Инь и Ян

Она лежала неподвижно всю ночь, бледная, как луна, но горячая как луч солнца. Чун Юнь в очередной раз сменил платок на лбу с горячего на холодный и всмотрелся в её закрытые веки. Не смотря на исходящее тепло и струящуюся внутри ци, внешне Сяо Син больше походила на каменное изваяние. Чун Юнь склонился ближе и, едва касаясь, провёл пальцами по ресницам, ожидая, что те дрогнут, но этого не произошло. — Кхм… — О, господин Адепт, вы здесь… так бесшумно, — Чун Юнь вскочил с колен и зачем-то отошёл на пару шагов от кровати. — Скажите, что с ней? Вы так быстро ушли, ничего не ответив. Я пытался охладить, у Сяо Син жар, но… — Её отравила скверна. Я не должен был касаться её, — оборвал он хаотичную речь, и прошёл к кровати. Он едва присел на край, как со старого матраса пыхнуло облачко пыли; скрипнули старые деревянные перекладины. Чун Юнь с опаской бросил взгляд на лежащую девушку. Кровать под ней выглядела так, будто ей было больше лет, чем ему самому, его отца и, возможно, дедули Мина, вместе взятых. Сяо обернулся к девушке и Чун Юнь заметил в его руках чашку. — Это лекарство? — От скверны есть только одно лекарство, — отчеканил он и замолк на какое-то время, перемешивая жидкость в чашке. Его резкий тон диссонировал с мягкими движениями рук. — Но это должно ослабить действие. — Господин Адепт, но ведь меня вы тоже касались, когда переносили нас сюда. — Ты наделён редкостным даром, экзорцист. Ты сам знаешь. Я был знаком с одним таким, как ты. — Вы знали?.. А как звучало его имя? — Его звали… Впрочем, забудь. Не допытывайся. Важнее то, что, в отличие от тебя, он смог обуздать свою энергию и отлично её контролировал. Чун Юнь открыл было рот, но закрыл его и молча уставился в пол. Утренние лучи солнца освещали пыль, что слоями оседала поверх множества одинаковых следов. — Если бы не ты, мне пришлось бы убить её, — нарушил тишину Сяо. — Мне и сейчас нужна твоя помощь. Точнее, ей нужна. Он встал, шагнул к Чун Юню и вручил ему чашку. Как ни странно, запах у лекарства был совсем не противный и даже показался знакомым. — Напои её как-нибудь этим, — Чун Юню показалось, что он сумел заглянуть глубже гнева, что сверкал на поверхности его янтарных глаз. Сяо отвёл взгляд и добавил: — Ей легче, судя по виду. Возможно, её можно вылечить. Он отступил к двери, но его остановил голос Чун Юня: — Но как её напоить?.. Она ведь… спит. — Отыщи способ, если хочешь помочь. И поспи сам, а то совсем не соображаешь. Чун Юнь заглянул в ароматную чашку и вдруг опешил. — Это ведь цветки цинсинь? — получилось у него чересчур громко. — Да. — Откуда вы собрали их? — Да, экзорцист, с самого Пика Цинъюнь, места, где эти цветы набирают наибольшую силу. Вы, современные экзорцисты, все такие внимательные к обычным смертным? Помнится, раньше вы забирали последнюю мору у обездоленных оборванцев за пару головок этих цветков. — Всё… поменялось. После этих слов Адепт хмыкнул и исчез, не дойдя до двери. Чун Юнь вглядывался в плавающие перетёртые лепестки и ощущал нарастающие сердцебиение. Гул в голове от недосыпа слился со стуком сердца. Он прошёлся по влажным волосам, и рука отчего-то показалась слишком горячей. Он перекинул взгляд на девушку, сморгнул попавшие в глаза капли талой воды. Тело не слушалось, как бы он не порывался сделать шаг. В голове царил полный хаос. Сотня за и против переливались из одной чаши весов в другую и смазывались от недостатка сна. Возможно, сейчас он в последний раз видит эту девушку. Такой, неподвижной, молчащей. Неужели вот таким может быть их прощание? Совершенно безмолвным? Он всегда избегал подобного прощания. Любые слова играли важную роль. Будь то мантра или простое «пока», как необходимость, напутствие. Сейчас нельзя было сказать ни «пока», ни «до встречи». Ни даже «прощай навсегда», потому что слова останутся без ответа, а значит в них не было смысла. Но даже если бы они имели смысл, если они успеют сказать эти слова друг другу, их почему-то не хотелось говорить именно сейчас. Это не тот день расставания, каким Чун Юнь себе его представлял. Только, возможно, и в другом случае он не сможет попрощаться: если вдруг Сяо Син так и не откроет глаза, если вдруг он больше не почувствует движение её ци, если её бледное лицо остынет, превращаясь в посмертную маску. От одной этой мысли в душу прокрался глубинный ужас. Ноги перестали быть каменными и Чун Юнь бросился к кровати, едва не обрушиваясь на лежащую на ней Сяо Син. Она всё ещё была горячей и такой же бледной. Чун Юнь присел рядом и осторожно приподнял её голову. Её спутанные волосы были влажными, точно как его. Он попытался влить немного лекарства, но оно струйками стекало по уголкам губ. Клубок нервов сотрасял всё его тело до дрожи в руках. Чун Юнь выдохнул, и с последующим вдохом лёгкие наполнились успокаивающей прохладой, привычной и родной. Веки потяжелели, капли пота застыли на висках. Рука, держащая чашку, окрепла. Он снова попытался напоить Сяо Син, но её губ коснулась ледышка — не до конца замёрзшая настойка. Это всего на пару секунд сбило с толку, прежде чем в голову Чун Юню пришла идея получше. Достав ледяную корку с чашки, он разломил её на кусочки и коснулся пальцем губ Сяо Син, чтобы открыть рот. Они оказались чересчур мягкими, податливыми. Чун Юнь вдруг понял, насколько они были крупными, объёмными, наконец-то расслабленными. — Это пока только леденцы, но обещаю, что угощу тебя мороженым, — проговорил он, вглядываясь в закрытые веки. — Только не уходи прямо сейчас, ладно?.. Девушка в его руках не приходила в себя, но и не исчезала. Она всё ещё была с ним, и возникшее тягучее чувство радости сомкнулось с пеленой сонливости. Энергия солнца внутри тотчас будто зевнула и сдалась, полностью успокаиваясь. В эти минуты он мог касаться Сяо Син, не боясь, что вдруг сорвётся и сделает что-то не то. Если только он уснёт сейчас, то упустит этот, такой редкий случай, когда может бесстрашно высвободить чувства. А может, пропустит её пробуждение или… уход. Пусть лучше он остаётся бодрым, пока может, пусть его временно вольные чувства тянутся так долго, как только смогут выдержать тяжесть усталости. Чун Юнь опустил голову Сяо Син на подушку, отставил полупустую чашку и лёг рядом. Её ресницы оставались неподвижными; расслабленные губы, местами искусанные, непрестанно влекли. Её лицо было склонено к нему, и она в любой момент могла бы открыть глаза, удивиться, испугаться от неожиданности, среагировать хоть как-то. А он бы, наверное, не смог отскочить как обычно куда подальше. Тело стало совершенно ватным, накрытым мягкой волной какого-то чувственного удовольствия и желания быть ещё ближе, чем сейчас. Чун Юнь сжал в своих руках нежные девичьи горячие пальцы, не боясь обжечься, подвинулся ближе, так, чтобы ощущать её слабое дыхание, и больше не пытался напрягать чутьё и прощупывать ци. Тёплый запах её волос вскружил рассудок ещё больше, и Чун Юнь закрыл глаза, отдаваясь лёгкому порыву коснуться её губ своими. Наверное, он мог бы стать ещё ближе, но провалился куда-то далеко в забвение, в мимолётные, местами тревожные, а иногда и сладкие сны.

***

Сяо Син проснулась от холода. Перед глазами закружилось, и её едва не стошнило. Вновь зажмурившись, она попыталась хотя бы приподняться, однако голова казалась неподъёмной, а тело не слушалось. Карусель продолжалась даже с закрытыми глазами. Лёгкие болели при каждом вдохе спёртого, пыльного воздуха. В горле вдруг стал ком, и Сяо Син резко села в кровати и тут же скрутилась пополам. Едва сдержав позыв рвоты, она кое-как стала на ноги, сфокусировала взгляд на балконе, утопающем в вечерних, каких-то противно-оранжевых лучах солнца, и пошагала к нему, цепляясь по пути за малочисленную мебель. Воздух, переполненный кислородом, царапал горло, но Сяо Син терпела это неудобство, жадно дыша. Новый рвотный позыв прервал короткое мгновение наслаждения и Сяо Син скрутилась пополам на перилах балкона, едва сдержав его. Внизу раскрывался вид на постоялый двор. Люди-точки медленно передвигались кто куда. От высоты голова снова пошла кругом. Оторвавшись от перил, Сяо Син попыталась найти глазами ближайшее место, чтобы присесть или, если придётся, очистить желудок. Широкий балкон был пуст, за исключением парочки вазонов с цветами и одного огромного с раскидистым деревом бонсай. Сяо Син ступила к нему, чтобы присесть, но, дойдя, не сдержала новый внезапный позыв и припала на колени у вазона. — Это был самый большой бонсай в Ли Юэ. Сяо Син обернулась на голос. Голова снова пошла кругом. На крыше стоял Сяо в своей привычной закрытой позе. — Извини, я сделаю потом с этим что-нибудь, — осипшим голосом отозвалась Сяо Син, стыдливо отворачиваясь. Говорить с кем-то в таком виде крайне не хотелось. — Надеюсь, что он выживет после этого. — Да что с ним станется? Это же не отрава, — бросила она раздражённо через плечо. Каким бы не был привлекательным юноша-воин, характер у него был… — Скверна. В таком виде она может навредить корням. Придётся теперь менять… А, забудь. Сяо Син покосилась на него. Адепт Сяо всё так же стоял на крыше со скрещёнными на груди руками и смотрел куда-то вдаль. Ветер вздымал его лёгкие одежды, трепал волосы в разные стороны, но владельцу Анемо Глаза Бога было это всё привычно. Профиль юноши казался настолько идеальным, будто его создавали мастера скульптуры. Эдакий вековой шедевр. Сяо Син бы никогда не поверила, что он хоть раз сражался, если бы не видела это своими глазами. Ни шрамы, ни царапины не коснулись его плавных черт лица и худощавой, но крепкой фигуры. Чрезмерная красота ещё больше стесняла Сяо Син. Она поднялась на ноги и намеревалась сбежать от этой компании под любым предлогом. — Значит, ты вторая падающая звезда, так? Что же в вас такого… Откуда вы появляетесь и много ли вас ещё?.. Сяо Син замерла у входа, не зная, что ей делать с этой заявкой на длительный разговор. Сил и желания говорить с кем-либо сейчас совершенно не было. С другой стороны, когда ещё этот одинокий Якса заговорит снова на эту важную тему?.. — Откуда ты знаешь, что это я? — Ты только что подтвердила мои догадки. Я видел, как звезда упала в гавань Ли Юэ. Судя по золотым вышивкам на одеждах твоего спутника, вы оттуда, только там сосредоточена вся элита. Ты же совершенно не похожа ни на кого местного, или же сразу на всех. Ещё, ты выжила от контакта со мной. Только один такой смертный, прибывший сюда подобным образом, мог легко находиться в моей компании. Ты, конечно, сравнительно намного слабее, но всё же осталась жива. Кроме этого, я попросту ощущаю в тебе чужеродность, которую я счёл иностранной энергетикой, однако ошибся. Это… другое. Со стороны комнаты послышался шум. Чун Юнь возник перед глазами так внезапно, что Сяо Син едва успела сфокусировать на нём взгляд. Он взялся за её плечи, с тревогой осмотрел, будто попечитель потерянного ребёнка. — …в порядке? Я испугался, когда не нашёл тебя в комнате. Архонты, хорошо, что ты… Сяо Син снова скрутило от позыва рвоты. Она резко отстранила от себя взволнованного Чун Юня подальше, едва сдерживаясь, чтобы не опустошиться прямо перед ним. — Воды? О, там ещё осталась настойка, — Чун Юнь метнулся назад, и уже через несколько секунд вернулся со стаканом. Сяо косился на них с крыши. Пока никто не смотрит, не было необходимости скрывать интерес к происходящему, к чудным деяниям смертных, но осторожность всегда была на первом месте, поэтому даже сейчас живой огонёк в его глазах был нарочито спрятан за закрытой позой. Сяо Син и правда сушило, а во рту стоял неприятный привкус дыма и чего-то ещё. Она выпила всё, что было в стакане и через пару минут действительно стало легче. В горле посвежело, голова перестала так сильно кружиться. Сяо Син даже готова была завести беседу, но в следующий миг вновь скрутилась у вазона с несчастным бонсаем. Чун Юнь всполошился ещё больше. Сяо поджал губы, сдерживаясь от комментария. — Где… здесь уборная? — отозвалась с трудом Сяо Син, всё ещё опираясь о вазон. — Рядом с гостевой ванной комнатой. Кстати о ней, — подал голос Сяо. — Обычно в это время туда очередь из путников со всех уголков Ли Юэ и даже с Мондштадта. Причиной служит, пожалуй, вторая по величине ванна. Первая наверняка у Нин Гуан. Поэтому каждый хочет… Ладно, неважно. Я предупредил, что сегодня у меня гости, и мне с почтением её уступили. Так что она в вашем распоряжении весь вечер. В… любой очерёдности. Как хотите в общем. — Господи… Неужели ванна?.. — Сяо Син опустила напряжённые плечи. Ей даже показалось, что голова перестала идти кругом, а горло меньше саднило. — Да, этажом ниже. Сама ванна огромная, так что и комната соответствующая, к ней ведёт узкий коридор, не пропустишь. У дверей есть помощницы всегда. Если это правило ещё не отменили… Они помогут наполнить её. Сяо Син вяло кивнула, едва слышно промычала «спасибо», и оторвалась наконец-то от вазона. — Я проведу тебя, — тут же оживился Чун Юнь, но Сяо Син вскинула руку. — Нет-нет, не нужно. Оставь меня. Она прошла мимо, пряча болезненно бледное лицо в спутанных волосах. Путь через комнату, под прицелом пристального взгляда, она старалась пройти как можно увереннее, чтобы за ней не бросился вслед её чересчур заботливый спутник. — Господин Адепт, это ведь скверна покидает её? Теперь с ней всё будет хорошо? — Мне неизвестны последствия лечения смертных, — отчеканил на свой привычный манер Сяо. — Я бы не стал… лечить её. — Но вы помогли. Неужели моя сила может повлиять на это? Может быть, мы могли бы, когда-то, изредка, сражаться вместе? Тогда я, быть может, мог бы спасать какого-нибудь несчастного от… — Ты слишком высокого мнения о себе, даже не умея при этом пользоваться своей силой, — Сяо надменно сверкнул взглядом. Его горчичные глаза на фоне тёплого заката казались наполненными ядом. Усмирив собеседника, он продолжил: — Дело не только в тебе, экзорцист. Мне просто стало интересно, что это за чужеземка с неба. Только поэтому я не оставил вас там. А сейчас она даже не погибла, как я думал. Это подогрело интерес ещё больше. — Вы… знаете, что она упала с неба? — голос его потускнел от резкого, хоть и ожидаемого отказа, но стал серьезнее. — А вы не видели случайно ещё одну падающую звезду? — Да. Видел такую же, несколько месяцев назад. Но не придал значения. Такое и раньше случалось. Только всегда это был просто камень с неба, а не кто-то живой, как сейчас. — Тогда, может, вы знаете куда именно упала первая звезда? — Я же сказал, что не придал этому значения, смертный! Если задаёшь вопросы, то соизволь слушать внимательно. — О, прошу прощения. Спасибо за информацию, — он сложил ладони и коротко поклонился Адепту. — Я, пожалуй, всё же лучше проверю, как там Сяо Син. — Вы, смертные, так тесно живёте друг с другом, и всё равно умудряетесь не понимать элементарную просьбу оставить в покое. — Кажется, сейчас я выполняю эту просьбу, — произнёс Чун Юнь и этими словами покинул балкон. Сяо хмыкнул, замыкаясь сложенными на груди руками ещё больше, будто к нему только что намеревались забраться в душу. Неведомое чувство внутри вновь тревожило его, будучи совершенно чужеродным. Он заглянул вдаль и исчез, закрываясь от себя же предлогом проверить местность от монстров.

***

Чун Юнь спустился по лесенке узенького коридора, с интересом отметив идею вырезанных углублений в деревянных стенах в качестве перил. Архитекторы постоялого двора проявили немалую смекалку, чтобы выдержать все тонкости постройки, сохранить стиль и добавить эксклюзивности при этом. Сложилось впечатление, что про ванную комнату они вспомнили только потом. Но, будучи пропитанным разнообразными легендами и сказаниями благодаря своему другу Син Цю, Чун Юнь припомнил, что огромная ванна была подарком Адептов. Не исключено, что они же и помогли вписать помещение в общую конструкцию. Интересно было на него взглянуть. Коридор был настолько узким, что потолки казались выше. У резной двери суетились девушки-помощницы, и Чун Юнь остановился и спрятался за углом. В коридоре было теплее, чем в других помещениях, заставляя чувствовать нарастающее неудобство. Звонкие голоса девушек всё не прекращались и по прошествии пяти минут. Чун Юнь выглянул, не справившись с любопытством. Дверь, на которой была вырезана величественная ипостась Хранителя Облаков, стояла открытой настежь. С ванной комнаты клубился пар. Девушки носили на полотенцах, одна за другой, тяжёлые на вид бадьи с кипятком, но порхали так быстро, с отточенным профессионализмом, что помочь им даже мысли не возникало. Кажется, с Сяо Син действительно было всё в порядке, и её можно было оставить в покое, но Чун Юнь всё же напоследок прислушался к движению её ци. Он мог отличить её из сотни других людей только по этому чутью, и было в этом нечто крепко связывающее их, делающее неосознанно близкими. По крайней мере он надеялся, что Сяо Син, не обладающая подобным навыкам, ощущала хотя бы нечто примерное по отношению к нему. Ци двигалась быстро. Возможно, из-за высоких температур, а может остатки скверны активно покидали её тело. Сама скверна ощущалась чем-то неприятным, будто грязным пятном на одежде, но была сравнительно меньше, чем на поле битвы или даже каких-то пол часа назад. Чун Юнь помотал головой, вспоминая жуткие секунды, когда по возвращению в комнату не застал девушку на привычном месте. Видимо, остаточный страх преследует его и сейчас, раз он без задней мысли решил последовать за ней даже в ванную. Ему следует остыть, в нескольких смыслах. Чун Юнь в своих мыслях не сразу заметил хихикающих девушек, и до его ушей долетело лишь прямое обращение: — Простите, вы в очереди в нашу ванну? — Я, о… вообще-то, да. Гость… господина Адепта. — Сейчас там занято, — девушка, которая обратилась к нему, мило и сдержанно улыбалась, пока другая явно подавляла смешок. Краска проступила на его щеках — похоже, он потерял бдительность и просто пялился на происходящее, пока его не заметили. — Я могу предложить вам постирать вещи? — Что?.. — Прошу прощения, ваш наряд — экзорциста, правильно? — несколько запятнан. Я могу предложить вам постирать вашу одежду? — О, конечно… Погодите, мне не во что переодеться, — вторая девушка не сдержалась и хихикнула, но тут же спряталась за спиной своей коллеги. — Не переживайте. У нас есть гостевая одежда. Прошу за мной, господин…? — Чун Юнь. Просто, без господина, пожалуйста. — Прошу вас, Чун Юнь. Помощница повела за собой гостя, подав своей коллеге понятный только ей знак. Вторая кивнула и вернулась к своей работе. Будучи новенькой, её всё ещё забавляло, как умело старшая помощница умеет отвадить любопытных парней от подглядываний. Это случалось почти каждый вечер, но всегда было так смешно!

***

Сяо Син вернулась в ванную и присела на резную табуретку. Неловкость не давала ей спокойно усидеть на месте, и она без конца ёрзала, наблюдая, как девушки, такого же хрупкого телосложения, как она сама, набирают огромную, позолоченную ванну. Почему-то она ожидала чего-то менее помпезного. Сяо Син подняла голову к верху и снова засмотрелась на купольную крышу. Сквозь отверстия виднелась шумящая на ветру крона дерева, а за ней мелькало вечернее небо. Ещё не было темно, но позолоченная люстра уже ярко светила. От неё, под крышей, провисающими волнами тянулись красные ленты, на конца которых, аж на самых краях купола, висели лампадки с дымящимися благовониями. Смешиваясь с паром, дым плавал облаком под самым потолком. Когда все девушки поклонились и упорхнули, Сяо Син наконец-то расслабилась. Головокружение и тошнота отступили ещё раньше, как только она ушла с балкона. Возможно, дело было в присутствии Адепта. Оставалось верить, что всё теперь будет в порядке. По крайней мере, перспектива впервые нормально искупаться за последние дни несказанно радовала. Сяо Син забралась осторожно в ванную и погрузилась в горячую ароматную воду по самый подбородок. Её с головой накрыла приятная истома.

***

Чун Юнь в одиночестве поедал заказанный ужин, поглядывая на второе блюдо напротив. Хоть Сяо Син не было сейчас с ним, это остывшее блюдо грело его изнутри. Заказывая ужин ещё с утра, он тем самым скорее подбадривал сам себя, что его спутница всё же вскоре проснётся, живой, а теперь ему не приходится надеяться, теперь он точно знает, что это так, что Сяо Син не пропала, и его недавний испуг окончательно сошёл на нет. Сяо возник неожиданно, хоть в этот раз он просто подошёл, а не появился из ниоткуда. Задумавшийся Чун Юнь едва не поперхнулся и вскочил с места, скрипнув стулом, тут же вдаваясь в приветственный поклон. — Мы ведь уже виделись сегодня сотню раз, прекрати это, — начал Сяо, поглядывая по сторонам. — Простите, я думал прошло достаточно времени. — Достаточно — это как минимум сутки, — он сложил руки на груди и покосился на стол. — О, присаживайтесь. Угощайтесь. Ох, правда, блюдо уже остыло… — Это ведь… — Тофу. Миндальный тофу. — Думаю, я приму приглашение, — Сяо сел напротив. Чун Юнь повторил за ним. — Хотя тёплый тофу я предпочитаю больше. Но неважно, я здесь не за этим. Я… припомнил, куда падала первая звезда. — Куда? — Да я ведь и так собирался сказать! Смертные… — Прошу прощения… — Восточнее горы Аоцзан, — продолжил он. — Там обычно орудуют похитители сокровищ. Если кто-то и попадает туда, то либо лишается имущества, либо — жизни. — Кажется, этот кто-то выжил и собрал вокруг себя шайку, — задумчиво проговорил Чун Юнь. Отставив тарелку, он снова поднялся со своего места. — Спасибо, господин Адепт! Это поможет нам в поисках! — Зачем вы ищете пришельца? — Сяо остановил вопросом собеседника. — Её, это тоже девушка. Эта чужеземка зачем-то ищет нас, но её методы… не слишком дружелюбны. Мы хотели первыми найти её и узнать больше о её намерениях. — Какой… совершенно дурацкий план, — Чун Юнь поджал губы и собирался молча уйти, но Адепт продолжил. — Зачем тебе всё это, экзорцист? — Я её сопровождающий, — ответил он, не глядя на собеседника. — Без меня она… погибнет. Нас связывает что-то. — Связка душ? Как странно. Это бывает, когда двоих связывает одна цель. — Нас сейчас действительно связывает одна цель, — наступила пауза, и Сяо открыл было рот, однако Чун Юнь продолжил: — Я думал, что смогу отправить её домой. Сяо поднял пренебрежительный взгляд на собеседника, но тут же сменился в лице. Эта пустота в глазах была ему до горечи знакомой. — Настойка из цветков цинсинь должна была отправить Сяо Син домой, в её мир. Но это не сработало. — Ничего удивительного, — Сяо прикрыл глаза, пряча эмоции. — Связка душ работает не так. Она рождается из цели, а не наоборот. Какова цель — мне, конечно же, не узнать, а ты вот можешь. Иногда цель становится понятной в пути, по которому вы оба неосознанно идёте. — Нечто похожее говорил один господин из гавани Ли Юэ, Чжун Ли, кажется. — Вот как?.. — в его глазах мелькнул интерес, но быстро потух. — Насчёт плана. Он непродуманный. Глупый. Опасный. Впрочем, не мне вас судить. Однако же, — он скосил осторожный взгляд в сторону, — я заметил подозрительных личностей. Не каждый может высмотреть в них похитителей сокровищ, но у меня большой опыт. Они шатаются здесь уже приличное количество времени. Вероятно, они точно не знают, кого ищут. А быть может, не признали тебя из-за твоего нового одеяния. И второй вариант мне кажется более вероятным, потому как соваться сюда вот так — сверх наглость и риск. Если бы я кого-то искал, но не был уверен, что он здесь, то присматривался издалека. — Они не могут знать обо мне, так как… те бандиты, что преследовали нас, упали со скалы, — возразил Чун Юнь и осторожно проследил за взглядом Адепта. Сердце пропустило удар, — Этого ведь не может быть! Трое мужчин совершенно не выглядели бандитами: опрятно одетые, без охапки оружия и бомб на широких поясах, они прохаживались между столами кафе будто гости. Однако было нечто отличительное в их смуглых лицах: улыбках, брошенных официанткам, что больше походили на сдержанный оскал; глубоких паутинах морщин от уголков глаз до середины щёк, будто от долгих странствий под палящим солнцем; небрежной щетине, которую не носят в приличном обществе. Один из них, здоровый, мускулистый, нервно сжимал и разжимал кулаки. Через одежду виднелась забинтованное плечо и часть руки. Он что-то сказал, и его голос зазвенел в ушах Чун Юня, возвращая его на край скалы. — Хм? — Мне кажется, я узнал одного из бандитов, но этого точно не может быть. Наверное, просто похож. Тогда всё, что я мог увидеть за маской — глаза и часть грязного лица. Но этот взгляд… — Убеждай себя в чём угодно, экзорцист, но в любом случае вам стоит как можно быстрее покинуть «Ван Шу», не попадаясь на глаза. — Их нужно задержать… — Знаешь поговорку: «Не пойман — не вор»? Повторюсь, лучше вам незаметно скрыться и не оставить следов. — Мне… нужно к Сяо Син. Благодарю, господин Адепт, — после короткого поклона, Чун Юнь поспешил уйти, сливаясь с гостями постоялого двора. Сяо проводил собеседника взглядом, убеждаясь, что никто из бандитов не посмотрел в его сторону, затем исчез, прихватив с собой тарелку тофу.

***

Сяо Син вынырнула из пенной воды, с удовлетворением проводя рукой по волосам, и расслабилась на выступе ванны. Здесь запросто могло уместиться до пяти человек, однако выступ у ванной был только для одного, подчёркивая важность персоны, решившей в ней искупаться. Сяо Син потянулась за зеркальцем на стоящей рядом тумбе и широко улыбнулась своему отражению. Удовольствие на её лице расцветало с каждой рассмотренной деталькой, будь то родинка или мило торчащий завиток рыжих волос. — Боже… Неужели я не могла родиться такой сразу, — выдохнула она, продолжая улыбаться себе. — Что, так сложно было влюбиться в какого-нибудь рыжего красавца, чтобы получилось вот так?.. И глаза хороши. Но можно было по-больше и поярче, — она надулась, изображая крайнюю обиду, но тут же усмехнулась — даже с таким выражением она казалась себе прекрасной. Чун Юнь перекинул свою мокрую, однако же хотя бы чистую одежду через руку. Извиняясь перед помощницами, он выбежал из прачечной. Стараясь оставаться далее незамеченным, он пробрался в коридор к ванной комнате и замер у двери, не зная, как поступить дальше. Лучшим решением было постучаться и попытаться не разводить панику. Чун Юнь занёс кулак, но остановился, услышав голос по ту сторону. В душе похолодело, и он приник к двери. Звонкий голос точно принадлежал Сяо Син и в нём не было неспокойных нот, что сию секунду погасило тревогу, однако Чун Юнь не спешил возвращаться к своему плану, оказавшись захваченный монологом. — …и зачем нам только возвращаться? Чтобы снова сидеть на этих долбанных диетах, ходить на долбанные курсы и надеяться, что это что-то кардинально изменит? Не-ет, — театрально покачала головой Сяо Син, обращаясь к самой себе в отражении. — Ничем наше положение не исправить. Какой сложный выбор, правда? Оставаться здесь, красоткой без забот, или вернуться обратно в серость, скуку, к работе, всяческим проблемам и снова стараться исправить то, чего нельзя… Только меня всё равно запихнут обратно. Губы Сяо Син в злости изогнулись и отражение впервые показалось не таким уж привлекательным. Она небрежно отложила зеркало обратно на тумбу и, закрыв глаза, погрузилась в горячую воду по самый подбородок. Чун Юнь помедлил, ожидая продолжения, но голос за дверью стих окончательно. Он отстранился и потупил взгляд в пол. Ступор сошёл вместе со знакомым мужским голосом, звучащим где-то из соседнего коридора. Чун Юнь всполошился, но быстро отмёл мысль о том, что мог оставить следы. Скорее всего бандиты прочесывают всё подряд, а здешние продолжают принимать их за гостей. В подтверждение этому — звонкий лепет помощниц, переговаривающихся с преследователями. Диалог становился громче. Завидев длинные столбы теней на стене, Чун Юнь прошмыгнул в ванную. — Ты что! — крикнула Сяо Син, и тут же спряталась по самый нос в пене. — Сяо Син, тише, — проговорил Чун Юнь, выставляя руки в примирительном жесте. Он уставился в пол и старался держать взгляд прикованным к нему. Щёки и уши вспыхнули от температур и смущения. — Спокойно выслушай. Кажется, бандиты выследили нас. — Что?! — Не кричи, прошу, — он крепко зажмурился. — Они ходят здесь и могут услышать. Нам нужно очень быстро уйти из «Ван Шу». У тебя ведь с собой одежда? — Господи, да! Какого… ну почему сейчас-то?.. — она приподнялась, но тут же села. — Отвернись! — Всё в порядке, я не смотрю, — произнёс Чун Юнь, не отдавая отчёт своим словам. В нём вновь трепыхалось волнующее чувство. Сила Ян пробудилась ото сна и по телу пробежала тёплая волна. Краем глаза он успел увидеть манящий силуэт обнажённого тела, и цвет кожи, что сменился с молочного на розоватый. Ему хватило этой неполной картинки, чтобы позволить своей фантазии самостоятельно дорисовать её. — Я не, — Сяо Син приподнялась, закрываясь руками, но тут же снова села обратно. — Нет уж, отвернись быстро! — О… Прости, я кажется… Это просто беспокойство. Мне лучше держать тебя в поле зрения. — Держи лучше в поле зрения дверь, — шикнула Сяо Син, и выскочила из ванны, как только Чун Юнь кивнул и стал к ней спиной. Наскоро выжав волосы, быстро обтерев тело душистым полотенцем, запахом которого она не успела насладиться, Сяо Син кинулась к одежде. Вода с волос намочила воротник; влажные стопы застревали в широких штанинах. — Сяо Син, ты скоро? — Да ты издеваешься? Думаешь, они ворвутся сюда? — Я не исключаю этого. Шум за дверью заставил обоих замолчать и замереть на месте. Голоски помощниц звучали уже вовсе не дружелюбно. Чун Юнь машинально стал в стойку, приковав взгляд к двери. Всё его напряжённое, как пружина тело готово было дать отпор, едва дрогнет дверь. Сяо Син полностью оставила на Чун Юня встречу с бандитами и хаотично рыскала глазами по помещению, выискивая хоть малейшую лазейку. Просвет виднелся лишь над головой, и его с натяжкой можно было назвать доступным выходом. За дверью вдруг раздался твёрдый, возмущённый женский голос, а в ответ на него — сконфуженный мужской. Тени топчущихся бандитов забегали на полу в просвете двери, а после звук скрипучих половиц у порога стих. Шаги тяжёлых ботинок стихали. В дверь постучали. — Прошу прощения за беспокойство, госпожа Сяо Син, вы в порядке? — прозвучал голос старшей помощницы. — Госпожа?.. — Д-да! — ответила Сяо Син, придя в себя. — Всё хорошо! — О, отлично, хорошего вечера. Ещё раз прошу прощения. Наконец наступила тишина. Напряжённые плечи тут же дали о себе знать, и Чун Юнь выровнялся, облегчённо вздохнув. — Всё обошлось. Как им только удалось их прогнать?.. Нужно иметь талант убеждения, — проговорил он, вытирая рукой пот со лба. — А у некоторых есть талант портить мне отдых, — пробубнила Сяо Син, выжимая из волос воду. Встретившись взглядом с Чун Юнем, она добавила: — Я не про тебя, разумеется. Про бандитов. — В любом случае нам нужно поскорее уходить из постоялого двора, и постараться не оставлять следов. — Они ведь уже ушли отсюда, — взмахнула руками Сяо Син. — Их прогнали навсегда, я уверена. Я хотела бы ещё немного расслабиться в ванной! Хотя, конечно, настроение уже сбилось. — Да… наверное, я бы мог пока собрать наши вещи и подождать тебя там. Хотя разделяться совершенно небезопасно. — Ох, ладно, пусть… — махнула рукой Сяо Син, схватила полотенце и принялась небрежно тереть волосы. — Надеюсь, ты-то не расстроился, что не смог воспользоваться таким предложением? Ванной нам, похоже, не видать больше. — Я привык к холодной воде, — совершенно спокойно ответил Чун Юнь, хотя в голову тут же пролезли будоражащие фантазии.

***

Чун Юнь опустил рюкзаки у корней дерева и облокотился о ствол. Огни «Ван Шу» дрожали яркими пятнами в толще влажного воздуха. По воде тянулся лёгкий туман. Местами сквозь него выныривали тростниковые островки. В сравнении с гомоном на постоялом дворе, здесь царствовала тишина, в которую мягко вливалось стрекотание сверчков и шелест листьев. — Мы отлично справились, — решил нарушить молчание Чун Юнь. — Бандиты нас не заметили, работники не станут болтать, а гости не обращали внимания. Даже если о нас начнут расспрашивать, то вряд ли кто-то сможет нас описать. Нам повезло, что сегодня там такая оживлённость. Сяо Син продолжила молчать, уткнувшись носом в согнутые колени. Ветер пробирал до самых костей и в особенности холодил влажную шею и голову. — Нам не стоит оставаться здесь, — продолжил Чун Юнь. — Стоит уйти в более закрытое место. — Куда, если везде опасность? Даже на постоялом дворе, — подала голос Сяо Син. Звучал тот подавлено. — Может, стоит вернуться в гавань и попросить помощи? — Это долгий путь, к тому же мы не знаем, с чем придётся столкнуться и какая нужна помощь… — Ты же просто не хочешь выглядеть слабым в глазах отца, да? Чун Юнь замолчал всего на несколько секунд, не больше, продолжая смотреть на «Ван Шу», но этого хватило, чтобы самой ответить на вопрос. Сяо Син отвела взгляд и снова уткнулась носом в колени. — Это не так. Точнее, это не первоочерёдно. — Чун Юнь, у нас очень плохой план. Непродуманный, глупый, наивный. Бессмысленный какой-то. — Господин Адепт заразил тебя не только скверной, но и своими суждениями, — Сяо Син возмущённо-вопросительно покосилась на него. — Прости. Дело в том, что ты говоришь его словами. — Ты поговорил с ним всё-таки? — Да, он знает, где упала первая звезда, и указал на место. Сказал, что наш план очень плохой. Но всё же я не готов искать помощи без конкретной причины. — Да и пусть, — бросила Сяо Син и отвернулась. Спорить не было сил, однако же он обязательно постарается высказать как можно убедительнее свою точку зрения. Чун Юнь опустил усталый взгляд на девушку. Бледные, содрогающиеся от холода плечи вдруг обнажили его мучительный недавний страх, который пробирался к нему даже сквозь прерывистый дневной сон. Это было осознание новой области уязвимости. Страх за то, чтобы Сяо Син больше никогда ни от чего не пострадала, обострился до какого-то неосознанного трепета в душе. Чун Юнь снял хайори, оставаясь лишь в водолазке, и накрыл им плечи Сяо Син. — Возможно, моё нежелание возвращаться в гавань несколько похоже с твоим нежеланием возвращаться домой, — сказал он и присел рядом. — Ты мало, что знаешь об этом, — выдохнула она. — Твоя причина намного, намно-ого меньше, чем моя. У меня, считай, вся жизнь переменилась. — Я несколько наслышан о твоей жизни. — Да, но не о том, что делает для меня этот мир куда привлекательнее. — Наверное, не слишком, но кое-что я всё же узнал, — Сяо Син не ответила, и Чун Юнь решился признаться: — Я слышал немного твой разговор. С собой. — Ты подслушивал? — она вскинула на него взгляд. — Нет, я не специально. Это было как раз тогда, когда бандиты обыскивали этаж. Я ждал у двери и, признаться, не знал, что делать. — Просто забудь обо всём, что услышал. Чун Юнь ожидал подобной реакции, но надеялся, что Сяо Син не отвернётся от него так, как сделала сейчас. Напряжение между ними вытянулось в тонкую нить, готовую порваться и отдалить их друг от друга на невесть какое расстояние. Чун Юнь осознавал, как мал его опыт общения и сколько возможностей отточить этот свой навык он потерял, выбирая тренировки в одиночестве, и всё же сейчас он готов был собрать все свои знания, чтобы не потерять ту малую часть доверия, на которой держится их странный союз. — Настойка из цветков цинсинь, что ты пила утром, и которая должна была отправить тебя домой, не сработала. И я этому рад, — он продолжал смотреть на огни «Ван Шу», но краем глаза заметил, что ему удалось вызвать определённую реакцию у Сяо Син. Она продолжала молчать, но не закрывалась от него за густыми волосами. — Плохо было бы прощаться вот так, хотя это и сделало бы меня в глазах отца достойным, достаточно сильным, чтобы исправить свою ошибку. Но я бы ни за что не напоил тебя вот так, без твоего ведома, если бы тебе не угрожала опасность сгореть в скверне. Это совсем не то, чего ты заслуживаешь. Сяо Син ответила не сразу, но в этот раз голос её, как и слова, звучали гораздо мягче: — Спасибо за это. Спасибо вообще, что спас. — Я бы не хотел подвергать тебя опасности и дальше, и возможно ты права насчёт плана. Мы могли бы придумать другой. Но главнее этого держаться вместе и больше доверять друг другу, как мне кажется. Господин Адепт сказал, что мы связаны одной целью, которая родилась ещё до нашей встречи. Именно она свела нас вместе и просто так не исчезнет. — Цель? Что это за цель такая, что из-за неё я попала аж в другой мир? — Не знаю. Но я думаю мы сможем найти её, если узнаем друг друга лучше. Для этого необязательно говорить о сокровенном. Но мы можем просто больше общаться. — Когда много всего плохого накапливается, то рано или поздно, о чём бы ты не говорил, всё равно начнёшь рассказывать о проблемах. Чун Юнь задумался над ответом. Стоило не упускать момент и случайно не испортить их едва зародившийся разговор по душам. Однако же Сяо Син продолжила: — Моя проблема в том, что я — совершенно непримечательный человек с абсолютно обычными жизненными неурядицами. Если говорить о моей цели, то я просто хотела бы стать кем-то особенным. Наверное, моё желание и привело меня сюда. Но вряд ли у тебя что-то похожее. — Каждое утро я просыпаюсь с мыслью стать лучше. Если встану раньше — больше успею, — поймав заинтересованный взгляд собеседницы, он продолжил: — Я тренируюсь каждый день, чтобы отточить своё мастерство экзорциста, но из-за моей внутренней энергии это часто не имеет смысла, ведь духи и так исчезают, едва только учуяв моё присутствие, а в бою с обычными монстрами экзорцизм не помогает. Поэтому я взялся за меч. Син Цю говорит, что это моё слабое место и движения мои оставляют желать лучшего. Я мечтал владеть мечом так же хорошо и изысканно, как он. Только это у меня слабо получалось, и я перенял его идею использовать Глаз Бога как продолжение меча, но… Я всё ещё слишком слаб, что бы я не делал. Выходит так, что в одном я слишком хорош, хотя не сделал для этого ничего. А в другом я слишком плох, хотя стараюсь каждый день. Сяо Син осмотрела спутника с ног до головы, будто видела впервые. В его холодных глазах, сквозь сложный рисунок, действительно виднелась какая-то глубокая усталость. Чун Юнь старался несравненно больше для своей цели. Чего только стоит, как он это обозначил, «плохое владение мечом», что недавно спасло им обоим жизни. Знакомое чувство больно кольнуло Сяо Син изнутри. Оно часто преследовало её в реальной жизни, когда волей-неволей взгляд падал на других, более успешных, более активных и развитых. В общем, на всех тех вокруг, у кого всё было «более». — Я не знаю, как ты выглядишь в том другом мире, и что делаешь, но я бы хотел узнать о тебе больше, — снова заговорил Чун Юнь. — И мне кажется, что непримечательные люди подобного желания обычно не вызывают. Сяо Син задержала взгляд на лице спутника, осознавая, что колючее чувство перестало так сильно терзать её. В словах Чун Юня звенела спасительная искренность. — Расскажешь о себе? — Ну, у меня есть работа, комнатный цветок и много дел. — Ого, впервые слышу такую компактную историю о себе. У тебя уже есть работа? Какая? — Она, ну… Ох, это всё сложно, — Сяо Син накрыла лицо ладонью. Простой ответ дать не получится, придётся объяснять, что ещё за «цветовод-консультант онлайн», либо попытаться упростить. — Я в общем, занимаюсь растениями. А точнее, даю советы по посадке, уходу и всё такое. Ко мне приходят, говорят проблему или просят совета, и я помогаю. — О, так ты в растениях разбираешься? Такими знаниями владеют многие в наших краях. Полезно знать, что может помочь от зубной боли, например. Когда я пристрастился к мороженому, у меня часто болели зубы, и господин Бай Чжу выписал мне настойку из стеклянных колокольчиков. Они немного вяжут язык, но боль действительно проходит. После этого я просто стал добавлять их в мороженое. Кстати, о нём… — Я не совсем то имела в виду, — тихо добавила Сяо Син, смутившись, что её незатейливую работёнку на сайте восприняли искажённо, в чересчур в хорошую сторону. Но Чун Юнь её не слушал, полностью переключившись на что-то своё. Недолго порывшись в своём рюкзаке, он выудил несколько небольших мешочков. — Какой вкус ты выбираешь? У меня есть… стеклянные колокольчики, но они вяжут язык, хоть и сладковатые; мята… ох, она почти закончилась; и валяшка, сувенир из Мондштадта, она кислая, если добавить слишком много. — А можно всё вместе? — неуверенно проговорила Сяо Син, с интересом заглядывая в руки Чун Юню. — Что ты будешь делать? — Увидишь, — он достал из рюкзака их походные маленькие бамбуковые чашечки и ложечки и передал Сяо Син. — Держи одну ровно. Он был сосредоточен, пожалуй, похлеще, чем в бою. Ловкими движениями, Чун Юнь высыпал из каждого мешка по пол ложки разноцветных порошков в ладонь, смешал, и сдул в сырой воздух. Обхватив руками воображаемый шар перед собой, он плавно, с какой-то бережностью, обвёл его, и крупицы воды вперемешку с оседающим порошком, стали превращаться в острые снежинки, затем лихорадочно закружились, цепляясь одна за другую. Чун Юнь сужал воображаемый шар до тех пор, пока снежинки между ладонями не превратились в снежный ком, и свалились в чашу. Завороженная зрелищем Сяо Син едва не выпустила её из рук и засмотрелась на результат работы. — Повезло, что сегодня так влажно, — судя по голосу, Чун Юнь остался доволен собой. — Поможешь ещё раз? Второй снежный ком оказался в своей чаше. Пористый, неплотный, немного вяжущий, с кислинкой и свежим послевкусием. Не смотря на холодок, то и дело пробегающий через всё тело, Сяо Син съела десерт быстро и с удовольствием. — Знаешь, это напоминает мне немного сорбет, — довольно произнеся, она откинулась на рюкзак и подняла взгляд к небу. — Мы с подругой часто брали его в одном местном кафе. Но твой десерт намно-ого вкуснее. Есть в нём такая легкость и ненавязчивость во вкусе. — О, тебе действительно нравится? Сян Лин вот советовала добавить в него фасоль, — Сяо Син хихикнула в ответ и Чун Юнь продолжил с энтузиазмом: — Если хочешь, я мог бы попробовать адаптировать рецепт так, чтобы ты могла сделать десерт дома и угостить подругу. — Ага, можно было бы. Правда, с подругой я уже почти не общаюсь, — загоревшиеся было от удовольствия глаза заметно потускнели. Сяо Син опустила взгляд к земле и пнула камушек. — Это… жаль. Что случилось? — Разошлись пути. Я уехала с родного города и связь как-то постепенно потерялась. — Знаешь, — подал голос Чун Юнь после недолгой паузы. — Однажды я услышал фразу, что людей, связанных судьбой, не так просто разлучить. Не смотря на то, что их пути могут однажды разойтись. — Знаешь, — повторила она интонацию собеседника. — Это звучит больше про нас с тобой, чем про мою недо-дружбу. Сяо Син поджала губы в неоднозначной улыбке, одарив Чун Юня взглядом, в котором тлело какое-то тёплое смирение. Сказанные ею слова грели и кололи одновременно. — Я был бы не против такой связи с тобой, — отозвался он, отпуская чувства и позволяя им облегчить всю тяжесть её взгляда. Черты лица Сяо Син заметно сгладились, расслабились, делая её вновь девочкой, а не безнадёжно взрослой со всеми удручающими признаками такого возраста. Сяо Син больше не закрывалась от него. Он взял в плен её взгляд своим, нечаянно увлекая сердца обоих биться в унисон. Чем дольше они были вместе, тем меньше ощущалась иррациональность их увлечения друг другом. Чун Юню хотелось знать о ней больше и больше, поглощая каждое её слово, пусть иногда и не совсем понятное. Сяо Син меньше ощущала недоверие и больше искренний интерес к своей персоне, чего с ней не было уже до возмущения давно. Удивительно, что сказанное ею не казалось собеседнику чем-то заурядным. Чун Юнь несмело коснулся её руки, но, ощутив холодность, тут же накрыл своей, удивительно горячей. Вспоминать о притаившейся Ян не хотелось, но она как всегда ярко дала о себе знать, разгоняя по жилам кровь. Расстояние между их глазами незаметно сокращалось, пока оба не стали тонуть в серо-лазурном море, ощущая исходящее друг от друга тепло. Раздался хлопок и пьянящее чувство тут же испарилось. В тёмной дымке возник силуэт знакомого Адепта. — Я прерываю ваши смертные утехи с некой целью, — ушёл от извинений он. — Для начала, ты забыла кое-что, — он протянул руку с расчёской, но тут же одёрнул её, когда за ней потянулась Сяо Син. — Нет, через него. Сила его внутренней энергии как раз особенно активна и очистит скверну, — он протянул предмет Чун Юню, а на его лице мелькнуло подобие смущения. — Второе — бандиты ушли, и к вашему счастью, в совершенно другую сторону, что, конечно же, не означает полную гарантию вашей безопасности. Относясь к этому — почему вы не ушли подальше от «Ван Шу»? Сяо Син захлопала глазами, приходя в себя от внезапного появления и обрушенной информации. Чун Юнь отозвался быстрее: — Мы сделали привал. Ненадолго. — Что совершенно безрассудно, — его густые брови нахмурились ещё сильнее. — Уходите в более безопасное место, в ту сторону желательно. — Спасибо, господин Адепт, — Чун Юнь коротко, но не менее уважительно, чем обычно, кивнул. Сяо обернулся к ним спиной, намереваясь скрыться, но бросил напоследок через плечо: — И ещё, третье. Если понадобиться помощь, просто позови меня по имени, смертная. Адепт Сяо. Я приду на помощь. Ты ненадолго в нашем мире, поэтому я позволил воспользоваться этой возможностью. Однако же если ты станешь делать это... — Не стану, — покачала головой Сяо Син, отлично понимая о чём Сяо. Услышав нужное, тот исчез, но Сяо Син готова была поспорить, что он пожелал удачи напоследок, но если это была лишь её разыгравшаяся фантазия, это её совершенно не расстроило. Внутри неё разыгралась настоящая буря из эмоций. Она расплылась в улыбке, закрыла довольное лицо ладонями и заёрзала на траве. — Ого, такой связью мог похвастаться разве что Итэр. А точнее, это за него сделала Паймон, — отозвался Чун Юнь, наблюдая за реакцией. Подобное предложение от Адепта ему и не снилось, поэтому искренне радость разделить он с ней не мог. Вспомнив о расчёске, он протянул её Сяо Син. — Держи вот. — Спасибо. Знаешь, я бы так хотела погонять этого ворчуна. Жаль только, что мне дорога моя жизнь, — сказав это довольно серьезно, она всмотрелась в недоуменное лицо спутника и, не сдержавшись, рассмеялась. Звонкий смех растопил негодование Чун Юня. — Надеюсь, его помощь не понадобиться, но я всё равно рада, что у нас есть такой мощный союзник. — Мне кажется, он говорил исключительно про тебя. — А мне кажется, что ему просто скучно, — сказала она, поднимаясь с земли. — А мы оба смогли его заинтересовать. Идём, нам и правда пора куда-нибудь уйти. У тебя, кажется, был вариант для ночлега? — Есть одно укромное местечко.