One, two, three

      Шелдон Айсли ощутил небольшую нервозность, когда увидел трибута из Дистрикта 3, на которого выпал жребий.       Как глава Организаторов, он за годы повидал различных людей: злобных, невероятно жестоких, кровожадных. Ему встречались такие фрики, как Мэйсон Вёрджер из Дистрикта 1. Он видел хладнокровных участниц, как Беделия дю Морье из Дистрикта 3, но ее напарник… Ганнибал Лектер. Шелдон не мог точно сказать причину своего мрачного предчувствия…Он бы и рад отрицать это, но мужчина не готов был приписать себя к лжецам.       Ганнибал Лектер тревожил его. От него веяло опасностью, начиная от прищуренного взгляда и заканчивая его позой, которая была не присуща человеку. Она была опасной словно у хищника – Шелдон вздрогнул, прежде чем оглядел комнату, чтобы убедиться в отсутсвии других людей.       Жатва закончилась, и он смог спокойно выдохнуть. Остальные участники уже соответствовали стандартным категориям: жалкие создания вроде Фройдево и Чилтона, неконтролируемо жестокие Долархайд, Тир и Бойлы, амебы вроде Хоббс, Филлис и Мэдчен и хорошенькие участники худышка Блум и Грэм с большими глазами. Другие даже не заслуживали к себе внимания, поэтому Шелдон расслабился и хрустнул пальцами – ему нужно взять небольшую передышку. Беспокойство немного отступило, но не исчезло. Совсем.

***

      Когда Шелдону донесли о нападении Грэма на Вёрджера, он должен был признать, что удивлен. По его мнению, мальчишка был не из тех, кто первым прольет кровь, но опять же, наверняка он просто защищал свою слепую подружку. Юношеская любовь, все дела. Скукота. Начались тренировки, замешательство усиливалось.       Лектер был действительно опасен – Шелдону хватило посмотреть на него, чтобы осознать это. Тренировки Лектера не были какими-то выдающимися – он кидал парочку топоров, ножи, действовал на нервы другим трибутам, наблюдая за ними своей позабавленной ухмылкой…но было в нем что-то еще. То, что почти заставило Айсли застыть от ужаса. Он однажды наблюдал за движениями Лектера, которые он производил со сверхъестественной скоростью – отчего кровь стыла в жилах. Он видел, как тот смотрел прямо в камеры, будто зная о местонахождении каждой. Люди не могут быть такими. Особенно в его возрасте.       А затем Лектер привязался к Грэму, и Шелдон потерял нить логики. Это был самый сумасшедший союз, который ему довелось видеть за всю историю Игр. Что вообще могло привлечь Лектера в Грэме? Мальчишка был идиотом. Размазней. Он только и делал, что рыбачил день напролет, даже не пытаясь изучить что-то новое. И все же Лектер не мог оторвать от него глаз. Он следил за ним, постоянно стоял рядом и даже пытался однажды половить с ним рыбу. Неужели это действительно наилучший для него союзник? Или он просто развлекался?       Шелдон все же надеялся на второй вариант. Он был практичным человеком и любил, когда все по делу. Когда все понятно.       Шелдон впервые за всю свою жизнь Организатора испытал настоящий страх, когда Лектер убил данных ему Сломленных настолько изощренным и безжалостным способом.       Безусловно слухи были реальны. Конечно же ему еще нужно было оказаться вдобавок ко всему канибалом, будто до этого он не так сильно наводил страх.       Президент был без ума от каннибалов. Они были довольно уникальны и могли сделать просто настоящее шоу на арене. Шелдон и прежде так думал, но с появлением Лектера…что-то заставило его думать иначе. Мрачное предчувствие нашептывало ему, насколько опасен Ганнибал. Возможно, даже слишком опасен.       После смерти Питера не оставалось никаких сомнений. Его страх сгущался, сдавливая легкие, перекрывая поток кислорода каждый раз после выходок Лектера.       Он убил его. Он убил одного из них.       И после всего этого остался безнаказанным. Все улики против Лектера исчезли, но Шелдон и его коллеги точно знали, что это его рук дело. Президент Браун тоже был в курсе. Но, в отличие от Шелдона, он был в восторге.       — Он сделал это из-за того милого мальчишки? — спросил Браун с восхищением. — И замел следы. Педантичный.       Милый мальчишка. Тот парень с характером. Шелдон однажды наткнулся на Грэма в коридоре, где были только они вдвоем. Взглянув на него, мужчина увидел плескающуюся на дне глаз участника тьму.       Тьма. И ярость.       На него. И Игры.       Но эта была не та ярость, за которой он привык наблюдать – нет. Это была тихая ярость, скрывающая в себе жестокость. Возможно, Лектер был и не таким дураком, раз выбрал его.       — Его необходимо исключить из Игр, — сказал он громко с надеждой, что Браун к нему прислушается. — Мы не можем допускать таких случаев. Если трибуты думают, что они могут делать все, что им заблагорассудится до того, как они попадут на арену, если они считают, что могут просто начать убивать нас…       — Питеру нужно было быть более осмотрительным, — равнодушно ответил Мэттью.       — Вы же видели, что он сотворил с ним, — Шелдону совсем непросто было поднять взгляд, он понял, как дрожит его голос. — Он пытал его. Изувечил. Он вырвал его глаза и язык…да черт бы побрал что он еще натворил. Это вызов, он бросил нам вызов!       — Неа, — протянул Браун, - он просто защищает то, что считает своим. Уилла Грэма. Очень интересный мальчишка, не думаешь? У него есть потенциал.       Бесполезно было спорить, поэтому Шелдон замолчал. И в следующий раз, когда он увидел Лектера, в его голове промелькнула мысль: «Удачи на арене, парень. Я позабочусь, чтобы ты сдох первым».       Но у него не вышло. Ганнибал успешно пережил первую схватку и сейчас, когда Президент Браун назначил себе нового помощника, он не мог устроить ему ловушку.       Он наблюдал за тем, как Грэм и Лектер объединились. Он смотрел, как они убивали – или лучше сказать, как Грэм мялся вокруг убийства, в то время как Ганнибал безжалостно отбирал чужие жизни без капли сомнения. Он видел их поцелуй.       Большинство зрителей было просто в восторге. А вот Шелдон был встревожен. Это все хорошо не закончится. Он знал это.       Он видел, как Лектер умело манипулировал слепой девчонкой, чтобы та решила себя убить. Шелдон обрадовался этому с надеждой на то, что Уилл не вытерпит подобной выходки и их союз распадется, принудив Лектера убить мальчишку, а затем зрители и Браун потеряют интерес к прерванному кровавому роману. И тогда Шелдон начнет действовать.       Но все пошло совсем не по плану – Лектер схватил Грэма за шею будто в попытке задушить, когда он начал свою тираду и попытался уйти прочь. В этот момент Айсли прильнул к экрану так близко, чтобы разглядеть все в деталях. Его сердце выпрыгивало из груди от восторга.              Но Ганнибал ослабил хватку слишком быстро, достаточно для того, чтобы лишить Уилла сознания, но и не так сильно, чтобы его убить. Замерев, мужчина наблюдал за Лектером, убаюкивающего в своих руках мальчишку, ткнувшись носом в чужое лицо, словно зверь, и тихо нашептывая его имя снова и снова, будто это был самый прекрасный звук в его жизни.       Чудовище влюбилось. Он влюбился. На долю секунды Шелдон почти поверил в то, что Лектеру что-то известно. То, о чем они не имели понятия – как выиграть Игры и оставить Грэма в живых, как выбраться с арены.       Конечно же, это было невозможно. Вероятно, это было просто волнение. Как только Игры закончатся, Шелдон возьмет себе добротный, длинный отпуск и проведет время подальше отсюда.       Была призрачная надежда, что Грэм откажется от союза с Лектером, особенно после его попытки задушить, но Шелдон не позволил себе купиться на это еще раз. Молодец. Уилл сделал слишком громкое заявление, но как только почувствовал, что Лектер в опасности – бросился назад. В этот раз не было глупого танца – он намерен был убивать.       Глядя с отвращением, как эти два заляпанных кровью психопата кинулись друг к другу, Шелдон решил, что с него хватит. Если у него не было шанса избавиться от них сейчас, он должен попробовать перевести внимание зрителей на другую перспективную пару – Кроуфорд и Филлис.       Это сработает на какое-то время. Должно. Рейтинги Филлис и Кроуфорда росли и у Айсли был лучик надежды, даже несмотря на то, что топ до сих пор удерживали Лектер и Грэм. С должным спонсированием Кроуфорд мог стать достойным противником Лектеру и с Дю Морье, жаждущей крови Грэма, Шелдон был уверен, что два каннибала не протянут до финала.       Приятным сюрпризом для Шелдона стало намерение Лектера убить Грэма – его настроение тут же улучшилось. Это был неожиданный сюрприз. Все его страхи мгновенно исчезли, сменившись утешающим осознанием того, что он недооценил Лектера.       Лектер был ребенком. Чертовски пугающим, жутким, но все еще ребенком. И конечно же он не знал, как поступить ему с играми. Ну как, знал, но у него не было ни запасного плана, ни какой-то особой проницательности. Он мог быть без ума от Грэма, но он также жаждал победы, и он знал, что для этого ему придется убить остальных участников.       Шелдон чувствовал себя так глупо, вспоминая прошлые опасения и мысли. Лектер самый могущественный и умный? Бросьте. Он такой же, как и остальные участники.       Но дни шли, а Грэм все еще оставался в живых. Каждую ночь Лектер подкрадывался к нему с четким намерение убить его – и каждый раз не осмеливался сделать это. Его потерянный, непонимающий взгляд выглядел забавно, но Шелдону сейчас было не до смеха.       Сам того не ведая, Лектер своими действиями делал все, чтобы он с Грэмом оставались любимчиками зрителей. Он был прекрасен в метаниях перед необходимостью сделать выбор, неосознанно завладевая людскими сердцами. Шелдона даже не шокировал тот факт, что Грэм узнал о намерениях Лектера и промолчал. Эти двое были просто сумасшедшими, и Шелдон давно сдался в попытке понять их обоих.       Айсли чуть не стошнило, когда он увидел убийство Чилтона. Сложилось впечатление, что эти двое работают вместе годами – Уилл вешал лапшу на уши своей жертве, пока Лектер разрывал его на части так быстро и безупречно, что Чилтон, вероятно, даже не осознал произошедшего.       Такие разные и такие похожие одновременно. Оба до жути пугающие. Они должны умереть как можно скорее. Пришло время действовать по-другому. Той ночью Шелдон раскрыл участникам местонахождение друг друга. Филлис была на грани смерти и Кроуфорд готов был пойти на все, чтобы спасти ее – подарком было то, что Лектер в этой ситуации был незаменим. Сейчас, зная их локацию, он мог быстро найти его и, возможно, на этом у Шелдона наконец-то упадет гора с плеч.       Той же ночью Шелдон остался на работе, хоть и пришла его очередь уйти домой. Вместо этого он направился в Центр Поддержки трибутов и отправил Кроуфорду довольно большую сумму денег, указав, что желает остаться анонимным отправителем. До этого он никогда не выступал в поддержку какого-либо из трибутов. Формально, это противоречило правилам, поэтому Шелдон надеялся лишь на то, что президенту Брауну не доведется узнать об этом, ну уж наставник Кроуфорда поймет, как действовать дальше.       Он понял, отправив Кроуфорду транквилизатор – Шелдон не мог стереть с лица глупую ухмылку. Это был конец для Лектера и Грэма.       На следующий день Грэм решил поймать рыбу голыми руками в небольшом озере, а Лектер смотрел на него словно влюбленный идиот – так их наставники объединились и решили послать им фильтр для воды.       У Шелдона было довольно противоречивое чувство – был ли это самый дурацкий или полезный дар из когда-либо сделанных. Должно быть, он стоил целое состояние, но какой от него толк? На арене были реки и озера полные воды.       Неужели эти жалкие наставники знали что-то, о чем Шелдон и не догадывался? Он стал уже параноиком. Идиотом.       Он никогда так сильно не желал конца Игр. Айсли каждый раз чуть ли не тошнило от одного вида Лектера, хлопочущим вокруг мальчишки. Этот человек безжалостно убивал, обрывал чужие жизни ни моргнув глазом с неестественным холодом во взгляде, но каждый раз, когда Грэм нырял, он разглядывал поверхность воды с таким напряжением и беспокойством, будто его сокровище останется там навсегда. Он вздохнул с явным облегчением, когда тот вынырнул – ему потребовалось всего мгновение, чтобы поймать юношу и укутать его в теплую одежду, когда Грэм начал дрожать от холода.       Как такой монстр был способен на подобную нежность? Его приступы привязанности были еще более отвратительными, чем убийства. В тот момент Шелдон хотел лишь забыть обо всем на свете и поспать несколько дней, но он заставил себя остаться в тот день – и был награжден за принятое решение. Произошло несколько очень важных событий. Кроуфорд почти добрался до Лектера и Грэма. Лектер уснул. Мальчишка оставил его. Оставил и отправился на поиски Тира – или точнее – смерти.       Как благородно. Случись это при других обстоятельствах, Шелдон просто бы посмеялся, но сейчас он был настолько взбудоражен в ожидании того, что скоро все закончится. У Грэма почти не было шансов против Тира, особенно когда он решил пожертвовать собой и позволить Лектеру получить победу. Он собирался покончить с собой, после такого Лектер явно будет встревожен, что будет идеальным шансом для Кроуфорда, чтобы расправиться с ним. Возможно, сегодня наконец-то… Грэм был неплох – лучше, чем Айсли мог представить. Сейчас, с намерением погибнуть, ему уже нечего было терять, и он дрался с таким остервенением, что даже Шелдон не мог не оценить этого, хотя и не видел в этом смысла. В глазах Грэма плескался и сверкал восторг – это были глаза охотника, не жертвы. Он крался словно зверь, наблюдал за Тиром со жгучим предвкушением, а затем набросился на него, смеясь словно сумасшедший. — Да просто уже сдохни, блять, — зарычал Шелдон, чувствуя, как волосы встают дыбом в приступе первобытного страха. Он заметил на себе взгляды коллег, но не посмел отвести взгляд от экрана.       Вишенкой на торте стал Лектер. К тому времени, как Шелдон решил проверить его на экранах, он уже сокращал дистанцию с нечеловеческой скоростью, его лицо было бледным и опьяняюще для Айсли испуганным. Он впитывал его страх, упиваясь этим моментом, и он мог поклясться, что его тело пронзила дрожь от удовольствия, когда Лектер начал выкрикивать имя мальчишки. Лектер в отчаянии. Грэм, в шаге от смерти, пропустил удар, отвлекшись на крик – острые когти прошлись прямо по его лицу. Он закричал – и Лектер откликнулся ему эхом, вероятно, осознавая то же, что и Айсли.       Было слишком поздно. Не было никаких шансов, что он успеет помочь ему. В любой момент Грэм мог умереть – и самый могущественный союз на арене будет разрушен.       Шелдон облизнулся в предвкушении, прильнув ближе к мониторам, но увиденное заставило его замереть. Кажется, что близость Лектера вселила в мальчишку желание жить. Он стремительно бросился на Тира, не обращая внимания на рану, а спустя пару секунд послышался выстрел.       По крику Лектера было понятно, что он был несомненно уверен в том, что погиб Грэм, и этого было достаточно, чтобы смягчить растущую внутри Айсли ярость. Создалось ощущение, что вселенная сама решила помочь этим двоим. Другого объяснения просто не было. В играх не могло остаться два победителя, но его все еще одолевала мысль, что Грэм и Лектер что-то знают. Они как-то собирались все испортить и выставить дураками всю аудиторию – и осознание своей беспомощности в этой ситуации сводило Шелдона с ума.       Стиснув зубы в приступе немой ярости, он снова наблюдал, как эта парочка объединилась в очередной раз, обмениваясь друг с другом ласковым перешёптыванием и мерзкой привязанностью. Он с отвращением отвернулся и продолжил наблюдать только когда Кроуфорд воспользовался поднявшимся шумом, чтобы наконец выследить Грэма и Лектера. Шелдон почувствовал внезапную надежду, когда Лектер пошел собирать их вещи, оставив Грэма в одиночестве без присмотра, который прикрыл глаза, утонув в фантазиях о тех отвратительных вещах, которыми он и его каннибал занимались каждый день. В этот момент Кроуфорд решил пойти в наступление.       Шелдон не отрицал – его действительно интересовал план Кроуфорда. Его надежда на то, что Лектер сможет помочь бедной девчонке была до абсурда глупа, но конечная цель была не настолько важна, как методы, которыми он хотел ее добиться. Если туда входило убийство Грэма, то Шелдон был только за.       Он заинтригованно смотрел, как Кроуфорд скинул обмякшее тело Грэма на землю, а затем остановился рядом, внимательно осматривая лес. Он ждал, как и Шелдон вместе с ним, едва сдерживая свою руку, чтобы не начать барабанить пальцами по столу.       Одна минута. Две. Три.       Один. Два. Три.       Резкий вздох разорвал тишину, тут же обратив на себя внимание Кроуфорда и Шелдона.       Лектер вернулся и прямо сейчас недоверчиво смотрел на тело мальчишки с широко раскрытыми глазами, как будто не в силах был поверить своим глазам. Какого черта он пришел так быстро? В последний раз, когда его проверял Шелдон, он был в пяти минутах пути отсюда. Лектер с рычанием кинулся на Кроуфорда, но тот успел выстрелить в него транквилизатором, прежде чем Ганнибал смог добраться до него.       Безмолвная, безнадежная ярость в глазах юноши была тем еще зрелищем – Шелдон даже не отказал себе в хищной ухмылке, потирая руки от радости. Наконец-то. Наконец-то произошло то, чего этот ублюдок никак не мог ожидать. Наконец-то он станет одним из тех, кто проиграет в этой битве. — Эй, принеси мне выпить, — потребовал Шелдон, не отрывая глаз с экрана. — Что-то легкое. С клубникой.       Один из немых слуг поспешил выполнить приказ, и Шелдон смог откинуться на спинку кресла.       Сейчас ему действительно стало интересно наблюдать за играми. Наконец-то.

***

      Чертов Грэм. Сейчас это была единственная мысль, засевшая в голове Шелдона. Этот ничтожный, высокомерный, развратный маленький сопляк. Он отказался умирать. Он отказался сдаваться. Даже со связанными вокруг дерева руками он упорно продолжал дергать веревку даже несмотря на разодранные в кровь пальцы – он все равно боролся, всегда боролся. Такой же, блять, как и Лектер.       Пытаясь сохранить невозмутимый вид, Шелдон наблюдал за тем, как Грэм наконец-то высвободился и тут же направился к поляне, на которой его поджидали Кроуфорд и Лектер. Вернее, ждал Кроуфорд, а Лектер до сих пор был в отключке. Хоть раньше Шелдон отдал бы все, лишь бы тот оставался в таком состоянии, сейчас он готов был влепить ему пощечину и приказать ему наконец-то проснуться.       Грэм приближался все ближе, и Айсли был уверен, что мальчишка не повторит ошибку своего союзника. Юноша был тихим и скрытным, когда ему это было необходимо, и если сейчас тому удастся застать Кроуфорда врасплох, то все его усилия просто будут обесценены. — Шелдон! Президент Браун хочет тебя видеть. Чертыхнувшись, мужчина обернулся и оглядел своего нового помощника, которому всучил наполовину опустевший бокал с напитком. — Браун? — растерянно повторил он. Трудно было переключить свои мысли с арены, с той накаляющейся обстановки на что-то другое. — Сейчас? — Да, не волнуйтесь, я прослежу за вашими любимчиками, — Солиато улыбнулся ему своей неряшливо высокомерной улыбкой, от которой у Шелдона уже подступало к горлу. Пыхтя от возмущения, он вскочил с места и вылетел из комнаты, ощущая, как горит его лицо.       Несмотря на все проделанные усилия, кажется, все знали о его сильном презрении к Лектеру и Грэму. Все считали его слабаком и хихикали за его спиной – Солиато же имел наглость продемонстрировать это ему прямо в лицо. Идиоты. Все. Как еще Шелдон мог объяснить это темное, отвратительное ощущение, которое каждый раз отзывалось в нем при взгляде на Лектера и Грэма? Как он мог описать возникающее внутри него предчувствие, довольно неутешительную уверенность в том, что скоро что-то изменится – изменится кардинально. Все они могли смеяться над ним, но Шелдон в отличие от них, работает здесь еще со времен, когда те женщины и мужчины только появились на свет. Они учились говорить, пока он придумывал все более изощренные методы убийства трибутов. Если он чувствовал подвох, значит так оно и было, и настоящей катастрофой было то, что никто больше не мог этого заметить.       И Браун…что ему сейчас понадобилось от него? Ему стоило прислушаться к Шелдону и исключить Лектера, когда еще была такая возможность после убийства Питера. Ярость все еще клокотала в нем, когда он вспоминал как легко и безрассудно президент проигнорировал его, обесценив все опасения, как нечто не заслуживающее и капли внимания.       Когда он зашел внутрь, Браун сидел в массивном кресле и кивал головой в ответ тому, что не мог уловить слух Шелдона.       — Вы хотели поговорить со мной? — вежливо спросил мужчина под пристальным взглядом президента.       — Шелдон, — протянул он, — да, проходи. Присаживайся, бери что-нибудь выпить – побудь моим гостем.       Шелдон присел на небольшой стул в ожидании, пока заговорит президент, но минуты шли, тишина нависла над ними, а терпение начинало заканчиваться.       — Что-то срочное, сэр? — пробормотал он, — при всем уважении, мне необходимо вернуться к экранам. У нас скоро наступит момент развязки…       — Ах, да, я знаю, — заверил его Браун. — Я видел. И я знаю, что это ты пожертвовал деньги Джеку Кроуфофрду. Серьезно, Шелдон? Ты за него болеешь, что ли?       Да пропади оно все пропадом. Президент все знает.       — Боюсь, что в этом году у нас не так много адекватных участников, — осторожно произнес Шелдон. — И поскольку победителю будет необходимо довольно много общаться с публикой после победы, я посчитал, что более благоразумно будет…       — Думаешь, Лектер не сможет найти контакт с публикой? Серьезно?       — Он сумасшедший, — прошипел Шелдон. Тревога окутала его и ядом начала просачиваться сквозь грудную клетку – он начал дышать глубже, чтобы немного успокоиться. — Он может показаться очаровательным, но он псих. — настаивал Шелдон. — У него нет никакого уважения к законам. К нам. Лектер не может стать победителем.       — Ганнибал сможет, даже несмотря на твои бесполезные попытки помешать ему, — холодно отметил Браун. — Однако сам я не хочу видеть его победителем. Я хочу, чтобы им стал Грэм.       — Грэм! — Шелдон чуть не подавился и раскраснелся, когда Браун ухмыльнулся.       — Да, Грэм, — медленно повторил он. — Мне приглянулся этот мальчишка. Лектер тоже довольно интересный человек, но я уже встречал таких, как он. А вот Грэм, напротив, уникальный человек. Мне любопытно что из него получится после победы.       — Грэм согласен жить пока Лектер рядом с ним, — усмехнулся Айсли. — Ему не хватает сил. Вы, должно быть, видели – он хотел умереть лишь бы угодить Лектеру. Если останутся только эти двое, Грэм позволит либо Лектеру убить себя, либо наложит на себя руки. Он не жаждет победы.       — Что ж, значит мы должны сделать так, чтобы у него были все шансы на победу, — губы Брауна растянулись в широкой улыбке, но его глаза были такими холодными, мертвыми, что Шелдон не смог сдержать дрожь. — Ты понимаешь, о чем я, Шелдон? Больше никакой помощи Кроуфорду. Больше не вмешиваться в Игры.       — Вы хотите, чтобы Игры развивались своим чередом? — Недоверчиво уточнил Шелдон, на что Браун нахмурился.       — Конечно же нет, — ответил он, — Но все, что ты будешь делать, должно быть в преимуществе для Грэма. Пожалуйста, имей это в виду, потому что я буду наблюдать.       Больной. Их президент был просто больным. Теперь уже официально.       Дрожа от ярости, Шелдон ушел и направился обратно к своему рабочему месту, все еще слыша не озвученную вслух угрозу, отдающуюся эхом в его голове.       Браун желал победы Грэма. Честно, было бы проще сделать победителем Лектера. Как можно помочь человеку, который согласен жить только при определённых обстоятельствах?

***

      Шелдон был на прицеле. По приказу Брауна сейчас он не мог самовольничать, и он мог только наблюдать.       Идиот Грэм выдал себя и попался – снова. В этот раз его нашла Беделия Дю Морье, сейчас его шансы на выживание, в лучшем случае, были не слишком высокими.       Шелдон молча наблюдал, как самые сильные участники Игр собрались вместе. Грэм был в заложниках у Дю Морье, Лектер сверлил в ней дыру своим убийственным взглядом, а Джек замер как идиот, потерянный и сбитый с толку.       Шелдону необходимо было вмешаться, чтобы исполнить приказ Брауна – немедленно. Он мог поджечь дерево и швырнуть его в Беделию, с надеждой, что Грэм погибнет вместе с ней и все это будет выглядеть как несчастный случай. Он мог убить Дю Морье многими способами, но он колебался, оттягивал момент, желая наблюдать за тем, как все будет развиваться своим ходом.       В следующее мгновение Дю Морье сломала мальчишке руку – Шелдон понял, что пришел ее конец. На секунду Лектер замер, боясь пошевелиться, и в этот же момент Грэм пострадал еще больше, но если девушка не прекратит, то он забудет все и бросится на нее - это будет ее смертный приговор. Дю Морье была сильна, но Лектер был еще сильнее.       Как Шелдон и предполагал, дю Морье по своей глупости решила сломать руку Грэма еще раз. Но к его удивлению, Грэм среагировал первым – он отчаянно пинал ее сквозь крики боли, а когда она споткнулась, удивленная как и Шелдон, Лектер пошел в атаку.       У Айсли не было никакого желания наблюдать за этим шоу фриков. Вместо этого он устало потер глаза, прекрасно зная, кто в этой схватке будет победителем. Лектер убивал Дю Морье со всей своей жестокостью, пока Грэм заливал сладкие, отравляющие речи Кроуфорду. Не это ли так сильно привлекло Брауна? Мальчишка умело владел речью, этого не отнять, но только идиот мог купиться на такое. Шелдон никогда не думал, что Президент может быть одним из них.       — Они, кажется, выигрывают, так? — с невольным восхищением прошептал Солиато и Шелдон не смог сдержать рычание, когда посмотрел на него.       — Идиот, в Играх не может быть два победителя! — выплюнул он. — Так что, делай ставки, один из них скоро умрет.       Солиато уставился на него, ошеломленный гневным порывом, и Шелдон покачал головой, чувствуя себя настолько безнадежно, что впервые за всю жизнь ему захотелось расплакаться. Все рушилось на его глазах. Все. И Шелдон не знал, к кому обратиться. Остался ли хотя бы один вменяемый человек в его окружении?       Оставшиеся трибуты пали жертвами союза Лектера и Грэма – сейчас Шелдон наблюдал, как эти двое устроились в объятиях друг друга, такие уставшие и подавленные.       Технически, сейчас начиналось все самое интересное. Несмотря на свое безумие, Браун не собирался менять правила и позволить выжить двум трибутам, поэтому один из них должен был погибнуть. Но Шелдону все равно это не очень нравилось. Он не знал как, почему, когда – но что-то точно случится. Он был точно в этом уверен.       Чувствуя себя отстраненным, Шелдон медленно осушил озера с питьевой водой, подводя Игры к финалу, как это от него и требовалось. Слабый укол любопытства кольнул его, когда он услышал о настойчивом желании Лектера добраться до конца арены, но он также не был бы против избавиться от Ганнибала, если бы Браун дал согласие.       Чтобы осведомиться о будущих действиях, Шелдон набрал Брауна для дальнейших указаний и услышал то, что и так ожидал. Он не должен был трогать ни Лектера, ни Грэма. Он должен был выждать момента, пока между ними вспыхнет драка и убить Лектера, пока тот не успел навредить мальчишке.       — Может проведем остаток дня вместе?— спросил Грэм обманчиво мягким и хрупким голосом. — Только сегодня. А завтра…мы покончим с этим.       — Да, так и сделаем, — отозвался Лектер, изучая юношу пристальным взглядом.       Шелдон напрягся, чувствуя, будто он упустил большую часть их разговора. Что-то было не так. Что-то, что беспокоило его с самого начала. Он не мог стоять на месте, поэтому наматывал круги по комнате, изредка бросая взгляд на экран в ожидании утра.       Он отпустил Солиато и всех остальных с ночной смены, чтобы никто не отвлекал его насмешливыми взглядами и вздохами.       И все же Шелдон не мог расслабиться. Он продолжал ходить по комнате, стараясь дышать размеренно, считая каждый свой вздох, чтобы оставаться сосредоточенным в попытке дать отпор своей бессмысленной и иррациональной панике.       Вздох один. Два. Три.       Он настолько погрузился в себя, что чуть не пропустил момент, когда Лектер и Грэм начали двигаться. Было около двух ночи…они решили сменить локацию? В смятении Шелдон остановился и попытался предположить их дальнейшие действия. Когда двое подошли к обрыву, он замер, резко открыв глаза от внезапного осознания, пришедшего к нему с запозданием.       Обрыв! Океан! Конец арены!       Но они ведь не собираются…так ведь? Никто не сможет пережить падения с такой высоты. А Лектер…Лектер не умеет плавать! Конечно же они не будут…       Шелдон вырвался из транса и кинулся к компьютеру, нажимая по кнопкам, чтобы деактивировать те части арены, где расположены самые густые и непроходимые леса. Лектер и Грэм стояли на месте. Три секунды – ему надо было всего лишь три секунды, чтобы активировать барьер и преградить им путь к обрыву, сделать его недоступным для них или же похоронить их заживо под этой махиной.       Что угодно, что угодно, чтобы помешать им спрыгнуть, потому что тогда…тогда..       Одна секунда. Две. Тр…       Они спрыгнули. В одну секунду они все еще стояли, а в следующую – исчезли там, где камеры никогда не смогут показать, что случилось дальше.       Следующие секунды Шелдон провел в тишине. Он стеклянным взглядом уставился в экраны, как будто надеялся увидеть что-то еще. Он смотрел, смотрел и смотрел…а затем медленно встал и включил сирену. Каждый ее рев будто отсчитывал мгновения до конца его жизни.

***

      У него был небольшой разговор с Брауном, продлившийся менее пяти минут.       — Ты позволил Солиато уйти на ночь, — спокойно сказал Браун. – Зачем? Зная, что будет финал.       — Я думал, что справлюсь, — вежливо ответил Шелдон. Часть его готова была накричать – накричать на Брауна, что он предупреждал его еще с самого начала, что это была не его вина, что если бы не безумное желание президента поиграться с Лектером и Грэмом, то ничего бы этого не случилось.       Но это не совсем было так. Он действительно позволил сбежать этим двоим. Впав в ступор, он опоздал на три секунды, самые важнейшие три секунды.       — Думал, что справишься, — задумчиво повторил Браун. — Мне нравятся уверенные в себе люди, Шелдон. Поэтому ты всегда мне нравился, но я должен сказать, что…сейчас я в тебе разочарован.       Шелдон и так знал это, но все равно вздрогнул, чуть ли не физически чувствуя на себе влияние этих слов.       — Ты с самого начала боялся этих Игр, — терпеливо продолжил президент, — Ты был так напуган, что позволил чувствам затмить свой разум. Ты стал невнимательным, и если я и ненавижу что-то, так это невнимательность, Шелдон. У нас мог бы быть такой красивый финал. Уилл Грэм, разрывающийся в криках над мертвым телом своего бойфренда. Фейерверки. Аплодисменты. Прекрасная корона для неотразимого победителя. Но ты и твое уязвленное эго, что позволили Солиато уйти, чтобы вдоволь настрадаться в одиночестве…ты и твоя неспособность вовремя среагировать…видишь, к чему все это привело? Лектер и Грэм сбежали. Возможно, они сейчас мертвы, а возможно и нет. Сейчас мы не можем отследить их, потому что, вероятнее всего, они попали на кладбище предыдущих арен. Там сотни гектаров. Дистрикты бунтуют. Жители столицы сильно в нас разочарованы. И знаешь что, Шелдон? Я думаю, что следует вынести тебе наказание. Я очень сильно хочу, чтобы ты ответил за свои поступки. И, кстати говоря...я уже нашел подходящее, — Браун снова искривил свои губы в нахально-безумной усмешке, превратив лицо в жуткую маску.       Шелдон молчал. У него не хватило смелости даже задать вопрос.

***

      Несколько часов спустя его высадили в бескрайней лесной роще с одним лишь рюкзаком неподалеку от океана, там, где Лектер и Грэм предположительно смогли выбраться.       Он умиротворенно наблюдал за тем, как вертолет мчится вдаль, и только после этого позволил себе проверить имеющиеся при нем припасы.       Большая бутылка воды. Небольшой нож. Немного печенья и пачка чипсов. Как щедро.       Его губы резко затряслись, и Шелдон прикрыл глаза, борясь с невыносимым желанием закричать. Он и понятия не имел, что хотел показать ему этим поступком Президент. Должен ли он был отыскать Лектера и Грэма, каким то образом одолеть их и вернуть тела обратно?       Никогда. Черт побери его. Никогда в жизни.       Но что, если они мертвы…если они утонули…Тогда люди Брауна уже смогли бы отыскать их тела к этому времени? И сколько он же протянет здесь? Пару дней. Затем вода закончится и без фильтра…       У Грэма и Лектера, кажется, был один. Если бы он только мог найти его… Шелдон мигом отбросил эту мысль. Он глубоко вздохнул и уставился в небо, пытаясь определить в какой стороне находится север, и затем, сдавшись, отправился прямиком в лес.       Сейчас он изо всех сил должен был постараться отыскать озеро или небольшую речку. Он не имел ни малейшего представления как нужно охотиться, но годы работы организатором Игр и созерцание происходящего могли быть довольно полезны. Тем не менее, без воды у него не будет никаких шансов. Может, если ему удастся найти воду, то он сможет здесь жить и так. По крайней мере, какое-то время. Возможно, Браун вскоре изменит свое решение.       Да, именно на это он и будет надеяться.       Этого он ждал больше всего.

***

      Шелдон пытался считать дни, проведенные в этом ужасном, диком месте, но в итоге он просто потерял счет. Он потерял половину своего веса, его конечности дрожали всякий раз, когда он пытался приложить усилия, пока строил прочное убежище, а темное, затягивающее чувство отчаяния убивало в нем последние крупицы надежды.       Он ненавидел это место. Ненавидел всей душой. Он медленно умирал, и одна мысль об этом казалась безумием. Он ведь не мог так умереть? Он же…уважаемый человек. Важный для общества. Он не может просто…перестать существовать. Однажды его наказание закончится, так ведь? И президент Браун отправит за ним своих людей.       Именно поэтому Шелдон старался обитать примерно в одном месте – так его легче будет найти, но вскоре запасы воды в небольшом озерце стали подходить к концу и ему пришлось переместиться. А потом снова, снова и снова.       Он прекратил счет иссякших озер. Все они были маленькие и искусственные, а бурлившее внутри нелепое чувство было направлено в первую очередь на самого себя. Разве он не мог создать озера побольше? О чем он тогда вообще думал? Как он мог быть таким глупым? Опасаясь Лектера и Грэма…эти дети не представляли для него никакой угрозы, пока Шелдон не позволил этим страхам захватить свой разум, в точности как и сказал Браун. А все это из-за дурацкого бессмысленного предчувствия, разрушившего его жизнь – а все потому, что он сам позволил всему этому случиться.       День и ночь сменяли друг друга так быстро, что Шелдон просто перестал их различать. Иногда ему казалось, что будто здесь живет кто-то еще – странные метки на деревьях и земле, как будто кто-то помечал за собой путь.       Шелдон соображал туго, поэтому в его голове не всплывало никаких предположений. Он просто знал, что помимо него здесь еще могут быть какие-то люди – может те, которых послал Браун? Что, если они его искали?       — Хей! — крикнул Шелдон. Его голос был хриплым, таким чуждым и слишком громким, что он вздрогнул, испугавшись самого себя. — Хей! — снова позвал он, но в этот раз уже немного тише. — Я здесь. Кто-нибудь меня слышит?       В ответ ему последовала тишина, которая за это время стала ему привычной спутницей. Дрожа и потирая раздраженные глаза, Шелдон продолжил бесцельно шагать вперед, вспоминая свою первоначальную цель. Найти воды…ему нужна вода. Да, вода. Ему нужно попить. Но ведь он мог просто попить воду из океана, разве нет? Нахмурившись, Шелдон развернулся.       Несколько дней он провел в пути к тому месту, где в последний раз видел океан, но так ничего и не нашел. Даже загадочные метки исчезли. Он временами кричал, надеясь что президент Браун услышит его, но ответа так и не последовало.       Иногда Шелдон сильно расстраивался по этому поводу. А иногда приходил в ярость.       Иногда он давал волю слезам, после этого невыносимо жгло глаза, поэтому он пытался нашептывать про себя что-то успокаивающее. Вскоре он осознал, что у него есть единственный друг – его голос, не перестающий разговаривать. Однажды он был настолько голоден, что попытался съесть траву. Она была горькой и отвратительной на вкус, но он упорно продолжал жевать, морщась от того, что его глаза снова начинало жечь. Он жаловался самому себе насколько же гадкая она на вкус, пока не услышал звук – реальный звук где-то за его спиной. Шелдон от потрясения повернулся и выронил из рук траву.       Ганнибал Лектер смотрел на него с улыбкой, его зубы сверкали, словно наполированный череп. Он держал в руке что-то похожее на самодельный топор, и Шелдон нахмурился, пытаясь осознать происходящее. Его тело вопило от ужаса, но его разум был сбит с толку. Он моргнул, размышляя, стоит ли ему сказать что-то, чтобы показать свою вежливость?       — Президент Браун послал вас? — спросил Шелдон, — за мной? Лектер скривил губы, и Шелдон почувствовал себя уязвленным. Его глаза начали жечь еще сильнее, но затем другой голос пропел. – Конечно же. Он послал вас мне на помощь.       Уилл Грэм вышел из-за спины Лектера, такой неземной красоты, что Шелдон не смог отвести от него очарованного взгляда.       — Чтобы…помочь мне? — повторил он.       — Да, — Грэм присел напротив него, от чего Лектер напрягся и приготовил топор.       — Будь осторожен, — сказал он, — мы все еще не знаем, ловушка это, чтобы выманить нас, или нет.       — Да ладно тебе, посмотри на него. Мы столько за ним наблюдали. Он просто ходячий мертвец, ничего более.       — Здесь есть кто-то еще? — поинтересовался Шелдон.       Лектер вздохнул с чувством, напоминающим раздражение, когда Грэм протянул руку и нежно погладил Шелдона по волосам.       — Нет, — прошептал он, — никого, кроме нас. Ты ведь хотел бы присоединиться к нам, Шелдон? Хочешь присоединиться к нашему ужину?       — Да! — с облегчением вздохнул мужчина, так блаженно и счастливо. Почему он никогда не замечал насколько красивый у этого мальчишки голос? Такой теплый и умиротворяющий, напоминающий ему о лучших моментах его жизни – весне, солнце, саду, полным прелестных цветов. Президент Браун любит цветы, как и Шелдон. Особенно ему нравятся..       Послышался странный свист. Мгновенная невыносимая боль.Улыбки на лицах Лектера и Грэма…       А затем пустота.