Еще один октябрьский день

День, когда впервые встретились Петя и Игорь отмечен в календаре черным у каждого, кто тогда находился в отделе. Все сразу начали делать ставки, кто кого первым ебнет. Но к всеобщему удивлению, эти двое поладили с первой минуты знакомства. Полаялись немного, обменялись оскалами и разошлись по своим рабочим местам. Все тогда выдохнули облегченно, но жопой чувствовали, что пиздец близко. Чутье не подвело. Игорь с Петей неожиданно для всех объединились и теперь доебывали весь отдел. Спелись. Лучше бы они поубивали друг друга в первый день знакомства. Когда Петя узнал, что Игорь — омега, он, ну, ахуел. Гром выглядел, как типичный альфа: высокий, широкоплечий, с хмурым взглядом и вечно сбитыми кулаками. Да и мягким и покладистым его назвать язык не поворачивался. Понятное дело, что стереотипы о том, какими альфы и омеги «должны» быть давно себя изжили, но все равно в голове не укладывалось. Петю самого называли время от времени омегой, умилялись с того, какой он весь тонко-звонкий. А потом скулили на полу, пытаясь остановить кровь с разбитого носа. И в лучшем случае все ограничивалось носом. — Неважно выглядишь, — Петя сел на край стола, сунул Игорю стаканчик с горячим сладким кофе и принялся копаться в телефоне. — На хуй сходи, — вяло огрызнулся Гром. Петя на это фыркнул понимающе и лезть не стал. У Грома течка должна была прийти со дня на день, поэтому он ходил весь на нервах. Его знобило постоянно, периодически тошнило и постоянно хотелось жрать. Петя таскал ему кофе, иногда шаверму и просто маячил рядом, глаза мозоля и позволяя на себя поорать. Ему-то похуй, а Игорю легче. Гром вздохнул тяжело и уткнулся лбом в стол. Петя залип на беззащитно открытый загривок и сглотнул, усиленно делая вид, что нашел супер-мега интересную статью. Ну, объективно, как можно было Игоря не хотеть? Слюни на него пускали все: альфы, беты, омеги. Петя исключением не был, но слюни пускал в тайне, напрямую клинья не подбивал — не раз видел, как отважные, но слабоумные альфы получали по лицу за неосторожность подкатить. Игорь от альф не бегал, просто все они по его словам были какие-то никакие, все не то, все не те. Петя его обхаживал. Ненавязчиво так, попить-перекусить таскал, подвозил время от времени после работы, особенно если заканчивали глубоко за полночь, крутился рядом постоянно, запах оставляя, чтобы другие альфы поменьше лезли. Игорь сначала смотрел с недоверием, настороженно относился ко всем петиным предложениям, но со временем привык. Когда он первый раз попросил у Хазина шарф или какую-нибудь ненужную одежду для своего гнезда — Петя чуть не умер на месте. Игорь резко отодвинулся, неприятно скрипнув стулом по полу, посмотрел многозначительно на Петю и торопливо зашагал в сторону выхода из участка. Хазин молча последовал за ним — усилившийся древесный запах говорил сам за себя. В машине Петя сразу включил климат — Игоря начало знобить, дождался, пока салон прогреется, и выехал с парковки. Привычная схема: начинается течка, Петя отвозит Игоря домой, если они оба в участке, или приезжает к Грому на квартиру, дает свои шмотки и съебывает на все четыре стороны, возвращаясь раз в день, чтобы еды закинуть. Партнера у Игоря не было, течки он проводил в гордом одиночестве, за что Хазин его частенько подъебывал, мол, если надо помочь — звони. Гром хмыкал на это оценивающе и говорил, что справится сам. А потом просил петины шмотки, но об этом они уже не говорили. В коридоре было темно, и Петя на ощупь пытался найти выключатель, который, как назло не попадался под руку. — Петь, — тихо позвал Игорь откуда-то из-за спины. Петя отозвался мычанием, все еще пытаясь нашарить выключатель. — Останешься? Что-то хлопнуло, на миг в глазах потемнело. И дело было совсем не в перегоревшей лампочке, нет. Петя развернулся к Игорю, пытаясь разглядеть его лицо, взглянуть в глаза. Гром глаз не отводил, смотрел уверенно и спокойно, но Хазин его волнение чувствовал на уровне инстинктов и успокаивающе сжал подрагивающие ладони. — Ты уверен? Игорь в ответ подставил горло, и у Пети весь воздух вышибло из легких. Хазин ткнулся носом в теплую шею, мокро поцеловал открытое горло, и от тихого игорева стона у него почти закружилась голова. Целовался Игорь напористо, жадно, шумно дышал носом, хватался судорожно за плечи, на ходу стаскивая обувь и куртку. У Пети от одного поцелуя жаром ударило в голову, кипятком стекло к низу живота. До спальни дошли практически вслепую. Петя отстранился на пару секунд, сгреб бадлон на спине, на что Игорь нетерпеливо заворчал — сам еще на пороге избавился от всей одежды. Он весь раскраснелся, дышал часто, постоянно облизывал пересыхающие губы и смотрел так, что все внутри сжималось. Петя успокаивающе погладил по затылку, поцеловал в нос, щеки, мазнул языком по губам, втягивая в новый поцелуй. Игорь облапал его всего, не зная, что делать с кипящим в венах возбуждением. Его никогда так ни от кого не крыло, не тянуло даже совсем. А тут Петя приехал из своей Москвы, зашел в отдел, и Игоря к нему будто магнитом потянуло, сковало с ним по рукам и ногам и все тут. У Игоря крепкое сильное тело — скользить по нему ладонями одно удовольствие. Петя на пробу мазнул пальцем по напряженному соску и восхищенно выдохнул, когда Гром застонал в голос. Игорь стушевался под его взглядом, глаза отвел и закусил пальцы, заглушая себя. — Не надо, — Петя потянул на себя его руку, развернул ладонью к себе и поцеловал в самый центр. — Я хочу слышать тебя. Глаза у Игоря расширились, с губ сорвался удивленный выдох, и Петя инстинктивно скользнул пальцами меж ягодиц. — Блять, — застонал Хазин, скользнув внутри одним пальцем. — Как же ты течешь. Игорь захныкал — Петя мог поклясться, что это был самый лучший звук, который он когда-либо слышал, и полез целоваться, подрагивая в петиных руках. Сейчас он казался таким открытым и беззащитным, что Хазина щемило сердце. Игоря хотелось защищать, оберегать, присвоить, заклеймить, чтобы никто даже смотреть в его сторону не думал. Тянул уже тремя пальцами, не торопился — не хотелось навредить. Игорь извозился весь, лежа на спине, сбил всю простыню и вздыхал недовольно, раздраженно, сам на пальцы насаживался, поторапливая. Петя пальцы вытащил, похлопал по бедру, чтоб перевернулся, сам поставил на четвереньки, надавив ладонью на лопатки, заставив прогнуться. У Игоря уши покраснели от жара и смущения одновременно — слишком открыто. — Красивый такой, — прошептал в самое ухо Петя, прижавшись грудью к влажной спине, куснул легонько за самый кончик, потираясь членом о мокрый вход. — Готов? — Я тебе сейчас язык откушу, если издеваться не перестанешь, — прошипел Игорь и тут же прерывисто задышал, опустив голову. — Бля. — Порядок? — Петя замер, прислушиваясь к реакции партнера. От уже болезненного возбуждения голова шла кругом, кончить хотелось безумно. Но если Игорь скажет ему остановиться — он остановится, не задумываясь. — Игорь? — Все в порядке, — покачал головой Гром. — Просто слишком. — Слишком что, Игорь? Гром вздохнул и тихо ответил: — Слишком хорошо. На осмысление сказанного у Пети ушло не больше трех секунд. Он рывком заставил Игоря выпрямиться, обхватил горло ладонью, несильно сжимая, и вошел сразу на всю длину. Гром сипло застонал, подался бедрами назад, пытаясь насадиться еще глубже. — Хороший мой, — проурчал Петя, вылизывая выпирающие лопатки. Толкался глубоко, почти не вытаскивая, жадно ловил каждый стон. Обхватил кольцом прижатый к животу член, потер головку, срывая очередной всхлип. — Замечательный, — тянул довольно, пока Игорь жадно толкался в кулак, оставляя на коже влажные следы. — Кончишь для меня, м? Игорь весь сжался, застонал надрывно, вцепился в сжимающую горло руку, заставляя надавить сильнее, и кончил. Петя был близко, узел на основании члена набухал все больше. Он попытался выйти, чтобы спокойно додрочить себе, но Игорь вцепился в его бедро каменной хваткой, не позволяя, обернулся торопливо и сказал: — Хочу твой узел. Петя рыкнул, вцепился в загривок клыками и вошел по самое основание. Игорь заскулил протяжно, засучил ногами, пытаясь насадиться еще больше. До искр из глаз хорошо. Петя широко лизнул оставленную метку и аккуратно уложил их на бок. Игорь в его руках подрагивал периодически, сжимался от микрооргазмов, постанывая жалобно, устало. — Ты в порядке? — Петя мазнул губами по чувствительной шее, поцеловал в плечо, чувствуя, как внутри разливается теплая нежность. — Все хорошо, — Игорь повернулся, насколько позволяло их положение, и поцеловал тягуче, благодарно. Петя довольно улыбнулся, обнял его крепко, прижимая к себе, и долго смотрел на оставленную на загривке метку. Интересно они все-таки спелись.