Цветные Карандаши

… 21:10. С сухим «клац» минутная стрелка дрогнула, переместившись на одно деление. Время.. странная, причудливая вещь. Порой оно летит быстро, стоит лишь закрыть глаза – и вот, ночь прошла, и ты уверенно смотришь в новый день, бодрая и полная сил. А бывает, тянется вот так, будто жвачка, выматывая нервы и не давай уснуть. Они лежали на кровати, голова Анны покоилась на груди Шу. Оба молчали. Пальцы тени машинально перебирали пряди ее волос, как всегда, когда он был погружен в свои мысли. Анна же просто молчала, теребя уголок подушки. В комнате стояла жара – батареи врубили на полную, и старые кирпичные стены неохотно выпускали тепло наружу. Перебирая в голове события прошедшего дня, она в который раз пыталась сообразить, где же допустила ту самую роковую ошибку? Когда добровольно озвучила свое намерение перед главой библиотеки? Или же когда решила повторить попытку слияния, еще тогда, давно, поддавшись эмоциям? Жизнь… Что это такое? Почему люди так истово рвутся ее защищать, этот короткий отрезок бытия, измеряемый мгновениями? Все, что было «до» - стало прошлым; будущее для книгочея – понятие относительное; в любой момент оно может быть, а может и оборваться. Когти смерти поджидают тебя за каждый углом, и далеко не факт, что тебе удастся в конечном счете переродиться, а не сгинуть, как многие, в битве, лишив себя и этой надежды на существование. Она и сама не понимала, откуда в ней возникло это искреннее желание – стать Тенью. Ведь еще недавно она и подумать не могла, не допускала для себя подобной судьбы. Ей хотелось жить, жить, глотать этот воздух полными легкими, ощущать себя, свою плоть, как нечто вечное и прекрасное. Даже Костяной Дом не смог убить в ней это жизнелюбие. Это сделали люди. Сломав, изуродовав, надломив, будто нежный росток… Благодаря Шу она поняла, что значит учиться чувствовать и понимать. Жизнь также не пощадила теней; будто сухие листья под метлой дворника, они были предоставлены сами себе, едва ли помня о том, кем они вообще были. И вот… Она – сказала. Она озвучила. Открылась, на свой страх и риск, ожидая казни. поступок Шу не мог не привлечь внимания, и их маленькая тайна была раскрыта. Стоя пред лицом начальницы, она ожидала чего угодно: угроз, насмешек, наказания. Что ее ждало? Трибунал? Отторжение? Лишение всех заслуженных регалий, изгнание из Ордена книгочеев? Однако Таисия Анатольевна была не тем человеком. Не смотря на грозную внешность и зычный голос, ей хватало мудрости и такта. Выслушав Анну, - первое, что она сделала. – так это наглухо заперла двери зала, и, подойдя к девушке, успевшей уже разъединить руки с тенью. - Однако. А теперь рассказывай. Только давай начистоту, что вообще здесь стряслось, и что ты там себе удумала. Хочу знать все. И она рассказала. С самого детства, с самого начала, начистоту, - и про вступление в ряды книгочеев, и про насилие, встречу с Шу, разговоры с Прасковьей и собственное состояние; про первое слияние и чувства. Не забыла она упомянуть и остальных теней, их просьбы и страхи. Таисия Анатольевна слушала молча, не прерывая девушку, лишь изредка кивала. Пожилая женщина, она всякое повидала на своем веку, и сейчас вся Анна, все ее чувства, - все, все было у нее как на ладони. - Вот потому я и решила… Что лучше уж так, лучше сейчас, чем ждать… - Я поняла. – Глава Библиотеки кивнула. Сложив руки на груди, она покачала головой. – Да. Наворотила ты дел, девочка. И где были только глаза у ротозеев из Московской? Человек на глазах погибает, а они будто ослепли. - Что же теперь, Таисия Алексеевна? - А ничего. Сперва ты пойдешь к себе, умоешься и приведешь себя в порядок. Затем придешь ко мне в кабинет; вместе составим заявление в судебно-дисциплинарный совет Круга. Насилие, в стенах Академии! Немыслимо! Так измываться над ребенком! – Голос ректора дрожал от негодования. – Я это дело так не оставлю! Искалечили человека! Не спрашиваю, почему ты молчала, - это была твоя естественная защита. Бедная малышка…! С чувством она обняла Анну, утешая: - Все, все позади. Совет разберется с мерзавцами. - А доказательства?.. Сроки давности? - Доказательства я предоставлю! Журналы присутствия должны храниться в архивах. Да и свидетели наверняка были. Старшие тени хранят у себя память всех теней; Прасковья наверняка все знает, и подтвердит твои показания. Теперь далее, по поводу всего остального… Случай, прямо скажем, уникальный. Но я могу сказать точно: была одна студентка, которая имела подобный опыт. - Прасковья?.. - Она самая. Ты видела достаточно Старших теней, чтобы понять, насколько они… гм… отличаются от нее. Вот скажи, какая она? Как бы ты могла ее описать?.. - Теплая… Любящая… Человечная. - Именно! – С гордым видом ректор воздела руку. – Она одна смогла, сумела сохранить свою личность. А знаешь, почему? Не из-за цвета, нет. Она желала этого! Предчувствовала, что придет ее час, и сделала выбор заранее, не отторгая, не сражаясь с собой. Не просто смирилась… И она права, - если ты повторишь ее путь, то сможешь стать истинным домом и защитницей для бедных малюток. Но, к сожалению, заявление отозвать невозможно. Оно уже давно в работе, и Круг не поймет меня; скорее, организуют расследование до выяснения причин. И вот тогда возникнут проблемы. Если ты привлечешь к себе их внимание преждевременно, - то вызовешь у них определенный интерес. Понимаешь, к чему я веду? - О, да… - Голос Ани дрожал. Понимание того, что может произойти, повергло ее в ужас. – Я… как-то не подумала… - Не подумала она! Умение человека сливаться с тенью, контактировать с ними на более глубоком уровне, могло бы принести книгочейской науке огромную пользу! Однако для тебя это означает конец, если не хуже. А я терять своих людей не люблю, уж не обессудь. Так что о произошедшем – молчок. Опытов своих я попрошу больше не ставить, - это в первую очередь к тебе относится, Шуберт! Ты слышишь меня? Тот кивнул, на всякий случай отступая за спину Анны. - Вот и отлично. И будьте максимально осторожны! С Ириной я поговорю, чтобы не разносила все по ветру. Я знаю отличный способ на нее повлиять. А что касается твоего будущего… не спеши. Тени нашей библиотеки, судя по всему, выбор свой сделали. Если они его подтвердят, когда прибудет новая Старшая, - вот тогда и будем думать. А теперь все! Через час жду тебя у себя. …Таисия Алексеевна не обманула: заявление на негодяев было написано, подкреплено печатью и отправлено в Судебно-Дисциплинарный Совет; дата прибытия Старшей тени оставалась неясной, – но, по словам Таисии, времени было более чем достаточно («Обещанного три года ждут», - как сказала она, намекая на вероятность весьма длительного срока ожидания). Анна могла вернуться к своим делам и работе, не опасаясь за свое будущее. - Анюта, дорогая, поверь: ты нам очень нужна! – напоследок заверила ее ректор, положив могучие руки на плечи хрупкой девушке. – Грядут сложные времена, и без тебя нам всем придется непросто. Как опытный маг, ты должна понимать: людей твоей силы и твоего уровня у нас мало. так что придется порядком попотеть. - Я поняла.. – Смущенно кивнула она, ощущая, как холодок ползет по телу. И вот сейчас, лежа в постели и созерцая темноту, она в который раз задумалась: а так ли уж искренна была с ней Таисия? Не являются ли ее обещания банальной отсрочкой? Ведь, если допустить, что ей выгодно присутствие ее как мага на время ожидаемых нападений, - то что помешает отдать ее в Круг на растерзание позже? Ведь, коли она представляет для магов интерес, - то наверняка Таисия получит награждение… - Шу, вот что мне делать, а? Может, бросим все и уедем? Хотя толку… от себя не убежишь, а от Круга – не спрячешься. – Прикусив губу, она сжалась в комок, обхватив колени руками. – Да, я не доверяю ей! Никому я не доверяю! Люди… такие лживые! Обманщики! Все норовят использовать тебя… только вы, тени, можете быть честными… Только вы! Вместо ответа тот утешающе погладил ее по голове, тревожно посвистывая. - Нет, нет, не бойся, со мной все хорошо! Я не буду, как тогда. Это просто… просто эмоции. Вот бы знать правду, знать наверняка! Я так не хочу подвергать опасности ни тебя, ни себя. да ладно, я… тебе-то за что? Ведь если и будут забирать, то нас вместе… Сев на кровати, она бросила взгляд за окно. За последние два часа снегопад усилился; батареи пекло, дышать было невозможно. Встав с постели, она распахнула окно, впуская в комнату морозный воздух. Обнаженная, освещаемая лишь светом фонарей, она обернулась к Тени. Кожа ее покрылась мурашками, светлые волосы походили на ореол. - Вот она я, Шу. Как есть. И я имею право… принимать выбор и действовать так, как того пожелаю. – Приподнявшись на носочках, она потянулась, - тоненькая, будто тростинка. Кожа ее казалась белой, будто мрамор. – Шу, я ведь красивая? Что ты видишь во мне? Что?.. Снежинки врывались в окно, искрясь, и казалось, будто она окутана сказочным ореолом. Лунный свет, загадочный и манящий… - Так все-таки?.. …Завороженный, он смотрел на нее, ощущая, как в душе разгорается жгучий комок. Что ждала она от него? Каких действий?.. Она сама подошла к нему, гордая, прекрасная; она пахла снегом и холодом, а кончики пальцев ее покраснели. Ладони ее легли на его маску, властно и ласково одновременно. - Скажи, Шу, - кто я для тебя? Кто? Человек – или нет? Любишь ли ты меня как женщину, или как будущую Хозяйку? Острые сосочки ее касались его груди; ощущения сводили с ума. Он не знал, не знал, что сказать, не понимал самой сути вопроса, но инстинктивно, на уровне оставшихся чувств, осознал… А она все смотрела на него, будто не замечая льющегося в комнату из распахнутых окон мороза, лишь плечи тихо-тихо подрагивали. Маленькая, гордая, и такая красивая… Не выдержав пытки, с глухим стоном рванулся он к ней, накрывая собой, - сквозь всю безнадежность своего положения ощущая, как внутри, в этой проклятой, лишенной цвета оболочке просыпается то, что так долго ждало своего часа… * * * … - Что-то ты сегодня припозднилась! – Заметив издали знакомую фигуру, Аня обернулась. Снег похрустывал под ногами, с деревьев то и дело с уханьем срывались пушистые шапки, поднимая облачка снега. - Да вот, решила с утречка в магазин сбегать. - На солененькое потянуло? – Улыбнувшись, Ирка с любопытством заглянула в пакет, приметив в нем упаковку маринованной черемши. - Да так, похрустеть захотелось, к жареной картошечке самое то! – Ага, ясненько… А я за билетами ходила, хочу на книжную ярмарку сходить. Послезавтра открывается, представляешь? Там кого только ни будет! Колчаков – сам! Сам явится! Может, автограф урвать удастся! если надумаешь – я и на твою долю билет взяла. Они пока дешевые, всего по сто пятьдесят! - А почему бы и нет? – Отряхнув шапку от снега, Анна толкнула входную дверь. – Ого! Всего девять, и уже такая толпа! Однако… Библиотечный холл был полон народу. Кое-как пробившись сквозь толпу, девушки юркнули в гардероб, а оттуда – в читальный зал, нос к носу столкнувшись с Таисией Алексеевной. - А вы где пропадали, красавицы? - В магазин решили вот… - Вам только дай повод улизнуть! – Подбоченясь, ректор грозно нахмурилась. – А ну, бегом за работу! - Да что случилось-то?.. - Комиссия к нам… проверяющая. В связи с ярмаркой. Ох, ребятки, держитесь: покоя в ближайшие дни нам не видать!..