Your body...

— Можно? — Юнги нависает сверху, ведя губами по шее парня. Чимин рвано дышит, пытаясь успокоиться, но всё его тело мелко дрожит от горячих прикосновений альфы. Чимин, если честно, до сих пор не верит, что сейчас действительно лежит в гостиной Юнги на его диване и под ним же. Чимин всё ещё думает, что Юнги неискренен, что Юнги, возможно, с ним просто ради одного раза. У Чимина явно проблемы. Когда Юнги подхватывает его и несёт в спальню, Чимин чувствует, как Мин руками поглаживает его спину… И это так… страстно? Всё именно так, как Чимин всегда хотел. Ему нравятся прикосновения, он зависим от этого. Юнги отдаёт большее предпочтение шее, потому что ему нравится слышать тихие стоны над ухом, пока он оставляет отметины на белоснежной коже. — Подожди, — Чимин дышит слишком глубоко и судорожно. Он останавливает Юнги, когда тот уже собирается снять с него свитер. — Выключи… выключи свет… — Что? — до Юнги не сразу доходит. Он словно завис, пытаясь переключиться. — Свет? Что-то не так? — Нет, всё в порядке, правда, — омега касается щеки и сам целует легонько в губы, а после вновь смотрит в глаза. — Просто мне так удобнее, прошу, не задавай вопросов. — Эй, я хочу видеть тебя, — Юнги наклоняется ниже, дышит в губы и чуть улыбается. — Ты слишком красивый, чтобы выключать свет. — О чёрт, — Чимин выгибается в спине, тихо и протяжно застонав, когда Мин коленкой чуть надавливает на пах и слегка царапает эрогенную зону, а именно спину. — Я был прав, — альфа улыбается своим же проделкам. — И ты слишком прекрасен. Омега чувствует приятное тепло внутри. И рядом с тугим узлом внизу живота порхают бабочки. Он прекрасен? Чимин чувствует возбуждение Юнги и сильнее заливается краской. Ему до этого приходилось лишь два раза иметь близость с кем-то. А именно с его недо-женихом, о котором Чимин хочет забыть, как о кошмарном сне. Когда Юнги всё же начинает снимать с Чимина одежду, продолжая ласкать его тело и слышать в ответ томные и судорожные вздохи, плавно переходящие в тихие стоны, Юнги замечает, что Чимин моментально сжимается и пытается прикрыться руками. — Чимин, всё в порядке? Эй, если ты не хочешь или что-то не так, просто скажи, пожалуйста, — Мин смотрит на лицо, убирая локон волос за ухо и нежно поглаживая по щеке. — Просто скажи, — вновь повторяет. — Я хочу, просто, мне кажется, что для лучшей атмосферы больше подойдёт тёмное помещение. — Ты стесняешься… — это больше было похоже на утверждение, чем на вопрос. — Чёрт… Чимин, прямо сейчас я хочу тебя… тебя всего… тебя и твоё тело… Я готов покрыть поцелуями всё твоё тело, потому что оно прекрасно, как и ты. Чимин лишь шумно выдыхает, позволяя Юнги убрать руки чуть в сторону. Он наклоняется к груди, нежно касаясь губами, и оставляет множество маленьких поцелуев на ней, спускаясь вплоть до паха. Юнги расстегивает брюки, откидывая их в сторону, и поднимается, чтобы снова почувствовать мягкие губы омеги. Когда он вновь глубоко целует, то сжимает бёдра Чимина, от чего омега мычит в поцелуе. Чимину нравится, он плавится в руках Юнги, он готов просто отдаться весь без остатка. Альфе Чимин доверил себя и своё тело прямо сейчас. И он уверен, что Юнги именно тот человек, с которым хотелось бы связать всю оставшуюся жизнь… — Ты мой, — шепчет в губы, сплетая пальцы с Чиминовыми, и тянется, целуя в лоб. — И я безумно люблю тебя. Они лежат в обнимку, было два часа ночи, но никто из них не хочет спать после освежающего душа, который они приняли, естественно, вместе по инициативе Юнги. — Расскажи, что случилось, — Юнги старается говорить и тише, и мягче, чтобы не спугнуть Чимина. Тот до этого момента лежал с ленивой улыбкой и, на полном серьёзе, сверкающими от счастья глазами. — О чём ты? — Кто заставил тебя сомневаться в своём теле? Кто бы это ни был, он явно не доживёт до завтрашнего дня, если я узнаю его имя. Чимин чуть усмехается и опускает глаза вниз, пытаясь улыбаться дальше. — Я действительно красивый для тебя? — Поверь, каждый адекватный человек посчитает тебя красивым. Но я ещё и знаю, насколько ты невероятный человек. — Мы встречались с ним три года. Это были настоящие эмоциональные американские горки… Я понял это, когда с тобой всё началось, — Чимин поднимает взгляд. — Он всегда говорил о том, что я недостаточно хорош и что кроме него я никому не буду нужен, — омега пожимает плечами. — Я поверил… Он не был нежным в мой первый раз. А после ещё и сказал, что… что моё тело отвратительное и мне следует привести его в порядок. Тогда у меня появились комплексы. Я боролся и с РПП. Это было ужасно, но к счастью, я поборол это… Но неприязнь к собственному телу никуда не исчезла. Он оставил после себя след, который, кажется, никогда не исчезнет. Как бы я ни старался… С каждым словом Юнги чувствовал, как дикая злость и ярость пробирали его, но прямо сейчас он понимал, что тут нужно не скандал устраивать, а поддержать Чимина и убедить его в обратном. — Прости, что веду себя так, я не могу по-другому. Сколько бы раз ты ни говорил о том, что любишь меня и что я прекрасен… Я всё равно не смогу до конца поверить… — Я сделаю так, что поверишь, — Юнги целует тыльную сторону его ладони, не отрывая взгляда. — Ты самый красивый, ты самый милый, ты самый очаровательный и привлекательный. С тобой невероятно хорошо и интересно. Ты прекрасный… Я не знаю, что ещё сказать, потому что моего словарного запаса не хватит описать моё восхищение и мою любовь к тебе. Чимин улыбается… Так ярко и так нежно, что Юнги забывает обо всём на свете. — Выходи за меня? — Что? — Чимин от шока сначала замирает, а после вновь смеётся. — Я серьёзно… Я думаю, что вряд ли смогу отпустить тебя… Ты — всё, что мне нужно в этом грёбанном мире. — А мне кажется, что это ты мне нужен… Я чувствую себя нужным рядом с тобой. — Я чувствую себя самым счастливым рядом с тобой, — так же шёпотом произнёс, касаясь щеки омеги и нежно-нежно целуя.