Your body...

Юнги нежно проводит ладонью по бокам омеги, поднимаясь вверх под футболку, и целует в скулы. Чимин, что-то сонно бурчит, поддаваясь под ласки любимого, и в конце концов просыпается. В объятиях безумно тепло и уютно. Юнги не желает вставать, не желает в принципе и вовсе отлипать от Чимина. Омега, всё ещё находясь в сонном состоянии, улыбается, слабо приобнимает за шею, пока его щёки и шею покрывают лёгкими поцелуями. — С добрым утром, — хрипло шепчет на ухо, просто укладываясь на омегу сверху. Юнги любит просыпаться раньше, чтобы вот таким образом будить Чимина, и он точно знает, что им обоим это нравится. Омега в такие моменты очень уютный, слегка помятый, нежный и безумно милый, Юнги не в силах удержаться. — С тобой утро всегда доброе, — Чимин тянет руки вверх, зевая, и ему совсем не мешает сверху навалившийся Юнги. Альфа же вновь атакует щёки Чимина. Будто бы и вовсе не целует, а просто губы прижимает к ним. Уж очень нравится ему это, что поделать. Юнги всегда говорит, что бывший Чимина тот ещё дурак, когда омега говорит о том, что его раньше так много не целовали. Бывший Чимина для Юнги — враг номер один. И дело, кстати, тут далеко не в поцелуях… На кухне прохладно, но Юнги как-то не особо это замечает. Это Чимин мёрзнет всегда, поэтому Юнги отправляет его обратно, чтобы тот оделся. Альфа, конечно, не против, чтобы Чимин ходил так, как ему хочется, а именно в коротких шортах и майке, ведь Юнги приложил много усилий, чтобы его солнце не стеснялся, но сейчас он не позволит находиться на кухне в таком. Ремонт ещё не до конца завершён на кухне, поэтому им приходится закрывать плотно дверь и кушать в гостиной, перед телевизором, смотря различные шоу или сериалы. Чимин возвращается, шлёпая тапками по полу, и напевает какую-то песню под нос. — Я купил вчера специальные травы, такие в пакетиках… — Чимин продолжает копаться на полках. — Ты не видел? — Видел, — с выдохом отвечает, закрывая крышку сковородки, и поворачивается, скрещивая руки. Чимин смотрит так, словно ничего не понимает, невинно хлопая глазами, хотя прекрасно понимает, что разговора не избежать… — Зачем тебе это? — Юнги говорит серьёзным тоном, не давит, а просто спокойно спрашивает, но это почему-то всё равно чуть смутило Чимина. Взгляд омеги изменился, он опустил его в сторону, сминая пальцы. — Ты их выкинул, верно? — Нет, — Юнги открывает верхнюю полку, куда Чимин сам же и положил коробочку, но, кажется, забыл. — Мой старший брат тоже пил эти травы. Родителям говорил, что полезные, и вроде бы да, столько всего хорошего, но есть один минус… Если пить их очень много, то как поломанная веточка со временем засохнешь, в прямом смысле… Ты же понимаешь, о чём я сейчас? Конечно, понимает. Это чай для снижения веса, и его не так-то и легко найти. Чимину, если можно так сказать, повезло, что знакомый нашёл и за деньги отдал несколько пачек. И омега прекрасно знал о побочном эффекте, только это его не остановило. — Я собирался не так часто их принимать. Они действительно полезные… Чимин начал оправдываться, а потом как-то рефлекторно прикрылся, но Юнги подошёл, чтобы просто обнять его. — Ты заставляешь меня переживать ещё больше. И хватит с такой опаской спрашивать и говорить, словно я могу причинить тебе боль, — Юнги заправляет локон волос за ухо Чимина и целует в место под глазом. — Разве я могу? — Что если я доведу всё-таки? Вдруг ты рассердишься… — Злиться свойственно всем, но я никогда не подниму на тебя руку. И сейчас я не запрещаю что-то тебе — я прошу подумать ещё раз. Это не нужно, слышишь? Оно того не стоит. Альфа мотает головой, умоляющим взглядом смотрит на омегу, а тот как-то виновато опускает голову. — Не могу ничего поделать с собой… — Чимин сжимает футболку Юнги и опускает голову ему на грудь. — Понимаю, но не могу остановиться. — Я ошибочно считал, что уже всё в порядке. Теперь я всерьёз возьмусь за твоё здоровье. Будем вместе решать эту проблему, — Альфа целует в макушку, а Чимин всхлипывает. — Давно ты снова подумывал об этом? — Каждый раз смотрю в зеркало и понимаю, что не могу принять себя. — Каким же ты хочешь себя видеть? Кости да кожа? — Не знаю… Я не знаю… — Нам с тобой нужен будет специалист, — Юнги продолжает поглаживать по спине. — Ты главное помни, что это нужно для твоего здоровья. Ты должен понять, что с твоим телом всё в порядке… Мягкий животик, бёдра, руки, это абсолютно всё нормально. И если ты всё-таки не в состоянии полюбить себя, то используй меня для этого… Чего бы ты хотел? Я могу говорить комплименты каждую секунду, и это будет искренне. — Ты и так это делаешь, — Чимин сквозь пелену слёз улыбается, не в силах поднять голову, так как элементарно стыдно… Юнги любит его, по-настоящему любит, а он не может полюбить себя. — Ты самый красивый… У тебя самые красивые глаза, губы, нос, щёки, шея, руки, ноги, животик, пальцы, волосы… Ты прекрасен как внутри, так и снаружи… И это самая настоящая правда, и если потребуется, я эту правду буду говорить каждый день, час, минуту и даже секунду… Конечно, каждую секунду будет трудновато, но я постараюсь, — Чимин смеётся снова, поднимая намокшие и красные глаза. — Я сделаю всё, чтобы ты был счастлив, слышишь? На все двести процентов счастлив. С едой ведь уже всё в порядке? — Гораздо лучше, — Чимин активно кивает. — Пойдём тогда поедим, что ли? Завтрак — самый важный прием пищи за весь день, — Юнги оборачивается и выключает конфорку. — Пошли, а то ещё простудимся. Скоро ремонт закончится, и сможем спокойно находиться тут. — Давай вместе закончим ремонт? — Чимин чуть наклоняется на бок, осматривая часть, которую нужно доделать. — Давай? Юнги тоже оборачивается и так устало смотрит, представляя, как Чимин будет тут возиться в рабочей одежде. — Ты точно этого хочешь? Смотри, я не предлагал. — Мы же вместе тут живём, — омега пожимает плечами, — значит вместе должны сделать. Если в будущем расстанемся, то у тебя будет от меня что-то на память. — Не расстанемся, и я не это хочу на память. Максимум на тот случай, когда наши с тобой внуки решат тебя отправить на отдых, потому что дедушка Юнги слишком много липнет к тебе, вот тогда… Тогда я буду сидеть на этой кухне и смотреть в эту стену и думать о тебе. Чимин не перестаёт смеяться, он чувствует себя сейчас очень смущенным. Щёки горят, а внутри так приятно от такой мысли, что он буквально мякнет в руках Юнги. — Внуки? Серьёзно? — Только если ты захочешь связать свою жизнь со мной… — Юнги пожимает плечами. — И если детей там захочешь… — Я бы хотел связать с тобой свою жизнь… Не думаю, что когда-нибудь найду кого-то лучше тебя… Даже если и найду, то не смогу полюбить так же сильно. — Ох, иди сюда! — Чимин и так находился в объятиях, но сейчас альфа своей хваткой из него всю душу выжмет. — Люблю тебя! Безумно тебя люблю! Клянусь, ты лучшее, что произошло со мной в этой жизни… Стряпню Юнги и испечённые печеньки Чимина они едят в гостиной, сидя на полу перед телевизором. Ну как сидя на полу… Это скорее Юнги сидит на полу, а Чимин на нём, смеясь на любимом моменте предпоследней части мстителей. — И поэтому мы на летающем пончике в миллиардах км от земли без подстраховки? — Юнги повторяет уже полюбившуюся часть с той же интонацией, что и Старк, на что Чимин снова смеётся. — А говорил не любишь их. — Так у меня не было раньше прекрасного человечка, ради которого я когда-то потопал в кинотеатр на фильм с этими супергероями. — Прекрасный человечек… — Чимин тише повторяет. — Прекрасный человек, — громче и с какой-то утверждающей интонацией уже Юнги повторяет. И ведь действительно прекрасный… Настолько прекрасный и любимый, что Юнги не в силах описать словами… И знал бы Чимин, что, пока он так трепетно целовал Юнги, сзади, под диваном, в укромном месте валялась интересная коробочка, которая так и ждёт своего выхода… Если, конечно, Чимин раньше не найдёт…