Напарник моей мечты

«Ладно, не в этот раз», — про себя хмыкнул Оливер и начал одеваться. То ли он на самом деле собирался слишком долго, то ли Флинт помылся как-то особенно стремительно, но едва Оливер натянул штаны, тот уже вышел из ванной, тоже обернув бедра полотенцем. «Мудак!» — пронеслось у Оливера в мыслях, а заодно и благодарность всем мудрецам прошлого, что брюки, маглы называют их джинсами, были достаточно тесны, чтобы скрыть некстати привставший член. «Мудак», не обращая внимания на Оливера и ничуть его не стесняясь, скинул полотенце и наклонился: на кровати лежали его трусы. Задница у Флинта, что и говорить, была отменной! При других обстоятельствах Оливер с удовольствием облапал бы его, а может, и что пооткровеннее, но пока к самоубийцам он себя не относил. Единственное, на что он сейчас решился, это просто окликнуть Флинта: — Пойдем вместе на поле? С остальными познакомишь меня. — Общий сбор через два часа. Парни еще не прибыли, мы с тобой первые. Так что пока тренируешься один. Ну, точно — мудак! Выходит, он специально вызвал Оливера так рано, чтобы отомстить за вчерашнюю пьянку. — А ты? — вырвалось у Оливера. — У меня другие дела, тебя они не касаются, — как-то резко и раздраженно ответил Флинт. Оливер только хмыкнул в ответ, понимая, что пока это действительно не его дело. Но было ощущение, что Флинт чего-то недоговаривал. — Ты иди, Вуд, нам все равно в разные стороны, — похоже, Флинт хотел спровадить его из номера. Только зачем? Решив позже обязательно выяснить, почему Флинт так себя ведет, Оливер попрощался и вышел из номера. Ведьмочка на ресепшен очаровательно ему улыбнулась и окликнула: — Мистер Вуд, а ведь вы играли в «Паддлмир юнайтед»? Я была на одной вашей игре, вы еще взяли подряд шесть крученых мячей. Оливер улыбнулся ей в ответ и подошел к стойке: приятно, когда тебя узнают поклонники, да еще и помнят твои удачные моменты. — Я Элизабет, можно просто Лизи. Для друзей, — подмигнула она. — А я Оливер, ну, вы и так уже знаете. В ответ девушка жеманно захихикала, а потом спросила: — У вас сейчас тренировка? Мистер Флинт говорил, когда вы заселялись. — Да. Он сказал, на стадион можно попасть камином, а адрес взять у вас. — Держите, — Лизи протянула ему пергамент, — только мистер Флинт просил его вам в руки не давать. Сказал, чтобы вы просто запомнили адрес. Он у вас суровый капитан, да? — Когда не с той ноги встанет, — отшутился Оливер, но в душе напрягся: почему это забирать этот кусок пергамента ему нельзя? Что он, золотой, что ли? — Камин в том зале, направо, за фикусами. А вы долго там будете, на стадионе? — стреляя глазами, спросила Лизи. — Часов пять точно, но если к вечеру не приду, вызывайте авроров, — подмигнул ей Оливер. Ответом ему стали покрасневшие щеки Лизи и взгляд в пол. В этот раз путешествие по каминной сети оказалось гораздо приятнее и быстрее: стадион находился совсем рядом, в пригороде Лестера. Неподалеку было магловское поле для гольфа и пейнтбольный клуб. Место было на редкость удачное для всех видов спорта, а чтобы любопытные маглы не разведали, что рядом кучка людей летает на метлах за мячами, на стадион наложили чары, создающие иллюзию огромного заброшенного виноградника, давным-давно забытого, заросшего сорняками, а по краям молодой буковой порослью. В раздевалке при стадионе работал камин, и команда могла быстро перемещаться на тренировки прямо из гостиницы, что тоже было удобно: никакие назойливые фанаты не достанут. Сам стадион был небольшой: кажется, тут играли только местные любительские команды. По краям высилась парочка трибун с довольно крутыми лестницами да одинокая комментаторская кабинка. Само поле было овальным, с жухлой короткой травой: стояла непривычная для июля жара, дождя не было уже недели три, а специальное покрытие, видимо, никто не поливал. Вообще, создавалось впечатление, что стадион используется очень редко и за ним особо никто не следит. На лестницах, ведущих к трибунам, кое-где не хватало ступенек, а шесты с кольцами были ржавые и слегка покосившиеся, примерно на уровне человеческого роста на шестах были нацарапаны неприличные слова, сообщавшие всем подряд о том, например, что некая Деби весьма легкомысленная особа, а зельеварение — отстой, и другие занимательные сведения. Похоже, авторы были разочарованы в любви и не блистали на уроках профессора Снейпа. А может, это был один и тот же человек — Оливер не стал заморачиваться и пошел переодеваться к тренировке. К одному из концов овала примыкала раздевалка, внутри разделенная на две комнаты и одну общую душевую. Ремонта давненько не было и здесь: пол скрипел, в стенах были щели, может быть, зимой в них даже задувало снег, но Оливер надеялся, что зимой местные в квиддич не играли, наверняка тут имелись и другие развлечения. Например, миленький бар возле гостиницы. «Хромая лошадь», кажется. Оливер решил заглянуть туда на днях, а пока стал переодеваться. Его одолевали противоречивые эмоции: что-то внутри радовалось, что он сейчас один, можно спокойно размяться и собраться с мыслями, а другая его часть огорчалась, что Флинт выставил его тренироваться одного, как нашкодившего котенка. В углу раздевалки стоял ящик с мячами. Внутри оказалось с десяток квоффлов, Оливер выбрал три. Сгреб их в охапку вместе с метлой и почти вслепую вышел на улицу: мячи заслоняли обзор, и он каким-то чудом не споткнулся на пороге. На стадионе не было ни души, а значит, никто не будет отвлекать. Оливер выпустил квоффлы из рук, и они сами взмыли в воздух. Пока он оседлал метлу, пока поднялся вверх и подлетел к кольцам, мячи уже носились по всему полю. Коленка слегка побаливала, но Оливер надеялся, что все это с непривычки: все-таки прошло полгода, как он покинул «Паддлмир». Несмотря на ранний час, солнце уже палило вовсю и ожидалось, что к обеду столбик термометра подберется к отметке в сто градусов. Тренироваться в такую жару в полной экипировке было ужасно, но Оливер стоически терпел: ему хотелось поскорее вернуться в форму и доказать Флинту, что он стоящий игрок, ну, подпил с друзьями, с кем не бывает. Все настроение портила только коленка: к исходу первого часа она адски разболелась, а когда один из квоффлов сослепу врезался Оливеру в ногу, под коленом, как раз туда, где находится сгусток нервов, сидеть на метле стало и вовсе невозможно. Щиток, хоть и был крепкий, но о такого сильного удара не выдержал и треснул. И Оливер стоически продолжал терпеть. В конце концов, у команды должен быть колдомедик, вот пусть он вечером и посмотрит, а пока — летать, пока сможет. Еще через час Оливер перестал чувствовать ногу и понял, что пора спускаться, пока остальная команда еще не пришла. Как только он опустился на поле, квоффлы, словно поняв, что тренировка окончена, тоже полетели вниз и послушно проследовали за Оливером цепочкой в раздевалку. «Как цыплята за курицей», — усмехаясь, подумал Оливер и в раздевалке запер мячи в ящик. На скамейке он обнаружил новую, аккуратно сложенную форму. На спине красовалась цифра 2. «Наверное, номер один у них Флинт. Это он так издевается, что ли? Школу припоминает?» — размышлял Оливер, намыливаясь в душе. Скоро должны были прийти остальные, и он хотел переодеться как можно быстрее, чтобы лишний раз не сверкать перед Флинтом голой задницей. Конечно, утром это на него, вроде бы, впечатления не произвело, вопрос об ориентации оставался открытым, но не выяснять же это при всей команде. Как только он застегнул последний щиток, за дверью послышались голоса, и команда во главе с Флинтом одной гомонящей толпой ворвалась в раздевалку. Пока Оливер здоровался и знакомился со всеми, он успел разобрать среди обрывков разговоров, что тренироваться в гордом одиночестве они не будут. А когда он вышел на поле, то понял, почему: на одной из трибун сидела стайка девушек, человек пять или шесть. Солнце слепило глаза, и Оливер не стал их пересчитывать. Что за девчонки? Откуда они здесь? Чьи-то девушки или болельщицы, которые ездят за командой из города в город? Может, там, среди них, и девчонка Флинта есть? Внутри что-то неприятно кольнуло, и это была вовсе не травмированная коленка. Раньше Оливер вообще не задавался вопросом: есть ли кто-то у Флинта, чем он занимается помимо квиддича? Видел только статьи в газетах и журналах, к которым обычно прилагались яркие снимки, на которых Флинт белозубо улыбался (и когда только исправил прикус?), подмигивал в камеру и показывал большой палец. И никогда не хвастался трофеями, как на той школьной колдографии. «Соколы», к сожалению, уже много лет не выходили даже в 1/8 чемпионата страны, так что тот Кубок, который Флинт получил на своем первом седьмом курсе, был его последним трофеем. К слову сказать, у самого Оливера была вообще одна единственная награда, но его это не огорчало: придет еще время. Теперь же, особенно теперь, не хотелось бы, чтобы у Флинта была подружка. «Я даже не знаю, по девочкам он или по мальчикам, а уже ревную. Видать, уже совсем голову напекло», — сердито обругал сам себя Оливер. «Соколы» были чисто мужской командой, притом парни были все, включая тренера Келлера, как на подбор — хоть сейчас на обложку «Ведьмополитена». Неудивительно, что на трибунах появились эти девчонки. Сначала, пока тренер давал инструкции команде, девушки сидели тихо и как будто занимались своими делами. Конечно, парни время от времени бросали на трибуны заинтересованные взгляды, но зрительницы тихонько перешептывались между собой и на игроков внимания не обращали. Но как только команда поднялась в небо, девушки сразу оживились, достали припрятанные где-то огромные помпоны и вувузеллы и принялись неистово болеть. Оливер считал такую поддержку, по меньшей мере, неуместной, ведь это была всего лишь тренировка. Какой такой боевой дух в них хотели разбудить девчонки своими кричалками? После примерно десяти минут восторженных речевок девушки перешли к акробатическим номерам. Они забирались друг другу на плечи, выстраивали какие-то немыслимые фигуры, и что есть силы махали руками, привлекая внимание игроков. В какой-то момент Оливер даже испугался, что шаткая конструкция из девчонок рухнет, а сами они попадают не просто на трибуны, а прямиком на землю. Он увидел, как тренер с земли махнул Флинту, потом кивнул головой в сторону болельщиц. Флинт понимающе махнул головой и подлетел к девушкам. Что-то коротко сказав им, он вернулся к тренировке и запустил особо хитрый крученый мяч в сторону колец. Оливер, наблюдавший всю эту сцену с болельщицами, попросту говоря не ожидал такого подвоха и мяч пропустил. Флинт тут же подлетел к нему чуть не вплотную и саркастично припечатал: — Что, Вудди, на девок поглазеть захотелось? Ну, так сдавай форму и вперед! Оливер только стрельнул в него взглядом и сосредоточился на движениях еще одного охотника, Бобби Уилсона, тот как раз завладел квоффлом. Флинт, не дождавшись ответа, хмыкнул и отлетел. Краем глаза Оливер увидел, что их гостьи на трибуне выбрали другую тактику (видимо, Флинт был краток, но очень выразителен): они достали косметички, зеркальца и принялись наводить красоту. Он усмехнулся настырности и находчивости девушек и вновь сосредоточился на игре. Ближе к середине тренировки ноющая боль в колене сменилась неприятной пульсацией. Потом наступило онемение, как будто внутрь ноги насыпали песок. Оливер попробовал хотя бы потрясти ногой, но на метле на высоте двадцати ярдов это был не только неудобно, но и опасно. Он попробовал помассировать колено, но не почувствовал совершенно ничего. Боль как-то странно сочеталась с онемением, но при том оба этих ощущения сильно испортили Оливеру последний час тренировки. Он на автомате перелетал от одного кольца к другому, концентрация упала, и даже утреннее похмелье нельзя было в этом винить — оно прошло еще тогда, когда Оливер тренировался один. Только благодаря опыту и какому-то внутреннему упорству Оливер продержался до финального свистка тренера. Голова кружилась от боли, а когда он ступил на землю, то осознал к тому же, что ужасно голоден. Мозг отреагировал сразу же, и к онемению и боли в ноге прибавилась голодная тошнота. «Сейчас бы хороший стейк с пинтой пива, а потом завалиться спать или в ванну», — подумал Оливер. Он искренне надеялся, что остаток дня пройдет примерно по такому плану. Под щитком не было видно, но он чувствовал, что нога распухла и почти перестала сгибаться в колене, поэтому он шел, чуть прихрамывая и закрывая больную ногу метлой, чтобы никто, а особенно Флинт, случайно не увидел этого. Не хотелось показать больным и слабым в первый же день, тем более, он уже успел оплошать с утра. Из-за ноги Оливер чуть отстал от остальной команды: часть парней уже зашла в раздевалку, но пара человек еще стояла снаружи: девушки спустились с трибун и сейчас кокетничали с охотником Бобби Уилсоном и загонщиком по имени Терри, его фамилии Оливер пока не запомнил. Подойдя ближе, он с удивлением узнал среди их гостий девушку с ресепшен, Лиззи. Она положила руку Бобби на плечо и, стреляя глазами, о чем-то рассказывала ему почти на ухо. Оливера такой напор с ее стороны несколько обескуражил: ведь еще утром она так же строила глазки ему. Не то чтобы он ревновал, ориентация не позволяла, но все же это было странно. Наверное, ей было все равно, кого из квиддичных игроков охмурять. Трое других девушек болтали с Терри и заливисто хохотали. Оливер подошел к двери, и тогда Лиззи обратила на него внимание: — Оливер, привет! А мы с девчонками решили посмотреть на звезд квиддича. Не возражаешь? — Я-то не возражаю, но я сегодня первый день в команде, — улыбнулся он в ответ. — Первый день, но уже показал классный результат, — похлопал его по плечу Бобби. — Слушай, моя подружка большая фанатка «Паддлмир», она тебя, оказывается, знает. Когда я сегодня утром рассказала, что Оливер Вуд поселился у нас в гостинице, она бросила все и рванула сюда, в Лестер. А она из Глазго, между прочим, — возбужденно тараторила Лиззи, — но, похоже, она не такая уж твоя фанатка, раз даже не обращает внимания. В конце тирады она закатила глаза, как бы показывая свое презрение к такой подружкиной безответственности по отношению к игроку любимой команды. — Теперь ей надо болеть за «Соколов», раз я играю здесь, — Оливеру такое внимание к своей персоне было в новинку, никогда раньше поклонники его не одолевали. Ему вообще казалось, что за его спортивной карьеры никто, кроме родителей и близнецов Уизли сильно не следил. Лиззи улыбнулась и окликнула одну из девушек, болтавших с Терри: — Эй, Лесли! Я обещала познакомить тебя кое с кем! Огненно-рыжая красавица обернулась в сторону Оливера и обворожительно улыбнулась: — Оливер Вуд! Я ваша большая поклонница! Она подошла к ним и протянула руку для знакомства, пристально глядя Оливеру в глаза. — Лесли, это Оливер. Оливер, это Лесли, та самая поклонница из Глазго, — громко представила их друг другу Лиззи. — Ну, кажется, я здесь лишний, — хохотнул Бобби и скрылся в раздевалке. — Давно вы перешли к «Соколам», мистер Вуд? — голос у Лесли был низки и грудной. Наверное, таким голосом надлежало соблазнять мужчин, чтобы они падали к ногам его обладательницы, но на Оливера, конечно, он не подействовал. — Сегодня первый день, — неловко сообщил он. — Уже осмотрели город? — не отводила взгляда девушка. — Да, кстати, Лестер классный. И магловская, и магическая части. Могу провести экскурсию, — вклинилась неугомонная Лиззи. — Надо обсудить с капитаном и тренером, может, у них есть на меня еще планы сегодня, — смутился Оливер. Такой напор со стороны двух малознакомых дам его нервировал. К тому же, вдруг они рассчитывают на что-то большее, чем просто посиделки в кафе, а он играет за другую команду. И еще, что-то в этой Лесли ему не нравилось. Девушка была шикарна, но Оливер чувствовал, что, за такой внешностью кроется что-то такое, чему он пока не мог дать названия. — Обсудите, конечно, может быть, ваш мистер Флинт не будет против, если мы вас ненадолго украдем вечером. Рядом с гостиницей есть бар «Хромая лошадь», там по вечерам живая музыка, а еще бармен делает потрясающие коктейли с огневиски. — Против. Мистер Флинт уже против. Особенно он против алкоголя на сборах, — раздался за спиной холодный низкий голос. Оливер не заметил, как из раздевалки вышел Флинт. Он уже переоделся в магловскую одежду и выглядел сногсшибательно. Вот с кем Оливер с удовольствием осмотрел бы обе части города и посидел в той самой «Хромой лошади», даже без коктейлей. — А если мы обещаем пить только тыквенный сок? — подмигнула ему Лиззи. — Милые дамы, боюсь вас разочаровать, но команда на сборах почти все время посвящает тренировкам. Я боюсь, мистер Вуд не сможет вас развлечь сегодня вечером. Он ведь будет занят? — Флинт вопросительно взглянул на Оливера. В этот момент Оливеру безумно захотелось сделать что-то назло Флинту. Из какого-то незрелого детского протеста. Он широко улыбнулся, повернувшись к девушкам, и ответил: — Поскольку сегодня мой первый вечер здесь, то я с удовольствием осмотрю город в вашей компании, леди, а потом, пожалуй, посижу в пабе рядом с гостиницей. Но, разумеется, никакого алкоголя — спорт превыше всего. — Как мило с твоей стороны! — Лиззи, нимало не смущаясь, повисла у него на шее. — Ну, раз мистер Вуд принял такое решение, я думаю, вы позволите ему переодеться, — сквозь зубы процедил Флинт и больно подтолкнул Оливера к двери. Оливер вошел в раздевалку, подволакивая ногу, которая немного утихла, пока он стоял с девчонками. Он слышал, как на улице Флинт довольно резко попросил всех девушек удалиться с поля и велел Терри тоже заходить в раздевалку. Оливер отметил про себя, что с загонщиком Флинт говорил намного мягче, чем с ним. Неужели потому, что Оливер новичок? Или школу вспомнил? Или Флинт… ревнует? Последняя догадка была удивительно сладка и обнадеживала. Сегодня вечером он непременно должен проверить ее. В раздевалке парни с тренером громко обсуждали такой неожиданный визит. Судя по всему, Оливер успел многое пропустить. Дверь хлопнула и в раздевалку вошел Флинт, злой как тысяча писки. — Что, Вудди, яйца давят? Какого хрена ты вместо работы стоишь и чешешь язык с этими бабами? Тебя наняли, я подчеркиваю, наняли играть и побеждать! Победа приносит рекламные контракты. Контракты — это деньги. А деньги — это твоя зарплата, чтоб ты ноги с голоду не протянул! — Оливер уже давно, еще с самого Хогвартса не видел такого разъяренного Флинта. Последний раз на его памяти он так орал на мелкого Малфоя, когда тот в первом же матче, несмотря на дорогущую метлу, не смог поймать снитч. Сейчас на месте Малфоя был он сам. — Чего ты так взъелся, Флинт? Кому будет хуже, если я немного прогуляюсь вечером с красивыми девушками? Обещаю, пить не буду! В номер никого из них тоже не потащу, приду ночевать один, — Оливер искренне недоумевал, какая муха укусила Флинта. Если он ревнует (как втайне надеялся Оливер), то все равно можно было выразить свое недовольство спокойней. А если просто из вредности, то ему-то в конце концов какая на хрен разница? Флинт еще с минуту сверлил его взглядом, потом тяжело выдохнул и отвернулся, его позвал тренер Келлер. — Слушай, Марк, мы вот что с ребятами думаем, надо бы сказать, кто тут у них главный на стадионе, что неплохо бы защиту, того, усилить. Сегодня вертихвостки эти пришли, завтра еще кто посерьезней припрется. Их-то как заклинания пропустили? — Да, конечно. Стадион, вроде бы, принадлежит городу. Я скажу Майклу, пусть он договорится с местной властью и отделом аврората. Еще одной травмы нам точно не надо. Так вот почему Флинт так рассвирепел! Боится, что на тренировку проникнет какой-нибудь злоумышленник. Но все равно, зачем так орать на него? Что-то Флинт темнил и следовало непременно выяснить, что он скрывает. В раздевалке были душевые, но никто из команды не стал там оставаться. Кто-то выглянул в окно и увидел, что девушки еще не ушли. Посыпались шуточки про то, что поклонницы могут подкараулить их в душе, когда парни будут совсем беззащитны и вот тогда… Особенно не поздоровится, конечно, капитану Флинту: вон он какой красавчик. — Идиоты, — беззлобно хмыкнул Флинт и ушел через камин. Постепенно вся остальная команда вернулась в гостиницу. Оливер был предпоследний. Он спросил у тренера, который должен был все проверить после ухода команды: — Мистер Келлер, когда я пришел сюда после одиночной тренировки, на скамейке уже лежала форма и новые щитки. Как они здесь оказались? Тут есть эльфы? — Почему же эльфы? Это Марк принес. Сказал, что сам хочет тебе вручить. Я думал, в торжественной обстановке, а он видишь как, — усмехнулся Келлер. — Пойду поблагодарю его. Но только я именно лично, в отличие от него, — у Оливера на душе неожиданно потеплело, даже больная нога не так раздражала. В холле за стойкой сидела пожилая ведьма с седыми буклями по моде позапрошлого века, наверное, сменщица Лиззи. Оливер поздоровался с ней и представился. — Очень приятно, мистер Вуд. Меня зовут Роза Гинзбург. Желаете получить путеводитель? Наверное, Лиззи вам ничего и не рассказала? Она ужасная болтушка, эта девочка, но половину ее слов можно смело пропускать мимо ушей. — У нас не было особо возможности пообщаться. Мисс Элизабет расспрашивала меня о квиддиче. — Так она даже фамилию свою не назвала? Прошу ее простить мистер Вуд! Такого больше не повторится, — виновато улыбнулась миссис Гинзбург, — она у меня сегодня получит! В ответ на удивленный взгляд, она пояснила: — Лиззи — моя внучка, сирота. Знаете, после девяносто восьмого года, — миссис Гинзубрг тяжело вздохнула. — Извините! Прошу вас, не наказывайте ее строго. Это моя вина, я заболтал ее. Но я с удовольствием возьму путеводитель. Он платный? — Конечно, нет, сэр! В «Одиноком пеликане» отличный сервис, в том числе бесплатные путеводители и уборка номера дважды в день. Мои эльфы — настоящее сокровище! — не без гордости произнесла пожилая леди. — Так это ваша гостиница? — удивился Оливер. — Моя. Я держу ее одна с тех самых пор, как мой старик помер. Большой любитель квиддича был. Играл охотником в местной команде. «Лестерские лисы», может, слыхали? Команда, правда, любительская, но, — она бы еще долго рассказывала, если бы ее не прервал неизвестно откуда взявшийся Флинт (вот умел же он обламывать Оливеру все интересное). — Миссис Гинзбург, прошу меня простить, но я украду у вас Оливера — срочное дело, — Флинт очаровательно улыбнулся. — О да, не буду вас задерживать, — и хозяйка вернулась за стойку ресепшен. — Чего тебя от меня все время надо, Флинт? Она не звала меня на свидание, мы просто мило болтали. Знаешь, у культурных людей так принято, — не выдержал Оливер. — Болтай, ради Мерлина, кто тебе не дает! Только мы с ребятами собрались осмотреть город. Ты с нами? — Флинт снова был само дружелюбие, как будто и не орал на него минут двадцать назад. — Разумеется! — Тогда переодевайся, мойся. Сбор в холле через пятнадцать минут. Превозмогая боль, Оливер поднялся на этаж, зашел в номер. К счастью, Флинт куда-то ушел, и у него появилась возможность спокойно все сделать. Уже в душе он осмотрел ногу: коленка распухла и даже слегка посинела. Наверное, травма была серьезней, чем он думал полгода назад. Тогда казалось, что это просто ушиб, в Мунго тоже не увидели ничего опасного. А вот теперь такой неприятный сюрприз! Оливер принял душ и кое-как наложил на ногу обезболивающие чары. Самые простые, он выучил их, когда еще играл в «Паддлмир» и применял чаще всего при небольших ушибах и растяжениях, которые проходили сами по себе через несколько дней. Оливер надеялся, что до вечера заклинания хватит, а вечером, после посиделок с девочками, он расспросит Флинта о штатном колдомедике «Соколов». Сейчас уже, когда раздражение на Флинта его отпустило, он не понимал, зачем согласился встретиться с этими девушками. Он же отлично понимал, что ничего, абсолютно никакого продолжения у них не будет, его не привлекают девчонки. Да его вообще никто, кроме Флинта, не привлекает. Оливер даже из-за этого в свои двадцать три года имел очень скудный сексуальный опыт. Серьезных и долгих отношений он ни с кем не заводил, ограничиваясь редким сексом со случайными партнерами. Пару раз это были и девушки, он тогда еще надеялся, что Флинт — это лишь временное помешательство, но с ними все было пресно и морального удовлетворения не принесло. Оливер был готов даже раньше оговоренного времени, но все равно спустился в холл, надеясь пообщаться с командой, надо же все-таки «наводить мосты». Ногу он предусмотрительно замотал бинтами, чтобы опухшую коленку не так было заметно со стороны. Прогулка по городу заняла всю вторую половину дня. Парни посетили все основные достопримечательности Лестера, осмотрели также несколько ресторанчиков, и к семи вечера, основательно уставшие и до неприличия сытые, вернулись в гостиницу. Парни оказались классными ребятами, со всеми Оливер сразу же нашел общий язык, словно знал их всю жизнь. Оказалось, что с некоторыми из них он учился в школе, но на разных факультетах и курсах. Они вспоминали учителей, школьные матчи, и за такими разговорами время пролетело незаметно. К восьми вечера Оливер должен был идти на встречу с Лиззи и Лесли. Он еще раз отправился в душ, заодно решил перебинтовать ногу и наложить заклинание заново. Как раз за этим занятием его и застал Флинт. — Что ты делаешь, Вуд? Что с ногой? — Оливеру понравилась тревога в его голосе. — Да так, болит чуток, — попробовал отговориться он. — Чуток? Ты в себе, дятел? Вопрос прежний — что с ногой? — Я тебе с утра говорил, что у меня травма, не могу на метле долго сидеть! Полугодовой перерыв сказывается. А сегодня пять часов кряду, да еще и квоффл прилетел в коленку, — Оливер начал закипать. Придурочный Флинт как будто не понимал, кто является конечным виновником. — И ты так весь день проходил? Ты точно дятел! — Отвали, — проворчал Оливер, — сейчас заклинанием подправлю, бинты намотаю, еще на вечер хватит. Отплясывать я не собираюсь, а в баре посидеть сойдет. — Какой бар, долбоеб? Ты понимаешь, что если ты сейчас же не ляжешь в постель, завтра ты вообще работать не сможешь? Подождут твои девицы, жили же как-то до этого без великолепного Оливера Вуда, — саркастически закончил Флинт. — Приведешь колдомедика? — Мы не настолько богаты, Вудди! Сам все сделаю. Раздевайся и ложись, — Флинт кивнул на постель. В другое время Оливер обязательно бы двусмысленно пошутил на эту тему, но сейчас нога действительно адски болела, поэтому он послушался Флинта и лег, закатав штанину. — Весь раздевайся! Спать ты в свитере собрался? Сейчас мазь нанесу, будешь у меня дрыхнуть до завтра. Невест твоих сам предупрежу, — ухмыльнулся Флинт и полез в свой чемодан.