Конец гребанного мира

Гарри. Иногда Том кажется тем, в кого я мог бы влюбиться. По-настоящему. А временами, вообще, блять, незнакомым человеком. Особенно, когда лежал без движения и пялился в потолок, пока я спал. Ах, да, а после попытался сдвинуть мою руку. Хорошее настроение исчезло, едва я только проснулся. У нас не было машины, мы совершенно одни в чужом для нас мире: конечно, я заметил, что Том точно так же, как и я избегает некоторых незнакомых ему вещей. И ещё мы совершенно точно не знали, что делать дальше. По крайней мере маггловские деньги на еду и на оплату койки на ночь были. Можно отправиться на поезде к моему отцу. В кармане его старой куртки, которую я надел поверх рубашки, были собраны каждая до единой открытки. Одна из них содержала адрес Джеймса Поттера. А если он не хочет меня видеть? — Гарри… Он наверняка меня даже не узнает. И это отпугивало меня. Разочарование. Если он почувствует именно это, когда я внезапно заявлюсь к нему домой, а у него будет своя жизнь и своя идеальная семья? — Эй, Гарри. Это ещё больше заставило меня нервничать и соответственно страдал от этого Риддл. — Поттер, мать твою! — Да что ты привязался ко мне? Нам сейчас нужно решить, куда двигать дальше. Вот у тебя есть идеи? Мир суров, мать вашу. А я просто стараюсь об этом забыть. Занимать себя, отвлекать от этого. Я думал, Том тоже так поступает. — Там автобусная станция. Можем купить билет на юг. Или сесть на поезд. Я скривился, понимая, что Том Риддл по сути прав. Нам нужно экономить и выбирать транспорт, который не имеет свойств взрываться с нами внутри. Но ютиться с посторонними потными людьми в одном транспорте было просто невыносимо. Том. В сравнении с убийством, другие преступления — мелочь. — Как ты этому научился? Поттер нетерпеливо приплясывал около старенького автомобиля, пока я пытался соединить провода. — Практиковался. Я много чего умею. — Например? Разделывать туши животных. Пугать до усрачки детей. Теоретически мог создать крестраж, чтобы жить вечно. Разговаривать со змеями. — Строить запруды. Чучела делать. Йогурты тоже. — Ты бы понравился моему папе. Я не знал, что из себя представляет Джеймс Поттер, но судя по тому, что уже узнал, он очень походил на моего папашку, а значит был потенциальным мудаком. И пока Гарри считал, что я отвезу его к нему, я буду притворяться, что так и будет. Машина была совсем старенькая. Радио не работало, а на диске была всего одна песня. Поначалу нас это развлекало, пока к середине ночи не вывело из себя. Гарри вытащил диск и выкинул его в окно. Далеко за полночь он уснул, свернувшись клубочком на сиденье. Во сне Поттер выглядел менее озлобленным. И более уязвимым. Доступным. И когда молчал, и не раздражал меня, мысли об убийстве отступали, но я знал, что всё равно доберусь до него. Как только убедюсь, что его не ищут ни маггловские власти, ни авроры. К утру на панели загорелся значок уровня топлива. Мы с Гарри заехали на автозаправку. План был прост. Он выходит, вставляет шланг, заливает совсем чуть-чуть, оплачивает оставшимися фунтами, и мы уезжаем, не вызывая подозрений. Но как всегда всё пошло по пизде только потому что Гарри вздумал чмокнуть меня в губы, а это увидела старуха владелица заправочной станции и вышла сама проконтролировать процесс заправки. Естественно, Гарри не знал, как правильно заправлять автомобиль. Я тоже слышал только приблизительно об этом. Мы встали у колонки с противоположного края, протянули шланг через всю машину, вызвали ещё больше подозрений. И я совершенно точно уверен, что старуха заметила торчащие провода под приборной панелью. Она увела Гарри оплачивать бензин вовнутрь. Когда на Поттера давят, он становится неуправляемым. И я уже знал, чем всё закончится. Мы ударили старуху, заперли её в кладовой, ограбили прилавок, прихватив с собой еды и обманули её доверчивого племянника, который помогал ей за кассой. Едва мы отъехали от заправки, как нервное напряжение покинуло обоих, и мы расхохотались. Ты можешь убить его, думал я, когда целовал Гарри, отчего тот тихо стонал. Когда покрывал изгиб его шеи неосторожными, на грани укусов поцелуями и чувствовал теплоту кожи, его бешеный пульс. Это было бы так просто. Представить шок и растерянность на лице Гарри, когда я сожму пальцы на его горле и навсегда перекрою доступ кислорода. Он никогда этого не предвидит. Удовлетворенные лёгкими ласками после безумного дня, мы легли, и на этот раз я не отстранился от Поттера. Мы лежали в обнимку и я слышал, как постепенно выравнивается его дыхание. Доверчивый. Глупый. Даже когда Гарри заснул, я продолжал смотреть в темноту. Время шло медленно, наполненное ленивыми размышлениями. Суматоха в моей голове наконец успокоилась, мысли больше не метались, а спокойно заняли свои места. Я мог погубить Гарри, и это было бы так просто. В конце концов, он это заслужил. Эта мысль принесла удовлетворение. Но будет ли этого достаточно? А когда на следующее утро мы включили телевизор и увидели наши нечёткие фотографии и список преступлений: угон, ограбление, нападение — каким-то образом магглы смогли тайно сделать наши снимки, стало ясно, что на некоторое время нам стоило затаиться. Снова. Это начинало раздражать. Денег после ночи в мотеле больше не осталось. И я был вынужден в очередной раз скорректировать свой план. Мы ехали по тому адресу, что был указан в последней открытке Поттера. Гарри. Кажется, я потихоньку начинаю чувствовать. Себя собой. Иногда я думаю, что я больше я с Томом, чем один. И если бы я имел возможность наколдовать патронус да так, чтобы меня не отследили, то всё, что я бы послал уместилось в одно предложение. «Я больше не вернусь домой, мама. И передай Тони, чтобы шёл нахуй». Даже от этой мысли становилось легче. На следующее утро, с перерывом на сон ночью, мы свернули с обычной дороги на какую-то едва заметную сквозь поле под надписью: «Частная территория. Проезд воспрещён». Ни Том, ни я понятия не имели правильно ли мы свернули, но, проезжая часом ранее маленький городок, Том остановился и спросил у проходившей мимо женщины путь. Просто: а вдруг?! И это сработало. По крайней мере «налево и ещё раз налево» теоретически было одно в этой степи. К одиноко стоящему домику мы добрались, когда солнце совсем село. По пути снова пришлось оставить машину, потому что из-под капота начал валить густой дым и ни я ни Том понятия не имели, что с этим делать. Маггловский транспорт был таким ненадёжным. Я должен был быть уверенным, хотя внутри всё сжималось от страха и тревоги. Коттедж был самым обыкновенным одноэтажным. Нигде не было опознавательных знаков и адреса. Мы вообще не знали, правильно ли нам указали путь. — Мне очень страшно. И вместо того, чтобы злиться, Том просто подошёл и постучал в дверь. А после взял мою руку в свою. Дверь открылась и на порог вышел коренастый мужчина под сорок с тёмными волосами и круглыми очками на носу. Да, это точно был Джеймс Поттер. Никаких сомнений. — Привет, пап. — Мерлин, Гарри?! Такой большой. Он сделал несколько шагов и притянул меня в свои объятия. По крайней мере пахнет он точно также.