Мой мир у твоих ног

Проснувшись, Майкл почувствовал себя намного лучше и бодрее, чем за последние лет десять. Из тела ушла накопившаяся за годы тяжелого физического труда усталость, даже боль в плечах, которая его всегда доставала после сна, отступила. Задуматься о странностях он не успел. Чье-то присутствие рядом Майкл почувствовал тоже сразу и открыл глаза. Перед ним на противоположном краю кровати лежал Стоун, который смотрел на него. — Что так удивляешься? Это моя кровать. Верно. Майкл озадаченно прислушивался к себе, ловя отголоски легкости, которой и быть не должно. Его пытали током в задницу, разве он не должен быть разбитым? — Злишься? — миролюбиво спросил Стоун. — Разве я имею на это право? — сбрасывая сонную негу, хрипло спросил Майкл. Он больше не собирался обманываться хорошим отношением. Лучше и в самом деле держать дистанцию со своим «хозяином», несмотря на факт прежнего знакомства. Не стоит доверять оборотню, не стоит считать его другом, не стоит надеяться на особое отношение. Стоун смотрел на него внимательно, читая между строк. Он не извинялся, не оправдывался, просто смотрел в лицо нечитаемым взглядом. Вообще-то, Майкл понимал, что это он сам должен извиниться за доставленные проблемы, за свой срыв и бунт. За него заплатили, его кормят, не затрахивают до смерти и даже позволили взять собаку и звонить сестре. А он стал слишком жадным, получив такие привилегии при своем положении, забыл о том, для чего здесь, начал угрожать и требовать. — Значит, ты так решил? — без эмоций спросил Стоун. — Я всего лишь человек с аукциона, за которого ты заплатил, — напомнил Майкл очевидный факт. — Мне казалось, ты начал относиться ко мне не как к хозяину, — в голосе Стоуна прозвучали холодные интонации. — Но раз ты считаешь, что быть моей вещью лучше, чем быть другом, то воля твоя. — Доминик поднялся с кровати. — Раз так, я подготовлю тебе другую комнату. А теперь сходи в душ, поешь и жди меня в гостиной. Сегодня мы едем на вечеринку. Майкл не ожидал, что его вот так сразу выставят из комнаты, но не стал медлить. Поднялся и вышел, надеясь, что принял верное решение. Да и какое еще тут может быть решение? Он — раб по контракту, человек, которого купил оборотень. Глупо ждать от Стоуна поблажек и особого отношения только по причине того, что спас его в детстве. Они уже выяснили, что Стоун не может его отпустить, так зачем притворяться друзьями? Спустившись вниз, Майкл обнаружил, что уже начало смеркаться. Удивившись, что так долго проспал, он достал телефон и позвонил Софи, пока у него не отобрали средство связи. Здоровье сестры улучшалось, а ее настроение было таким же восторженно-радостным. За ней ухаживали в палате и обращались хорошо, но Майкл все равно не мог полностью успокоиться и не переживать за нее. Поговорив с Софи, он выполнил указания Стоуна — сходил в душ, поел приготовленный ужин, чувствуя себя неловко не только в обществе оборотня за столом, но даже в одиночестве. Стоун на кухне прибрался, но на парочку кружек явно стало меньше, учитывая осколки в мусорном ведре. Закончив с ужином, Майкл перешел в гостиную и сел на диван у камина. Ждать пришлось недолго, Стоун вскоре спустился к нему. Выглядел он шикарно. Джинсы и футболку сменила белоснежная рубашка с закатанными рукавами, которая сидела на нем отлично, придавая сексуальной брутальности. Черные брюки с широким и явно дорогим ремнем, начищенные до блеска ботинки, золотые часы и ореол самоуверенного, властного и жестокого монстра, каким его и показывали по телевидению. Вот он, тот самый Доминик Стоун, о котором все судачили на окраине. Оборотень, презирающий людей, бросивший на гибель всю команду в шахте Нордика. Сын вожака. Будущий правитель. Майкл неосознанно затаил дыхание, чувствуя ауру хищника, зверя, который может наброситься в любой миг. Он следил за каждым шагом оборотня, но в глубине души восхищался тем, насколько подавляющим может быть присутствие оборотня такого уровня. Майкл был уверен, что, даже надень на него самого все эти дорогие шмотки, он будет выглядеть жалко и нелепо. — Твоя одежда, — Стоун поставил на столик брендовый пакет. — Переодевайся. Майкл поднялся, взял пакет, намереваясь уйти в другое помещение, но Стоун перегородил ему дорогу. — При мне. Ничего больше не говоря, оборотень сел на диван, закинул ногу на ногу, как богатенький ублюдок, приготовившийся к представлению. Майкл стиснул пакет в руке крепче, но промолчал. В конце концов, он сам предложил Стоуну вернуть их взаимодействие к категории «хозяин — раб». — Для начала разденься полностью и сложи вещи на столике, — указал Стоун, смотря нахальным взглядом властной сволочи. — К чему этот спектакль? — не удержался Майкл от вопроса. — Хочу посмотреть на свой лот, — нагло ответил Стоун и взглянул на часы. — Поторапливайся. У нас не так много времени. Майкла такое пренебрежение задело, но он стянул с себя кофту и, сложив ее, положил на столик. Так же поступил с брюками, чувствуя себя мерзко под внимательным взглядом оборотня. Он надеялся, что на этом стриптиз можно считать завершенным, но Стоун не остановился. — Когда я говорю «раздевайся», я имею в виду раздевайся догола, Хайз. Майкл скрипнул зубами, закипая от злости и смущения. Ему было чертовски неловко, несмотря на то, что Стоун уже повидал его всякого. Сдернув трусы, Майкл зашвырнул их на столик к остальным вещам. — Хозяин доволен? — съязвил он в ответ, каким-то шестым чувством чуя, что Стоун не станет наказывать его за небрежный тон. Но Доминик поднялся на ноги. Когда он стоял в полный рост, это подавляло. Сердце забилось с утроенной силой от неизвестности. Доминик смотрел на него как на добычу, и в голову закралась мысль, что он может не придерживаться их соглашения недельной отсрочки секса, а поставить Майкла раком прямо здесь и сейчас. Вся спесь сошла сразу, Майкл замолчал и опустил глаза. — На колени, — приказал Стоун спокойным тоном, но волосы встали дыбом. Майкл замялся всего на секунду, но выполнил требование. Что было на уме у этого психа — непонятно, Стоун просто стоял и смотрел на него сверху вниз. Майкл не поднимал головы, но чувствовал чужой взгляд всем телом. Он затаил дыхание, не зная, что ожидать, напрягся, когда Стоун схватил его железной хваткой за волосы на затылке и дернул к себе, почти прижимая носом к паху. Майкл дернулся назад на инстинктах, запаниковав от такой нежеланной близости. Стоун серьезно сейчас? Хочет вот так опустить его? Доминик усмехнулся жестко. В это мгновение он был совсем другим, незнакомым, чужим. Чужим? Майкла поразило то, о чем он думает. Как этот оборотень вообще мог быть НЕ чужим?! — Когда мы вернемся, отсосешь мне, — заявил Стоун. — Сейчас у нас нет на это времени. Майкл скривился в отвращении только от одной этой мысли, у него по спине бежали мурашки то ли от холода, то ли от нервов. Он больше не хотел возвращаться. Такой Стоун его пугал не на шутку. — А теперь одевайся, — отступил оборотень. Майкл поднялся и схватился за трусы. — Нет, Хайз. Сегодня они тебе не понадобятся, — остановил его Стоун. Что это значит? Майкл похолодел от предположений, но выполнил требование и оделся в обтягивающие кожаные брюки и черную рубашку. Ему было противно от пошлости собственного вида, но Стоун казался удовлетворенным. Он выдал Майклу дорогие ботинки и приказал следовать за ним. В машине легче не стало. Майкл начинал нервничать все больше. Он ненавидел неопределенности. Сидеть в кожаных штанах было неприятно, в промежности терло, а в горле пересыхало от волнения. Но Стоун словно и не замечал его нервозности, расслабленно вел дорогую машину, задумчиво смотря лишь вперед. Они не проронили в пути ни слова, и это тоже угнетало. То, что они приближаются к месту назначения, Майкл понял по звукам, доносящимся откуда-то из глуши леса. Дорога стала шире, на обочине стали появляться горящие факелы, копья с насаженными головами, скелеты, привязанные к веткам деревьев. Майкл очень надеялся, что это лишь искусственный антураж, а не настоящие трупы. Стоун на пугающую, мрачную атмосферу вокруг внимания не обращал, ехал вперед с каменной маской на лице. Вой оборотней становился громче, он уже слышался отчетливее то тут, то там, напрягая все больше. Вскоре Стоун выехал из леса, и то, что открылось перед глазами, заставило Майкла застыть в потрясенном ужасе. Они словно попали в саму Преисподнюю. Дорога вдруг обрывалась огненными тоннелями, бурлящей лавой, от которой исходил вполне ощутимый жар. Майкл вжался в сиденье машины, а Стоун совершенно спокойно въехал на деревянный мост через огненное озеро. — Что это? — не сдержал Майкл своего потрясения. За окном плескался жидкий огонь под завывание оборотней откуда-то издалека. — То, чем кажется. Лава вулкана, подогреваемая специальным оборудованием, проходящим под землей, — пояснил Стоун безучастно. Само здание показалось издалека. Величественное, темное, пугающее, вырастающее будто из-под земли, оно возвышалось над лесом в несколько раз. Его длинные острые шпили уносились вверх, к небу, где из-за туч выглядывала луна. Само здание казалось монстром в ночи — мистически дьявольское, пышущее огнем и тьмой, потусторонним красным цветом, словно залитое кровью. Майкл бросил короткий взгляд на Стоуна, надеясь, что тот сейчас прояснит ситуацию и не скажет, что это тот самый дом Зака, но Доминик молчал, ехал вперед к особняку, игнорируя взгляды. У Майкла мурашки по телу пробегали от вида за окном. Его словно везли в ад, где начиналась другая реальность, другой мир. Майкл не мог поверить своим глазам. Здание и в самом деле казалось фантастическим, ненастоящим, не из этого мира. — Это антураж, — произнес Стоун, явно чуя его потрясение и страх. — Всего лишь высокотехнологичное здание, авторский проект. Стоило признать, архитектор всего этого ужаса — непревзойденный талант. Вблизи дворец оказался еще выше и больше, тысячи шпилей словно протыкали небо, а ворота напоминали больше врата в другой мир, настолько огромными они были. Если бы не машины, стоявшие на парковочных местах, Майкл и в самом деле решил бы, что сходит с ума. Стоун останавливаться у ворот, как это сделало большинство, не стал, он въехал на территорию особняка, минуя каменные арки и свисающих повсюду скелетов в одежде Охотников. Ненависть к Ордену у хозяина замка явно зашкаливала. Майклу все больше становилось не по себе, особенно когда стали появляться оборотни за окном. Одни были в обличье волков, другие в человеческой форме. Они веселились, смеялись, выпивая прямо на улице. Стоун, не останавливаясь, проехал прямо к парадному входу, где машин было значительно меньше. Майкл смотрел на здание из окна машины, и выходить ему совсем не хотелось. Он все больше начинал нервничать. — Одно неверное решение, Хайз, и я не вытащу тебя отсюда, ты меня понял? — строго произнес Стоун. На его лице по-прежнему не было эмоций, и это пугало Майкла. Когда этот оборотень показывает себя, не так страшно, даже если он в ярости. — Выходим. Майкл с трудом заставил себя выйти. Софи бы точно поразило это место. Оборотни, что стояли неподалеку, стали обращать на них внимание, от которого становилось неуютно. Майкл старался не отставать от Стоуна. Тот выглядел здесь органично даже в белой рубашке и брюках, что удивляло. Доминик поднялся по широким ступеням и вошел в замок, где на них сразу обрушился шум и крик. Майкл увидел арену — огороженный бойцовский ринг, возвышающийся на помосте в центре зала, где дрались два обнаженных человека с рассеченными спинами. А по бокам от ринга висели клетки, в которых находились обнаженные молодые парни, которых безо всякого стеснения, при всех трахали оборотни. У Майкла от шока закружилась голова. Куда ни брось взгляд, везде творилось что-то непотребное, жуткое, страшное. Повсюду цепи, крюки, факелы, люстры с канделябрами, которые не разгоняли мрачность, а лишь подсвечивали ее, обнажая безумие. От какофонии рыданий, криков и смеха затошнило. Может, он и в самом деле попал в ад, где оборотни все же поработили человечество? — Вот это да! — Громкий голос сбоку привлек внимание. К ним направлялся седовласый оборотень средних лет. В нем каждое движение кричало о всемогуществе. Майкл, даже не зная никого, понял, что это и есть хозяин замка. — Какие гости почтили мою вечеринку! Сам Доминик Стоун! — Зак, — Стоун улыбнулся своему сородичу, позволяя обнять себя. Майкл поймал на себе взгляд хозяина дома и запоздало вспомнил об «этикете». Только вот заставить себя опуститься на колени перед этим Заком не получалось, внутри словно что-то всколыхнулось, забастовало против. Майкл понял, что стоять на коленях перед Стоуном для него не так тяжело, как перед другим оборотнем. — Кажется, твой человек забыл о манерах, — все еще жутко улыбаясь, произнес Малайски. — На него так действует твоя атмосфера, — хохотнул Стоун, выглядя таким небрежным, спокойным, как свой среди своих. Майкла это задело. Нелепо. — Его нужно наказать. С ними нужно быть строже, Доминик, — напутствовал Малайски. — Позволь дать тебе совет. — Зак, я хочу повеселиться, а не слушать наставления, — отмахнулся Стоун, беря бокал шампанского с подноса официанта, проходящего мимо. — Покажешь мне своего нового человека? — Ты не меняешься, — покачал Малайски головой, но в глазах загорелся безумный огонек. — Юки, — окликнул он кого-то. Мгновение — и рядом с ним возник изящный, красивый юноша, которого легко можно было принять за девушку в чулках и юбке, если бы не выставленный напоказ член. Во взгляде парня совсем не было осмысленности, он тут же опустился на колени. — Да, хозяин. Юки пришел, — проворковал парень, прижимаясь к ноге Зака. Майкл потрясенно смотрел на того паренька, с которым познакомился в СЦО перед аукционом. — Мой новый питомец, — Зак погладил своего человека по голове. Майкл смотрел на все эти жуткие синяки на бедрах парня, грудь в красных полосках, и злость поднималась все выше и выше. Парня звали не Юки, но, кажется, об этом даже он сам забыл. — Милый, — хмыкнул Стоун. — Дашь поиграть. — Как я могу отказать сыну вожака? Майкла скрутило от отвращения. — Никак. Это был не вопрос, — дерзко ответил Стоун с улыбкой, посматривая на человека в ногах своего сородича. Ему это нравится на самом деле или он играет на публику? Если это игра, то слишком уж она хороша. Малайски рассмеялся и, похлопав Стоуна по плечу, указал рукой на соседний зал. — Пойдем к столу. Когда они двинулись в сторону высокой арки, Майкл, отставая на шаг, пошел за ними. Человек Зака же даже не поднялся на ноги, пополз на четвереньках за своим хозяином с задравшейся юбкой, обнажившей ягодицы, и смотреть на это было жутко. Что сделали с этим парнем? Как умудрились превратить его в столь жалкое существо? Помещение, в которое они вошли, оказалось еще больше, чем первое. Приглушенный красный цвет, черная драпировка стен и отсутствие окон дополняли царившую атмосферу вакханалии. Столы ломились от угощений и выпивки, музыкой служили крики людей, которых избивали на сцене по центру зала, и шумные разговоры оборотней, без интереса наблюдающих за жестокостью палачей. Хуже и придумать нельзя — попасть на сборище пьяных оборотней, которые все еще жаждут расправы над людьми. При появлении Стоуна оборотни стали затихать и поглядывать в их сторону, но никто не удивился, когда место во главе стола занял не Зак, а Доминик. Заметив, что люди-рабы, которые все еще находились в одежде, сидели на коленях рядом со стульями своих хозяев, Майкл последовал их примеру. Но, в отличие от Юки, не прижимался к ноге оборотня, а молча опустился рядом с Домиником, стараясь как можно тише перевести дыхание и не реагировать на безумие вокруг. — В этом году был удачный аукцион, не находишь? — услышал он голос Зака. — Вряд ли он чем-то отличался от других, — равнодушно отозвался Доминик. К ним подошла обнаженная девушка-оборотень, гремя звоночком на шее. — Господа, — улыбаясь, она разлила по бокалам вино. Девушка была красивой, с длинными белоснежными волосами и привлекательными формами, на нее даже смотреть было стыдно, и Майкл все больше недоумевал — зачем оборотням сдались мужчины, когда рядом такие красивые женщины! — Спасибо, милая, — Зак принял угощение из ее рук, и девушка ушла к следующим гостям. — Она все еще не оставляет надежды, что ты свой гон проведешь с ней. — Напрасно. — Я тоже так считаю. Как у тебя складывается с человеком? — Согласно инструкции, — принимаясь за еду, небрежно ответил Стоун. — Он не очень хорошо поддается дрессировке. — Надо быть более жестким, они признают лишь силу, Доминик. Поверь моему опыту, — наставлял Малайски, тоже принимаясь за еду. — А Мэт мне другое втирает, — пожал Стоун плечами. — Мэт, — тяжело вздохнул Зак. — Он раскис что-то в последнее время, не может больше проявлять твердость. Тебе не кажется, что его место в Совете должен занять кто-то другой? — Менее лояльный к людям? — Верно. Ты все прекрасно понимаешь, Доминик, — оживился Малайски. — Люди настолько жалкие и ничтожные твари, достойные лишь рабского отношения. Скажу больше, они не хотят свободы, они готовы продать душу и тело за деньги. Разве те мужчины, которых мы покупаем, не яркий пример того, во что превратилось человеческое общество? Их нужно держать в узде! — И что ты предлагаешь? — Взять меня в Совет, — заявил Зак прямо. Майкл, прислушиваясь к их разговору, все больше убеждался, что главный ненавистник людей вовсе не Доминик Стоун, как думали люди. Это они просто не знают Зака Малайски. — Это не я решаю, ты же знаешь. Разделяю твое мнение, Зак, но пока отец принимает решения, не я. — Быстрее бы ты уже стал вожаком, — улыбнулся Зак. — Знай, я тебя всегда поддерживал и буду поддерживать. — Что? Итан не нравится? — смешком ответил Стоун. — Итан? Нет. Как можно доверить свои жизни тому, кто не отбирал чужую? — Обо мне судачите? — раздался совсем рядом знакомый уже голос. Майкл поморщился от отвращения и неприязни. Он собирался терпеть до последнего, пережить этот вечер, но присутствие здесь этого оборотня поднимало в душе волну непонятной, необъяснимой ярости. — Итан, — расплылся в улыбке Зак. — Присаживайся, дорогой. — Привет, Ник, — поздоровался оборотень со своим бывшим любовником. — Привет, — безразлично отозвался Стоун так, что невозможно было разобрать, как он относится к происходящему. — Ты сегодня не один. Наконец-то. Майкл почувствовал на себе любопытный взгляд, но голову не поднял. Ему хотелось исчезнуть отсюда. Ему было противно от этого места, от этих оборотней и криков. — Знаешь, все делают ставки на то, как скоро ты убьешь своего человека, — небрежно произнес Итан. — Но, видя, что он цел и здоров, я думаю, что потеряю свои деньги. Обычно ты более вспыльчивый. Через сколько Эшли повесился? Майкл слышал все, что говорили оборотни, и старался не реагировать, но на этой фразе его буквально пробрало холодом, и он поднял голову. Судя по тому, как сжались кулаки Стоуна, Итан поднял больную тему. Кто такой Эшли? — Через неделю, — голос Стоуна прозвучал низко и грубо, но ужасающе спокойно. — А мальчик был красивым, — издевательски протянул Итан. — У всех нас бывали сбои с первым человеком, — заступился Зак, но его слова лишь обнажали жестокую реальность еще ярче. — Нечего сожалеть о мясе. Они не стоят того. — И то верно. Сегодня ты будешь проводить охоту? — спросил Итан, переключившись на другую тему. Стоун довел до суицида человека, которого купил? Разве у него были раньше люди? Майкл не верил в то, что услышал, но… Стоун иногда вспыхивает чиркнувшей спичкой и перестает себя контролировать. Майкл убедился в этом на себе еще утром. И если Стоун уже убил одного человека, что ему тогда стоит избавиться и от второго? Контракт помешает? — Все мы знаем, как ты любишь охоту, — улыбнулся Зак. — Я не собираюсь отказывать всем нам в таком удовольствии. Охота скоро начнется, но сначала мы поужинаем. Что-то подсказывало Майклу, что охотиться они будут не на зайцев. — Отлично. Я люблю тебя за твои развлечения, Зак. — Подлиза, — хмыкнул Малайски. — Могу я сказать тост? — внезапно продолжил Итан. — Конечно, дерзай. Итан поднялся и постучал по своему бокалу. В зале все утихли, что насторожило не на шутку. Майкл ждал неприятностей. — Господа, — громко начал Итан. — Поздравляю нас всех с началом нового сезона «Возрождения»! Надеюсь, он будет успешен и принесет нам много радости и удовольствия. За столами зашумели. Майкл бросил беглый взгляд по сторонам, где сидели одни лишь мужчины. Женщины же были, в основном, обслуживающим персоналом, они беззастенчиво, с улыбками на лицах, голыми дефилировали от стола к столу. — Как и всегда, в этом сезоне наш горячо любимый Зак Малайски снова предоставляет нам возможность весело поохотиться на тех, кто сломал наш привычный уклад жизни! — За Зака! — За Малайски! — Я ждал этого весь сезон, — воодушевились за столами. — Верно. Я тоже, — улыбнулся Итан. Майкл заметил, как насторожился Стоун. Даже скорее не заметил, ведь оборотень не дрогнул и мускулом, просто необъяснимо почувствовал его состояние. — Раз я уже тут снова выступаю оратором, то напомню условия для новеньких. Ты не против, Зак? — Ни в коей мере, — хохотнул Малайски. — Дерзай. — Тот, кто поймает добычу, получает ее в свое распоряжение на всю ночь! Возбужденный гул среди оборотней дал понять, что выиграть в охоте — просто дело принципа. — Но у меня будет предложение ко всем здесь собравшимся. Среди нас в этот раз будет Доминик Стоун. И все мы знаем, что соревноваться с ним в охоте — гиблое дело. Он лучший в этом деле, — притворно льстил Итан. — Поэтому я предлагаю взять фору. Ник, будешь ли ты так благороден, чтобы дать нам фору в пару часов? — Сомневаешься в своих способностях? — хмыкнул Стоун. — Все мы сомневаемся в своих способностях, когда встречаемся с тобой. В его словах был скрытый смысл, которого Майкл не мог понять, но, судя по лицам этих двоих и притихшим оборотням, дело явно было в чем-то серьезном. — Так что? — Итан с хитрой улыбкой посмотрел на Доминика. — Хорошо, — вынужденно ответил Стоун, вальяжно развалившись на стуле. — Только разве не скучно охотиться на того, кто не может ответить? — А он дело говорит, — бросил кто-то из толпы. — Что ты предлагаешь? — заинтересовались оборотни. — Предлагаю дать им оружие, — озвучил Стоун свою идею. В толпе загудели одобрительно и возбужденно. Майкл даже заметил, как оживился Зак. Такого явно никогда не было. — Да! Это будет интересней! — зашумели все разом. — Ты не против, Зак? — обернулся Стоун к соплеменнику. — Отличная идея! Твой отец только потом не сожрет нас с потрохами? — Мы развлекаемся, — улыбнулся Стоун. — Ничего противозаконного. Мы же не собираемся убивать их. — Люблю тебя, парень, — заулыбался довольно Зак. — Сегодня у нас будет интересная охота! — поднял он бокал. Поднявшийся за этим шум и крики напрягали не на шутку. Что вообще должно сейчас произойти? Почему они так воодушевлены? — Предлагаю всем нам дать своим лотам последнее напутствие и передать их в руки моего управляющего, Грэга, который подготовит все для нас, — продолжил Зак громко. Все закивали довольно и возбужденно, начиная притягивать к себе стоявших на коленях людей. — Пойду, дам распоряжение и выберу подходящих людей, — вытерев губы салфеткой, Зак поднялся. — А я заберу своего с ринга. Куда его привести? — На задний двор. Там их собирают, — бросил он, уходя. Итан тоже поднялся, но на мгновение задержался, повернулся в сторону Стоуна. — Вскоре ты будешь чувствовать на нем мой запах, Ник. Ты ведь этого хочешь, верно? — склонился он к плечу бывшего любовника. — Да. Тогда в следующий раз, наказывая его, я буду представлять тебя, — улыбнулся Стоун небрежно. — Как сдеру с тебя шкуру и оттрахаю до криков. Ты же этого хочешь, верно? Итан помрачнел так, будто его ударили, и отступил на шаг. — Не заигрывайся, — бросил он напоследок и ушел. Пока в зале царила суета и оживленный шум, Стоун со спокойным видом подцепил вилкой мясо и невозмутимо его прожевал. Так, что у Майкла уже начали сдавать нервы. — Что происходит? — потребовал он ответа, замечая, как дергается жилка на шее оборотня. Стоун не был так спокоен, как хотел казаться, но этого никто не замечал. — Иди сюда, — Стоун протянул руку. Майкл вложил в нее свою ладонь и очень быстро оказался уже сидевшим на коленях оборотня. Поза ему жутко не нравилась, но она отчего-то унимала страх и волнение перед другими оборотнями. — Ты можешь мне ответить? — тихо спросил Майкл, начиная все больше нервничать. — Выбирай лук, — четко, но негромко, произнес Стоун. — Оружие. Выбирай лук. — О чем ты? Что происходит? Вы собираетесь охотиться на людей? — не унимался Майкл. Он знал ответ, в глубине души уже давно знал, но не мог в это поверить. Серьезно? Они теперь еще станут жертвами охоты?! — Продержись два часа, и я найду тебя, — не смотря ему в лицо, продолжил Доминик — Простите, мистер Стоун, — подошел к ним мужчина в сером фраке. — Меня зовут Грэг, я управляющий этого дома и организатор охоты. Позволите сопроводить вашего человека до старта? — Да. Майкл, подталкиваемый оборотнем, поднялся. — Два часа, — напомнил Стоун. Последовав за управляющим, Майкл обернулся и поймал взгляд оборотня. Два часа? Вряд ли. Кажется, это вообще их последняя встреча.