Я нужен тебе?

      С момента, как Дима позвонил Сергею, прошло три дня. Всё шло своим чередом. Как говорится — как обычно.       Но он знал и не понимал, что в следующий понедельник его жизнь изменится. Что весь его дальнейший путь будет напрямую зависеть от того, насколько он понравится Арсению.       Сегодня среда. Антон собрался и поехал на свою «излюбленную» работу.       Его день начался как всегда: клиенты пёрли толпами с самого утра. Какой-то даун уже успел пожаловаться на то, что у него слишком жирная картошка. По какой-то необъяснимой причине, выслушивал это именно Антон.       Но его настроение было нельзя испортить, ведь в понедельник он станет зарабатывать в два раза больше. Станет пусть и ассистентом, но самого Арсения Сергеевича Попова.       Антон был сегодня полностью спокоен, в отличии от Лёхи. Он почему-то был очень рассеянным. Антону постоянно приходилось на него кричать и трясти, пытаясь привести в чувство. Он искренне не понимал, что происходит с его другом. Он был каким-то испуганным, что действительно настораживало.       И вот когда конец их смены стремительно наступил, Лёша быстро пошёл за Антоном в подсобку. Шаст был напряжён поведением его друга. После быстрой смены униформы на привычную повседневную одежду, парень осторожно подошёл к Лёше, чтобы узнать, наконец, что происходит.       — Лёша, что случилось? Ты выглядишь так, как будто… произошло что-то ужасное? — встревожено спросил Антон. Лёша поднял на него напуганный взгляд смешанный с жалостью.       — Антон, мне нужно тебе кое-что сказать. Это очень важно, — тихо и осторожно ответил Щербаков. Антона словно током пробило. Что могло случиться, чтобы Лёша так поник?       — Ну, не томи, пожалуйста.       — Антон. Мой отец мне сегодня утром кое-что сказал… — сделал паузу Лёша.       — И? Ну же! Что случилось?       — Ему позвонил твой отец.       Эта фраза слово обрушила мир Антона, не оставляя даже возможности уцепиться за что-то. Сердце забилось, и стало резко не хватать воздуха.       Вы когда нибудь думали, что человек захочет перерезать себе горло из-за того, что им интересуются собственные родители? Может и думали, а может и нет. Только вот для Антона это не просто рассуждения или мысли, не риторический вопрос, это — его жизнь. Его жестокая реальность.       Ноги подкосились, и Антон начал падать, но успел схватиться руками за шкафчик. Лёша сорвался с места и подхватил друга, а тот, в свою очередь, обессилено разжал ладонь. Лёша взял его под мышки и оттащил на ближайшую лавочку.       — Антон! Шаст! Слышишь? Ау! — тряс его за плечо Щербаков. Шаст не реагировал: просто не мог поверить, был в отчаянии, а глаза его стали стеклянными, потом и вовсе стремительно наполнились слезами страха и горечи.       Лёша крепко обнял друга, шепча ему нежные и поддерживающие слова.       — Тише, Антоша, тише… Мой хороший, — Щербаков тихонько поглаживал парня по спине. — Всё будет хорошо. Я и мой отец сделаем всё, что в наших силах.       Вроде, в этих словах нет ничего особенного. Обычные слова поддержки. Но не для Антона, вечно одинокого, жутко ранимого и чересчур впечатлительного. Для него любые слова поддержки были особенными. Особенно, если эти слова были от такого скупого на жалость и волнение Лёшки.       — Антош, хочешь воды?       Антон стал приходить в себя.       — Да. Если можно…       — Конечно можно! — Лёша чуть взбодрился, вскочил на ноги и быстро зашагал по направлению к своему шкафу. Оттуда он достал рюкзак и, встряхнув его, наощупь вынул из большого отделения полулитровый бутылку воды.       Повернувшись на пятках на сто восемьдесят, он двинулся обратно. Подошёл к Антону, который всё ещё изредка всхлипывал не от слёз, а от подступившей немой истерики, и протянул ему напиток.       — Спасибо, — подал хриплый голос Антон.       — Да нет за что. Успокоился?       — Если это можно так назвать, — Антон открутил крышку бутылки и сделал несколько жадных глотков. — И что твой отец ему сказал?       — А я всё ждал этого вопроса, —раздался тихий смешок. — Он сказал, чтобы твой отец ему больше не звонил и не писал. А ещё он сказал, что ни слова не проронит о твоём местонахождении, ибо знает какой твой отец пидорас.       Антону стало легче после этих слов. Он даже ухмыльнулся из-за того, как Сергей отзывался об его отце. Это было забавным потому, что Сергей был очень приличным, можно даже сказать консервативным. Но Антон всегда был ему признателен. Он как и Дима, ему в своё время очень помог. Конечно, его об этом попросил Лёша, но он не отказал, даже напротив, ему очень понравился Антон.       — Передай ему мою благодарность. Я очень рад, что он меня не сдал, а ещё и защитил.       — Сам передашь.       Антон удивлённо вскинул брови.       — В каком смысле?       — Он настоятельно просил тебя приехать сегодня на ужин.       — И ты, собственно говоря, решил, что я поеду?       — Да. Просто забыл тебе сказать.       — Спасибо, что удосужился предупредить, — язвительно, однако совершенно беззлобно выплюнул Шаст.       — Всегда рад помочь, — с насмешкой кинул Лёша, хитро прищурившись. — Собрался?       — Да, — Антон с полной боевой готовностью вскочил на ноги.       — Тогда пошли. Нурлан уже подъехал.       — Нурлан? Был же Александр.       — Да, был. Он ушёл.       — Почему?       — Пошли уже. В машине расскажу, — судорожно ответил Лёша, по пути подхватывая рюкзак и закидывая его себе на плечо. Не сбавляя скорости он устремился на выход, а Антон не сразу, но нагнал таки шустрого Щербакова.       — Эй, ты чего так торопишься? Словно тебя там ждёт не водитель, а Путин.       — Ты просто не знаешь Нурлана. Он может таких пропиздонов въебать, что даже Путин будет в ахуе.       — Так, подожди, я чего-то не понял, — Антон нахмурился, прикидывая, что к чем. — Он твой личный водитель, или твой второй отец?       — Скорее не отец, а папочкам, — громко рассмеялся Лёша. А Шастун аж воздухом задохнулся.       — Ого. А вот это страшно. Сколько ему лет? Сорок? Пятьдесят?       — С чего ты взял, что он старикашка?       — Потому, что Александру было сорок шесть.       — И что? Ты теперь всех будешь по нему судить? — насмешливо поинтересовался Щербаков.       — Ладно. Тогда сколько?       — Двадцать шесть.       — Он старше тебя на четыре года?       — Прикинь.       Парни вышли во двор. Лёша за секунду нашёл нужную машину.       — Ого. Ещё и машина новая.       — Брата-ан, я тут два года хуярю, а деньги с зарплаты не трачу вообще. Решил вот машину купить.       — Ну, круто. Первая твоя самостоятельная покупка, — ехидно проговорил Антон.       — Ой, да ну тебя нахуй.       Антон в голос заржал. Обиженное лицо Щербакова просто нужно было видеть. Это что-то невероятное.       — Кстати, забыл сказать: не матерись при нём. Он этого не любит.       Антон в сотый раз уже ахуевал от ситуации, но выговориться до конца не решался, так и застывая с немым удивлением на лице.       — Реально папочка. Надеюсь и внешность соответствует.       — Соответствует, не волнуйся, — Лёша улыбнулся лишь уголками губ. — А ты что, интересуешься?       — Не-е-е, этого я оставлю тебе.       Лёша облегчённо выдохнул.       — Всё. Инструктаж провёл. Полезай, — Лёша открыл дверь машины, пропуская друга внутрь. Перед Антоном открылся крутой салон, да настолько, что вместе с ним открылся и собственный рот: невероятная бежевая кожаная отделка, вписывающиеся на сто процентов чёрные элементы, сзади на спинках сидений располагались потрясающей утончённости экраны. Антон не разбирался в марках машин, но тут и дураку было понятно - это пиздец, какая дорогая машина. Шаст с нескрываемым удовольствием залез в это творение искусства, а следом за ним на заднее сидение плюхнулся Лёшка.       — Привет, Нур.       — Привет, — водитель недовольно поморщился, словно оскорбившись. — Сколько раз я говорил не называть меня подобным образом?       — Не знаю. Не считал. Мне нравится тебя так назвать.       — Хоть иногда проявляй уважение.       — К тебе такая же просьба. Всё-таки, я твой работодатель.       — Нет. Мой работодатель — твой отец. Платит мне именно он.       — Но командую тобой я, — уголки губ подлетели вверх.       Нурлан крепко сжал руль. Его руки напряглись, а лицо выражало искреннее недовольство нынешней ситуацией.       — Потом поговорим, — почти прорычал Нурлан.       — Не знаю, — Щербаков спокойно пожал плечами, словно услышал какую-то до жути обыденную фразу. — Если захочу.       Нурлана словно током ударило. Он был зол довольно сильно, и об этом кричало всё, что может в таких случаях выдать человека: мимика, эмоции, рваные жесты. Ещё немного, и он бы перетащил этого шута на переднее сиденье, придушил, а потом заставил делать нечто непристойное. Но делать этого Нурлан не стал, ведь сейчас они здесь были не одни.       Нурлан взглянул в зеркало заднего вида и мельком оглядел попутчика: какой-то худой, бледный мальчишка. На вид лет семнадцать - восемнадцать. Несмотря на измученный и потрёпанный вид, он был очень милым. Волнистые пшеничные волосы, розовые пухлые губы, блестящие зелёные глаза. В них даже можно было разглядеть искорку, даже несмотря на то, что по какой-то причине, как бы парень сейчас не улыбался, было видно что его что-то терзает. Словно каждую секунду его кто-то бьёт под дых, и он снова и снова ожидает подвоха.       Эту тревожность и боль было видно в глазах. Не нужно быть психологом, чтобы это понять, нужно просто быть достаточно внимательным. Нурлан таким и являлся.       Одежда на парнишке висела, заставляя думать, что одна из причин недоанорексии — какие-то личные причины.       — Это, кстати, Антон, — первым подал голос Лёша. — Мой хороший друг, — Нурлан немного ослабил хватку на руле, а его лицо стало менее злым, даже приветливым.       — Привет, Антон. Как ты понимаешь, меня зовут Нурлан, — спокойно и ровно проговорил мужчина.       — Приятно познакомиться, — немного опасаясь, сказал Антон. Нурлан казался раздражительным, но нужно признать, был очень симпатичным. Выглядел как какая-то крупная шишка: статный, плечи — широкие, одет в солидный костюм, под которым явно скрывалось стройное подтянутое тело. А ещё, от него веяло резким, но приятным, притягивающим к себе одеколоном.       — Взаимно.             Возникла неловкая пауза. Антон сминал полы своей худи и перебирал пальцами многочисленные браслеты. Нурлан уверенно вёл машину и был сосредоточен на дороге, стараясь ни на что не отвлекаться. А Лёша же смотрел на Нурлана неотрывно, разве что слюни не пускал. Так и доехали.       — Выходим, — радостно завопил Лёша.       — А, уже? Хорошо, — немного сконфуженно ответил Антон. Они уже собирались выйти, как Нурлан вдруг подал голос:       — Антон, ты можешь идти. А ты, Лёша, останься на минуту.       Лёша немного испуганно посмотрел на Нурлана. Антон, улыбаясь, открыл дверь и на ходу кинул тихое:       — Ну, удачи!       И поспешил вылезти из машины.       Стремительно подходя к парадному входу, парень осторожно постучал в дверь, и буквально через минуту ему открыла женщина пятидесяти лет.       — Ох, здравствуй, Антончик, — она всплеснула руками, а потом засуетилась, отойдя от прохода и приглашая войти. — Какая радость тебя видеть. Ты так давно у нас не был, с полгода уж наверное, — словно вспоминая что-то, женщина закатила глаза. — А раньше почти каждую неделю приходил! — Ой, ну ладно , что это я? Холодно на улице, а ты снаружи стоишь. Проходи, родной, не стой столбом, — она хватается за его запястье с особой нежностью и тянет за порог дома.       — Здравствуйте, Татьяна Александровна, я тоже жутко рад вас видеть, — с любовью и трепетом проговорил Шастун, ярко улыбаясь.       Эта добрая и ласковая женщина — главная горничная. Она всегда была рада видеть Антона и относилась к нему, как к внуку. Раньше, когда он приходил к ним гораздо чаще, она всегда делала ему что-то вкусное, приговаривая при этом «Как Антончик любит».       — Ну, что ж ты стоишь как не родной? Стягивай обувь, снимай курточку, — тепло сказала она. От её голоса Антону стало так уютно, что он погрузился в какую-то мягкую перину и забыл, где он. Очнувшись, парень поспешно снял кроссовки и куртку.       — Какой ты худой, мой мальчик. Ты хоть что-то кушаешь, а? — женщина с тревожностью осматривала Антона, качая головой.       — Конечно ем, что вы.       Она с сомнением ещё раз глянула на Антона, но потом опять улыбнулась.       — Пойдём, мой хороший. Поведу тебя в комнату для персонала. Все будут рады тебе. Потом в гостиную тебя приведут, Серёженька всё равно ещё занят. Кстати, а где Лёшка?       — Он придёт минут через десять. Хотя, нет, наверное через двадцать, — Антон искренне улыбнулся, шутливо играя бровями. Он потом обязательно спросит, чем они с Нурланом занимались.       — Ну что за мальчик, точно юла, никогда на месте не сидит.       Антон подумал про то, что даже если тот не сидит на месте, то явно сидит на чём-то другом. Эти мысли он нашёл очень даже смешными, поэтому не удержался и гоготнул сам себе приятный.       — А вы, Татьяна Александровна, вообще как? Как здоровье?       — Нормально, Тотош, ничего криминального. Слышу, вижу, хожу, по утрам просыпаюсь, а значит в полном порядке, — женщина мягко улыбнулась, а морщинки аккуратно украсили её и без того красивые глаза.       — Точно ничего не болит?       — Я же говорю тебе, родной, всё нормально.       — Но вы же скажите Сергею или Лёше, если вам будет плохо ?       — Скажу, обязательно скажу, — отчеканила женщина, тут же меняя тему. — Вот, заходи, — она приоткрыла дверь в комнату для собрания персонала. Антон неспешно прошёл вглубь комнаты и сразу же увидел знакомые лица.       Первым, кого он заметил, был Илья. Ещё его называли Макаром, из-за говорящей фамилии, но Антон его знал давно. Поэтому, называл просто Ильёй. Парень быстро встал с кресла и подошёл к Антону.       — Тоха, братан, привет, — радостно воскликнул Макаров, грабастая Шастуна в медвежьи объятия. — Так давно не виделись. И снова худой как мертвец, ты хоть что-то ешь?       Антон недовольно закатил глаза, а после и сам принялся рассматривать давнего знакомого.       — А я смотрю, ты тоже сильно похудел. Что так? Ирка больше не кормит? — шутливо поинтересовался Антон, ставя руки в боки.       — Не, Ира всегда накормить рада. Это я сам решил полностью обновиться, — в голосе Ильи была слышна гордость за самого себя. — Скинул двенадцать килограммов.       — Ого, вот это я называю победой.       Тут из-за двери показалась невысокая, широко улыбающаяся девушка. Это и была, собственно, главная героиня небольшого диалога, кухарка Ира. Антон как сейчас помнит, что готовит она отменно, просто богиня на кухне.       Девушка несколько удивлённо рассматривала Антона, но уже через мгновение неслась на всех порах. Подбежав к Антошке, она заключила его в нежные девичьи объятия.       — Тоша, сколько лет, сколько зим. Ты не был у нас уже давно, — девушка активно щебетала, не давая Антону и слово вставить. — А худой какой, мать моя родная! Совсем не ешь, что-ли? Язву получить не боишься? — словно сама с собой говорила Ира, а Антон лишь раздражённо цокнул.       — И тебе привет, красота. Да всё со мной нормально. Жив, здоров, ем тоже усердно. Хватит про это говорить.       — Ладненько, только не бубни-и-и, — с доброй ухмылкой протянула Кузнецова Антон понял, что кого-то не хватает.       — Ир, а Настя где?       — Где-где… В гостиной она, вроде. Сейчас побегу позову её.       Девушка, не дожидаясь ответа, нырнула в дверь с левой стороны.       — Ох, непоседа. Такая же, как Лёша, носится туда-сюда, — с волнением запричитала Татьяна Александровна. Со стороны Ильи послышался усталый вздох.       — Только не нужно тут свои лекции начинать, Александровна.       — Как скажешь, сынок.       Антон смотрел на эту идиллию и радовался. Как бы он хотел иметь такую же крепкую семью, как у Лёши. Да, пусть это был персонал, но это не отменяло тот факт, что все они всегда были семьёй и для Лёши и для Сергея. Ну, и друг для друга, конечно.       Тут дверь распахнулась и выбежала Ира, которая тащила за руку Настю. Она с радостью взглянула на Шаста.       — Антон, привет, давно не виделись . Рада, что ты приехал, — она вальяжно двинулась в его сторону.       Настя никогда не выделялась излишней эмоциональностью, но по глазам всегда можно было прочесть её чувства, они никогда не обманывали. Девушка трепетно погладила Антона по плечу.       — Кстати, Сергей уже вышел в гостиную и ждёт Антона и Лёшу. А, да, кстати, где Лёша?       Антон опять вспомнил, где его друг, и улыбнулся. А как тут не улыбаться?       — Он будет с минуты на минуту, — заверил Настю Антон.       — Так, дамы, я проведу Антоху в гостиную к Сергею, а вы все - по местам, — добродушно начал Илья, но тут же был прерван:       — Ты это чего указания раздаешь? Опух что-ли? Или головой ударился? — Ира гневно взглянула на парня из-за полуопущенных ресниц, дёрнув головой.       Илья тут же заржал.       — Ладно, понял, — Макаров поднял руки в примирительном жесте, а потом развернулся на пятках и побрёл в гостиную. Антон пошёл следом за ним.       Уже через минуту они были на месте. Антон сразу заметил Сергея. Тот тоже в свою очередь обратил внимание на парня.       Илья кивнул мужчине и удалился из гостиной .       — Здравствуйте, Сергей! Очень рад вас видеть.       Сергей улыбнулся.       — А я то как рад! Не стой у дверей, садись, — Щербаков-старший указал рукой на кресло рядом. Антон, не колеблясь, плюхнулся туда. — Где Лёша?       — Он… — повисла неловкая пауза. — Он немного задержался. Скоро будет.       — С Нуриком в машине остался? — посмеиваясь, поинтересовался Сергей.       А Антон чуть не поседел от страха.       — Нет. Он…       Сергей по доброму посмотрел на Антона:       — Можешь не покрывать его, — мужчина лишь коротко пожал плечами. — Я всё знаю и одобряю.       Антон пребывал в шоке. Да, Сергей был безусловно отличным человеком и великолепным отцом.       — Это… Это интересно.       — Он мой сын. Я люблю его любым. Даже если он будет любить собак, я не разочаруюсь в нём. Тем более Нурлан - хороший парень. Твёрдый, целеустремлённый, любит Лёшу. Как по мне, прекрасный вариант .       — Это действительно так. Но вас не волнует что он - водитель? — Антон спросил осторожно.       Сергей на секунду задумался и расхохотался.       — Ты многого не знаешь. Его отец- мой партнёр по бизнесу. В его владениях собственная корпорация, а Нурлан решил зарабатывать сам, пока отец не передал ему управление корпорацией.       — А-а-а, ну я что-то подобное и предполагал.       Тут в комнату зашёл Лёша.       — Привет, папус, — поздоровался парень, махнув рукой.       — Привет, Лёшка, проходи, садись. Или предпочитаешь стоять? — Сергей многозначительно поднял брови.       — Ну пап! — Щербаков завопил, словно мартовский кот. — Откуда ты вообще?.. — Лёха задумчиво и пристально внимательно посмотрел на Антона, а потом и вовсе глаза закатил.       — Не смотри так на него. Он ничего не говорил. Даже отрицать пытался, — сказал Сергей, едва сдерживая смех.       — А-ай, хрен с вами, — на выдохе ответил Лёша.       — Алексей, веди себя прилично хотя бы сейчас, — мужчина смерил сына строгим взглядом.       — Ой, всё. А я, всё ж таки, присяду.       — Неужели Нурлан плохо постарался? — хихикнул глава семьи.       — Нет, он постарался на славу. Просто я крепкий орешек.       — Не сомневаюсь.       Они очень долгое время просто весело общались, а потом пришёл Илья с новостью о том, что стол уже накрыт. Все пошли на ужин. Антон хвалил Ирину стряпню, иногда даже закатывая глаза от удовольствия. Та только смущённо прятала улыбку и довольно отмахивалась.       Спустя несколько долгих, но незаметно пролетевших часов, Сергей вызвал парню такси. Последний поехал домой, не скрывая удовольствия. Он не заметил как оказался дома, в своей кровати, и очень скоро провалился в сон. А в голове металась лишь одна мысль: он чувствовал, что скоро его жизнь разделится на «до» и «после».