Листопад

      Пряча нос в шарфе, повернувшись спиной к ветру, Кира стояла на улице около микроавтобуса и отчаянно ненавидела Арсения. Часы показывали какое-то отвратительное уму время. Сам граф уже сидел на своём законном заднем диване автобуса. Стас с Димой тоже были в машине. Кира встречала их на улице и пристрастием допрашивала, все ли взяли вторые перчатки, обувь, термосы. И где-то глубоко в душе надеялась на бунт среди нечаянных туристов. Что Дима, или Краб, или они все вместе запротестуют, и все отправятся дальше досыпать в тёплые постели, где никто на тебя не дует, не сыпет и не поливает ничем с неба. Она поёжилась и ёжилась ещё долго, пока ждала заспанного Максима. Тот опаздывал всего минут на десять, однако Кире этого хватило, чтобы невзлюбить и его. В конце концов она закурила, и, конечно, из автоматических дверей тут же вышел Краб. Она хмуро буркнула ему пожелание доброго утра, заставила свериться со списком, и наконец смогла и сама залезть в нагретый тёплый салон. Там царила темнота, Дима уже посапывал, прислонившись к окну. Стас уткнулся в телефон, Арсений вытянул ноги в проход. — Всё, все в сборе, — кивнула Кира двоим их инструкторам.       Дорога до подножья горы делилась на два этапа. Сначала им нужно было доехать до села Тихоновка. А за ним начиналась просёлочная дорога, по которой их микроавтобус проехать бы не смог. Поэтому в Тихоновке, после завтрака, им предстояло пересесть на два полноприводных джипа и ещё пару часов добираться до подножья горы. Поэтому и инструкторов, по совместительству водителей, было тоже двое.       Кира сразу растянулась на двух сидениях, намереваясь выспать всё из предстоящих четырёх часов дороги. Мягкий ход машины способствовал сну, тем более, что сопротивления никто из пассажиров не оказывал. Арсений иногда вскидывал голову, смотрел на часы, и проваливался снова в дрёму.

***

      Постепенно всех разбудила плохая дорога. То есть не просто плохая, а практически полное её отсутствие. Кира открыла глаза как раз когда автобус, тяжело буксуя в огромной луже, смог наконец выбраться на сухой участок. Часы показывали половину восьмого. Все остальные тоже потягивались, тёрли глаза и совершали прочие процедуры, положенные пробуждению в дороге. Ещё минут через пятнадцать, под забористый матерок водителя, жалевшего подвеску, они неожиданно выкатились на просёлочную дорогу, немного покружили между деревянных изб и остановились около двухэтажного большого дома. Здание было выкрашено мерзкой розовой краской, облупившейся под коньком чёрной от сырого мха крыши, и всем видом выдавало в себе местный клуб культуры. Что и значилось на табличке, как удостоверилась Кира, поднявшись по шаткому деревянному крыльцу. В большом, мрачном зале, тускло освещённом люстрой под деревянным потолком, практически никого не было. Слева у глухой стены стояли несколько столов, накрытые когда-то цветастыми клеёнками, справа в разнобой прислонились к стене какие-то диваны, шкафы и стулья.       Компания зашла в зал и растерявшись, остановилась. — Прошу, — сказал Тимофей, один из их инструкторов, — сейчас нам принесут завтрак, уже должен быть готов. Затем можно будет переодеться и выезжаем.       Стас первый направился к столам. — Боже, какая же прелесть. Сколько в своё время было выпито по таким клубам и сплясано. Арсений, что ты застыл? — У него ностальгия, — произнёс Дима, усаживаясь рядом со Стасом за стол. — Он вспоминает Омск и свои первые дискотеки и корпоративы. — Я восхищаюсь, дураки вы. Вы люстру видели? — Он ткнул пальцем в потолок. — Это же какой раритет. Да тут всё раритет сплошной. А стулья? Я на таком в первом классе сидел. — Да-да, в церковно-приходской школе. Я всё время забываю, что Арсений ещё революцию застал, — ответил Дима.       Они расселись за столом, когда открылась какая-то незаметная дверь в противоположной стене и оттуда выплыла дама, толкая перед собой сервировочный столик на колёсах. — Ох, — восторженно выдохнул Арсений, тут же получив тычок в бок от Киры.       Дама действительно была прекрасна. Пышные рембрандтовские формы, качественно упакованные в кипенно-белый халат, пухлые руки с хищными красными ногтями. Кокетливая поварская шапочка на огненных рыжих кудрявых волосах. И неожиданно приятный грудной голос, которым она с заботой родной бабушки произнесла: — Вот, молодые люди, покушайте. Здесь у нас говядинка, пюрешку вот сделала, помидорки. Киселя могу налить или компот вот есть, — она скоро раскладывала еду по тарелкам, передавала за стол. — Рыбка вот тоже есть, это муж вчера привёз, так закоптили сразу. Ну и под рыбку смотрите, — с ловкостью, неожиданной для своих форм, она поднырнула к нижней полке столика и достала запотевший штоф с прозрачной жидкостью красивого золотисто-янтарного цвета. — Сами делаем, на грецком орехе, у меня муж настаивает. — Тётя Маша, ну это лишнее, мы же в поход сейчас, — укоризненно покачал головой Тимофей. — Так я же вам не предлагаю пить, — отмахнулась тётя Маша. — Исключительно в профилактических целях, по стопочке. Чтобы простуд не было. А мужчинам так и очень грецкий орех полезен, — сказала она заговорщицки почему-то Кире. — О, пацаны, мне нравится здесь, — радостно сказал Дима и взял у тёти Маши графин. — Как врач, одобряю, в профилактических целях. — Сказал он и быстро разлил настойку по семи рюмкам.       Инструктора ожидаемо пить наотрез отказались. Арсений долго крутил стопку в пальцах, разглядывая в свете люстры искорки внутри. Кира понюхала, приготовившись к сильному запаху спирта и удивилась, потому что пахло от настойки чем-то удивительно приятным, немножко орехом и какими-то травками.       Тётя Маша закивала: — Она совсем не крепкая, градусов тридцать пять всего. Так что рюмочка перед дорогой не повредит. Тем более вы такие молодые. Да и ехать вам до этой горы несчастной ещё часа два.       С этими словами она поставила ополовиненный уже штоф и величественно удалилась тем же манером. Арсений проводил её восхищённым взглядом: — Вот есть же ещё женщины в русских селениях! — Пахнет так мягко коньяк этот, — сказала Кира. — Настойка, — поправил Дима. — Да не важно, — вмешался Стас. — Какое шикарное место! Наверняка и баня какая-нибудь есть? А можем мы просто тут остаться и посидеть хорошенько, без гор этих ваших? Да ладно, ладно, — успокоил он инструкторов. — Так давайте, быстренько всё в себя и выезжаем.       На несколько минут за столом воцарилась тишина, нарушаемая только стуком столовых приборов да звукам восторга от немудрящей, но вкусной еды.       Быстро справившись с завтраком, парни потянулись на улицу, а Кира осталась переодеть обувь. В автобусе она ехала в кроссовках, но теперь надела новые ботинки, очень надеясь, что они не сотрут ей ноги. Присоединилась к парням. Они стояли у двух заведенных джипов, трёхдверных «Вранглеров» и наблюдали за Арсением. Тот зачем-то лез по приставленной к стене клуба лестнице, иногда останавливался и размахивал рукой, словно пытался взлететь. — Что это с ним? — Спросила Кира. — Арсений обнаружил, что тут нет связи. Еле телефон ловит. И совсем нет интернета. А ребята, — Стас кивнул на их водителей, Тимофея и Олега, — сказали, что дальше совсем не будет. А он же не может не выложить сторис, наснимал там что-то в клубе. Арс, — крикнул Стас, — заканчивай! Поехали уже.       Арсений поизображал неведомую птицу ещё немного, спустился с лестницы и вернулся к компании с самым недовольным видом. — Так всё хорошо начиналось и такой облом. Как вы тут без связи обходитесь? — Спросил он у Тимофея.       Тот в ответ пожал плечами. — Городской есть на случай чего. А так иногда вообще ловит что-то. А интернет тут кому нужен, тёте Маше? — Ну да, она бы могла посмотреть рецепт настоечки ещё какой-нибудь, — ответил Арсений.       Тимофей с Олегом начали всех поторапливать. Кира с Димой и Арсением сели к Тимофею, остальные пошли к Олегу в машину. Кира глянула на часы. Было семнадцать минут девятого.

***

      Тряска на жестком джипе не шла ни в какое сравнение с комфортной поездкой в автобусе. Дорогу развезло последними сильными осадками, машины сильно качались, пассажиры молча цеплялись за ручки над дверцами и соседа, пытаясь не удариться хотя бы головой, потому что всеми остальными частями тела прикладывались постоянно либо о салон машины, либо друг об друга.       Вдруг Тимофей заливисто выругался и остановил машину. — Что, что такое? — Наперебой заговорили Кира с Арсом. — Да мост блин… Неужели не предупредить было! — Тимофей с раздражением ударил по рулю. Второй джип остановился сзади них. Инструктора вышли на дорогу и прошли вперёд. — Начинается, — протянул Дима.       Арсений вышел из машины, присоединился к Тимофею с Олегом, которые о чём-то ожесточенно спорили. К ним подошли и остальные. — Поехали по правой дороге, через поляны! Там она хоть и длиннее на восемь километров, но сухая точно. А на верхней, которая через лес, мы там и увязнуть можем, — убеждал Тимофей. — Да мы больше часа потеряем, спускаться в темноте придётся. Ты ещё смотри, погода какая, — отвечал Олег.       Кира прошла немного вперёд. Дорогу пересекала узкая, но быстрая и полноводная речка с обрывистыми берегами. Через неё перекинулся деревянный автомобильный мост, согнанный из здоровых брёвен. Однако сейчас в центральной его части бревенчатый настил с одной стороны рассыпался и брёвна повисли вниз, оставаясь сцепленным по другому краю. Пройти по такому мосту можно без проблем, а вот проехать на автомобиле – невозможно.       Олег с Тимофеем развернули карту, обсуждая дальнейший путь. Кира засмотрелась на быстрый, вспененный поток воды. Показалось, что что-то мелькнуло на противоположном берегу. Она подошла ближе, ступила на мост, всмотрелась. Точно! В голых кустах замер уже почти полностью белый заяц. Она присела, выудила телефон из кармана. Поймала белое пятнышко на экране в фокус, включила запись. — Что это мы тут делаем?       Она вздрогнула от голоса над ухом, уронила телефон в лужу. Заяц опрометью кинулся из укрытия, через поле, сделал пару свечек и скрылся в подлеске. Кира с чертыханиями достала телефон из лужи, принялась его реанимировать. — Блин, Арс, вредитель какой-то. И зайца напугал, и телефон промок!       Арсений развёл руками. Кира проверила телефон, вроде работает. Он не удержался, сгрёб её к себе поближе. — Ну и что, ты выспалась? — Да, вполне. Надеюсь ты тоже, и накопил сил, — она привстала на носочки и поцеловала, куда смогла дотянуться, куда-то в голую шею в распахнутом вороте куртки. Он с абсолютно дурацкой улыбкой смотрел на неё. Внезапно захотелось вернуться назад в отель, валяться целый день в кровати под какую-нибудь чушь в телевизоре, обжимаясь, как первокурсники, к вечеру напиться вином и уснуть после хорошего секса. Он даже открыл рот, чтобы что-то такое сказать, когда сзади их окликнул Дима: — Эй, голуби, пойдемте!       Арсений закатил глаза.

***

      Спустя полчаса муторной езды по всё-таки верхней дороге, которая действительно оказалось в ужасно плачевном состоянии, Дима с переднего сидения вдруг трагично обхватил голову руками и застонал сквозь ладони: — Ой, блять! Ребят, я еблан. Я по-другому даже сказать не могу. — Как будто кто-то спорит, — Арсений округлил глаза. — Но всё же интересно, что, наконец, привело тебя к такой правильной мысли? — Я не переодел обувь, вот, смотри. — Дима подогнул ногу, демонстрируя летние кроссовки. — Ты меня так отвлёк своими поисками интернетов на крышах, что я совсем забыл. Ботинки остались в автобусе лежать. — Ну так давайте вернёмся за ними, — спокойно предложил Тимофей, останавливая машину на относительно сухом пятачке. Следовавший за ними джип с остальными тоже затормозил. — В смысле? Это же лишних два часа дороги. Давайте я вас тогда просто внизу подожду, на гору эту не пойду.       Тимофей пожал плечами: — У нас есть в запасе время, всегда так рассчитываем. Сейчас, подожди.       К их машине подошёл Олег. — Давай так, — обратился к нему Тимофей, — я с Димой за ботинками, а вы езжайте. Ждите нас до двенадцати, вдруг успеем. Если нет, поднимайтесь без нас. Встретимся на вершине.       Олег соглашаясь кивнул. — Не, мужики, не надо из-за меня одного такие крюки лишние делать. Я действительно спокойно посижу внизу. — Да езжай, Дим, — произнёс Арсений. — Обидно вот так уже доехать, и из-за ботинок остаться без значка.       Олег поторопил их: — Давайте быстрее решаться, время, конечно, есть, но не до завтра. Спускаться будем по темноте, но нам надо хотя бы первые 400 метров сбросить до полной темноты, дальше уже простой маршрут будет.       Дима кивнул: — Хорошо, давайте поедем.       Олег ответил: — Один человек ко мне ещё влезет, а один с вами скатается. И Диме не так обидно будет. — Я поеду, — тут же ответила Кира.       Арс удивился: — Да давай из той машины кого-нибудь пересадим… — Нет, нет, езжайте. Я заодно позвоню Антону, чтобы по завтрашнему отлёту всё проверил. А то тут действительно вообще ничего не ловит. — И не будет, — подтвердил Олег.       Арсений полез из машины, Дима пошёл к Стасу и Крабу, чтобы самому объяснить свой идиотизм. Кира вышла за компанию, да и ноги размять. Арсений обнял её: — Давай я с вами поеду, ехали все вместе, вернёмся все вместе. — Да зачем, езжай спокойно, — она почесала нос о его свитер. — Мы вас догоним. У меня будет стимул ползти быстрее по этой горе дурацкой. — Какая прелесть. — Он приподнял её подбородок пальцами. Сзади хлопнули двери машин, Дима позвал Киру, а Стас – Арсения.       Ему вдруг стало не по себе. — Кир, я с вами, не хочу без тебя уезжать, — слова вылетели быстрее, чем он успел подумать.       Она улыбнулась, провела пальцами по щетине на его щеке: — Всё будет в порядке. — Он поймал ладошку, приложил холодные пальцы к губам. Наклонился, поцеловал. — Да господи, как на вокзале, поехали, Арсений! — Крикнул ещё раз Стас.       Арсений оторвался от неё, с неясной тревогой проследил, как она садится в машину. Отошёл в сторону, пока Тимофей разворачивался. Кира помахала ему в окно. Он поднял руку в ответ, и только когда они сами отъехали, вдруг понял, что его так тревожит — он остался с ней впервые за это время без какой-либо связи.

***

      Спустя полтора часа самой отвратительной поездки в жизни Арса, джип вынырнул на более гладкую дорогу. Настроение его стремительно портилось, чем дальше они уезжали от места разделения их небольшой группы. Он уже пару раз схамил Крабу и только жизнелюбие парня не дало ему обидеться на Арсения. Гора высилась уже совсем над ними. Арсений против воли полюбовался природой, но не долго. Они выруливали на полянку, где стояло несколько небольших деревянных бытовок. Олег заглушил мотор: — Пойдемте. Перекусим, инструктаж проведу. И в двенадцать, вне зависимости, приедут ребята или нет, начинаем восхождение.       Арсений раздражённо хлопнул дверцей.

***

      В лагере у подножья горы Олег давал последние наставления. Арсений весь извёлся. Ему вообще всё решительно не нравилось. Он тянул время как мог. В конце концов в пятнадцать минут первого, Олег прямо спросил, идёт ли Арс с ними. Стас хлопнул его по плечу: — Хватит истерить, Арсений. Я тебя не узнаю. Давай, решился – делай до конца, помнишь?       Арсений посмотрел на гору. Раздражённо сбросил руку Стаса с плеча. — Всё, хорошо, идём.       Олег встал первым, за ним шёл Краб, затем Стас. Арсений замыкал вереницу. Он постоянно оглядывался, пока лагерь не пропал из виду за первым же холмом. Он с трудом подавил в себе желание вернуться обратно.

***

      Заяц, испуганный Арсением, всё ещё бежал полями, свернул, нырнул в лес, сбросил следы своей хитрой заячьей петлёй и залёг под пеньком. Поводил настороженно ушами. Вроде бы никаких подозрительных звуков не услышал. Потихоньку побрёл через лес, вырывая из-под раскисшей от дождей земли сочные корешки. Качались над головой старые ели, поскрипывая стволами. По одной из них взлетела белка, засуетилась, выискивая шишки посочнее. Заприметила на конце ветки особо вкусную на вид, но не успела к ней — шишка слетела и упала перед мордой зайца. Тот опять взвился с места и со всей возможной заячьей скоростью понесся, не разбирая дороги. Промчался мимо лисы, пьющей из ручейка. Она проследила за ним взглядом и неспешно потрусила следом, уткнув нос к самой земле.       Заяц, сделав большую дугу, снова выскочил к ручью, но уже в другом месте. Перемахнул одним прыжком, залёг под кочкой. Лиса выждала несколько мгновений, осторожно вышла из-за своего укрытия на границе леса, подошла к ручью, изловчилась, перепрыгнула его. Заяц был молод и не смог усидеть на месте, хотя лиса вряд ли бы распутала его скидку. Он выпрыгнул от неё в нескольких метрах и, стелясь над самой землей, помчался вдоль дороги. Лиса, в отличии от него сохранившая силы, бежала размеренно параллельно его траектории, постепенно сокращая дистанцию. Заяц затравлено попытался петлять, но путать следы на виду у лисы было бессмысленно. Он скакнул еще несколько раз хаотично, позволив ей подойти еще ближе и рванул в сторону дороги. Из-за поворота показался джип, на который оба зверя не обратили внимания в пылу погони.       Они ещё не доехали до моста, но выбрались на относительно ровный участок, где Тимофей, торопясь, смог прибавить скорость. По одну сторону дороги шла бесконечная лужа с вязкой грязью на дне и опасными здоровым камнями. Он следил, чтобы не съехать случайно в колею, а то утащит в эту воду. Еще занесёт чего доброго, даром что на джипе. Тимофей покосился на часы, надеясь всё же успеть на восхождение. Главное, чтобы группа его не сильно тормозила. Вот зачем с ними девчонка потащилась, поехала бы лучше с Олегом, а с ними этот, длинный, остался, досадливо подумал он. Кинул взгляд в зеркало заднего вида на Киру. Вдруг на дорогу выскочил под колёса заяц. Тимофей от неожиданности дёрнул рулём, влетая в огромную лужу. Под водой оказался здоровенный камень. Он пришёлся под левое заднее колесо, всех подкинуло от сильного удара по подвеске, Тимофей закрутил рулём, теряя управление. Джип снова встал на четыре колеса, но пошёл боком. Тимофей силился выйти из заноса, работая рулём. Но теперь под передние колёса попало сразу несколько булыжников, джип замотало, потащило всё сильнее. Кира сильно ударилась головой о подголовник водительского сидения, в последний момент успела выставить руки, что слегка смягчило удар. Тимофей головой влетел в стойку, от боли посыпались искры из глаз, нога рефлекторно нажала сильнее на газ. Мотор взревел и "вранглер", зацепившись за землю всеми четырьмя колёсами, понёсся через обочину дороги, перепрыгнул глубокий кювет, ударившись в его край мордой. Не пристёгнутую Киру кинуло вперёд через кресла. Джип подлетел, рухнул на крышу, перевернулся на бок и замер. Тимофей, придавленный выстрелившей подушкой, лежал без сознания на водительской двери, под его головой на стекле расплывалась кровавая лужица. Диму удерживали ремень и надутая подушка, он слабо стонал и пытался шевелиться. Кира лежала между передними креслами в неестественной позе без движения. Из-под капота вырвался дымок сизого дыма.       Лиса в три прыжка накрыла на другой стороне дороге замершего от испуга зайца, схватила за загривок зубастой пастью, мотнула головой, ломая шейные позвонки, и потрусила прочь от странной жужжащей штуки, дурно пахнущей металлом, дымом и кровью.

***

      Арсений зарубался кошками в снежный наст, как учил несколько часов назад Олег. Если бы не отсутствие уверенности, что Кира тоже идёт следом по горе, он бы даже получал от этого всего удовольствие. Виды действительно открывались фантастически красивые. Он с лёгкостью преодолевал каменистые осыпи, узкие тропинки над обрывом, а сейчас они пересекали небольшой ледник. Впереди в связке шёл Стас. Внезапно у него сорвалась нога, Стас попробовал орудовать ледорубом, но не получилось воткнуть его в наст. Арсений понял, что Стас сейчас дёрнет идущего перед ним Краба, и схватил верёвку, отходящую от его обвязки, накинул петлю на локоть, перепрыгнул ближе к скользящему на пятой точке Стасу, выкинув в его сторону руку. Одновременно он взмахнул ледорубом, со всей силы втыкая его в ледяную корку, надеясь, что делает это именно так, как учил Олег. Стас успел схватиться за протянутую руку, Арс надавил на ледоруб и они остановились спустя метр. — Эй, что там происходит? — Крикнул Олег. — К-2 насмотрелись или что это? Арсений, не нужно этих красивых прыжков. Втроём мы Стаса удержим без проблем. А вот вдвоем вас обоих – уже сложнее. Когда срывается человек в связке все ближайшие к нему должны в первую очередь зафиксироваться на склоне, а не в Сталлоне играть. — А мне понравилось. — Сказал Стас Арсению. — Да мне, честно говоря, тоже, — ответил тот.       Они осторожно поднялись, врезаясь шипами на ботинках в снег, и продолжили восхождение.       Вскоре они дошли до площадки, где Олег разрешил последний раз передохнуть перед последним подъемом. — Самое опасное место мы уже прошли. Теперь путь будет по тропе, пара каменных осыпей, да и всё. Так что снимайте кошки спокойно.       Арсений смотрел на раскинувшуюся перед ними долину. Здесь царил не очень плотный туман, над которым они должны были подняться на вершине. По долине внизу змеились речки, волнами разбегались холмы, рядом вздымались вершины других гор. Он достал телефон, поснимал. Но для завершенности не хватало разделить восторг. И не абы с кем. Он горестно повздыхал.       Олег объявил об окончании привала. Они снова выстроились цепью и вышли на узкую тропу вдоль головокружительной высоты обрыва. Олег пристегнул их к страховочному тросу, тянущемуся по стенке скалы. Арс глянул на часы. Четыре часа. Они опаздывали. Оглянулся назад, но их путь не просматривался целиком с этой точки. Неизвестно, начали ли Дима с Кирой подниматься. А может быть, они вот за ближайшим поворотом идут. Оглянулся снова и чуть не потерял равновесие. Схватился за трос, покачался. Испуг оказался больше, чем реальная опасность. В голове промелькнула мысль: «Я не должен был её отпускать. Больше не отпущу». То, что с Кирой шли опытный инструктор и Дима, Арсений в расчёт не брал. Без него, значит, одна.

***

      На вершине они увидели, наконец, солнце. Не надолго, но увидели. Арс, раскинув руки, наслаждался видами. Посидел на краю обрыва, поболтал ногами под мольбы Стаса отойти от края.       Олег хмурился. Они до пяти часов пробыли на вершине, но он не видел признаков того, что за ними идёт вторая группа. Рации в горах работали не слишком хорошо, но по его расчётам Тимофей со спутниками должен был быть в зоне досягаемости. Он позволил парням ещё немного повосторгаться красивыми видами и погнал их вниз. Интуиция ему говорила, что Тимофей подъем не начинал. Ему не терпелось добраться до лагеря.

***

      Внизу снова моросило. В сгущающихся сумерках по горной тропе идти было особенно тяжело. Спускались уже два часа. Шли молча, без перерывов. Арсения не покидало чувство, что Олег гонит их вниз, торопится вернуться в лагерь. Он и сам постоянно оглядывался и понимал, что Кира с Димой не поднимались на гору. Уже сработала бы рация или они увидели бы их где-то. Но нет. Он и сам хотел бежать быстрее вперёд. В который раз посмотрел на часы. Семь вечера. Снова поднимался ветер, засыпая мокрым снегом всё вокруг. «Если мы будем их искать, по такой погоде следы быстро засыпет», промелькнула в голове мысль. Он прогнал её. С чего бы им их искать. Скорее всего, они остались у подножья горы и ждут их. Или, что ещё вернее, дорога заняла слишком времени и они даже не выехали из Тихоновки. Может быть, Кира слишком долго говорила по телефону. Или Дима не мог найти ботинки. Да, скорее всего они так и не выехали. Арс не заметил, как обогнал Стаса и Максима, поравнялся с Олегом. Тот покосился на него. — Похоже, ребята совсем припозднились, и подниматься не стали, — Олег словно подслушал его мысли. — Думаю, что они к горе не вернулись, остались в селе, — произнёс Арсений.       Олег снова на него покосился. — Я вас видел, — сказал он внезапно. — По телеку. Только вас четверо, ещё такой, высокий тощий. — Угу, — кивнул Арсений, — Антон Шастун. — Да, точно. И с хвостиком. Диму знаю. Тебя тоже. А это кто все? — Стас наш продюсер, Краб – звукарь, Кира – администратор.       Олег помолчал. С Тимофеем они сдружились давно, так давно, что считали друг друга уже братьями. Наверняка он просто поздно прибыл к подножью горы. И сейчас ждёт его в одной из бытовок. Олег прибавил шаг.

***

      Последние несколько сот метров до лагеря Арсений бежал. Издалека увидел, что машина среди темных бытовок стоит одна. Его догнал запыхавшийся Олег. — Я следов не вижу, но это ничего не значит, сыпет эта мокрота, всё развезло. — Да не было их здесь, — ответил Арсений. Крикнул в сторону света фонариков, обозначавших Стаса и Краба, — давайте живее, ехать надо! — Да, точно они в Тихоновке остались. Поедем понизу. Там хоть и длиннее дорога, да в ночи по ней безопаснее. Наверху напоремся ещё не дай бог на камни, застрянем. — Как скажешь, — ответил Арсений.       Они с Олегом уже сели в джип, развернулись, и покатились к краю поляны навстречу Стасу с Крабом. Арсений быстро выскочил, откинул своё кресло, пропуская двоих назад. Олег дал по газам и Арсений захлопнул дверцу уже на ходу.

***

      Олег ехал на пределе возможностей машины и своих собственных, напряженно вглядываясь в дорогу. Старался держать скорость максимально возможной. Дорога была гораздо лучше верхней. Колеса бодро сжирали километр за километром. Арсений держал в руках телефон, поминутно его включал, надеялся, что появится связь. Когда они проехали развалившийся мост, где он спугнул зайца, он посмотрел на часы. Было половина десятого вечера. Олег бил все рекорды скорости по бездорожью. Макс, которого подкинуло на очередной кочке, чувствительно приложился о стойку и спросил жалобно: — А чё мы гоним-то так?       Арсений с Олегом молча переглянулись. — Надо так, — коротко ответил Стас, пожёвывая губы.

***

      В Тихоновку они влетели без пяти минут одиннадцать вечера. Самый яркий фонарь горел над розовым клубом. Машины около него не было, только автобус.       Олег бродил по площадке, разглядывая землю в поисках следов. — Куда они могли поехать? — Спросил у него Арс. — Да никуда. Тётя Маша в клубе на втором этаже живёт. Спать бы положила их. Ваш водитель-то там спит.       Арс уже не слушал. Бегом бросился к дому, в один прыжок взлетел на крыльцо, забарабанил в дверь и заорал: — Мария! Тьфу ты, тётя Маша! Открывай!       На втором этаже зажёгся свет в окне. Тётя Маша открыла створку: — Кто это орёт-то так? Пьяный, что ли? — Теть Маш, это мы, москвичи из Владивостока, кормила ты нас с утра. Не приезжали тут наши ребятки днём? Девушка, парень лысый и этот.. как его! — Арсений обернулся на Олега, забыв имя второго инструктора. — Тимофей, — подсказал Олег, задрал голову и спросил, — Тимоха приезжал?       Тётя Маша покачала головой: — Не было никого, мальчики. Мясо привозили да хлеб. Но это с города. А от гор никто не приезжал. Да вы подождите, — засуетилась она, — сейчас спущусь, открою. Голодные же наверное.       Арсений с Олегом смотрели друг на друга. У Арса противно засосало под ложечкой. Сердце колотилось, казалось, в голове. — Я тебе говорил, надо было верхом ехать, — заорал он на Олега, размахивая руками. — Да как я мог знать, — опешил Олег. — Я же говорил! — Снова заорал Арсений. — Я же, блять, сразу знал… — Он зло пнул камень, тот улетел в ближайший забор. Залаяла собака. — Поехали, поехали быстрее! А ты, — он ткнул пальцем в Краба — оставайся тут. Вдруг всё-таки вернутся. Хотя бы дашь им знать, что с нами всё в порядке. И ездим теперь только по верхней дороге!       Он резко развернулся на месте, полы расстёгнутой куртки взметнулись за спиной. Стас поспешил залезть обратно на заднее сиденье. Выбросив из-под буксанувших колёс комья песка и грязи, они пронеслись обратно в сторону горы мимо крыльца, на которое только вышла тётя Маша. Она ойкнула, прижав руку к пухлой груди, увидела Максима и обрадовалась: — Пойдём, дорогой, разогрею покушать. Голодный же?

***

      Арсений безостановочно ломал пальцы, выкручивал их, хватался поминутно за телефон. Олег, сцепив зубы, гнал джип так, что говорить было небезопасно для зубов и языка. Они домчали до поворота на верхнюю дорогу. Арсений отметил время, уже машинально. Двенадцать ноль семь. Прошло уже больше двенадцати часов, как они расстались. Щетки лобового стекла с трудом справлялись с налипающим снегом, который должен был бы таять по плюсовой погоде.       Олег снизил скорость, врубил все имеющиеся световые приборы на «вранглере», освещая дорогу вокруг. Они тошнотворно медленно ехали по дороге, боясь пропустить что-нибудь существенное. По мере отдаления от развилки, у Арсения нарастало отчаяние. А если не найдут? Тут они проехали небольшой относительно сухой участок дороги. Арс узнал место, где они разделились. Какого чёрта он поддался на эти идиотские уговоры? Надо было ехать с ними, нельзя было оставлять её одну.       Вдруг Олег махнул рукой на что-то и затормозил. Но Арс увидел уже и сам. Они медленно подъехали к обочине, Олег развернул машину так, чтобы фары светили за край дороги. Арсений выскочил почти на ходу, перепрыгнул раскуроченный словно взрывом кювет, чуть не грохнулся, поскользнувшись на грязи. — Кира! Дима! — Заорал до боли в горле, подбегая к перевёрнутому джипу. — Тим! — Кричал за спиной Олег.       Арсений почувствовал во рту металлический привкус. В ушах стучало, заглушая все окружающие звуки. Багажник машины распахнут, как и правая дверь. Он сразу заглянул туда. Пусто. Оглядел салон. Подбежал Олег, посветил внутрь фонариком, протянул второй Арсению. Два луча света зашарили по сидениям, потолку, полу салона. Арс задержался на мгновение на кровавом пятне на стекле водительской двери. Олег разглядывал его дольше. На торпедо тоже было следы крови. Арсений тщательно разглядывал заднее сиденье, пытаясь найти какие-нибудь следы, и одновременно страшась этого.       На торпедо были какие-то странные разводы и пузыри. Это от огня, понял вдруг Арсений. Они с Олегом обошли лежащую на боку машину. Вся морда измята, крышку капота сильно вывернуло. Олег светил себе под ноги, тщательно разглядывая следы. Арсений забегал кругами вокруг, выкрикивая имена Киры и Димы. Вернулся на дорогу, пробежался до поворота. Вернулся по полю широкой дугой. Олег сидел на корточках у раскрытого багажника, внимательно рассматривая землю. Взглянул на Арсения. — Рюкзака Тимохиного нет. Забрал с собой. — Произнёс Олег. — Нет их тут. Ушли. — Куда? — Глупо спросил Арс. Олег пожал плечами. Кивнул подошедшему Стасу: — Тим эти места хорошо знает. Но отсюда до Тихоновки идти до черта. Я бы не пошёл. Надо следы посмотреть. Хотя нет, — он мотнул головой. — Надо в Тихоновку возвращаться. Спасателей вызывать, поисковиков. — Каких, к черту поисковиков? — Переспросил Арсений. Он не понимал, почему Олег со Стасом стоят. Надо же бежать, искать. — А таких, посмотри, — Олег посветил на землю. Наступил в кружок света ногой, оставляя след. Мягкая грязь расплывалась, не сохранив отпечаток. — Мы сами по темноте их не отыщем. Тут собаки нужны. И как можно скорее. — Да они где-то рядом! До леса, наверное, дошли, от дождя спрятаться. — Ответил Арсений. — Сам сказал, до села идти далеко. — Угу, далеко. Если Тим так же подумал. — В каком смысле? — Поинтересовался Стас. — Карта-то Тимохина у меня после моста осталась, — тоскливо сказал Олег. — А по местным ориентирам он мог напутать и предположить, что они ближе к селу, чем есть на самом деле. Тем более после аварии. Чёрт его знает, сотрясение наверняка было. Видел кровь в салоне? — Видел, — ответил Арс. Начинала подкатывать тошнота. — Погоди, если со следами всё равно не выйдет, дай я хоть до леса того добегу, — он махнул рукой на черневшую на другом краю поля полосу деревьев. — Вдруг они там, под ёлкой какой-нибудь сидят. — Мы тут стоим уже минут десять, — невпопад сказал Олег. — И что? — И то, что орём и светим, как на главной площади в новогоднюю ночь. И что-то я не вижу ни света, ни хрена оттуда. А у Тима фонарики точно есть. — Блять, — Арсений в раздражении взмахнул руками. — Что ты хочешь сказать? — То, что они по какой-то причине ушли далеко от сюда. И нам нужны профессионалы.       Арсений задумчиво смотрел в темноту. Логика в словах Олега была. Но он не мог заставить себя сесть в машину и уехать. Ему представлялось, как Кира или Дима в последний момент заметят свет от машины, будут бежать по полю и звать их. А они будут удаляться по дороге, равнодушно мигая задними фонарями. — Давай я останусь, — предложил он. — Буду тут сидеть под ёлкой, светить. Орать периодически. Ну, вдруг они рядом где-то, не знаю, спят сейчас. — Нет, — посуровел Олег. — Надо будет, силой тебя в машину посажу. Здесь одному по лесам и днём-то лучше не шарахаться. Мало ли, зверь какой. — А им, значит, отлично тут по ночи шарахаться?! — А их трое и у них есть фальшфейеры. Должны быть. У Тимохи всегда в машине были.       Арсений помолчал. Фальшфейер не представлялся ему хорошей защитой от медведя, например. Он остервенело потёр руками лицо. — Нет, я так не могу! — Он развернулся и пошёл прямой наводкой в сторону леса. — Арсений! — Крикнул Стас.       Арс припустил трусцой. — Арсений, твою мать! Мне за тобой, как за девочкой, по полям носиться надо?!       Арс пробежал ещё несколько метров, остановился, беспомощно светя в сторону леса. Луч фонарика до деревьев не доставал, ослабевал где-то на половине пути. Он приставил сложенные рупором ладони к лицу, заорал: — Кира! Дима!       Справа сорвалась с места какая-то птица. Он понимал, что надо ехать. Что нельзя терять время. За локоть тронул подошедший Стас: — Арс, она не одна. С двумя мужиками. Один инструктор горный, Димка тоже не рохля сопливая. У нас тут ни связи, ничего. Быстрее съездим, быстрее искать начнём. Я позвоню в Москву, может, сможем как-то ускорить тут процесс.       Арс закрыл рот ладонью, пытаясь взять себя в руки. Стас прав. И Олег прав. Все вокруг правы, кроме него, который потащил Димку и Киру на эту гору чёртову. Вспомнил, как уговаривал вчера Диму. Как попрощался с Кирой.       Он её найдет и никогда больше никуда одну не отпустит. Если найдёт, усомнился тут же в голове едкий голос отчаяния.       Арс покивал: — Да. Да, пойдём. Скорее. Надо торопиться. И позвони сразу, как связь будет, Славе, может, действительно связи тут есть какие.       Они вдвоём вернулись к дороге. Арсений по пути ещё несколько раз звал Киру и Диму. Больше, чтобы успокоить себя. Олег уже сидел в машине. Арс пропустил Стаса на заднее сиденье, сел сам, и вопросительно посмотрел на Олега. Тот не отрываясь глядел на перевёрнутый джип в лучах фар. — Мы вроде торопимся, нет? — Раздражённо бросил Арс.       Олег заморгал опуская взгляд, шмыгнул носом и длинно нажал на руль. Протяжный гудок разнёсся далеко над полем. Олег выждал ещё минуту и включил заднюю передачу, чтобы развернуться.