叔 xiǎoshū (младший дядя) вместо шушу 叔叔 shūshu - который является младшим братом отца, но также это вежливая форма для просто «дяди», как если бы называли друга семьи, потому что это скорее официальная роль. Я думаю, что он стал Яо-гэгэ для А-Юаня, потому что Мо Сюаньюй был Юй-гэгэ, а Мэн Яо также занимает в семье Цзысюаня что-то вроде детской роли (и ему это нравится), поэтому никто и не думал делать его шушу или сяоцзю. Они также подгоняют всё это по ходу дела. Неужели заметки теперь длиннее главы? Может быть! Интересно, что сяошу 小叔 xiǎoshū – также деверь (младший брат мужа) – вот тебе и разгадка, Вэй Усянь!; а еще самый младший брат отца, что в контексте не совсем верно, ведь самым младшим братом все же является Мо Сюаньюй. Хочется напомнить, что в оригинальной новелле Цзинь Гуанъяо (Мэн Яо) для Цзинь Лина (сына Цзинь Цзысюаня) был «сяо-шушу» (более полная форма «сяошу»)… а вот для Мо Сюаньюя семейного прозвища мы не знаем. Помимо «сяошу», переводчица слышала, что в качество просто «дяди» для постороннего или друга семьи во многих экранизациях и иже с ними используется и вышеупомянутое «бобо». Приставка 小 xiǎo [сяо] – это вообще моя головная боль, поскольку имеет целую кучу значений, и в каждом случае трактуется по разному, но чаще всего это все же – маленький, меньший, младший (в ряду, напр. братьев); малыш, крошка; служит префиксом уменьшительным или ласкательным, иногда пренебрежительным. Так что «сяо» перед Юань'эр – это классическая китайская ласкательная форма «малыш» [«Юань’эрочка/Юаньчик/Юанечка»], тогда как в сяошу – все же больше указание на положение в возрастном ранге, хотя и ласкательного или пренебрежительного значения (если оно подразумевается) не отменяет. Примечания от переводчика: Декомпенса́ция (от лат. de… — приставка, обозначающая отсутствие, и compensatio — уравновешивание, возмещение) — нарушение нормального функционирования отдельного органа, системы органов или всего организма, наступающее вследствие исчерпания возможностей или нарушения работы приспособительных механизмов к патологическим изменениям, вызванным заболеванием, например, декомпенсация сердца при его пороках. Практически любой орган или система органов имеет механизмы компенсации, обеспечивающие приспособление органов и систем к изменяющимся условиям. Компенсация не является «бесплатной» — как правило, она приводит к тому, что орган или система работает с более высокой нагрузкой, что может быть причиной снижения стойкости к вредным воздействиям. Лёгкие нарушения компенсируются легко, более тяжёлые могут компенсироваться не полностью и с различными побочными эффектами. Начиная с какого-то уровня тяжести компенсаторный механизм либо полностью исчерпывает свои возможности, либо сам выходит из строя, в результате чего дальнейшее противодействие нарушению становится невозможным. Такое состояние и называется декомпенсацией. Достижение стадии декомпенсации является признаком того, что организм уже не может собственными силами исправить повреждения. При отсутствии радикальных способов лечения потенциально смертельное заболевание в стадии декомпенсации неизбежно приводит к летальному исходу. Групповые дома - небольшие жилые дома, расположенные в пределах сообщества и предназначенные для обслуживания детей и взрослых с ограниченными возможностями. Как правило, в таких домах проживает не более шести человек плюс квалифицированный персонал, работающий 24 часа в сутки. Большинство групповых домов являются стандартными, односемейными домами, приобретенными группой администраторов и адаптированными для жизни людей с ограниченными возможностями. За исключением наличия пандусов для инвалидных колясок эти дома практически неотличимы от других. Групповой дом может быть расположен в любой окрестности независимо от ее социально-экономического статуса. Жители групповых домов обычно имеют тот или иной тип хронического психического расстройства, не позволяющего им жить самостоятельно. Многие также имеют физические недостатки, такие как нарушение зрения-слуха или двигательного аппарата. Эти люди нуждаются в помощи при уходе за собой и при выполнении некоторых функций в повседневной жизни. Некоторые из них также требуют присмотра со стороны персонала из-за проблем с поведением, которое может быть опасным для них самих или других лиц, таких как агрессия или тенденция убегать из дома. Хотя большинство групповых домов обеспечивают длительный уход, некоторые жители в конечном итоге приобретают навыки, необходимые для самостоятельной жизни. Групповые дома для детей, как правило, являются местом, где ребенку предоставляются временное жилье и уход до того, пока ему не найдут приемную семью. Другие могут вернуться в свои родные семьи. Иногда, реабилитационные общежития для людей, недавно освободившихся из тюрьмы или прошедших курс лечения от наркологической зависимости, относят к категории групповых домов, которые также имеют временный характер. Развитие групповых домов произошло в связи с закрытием психоневрологических интернатов в США 1960-е и 1970-е годы. Американские психиатрические больницы были закрыты и люди, находившиеся в то время в клиниках, остро нуждались в жилье. Групповые дома были предназначены для оказания помощи при наименьшем ограничении свободы и для интеграции людей с инвалидностью в обществе, для снижения стигмы и улучшения качества жизни. Одной из главных задач группового дома было создание условий жизни наиболее приближенных к типичной семейной жизни. После принятия закона о Местных Центрах Психического Здоровья в 1963 году для открытия групповых домов предоставляются гранты. Большинство групповых домов содержатся за счет государственных и федеральных средств, поступаемых через такие государственные страховые компании как Medicaid и Community-Based Waiver. В то же время, некоторые дома существуют за счет пожертвований от частных лиц или общественных и религиозных организаций. Одна из целей группового дома – повышение независимости проживающих там людей. Обслуживающий персонал, работающий в групповом доме, обучает жителей навыкам повседневной жизни и самообслуживания, по возможности, предоставляя как можно меньше помощи. Ежедневные жизненные навыки включают в себя: приготовление пищи, стирку, уборку, техническое обслуживание дома, управление деньгами и соответствующие навыки социального общения. Навыки самообслуживания включают в себя: принятие ванной или душа, одевание/раздевание, пользование туалетом и, если необходимо, принятие предписанных лекарств. Персонал также следит за тем, чтобы жителям предоставлялись необходимые услуги от общественных организаций, в том числе медицинская помощь, физиотерапия, трудотерапия, профессиональная подготовка, образование и психическая помощь. В большинстве групповых домов работает менеджер из общественного центра психического здоровья или другого правительственного агентства, который осуществляет контроль над помощью людям, проживающим в доме. Менеджер следит за документацией, касающейся приобретенных навыков и полученных услуг, а также дает рекомендации по корректировке помощи. (использован материал https://helpus.org.ua/a.php?n=506417) Медицинская страховка – это договор со страховой компанией, по которому вы выплачиваете регулярные страховые взносы, а взамен получаете полную или частичную компенсацию оплаты различных медицинских услуг. До 2019 года приобретение страхового полиса в США было обязательным, а за отсутствие страховки платили штраф. С 2019 года требование было отменено на государственном уровне, однако в некоторых штатах медстраховка является обязательной. В США нет бесплатных медицинских услуг. Даже экстренная медицинская помощь требует оплаты. Если у вас нет страхового полиса, расходы полностью лягут на ваши плечи. Рынок и цены на страховые полисы контролируются государством, поэтому приобретение страховок осуществляется на государственном портале Healthcare. Кроме того, есть установленные сроки для приобретения страховки на следующий год. Приобрести страховку вне установленного срока можно, но при определенных обстоятельствах, например, утрата действующей страховки, рождение ребенка, смена места жительства и так далее. Существует 4 категории страховок, отличие между ними состоит в том, какую часть медицинских расходов внесет страховая компания, а какую заплатите вы (от 40 до 10 процентов). В зависимости от высоты покрытия расходов отличается и величина страхового взноса у каждой категории полиса. Во всех планах предусмотрена франшиза - это определенная сумма, в пределах которой все медицинские расходы вы оплачиваете самостоятельно. Самая низкая сумма франшизы - в категории Platinum, в ней же наиболее высокий страховой взнос. Нужно также учесть, что величина страхового взноса может зависеть от вашего дохода. Если переводить текст главы дословно, то у мамы Мо и А-Юя был «план с высокой франшизой». В каждой из категорий страховок вы можете выбрать один из нескольких планов, которые различаются условиями покрытия – от только определенные медуслуги в определенной сети медучреждений или даже одной медорганизации (за исключением скорой помощи) до полной диагностики в любом диагностическом центре. В общем, главное выбрать наиболее выгодный план и категорию (франшизу), так как от этого будет зависеть итоговая стоимость вашего лечения. Категория определяет, какой процент стоимости медицинских услуг ляжет на ваши плечи, а от плана зависит, сможете ли вы лечиться в медучреждении по вашему выбору без дополнительных платежей. Независимо от категории и плана, медицинские страховые полисы в США покрывают следующие виды медицинских услуг: амбулаторное лечение, неотложную медицинскую помощь, лечение в стационаре, сопровождение беременности и родов, лечение расстройств психического здоровья, реабилитацию, клинические анализы, лечение хронических заболеваний, оплату лекарств, услуги врачей-педиатров. В отличие от США, в Российской Федерации есть две системы медицинского страхования: обязательная (ОМС) и добровольная (ДМС). По полису ОМС медицинскую помощь получают все российские граждане и некоторые категории иностранцев. Расходы на медуслуги по полису ОМС оплачиваются из бюджета Российской Федерации, т.е. по итогу у владельцев полисов ОМС есть право бесплатно лечиться в государственных медучреждениях. Вызов скорой помощи также бесплатен. Полис ОМС действует на всей территории Российской Федерации, и неважно, в каком регионе вам его выдали. Таким образом, система здравоохранения в РФ в целом чуть больше доступна, и по большому счету все это наследие СССР. Важное различие здравоохранения в двух странах в том, что в России ОМС не включает в себя оплату лекарств для физических лиц, которые не лечатся в больнице. Существует также ДМС - Добровольное медицинское страхование, которое позволяет страхователям получать более высокий сервис по сравнению с системой ОМС, а также заручиться поддержкой страховой компании при спорной ситуации с лечебным учреждением. Стоимость корпоративного ДМС варьируется от 10 000 до 250 000 рублей в зависимости от программы страхования и уровня клиники. Международный полис ДМС обойдется работодателю от 3000 до 15000 евро. Но! страхование ДМС не покрывает ряд рисков, связанных с хроническими заболеваниями, а также лечение онкологии или диабета. На эти случаи существуют специализированные страховые программы. Подводя итоги, в Америке основная проблема системы здравоохранения действительно состоит в неравном доступе к медицинским услугам; в России же — проблема связана с самим качеством медицинских услуг, поэтому многие по возможности пользуются также платными услугами или лечатся в частных клиниках полностью за свой счет. Иными словами, для американца проблема состоит в оплате больничных счетов, а для русского — это плохие условия в больницах. И все же возможность получить хоть какую-то бесплатную медицинскую помощь в абсолютно любой жизненной ситуации (есть у вас на это средства или нет) – это самое выигрышное. Хотя, наверное, очень хотелось бы объединить плюсы обеих систем (доступность и качество) и распространить их на все сферы заболеваний и все страны мира. Негативный опыт пандемии показал, насколько это все же необходимо. Эмансипация – в данном конкретном случае в РФ это объявление несовершеннолетнего, достигшего возраста 16 лет, полностью дееспособным (то есть способным своими действиями осуществлять гражданские права и исполнять обязанности). Обычно полная дееспособность возникает с наступлением совершеннолетия. Эмансипация производится по решению органа опеки и попечительства с согласия обоих родителей несовершеннолетнего, а при его/их отсутствии - по решению суда. В некоторых субъектах Российской Федерации возрастной ценз снижен до 14 лет. В отличие от РФ, в США ребенок уже старше 14 лет может официально отказаться от опеки родных или приемных родителей, если он вступает в брак, поступает на службу в армию или получает декларацию эмансипации, доказав, что законным способом зарабатывает на жизнь и сам распоряжается деньгами. Китаицизмы: Гунцзы 公子 gōngzǐ – вежл. сын влиятельного лица (уважаемого человека); молодой господин (дворянин); барич. Таким образом, Мо-сан-гунцзы – Третий молодой господин Мо (видимо по старшинству после Цзинь Цзысюаня и Мэн Яо). Баба - 爸爸 bàba - папа, тятя, папочка; неформальное обращение к отцу. Как же сложно воспринимать это китайское слово русскоязычному человеку, для которого «баба» - это образ «женщины в русских селеньях». Американизмы и англицизмы: Из-за того, что колледж (college) в США может значить и университет (факультет, направление и соответствующее им общежитие), и среднюю школу (частную привилегированную или благотворительную, зачастую с интернатом), и т.к. до сих пор немного неясен жизненный путь Мэн Яо, немного сложно сказать, пришлось ли ему жить всё время в университете после колледжа как школы-интерната, или же имелось в виду, что даже после учебы в университетском колледже (на факультете) он на лето оставался в университетском городке (в отсутствие других вариантов). Но в целом общий смысл из-за этой тонкости не меняется. brother-in-law – досл. брат-в-законе; шурин, зять, свояк, деверь. Шурин – брат жены. Зять – муж сестры или дочери. Другими словами, зять — мужчина по отношению к семье жены: к её родителям (тестю и тёще), её сёстрам (свояченицам), её братьям (шуринам) и жёнам последних (невесткам — ятровкам), а также к дедушкам и бабушкам жены. Деверь – брат мужа. Своя́к — муж свояченицы = муж сестры жены. Другими словами, свояки — мужчины, чьи жёны являются сёстрами. С учетом того, что в истории брак между мужчинами, и сложно оценить, кто играл хотя бы условно роль «невесты», выбрать правильную версию родственных отношений … непросто.
